- -
- 100%
- +
– Лера, давай сделаем перерыв? – Лопух сел, – Никогда бы не подумал, что делать перестановку в комнате, так сложно, – он аккуратно вытер, выступающий со лба пот, – может и так сойдет?
– Кровать посередине комнаты и тумба у окна?
– А что? По-моему очень даже неплохо. Все по фэн-шую.
– Так, если ты очень сильно устал, можешь идти! – Я указала пальцем на дверь, чувствуя, как начинает расти моя раздражительность, – Ты сам решил мне помочь.
– Эй, я ведь и не отказываюсь! – Отвечает Лопух, слегка обижаясь на мой тон.
– Я и одна справлялась, не в первый раз этим занимаюсь! – Продолжала я.
– Ну, Лера! Ну что ты сразу обижаешься?
– Я? Да мне вообще все равно! – Я демонстративно отвернулась от друга, зная, что его раздражает это действие.
– Я вижу! Пойдем хотя бы чай попьем и продолжим, – Даня наконец поднялся с кровати и направился прямиком ко мне, – пять минут и я снова в строю!
– Обещаешь?
– Так точно, Валерия Евгеньевна!
– Ладно, но только пять минут!
– Отлично, тогда я на кухню! Тебе как обычно?
Я не ответила другу, лишь махнула головой вниз, подтверждая им сказанное, и села за компьютерный стол, что стоял у стены.
Прошло уже пару дней, как я отправила маме последнее сообщение. Ответа, я так и не получила. Раньше, я бы заволновалась, написала еще кучу СМС-ок, названивала и ужасно бы переживала за маму, но сейчас уже привыкла к ее «пропаже». Иногда мне кажется, что работа для нее намного важнее, чем собственная дочь. Но потом понимаю, что все это ради меня и бабушки, и успокаиваюсь. По крайней мере, я пытаюсь.
Последний раз я виделась с мамой на Новый год. Как вы можете заметить, прошло уже чуть больше четырех месяцев. Я знаю, как тяжело маме даются разъезды с одного конца Земли, на другой, но все равно жду ее. Жду как котенок, которого оставили одного дома. Меня даже можно сравнить с Хатико, только вот я не сижу на месте, а двигаюсь вперед. Мама каждый месяц обещает, что приедет на пару дней, но в самый последний момент, у нее появляются проблемы или какие-то неотложные дела. Конечно, я скучаю. Я очень сильно люблю ее, а потому и скучаю.
Это ведь нормально.
Испытывать чувства.
Скучать.
– Лера, я все приготовил, сейчас к себе за пряниками сгоняю! Не пей чай без меня!!
– И не собиралась, Дань.
На компьютерном столе, в розовой рамке, стояла моя детская фотография. Здесь мы с мамой кушали сладкую вату после похода в зоопарк с отчимом и громко смеялись. Если бы люди посмотрели на эту фотографию, то ни за что бы не подумали, что когда-то эта семья развалится. Иронично, не так ли? Тот день был самым счастливым в моей жизни! Я тогда впервые погладила настоящего жирафа! Говорю так, будто сейчас это обычное дело. Это один из последних дней, когда все было хорошо. Именно поэтому, глядя на эту фотографию сейчас, на моих глазах выступают слезы. «У нее был выбор, и она выбрала не тебя». Одна из самых тяжелых фраз, сказанных моей бабушкой. Впервые я услышала ее еще когда только начала жить с бабулей. Конечно, ей тоже было очень трудно и больно. Ведь это не нормально, когда твоя единственная дочка, вот так просто бросает своего ребенка и уезжает, даже не сказав, в какую точку мира. И кто бы что мне не говорил, я никогда не пойму маминого помысла.
Хотела сбежать от реальности?
Или просто оставить все проблемы здесь, в родном городе?
Тогда почему не взяла меня с собой?
В моей голове так много вопросов. Только вот на них нет ответа, и никогда не будет.
Когда долго смотрю на ту маму, становится трудно дышать, ладошки покрываются потом, в горле появляется этот противный ком, мешающий сглотнуть поступающую слюну. И что это такое? Не похоже ведь на истерику, верно. Все просто. Это та боль, что причинила мне она. Мама. Боль – преобразуется в паническую атаку, с которой первое время мне было сложно справляться. Сейчас это уже кажется ерундовым делом. Буквально, три минуты, и все, я уже в порядке.
– Я здесь! Принес мятные и твои любимые, шоколадные, – Лопух зашел в комнату с двумя целлофановыми пакетами пряников, – пойдем на кухню. Чай наверно уже остыл..
– Иду. – Я поставила фотографию на место, вытерла, еще не успевшие скатиться, слезы, и пошла вслед за своим другом.
День как день. За исключением того, что мы все-таки доделали перестановку в моей комнате. Теперь моя кровать стоит рядом с компьютерным столом у входа, тумба и шкаф чуть дальше и с другой стороны, а у подоконника стоят два стеллажа с книгами, блокнотами, цветами и некоторыми сумками. Еще я добавила несколько постеров на стену, с ними комната выглядит намного уютнее.
Весь оставшийся вечер мы с Даней провели в компании настолок, вредной еды и телевизора, на котором шли наши любимые передачи. Сегодня мы не ходили в университет. Во-первых, я почти всю ночь не могла уснуть, а во-вторых, Даню освободили от сегодняшних занятий, благодаря его победе в конкурсе. Завтра так уже не прокатит, ведь первая пара у меня с занудой, а если быть еще точнее с Александром Николаевичем.
Нет уж.
Зануда ему идет куда больше.
***
Утро не задалось с самого начала.
– Ай, как горячо!!
Именно сегодня мне захотелось попробовать сварить себе кофе в бабушкиной турке. Она отдала мне ее на прошлой неделе, так как ей кофе нельзя, а я без него жить не могу. Ей Богу, лучше бы она ее потеряла где-нибудь или выбросила на помойку. Потому что вместо того, чтобы сварить вкусное кофе, я сварила себя! Кто же знал, что за ним нужно так внимательно следить. Меня об этом никто не предупреждал. Хоть инструкцию бы приложили к этому инструменту самоликвидации.
Захотев перелить остаток чудесного напитка, я достала свою старую кружку с верхней полки шкафа. Что же, начнем игру. Я взяла старое, уже потрепанное кухонное полотенце, чтобы не обжечься и начала задуманное. Сначала все шло как по маслу. Что же могло пойти не так? А вот что. Кружка просто не выдержала и лопнула. Все оставшееся кофе, вновь вылилось на всю поверхность стола.
– Да что же за день такой? Вселенная, за что ты испытываешь мои нервы?
Я поставила турку в раковину и залила ее холодной водой, чтобы потом ее отмыть. Быстро вытерла всю жидкость и решила, что сегодня обойдусь без кофе. Я итак опаздываю на пару, спасибо будильнику, что решил не будить меня. А Даня – предатель! Он сегодня меня бросил, уехал на какое-то мероприятие от университета, а потому, на пары к зануде, мне придется ехать одной. Отлично! Меня вновь обольют грязью с головы до ног, а я буду мило улыбаться. Университет – то окончить хочется. И диплом еще получить, по возможности.
Я быстро сделала неопрятную гульку из своих слегка волнистых волос, накинула первое, что лежало на кровати, и умчала на трамвай.
Добравшись до корпуса, я была уверена, что пара уже началась и сейчас меня либо не впустят, либо сначала впустят, а потом с позором выставят из аудитории, за очередное опоздание.
Что было странным, так это то, что мои мысли не оправдались. Аудитория была закрыта, а это значит, что у зануды какие-то проблемы. Он ведь никогда не опаздывает на свои пары. Я взглянула на часы. 9:03.
– Привет, малышка.
Я подняла голову. И почему именно сейчас? Передо мной стоял он. Макс Соколов.
– Ты что следишь за мной?
– Я? Вообще-то это ты стоишь около кабинета, в котором у меня сейчас пара,– Макс слегка ухмыльнулся. Сегодня он выглядел иначе. Черные классические брюки, изумрудная футболка поло, слегка открывающая его ключицу и шею, на которой висела серебряная цепочка с подвеской. Изюминкой всего лука были черные очки, которые он только что убрал в такую же черную набедренную сумку. Каштановые волосы, как и всегда, были уложены идеально. Я не удивлюсь, если его каждый день начинается в 5 утра. Сначала он идет в душ, а после этого еще три часа стоит у зеркала, поправляя прическу и любуясь своим отражением.
– Нет, это у меня здесь пара, а вот что здесь делаешь ты, это мне непонятно! – Я ткнула пальцем парню в грудь.
– Очень смешная шутка. Знаешь, если ты просто хочешь познакомиться со мной, можешь просто сказать, – Макс приблизился ко мне, – я не кусаюсь. Пока что.
– Какой ты жалкий. Ты ведь не можешь быть нормальным, да? С тобой любой разговор, приводит к одному.
– К чему же это?
– К постели. У тебя какие-то проблемы в этом плане? Или ты пытаешься самоутвердиться?
– Поверь на слово, мне это не нужно. Да и с чего ты решила, что я говорю именно об этом? – Макс легким движением руки, убрал мне за ухо прядку, по-предательски выпавшую с моей прически, – Уже представляла нас вместе?
– Руки убери.
– Ох, Птенчик. За мной девушки толпами бегают, выбирай не хочу. А я сейчас с тобой тут торчу. Нервы свои трачу.
– Ах да, точно. Совсем забыла, что ты у нас избранный.
– Давай по-честному. Я же вижу, что я тоже тебе нравлюсь, – Макс смотрел на меня, как маньяк на свою очередную жертву, что несомненно пугало. Но ведь и я не из трусливых, – Хочешь, можем встретиться с тобой. Когда тебя устроит? Может быть сегодня вечером? Или в среду?
– С тобой? Да никогда.
– Да? Тогда почему же ты до сих пор стоишь так близко ко мне?
Черт. Нужно было сразу послать его и уйти. Что мне теперь отвечать? Спокойно, Лера.
– Потому что я не из тех девушек, что падают в обморок, как только услышат твое имя.
– Они падают? Вот бы посмотреть на это.
– Идиот, – Повернув голову в сторону, я продолжила, – Ты ведь понимаешь, что я тебя не боюсь.
– Да меня и не нужно бояться. Я очень даже хороший. Кстати, Птенчик, я еще не знаю твоего имени.
– И не узнаешь, – Я сложила руки в замок.
– Не переживай, Птенчик, узнаю,– Макс наконец отошел от меня, – Дай мне немного времени, я тебя очарую, а потом ты влюбишься!
– Да скорее снег в мае выпадет, чем я тебя полюблю, придурок.
– Ой, не раскидывайся словами, Птенчик. Нам метель в мае не нужна.
Я не стала отвечать на слова парня, это было бесполезно. У Макса чрезвычайно высокое мнение о себе. Его даже эгоистом не назовешь, он просто… Просто придурок, собственная гордыня которого скоро задушит.
Наконец к кабинету подоспели и остальные мои одногруппники, одной из которых все еще являлась Алиса Куликова. Сегодня она надела такую короткую юбку, что еще чуть-чуть и я увижу ее трусы, если они конечно существуют.
– Макс, любимый!! Вот это сюрприз, что ты здесь делаешь?
Чего? Макс и Алиса? Они пара? Среди стольких прекрасных девушек, он выбрал вот это? Не верю. Нет, нужно логически подумать. Если бы они не были возлюбленными, Алиса вряд ли бы прыгала на шею к другим парням. Хотя… Скорее, она бы чуть ниже опустилась.
– Привет. У нас внезапная пара с Серовым. Так и не поняли, что он от нас хочет, – Макс, опустил руки Алисы, – ты сегодня выглядишь…
– Я знаю, можешь не продолжать. Я соскучилась, Максик! – Алиса вновь подняла руки, только вот теперь они аккуратно поглаживали ключицу парня, – Может встретимся сегодня?
– Алиса, давай поговорим об этом после пары, а сейчас прости, я хотел бы на пару минут отлучиться, – Макс отпустил девушку.
– Понимаю, милый. Конечно иди, – Алиса повернула голову в мою сторону.
Черт, я что все еще смотрю на них? Нужно срочно залезть в телефон, или отвернуться.
– Что ты пялишься на нас, Витвицкая, завидуешь? – Девушка демонстративно закатила глаза.
– Да нет, просто я наконец увидела, кто будет следующим в твоем листе перепихона, – И я улыбнувшись, отвернулась от Алисы. Наверняка сейчас ее лицо одного цвета с помадой. Обожаю злить Куликову. Без этого, моя жизнь не была бы такой счастливой. Жаль только, Дани рядом нет, он бы нашел, что еще ей сказать.
Мне пришлось прождать еще минут 10 до момента возвращения зануды. Наконец, мы все зашли в аудиторию и расселись. Мы все, это моя группа и группа 4 курса. Видимо, Макс был прав. У нас двойная пара. И как она будет проходить? Какой-то бред, если честно. Сегодня, я сидела одна, что не могло меня не порадовать. Правда, ненадолго. Все-таки вселенная решила поиздеваться надо мной.
– Простите, задержался, могу пройти?
– Соколов, вы? Что у вас случилось на этот раз, что вы вновь опаздываете на наше практическое занятие?
– Понимаете, Александр Николаевич, место на парковке не мог найти, вы же знаете, какая у меня машина.
– Ох, Соколов, до сих пор не понимаю, как вы доучились до 4 курса. – Зануда поправил очки. – Проходите, присаживайтесь к…. Витвицкой, может хоть с вами она будет вести себя адекватнее.
– Витвицкая, это… кто?
– А вон, Валерия, третий ряд снизу. – Зануда указал пальцем на меня. – Быстрее, вы нас задерживаете.
– Ах, Витвицкая, конечно.
Нет, нет, нет. Почему ко мне? Тут полно еще свободных мест. Избавьте меня от этого нахала. Пусть вон, к любимой своей идет, ему же лучше.
Макс быстро поднялся ко мне, и сел рядом.
– Не разговаривай со мной, и у тебя все будет хорошо! – Сказала я и пододвинула рюкзак чуть ближе.
– Так значит, Валерия.
– Ты совсем идиот?
– Я же говорил, что узнаю твое имя, Птенчик, – Макс ехидно улыбнулся и придвинулся ближе, – я так и думал, что ты Лера.
– Соколов, у нас пара, будь так любезен закрыть рот.
– Как скажешь, Леруня.
Пара длилась невыносимо долго, время будто замерло. Каждая минута давалась тяжело, и чтобы совсем не умереть со скуки, мне приходилось записывать план научно-исследовательского проекта. Это было совсем на меня не похоже. Макс, так и не проронил ни слова, что даже удивило меня. Он внимательно слушал зануду и даже иногда задавал вопросы. А когда получал на них ответ, всегда шепотом произносил «Я так и знал».
Остались считанные минуты до конца пары, и я буду свободна на целые 15 минут. Хотя бы кофе попью.
– И еще кое-что, – Александр Николаевич снял свой потрепанный серый пиджак и повесил его на край стула, – хочу сообщить вам некоторые новости…
Глава 4
Макс
– Ну не все так плохо, Птенчик, по крайней мере, для тебя. – Я подмигнул девушке. – Я неплохо разбираюсь в психологии, и не только.
– Нет, даже и не мечтай, – Витвицкая отодвинулась от меня подальше, – ты должен попросить Александра Николаевича поменять пару!
– Я тебя не понимаю. Да все мечтают об этом. А ты ведешь себя, как истеричка! – прошептал я, глядя прямо в глаза этой дьяволице.
– Мечтают о чем? Оказаться у тебя в кровати? Не смеши меня.
– Чего ты так боишься? Думаешь, я захочу такую, как ты? Уже представляла себя на месте Алисы? – Я усмехнулся.
– Еще чего! И вообще,что значит, такую, как я?
– Все просто, Птенчик! В тебе нет ничего особенного.
– Вау. Я и не надеялась услышать от тебя что-то умное! Слава Богу, что ты понял, я не твоя очередная шлюха! – Плюнула она мне прямо в лицо.
– Витвицкая, ты ведь хочешь получить хорошую оценку? Так почему бы нам не объединить силы и просто не получить ее?
– Да я лучше неуд получу, чем буду работать с тобой! Ты самое ужасное, что есть в этом мире, – говорила Лера, глядя на меня, – если ты этого не сделаешь, это сделаю я!
Витвицкая забрала свой, уже потрепанный временем, рюкзак и, быстрым шагом направилась к выходу.
– Витвицкая, черт бы тебя побрал!
Последнее слово должно остаться за мной! Чтобы какая-то девчонка говорила мне, что я конченный? Ты еще моего брата не видела, подруга. Хотя, конечно такие, как Лера западали на него намного чаще. Да ну еще бы. Блондинчик, так еще и кучерявый. «Сын маминой подруги», вот как я бы его описал. Что в нем все девчонки находят? Голубые глаза, высокий рост, бизнесмен? Или то, что он обычно старше них в полтора, два раза? Мерзость.
– Значит так. – Я догнал эту бесцеремонную девчонку, схватив ее запястье. Мне пришлось обогнать Птенчика, чтобы она хотя бы немного замедлилась, – Теперь слушай меня внимательно. Никто не имеет никакого права, разговаривать со мной, как со своим щенком, уяснила?
– Отпусти меня, ты делаешь мне больно!– девушка пыталась вырваться, чем вновь устроила сцену в коридоре, – Ты ненормальный!
– Возможно. Если ты еще раз убежишь от меня, когда я веду разговор, ты не отвертишься, ясно?
Лера не отвечала, от чего я стал злиться еще больше.
– Витвицкая.
– Господи, да поняла я.
Я отпустил ее руку.
– Я не пойду менять пару. Ты будешь работать со мной. Если хочешь неуд, пожалуйста, а мне нужно закончить этот чертов университет! – Я взглянул в ее глаза, в них прослеживалась ярость. – Красивые глазки, хлопай ими почаще, может будешь получать желаемое.
Я ушел, но возмущения Птенчика еще слышал: «Урод», «Козел!», «Ненормальный», и что-то еще, вроде «Плейбой хренов». На последнем я улыбнулся.
Понятия не имею, как мы будем работать над проектом, но думаю будет невероятно весело.
Вечером, по несчастью, мне пришлось заехать к брату, забрать кое-какие документы. Мы уже давно переехали от родителей и живем раздельно. Чему я очень рад. Безумно.
Мы с Димой абсолютно разные, буквально противоположности. Когда мы были еще детьми, мамины подруги всегда шутили: «А Макс точно ваш сын? Может его подменили в роддоме? Совсем ни на кого не похож». Курицы безмозглые. Они еще и говорили это все при мне!
Представьте ситуацию. К родителям в гости пришли их знакомые, и ту вместо обычных светскихбесед, они говорят о вашем сыне такое.
Как вы думаете, почему мне захотелось поскорее свалить из родительской хаты?
Хоть и не так скоро, но все же мне удалось это сделать. Благо, мой отец посчитал это хорошей идеей, ведь я уже «Мужчина», мне нужно больше пространства для… Полного становления мужчиной. Назовем это так. Мне было 15, когда уехал Дима, родители купили ему квартиру в центре города, а еще через 2 года, уехал и я. Правда сказать, я не был счастлив. Мне целый год пришлось жить с этим «Кеном». Укладка, стайлеры, гели, безупречная прическа. Идеально выглаженная одежда, официальные костюмы на все скучные мероприятия. «Чистота во всем доме – чистота в голове» – Зануда брат. Я же, совсем не был таким. Никогда не пользовался гелем для волос и всякими вот этими штуками, от которых Диман сходил с ума. Я любил, когда он уезжал на какие-то встречи и вся квартира была в моем распоряжении. Тогда я заводил вечеринки, приглашал друзей, устраивал полный разгром. Когда брат возвращался, я получал по полной. Именно по этой причине, родители купили мне отдельный дом. Чтобы я не мешал ему работать. Это было их лучшее решение. Единственный минус, до университета долго добираться. Как и в принципе до любого места в городе.
Вот я снова стою в блестяще-вымытой квартире, кажется, пол блестит, наверно нужно разуться.
– Я приехал. Зануда – брат, ты где? – Я зашел вглубь квартиры. – Я тебе не помешал? Такая тишина, ты вообще здесь? Или свалил к какой-нибудь даме?
Не дождешься. Вот он, красавчик блондинчик. Стоит у окна с важным выражением лица. На брате вновь официальная одежда. Сегодня это синий брючный костюм, который, могу поспорить он только с утра купил за пол ляма злотых.
– Почему так долго? – Дима сложил руки у груди. – Я думал ты приедешь днем.
– Я вообще-то учусь, в отличии от некоторых. Что случилось? Ты какой-то бледный и ужасно нервный.
– И как ты это понял?
– Бровь дергается.
– С каких пор ты стал физиогномиком?
– Лет в… дай подумать… Лет в десять? Давай, валяй уже, мистер загадка.
Присев на белый кожаный, кажется, итальянский диван, и, закинув ноги крест на крест, я ждал монолог брата, о том, какой я ужасный человек.
– Слушай меня внимательно! Я подготовил тебе документы о партнерстве, – Дима достал со шкафа толстую черную папку, – ты можешь дома прочитать, а потом задать вопросы.
– Ну давай сразу, чего тянуть, мне это зачем? Какие мне от этого плюсы и минусы?
Я знал, что не буду управлять бизнесом брата. Я не тот человек, которому можно было бы доверить такие вещи. Дима, прекрасно это понимает, тогда зачем нам это партнерство? Что-то здесь неладное.
– Это все, что тебя интересует? – Спросил брат с недоумением в глазах. Мимика его лица моментально изобразила недовольство.
– Что происходит? – Я тихо вздохнул и сложил руки в замок.
– В каком смысле?
– Я не вчера родился, Дим.
– Все нормально, Макс, не бери в голову.– Брат наконец сел рядом, – Я просто хочу, чтобы в случае чего, у тебя были деньги.
– Я не буду подписывать. – поднявшись с дивана, я направился к выходу.
– Ты должен. – Дима остановил меня.
– Да с чего это? – Я развернулся и скинул руку брата со своего плеча. – Я это не люблю, ты знаешь, а деньги у меня итак всегда есть.
– Ладно, раскусил. Бинго! Можешь радоваться и злорадствовать,– Дима откинул документы в сторону. – Если тебе действительно это интересно, то мой партнер хочет меня кинуть, поэтому я подделал документы, чтобы он не смог этого сделать.
О боже? Это что, нервная улыбка?
– Ты знаешь, что за это грозит срок? А если тебя раскусят? – Я был, мягко сказать, немного ошарашен.
– Не раскусят, потому что ты подпишешь документы о том, что партнер у меня только один и это ты. С достижения 18 лет на твоем счету частенько появлялись крупные суммы денег. Я посчитал, если брать весь мой бюджет, это 36%. Так что, будь хорошим человеком и подпиши этот чертов документ.
Дима был невероятно зол. Последний раз я видел его в таком состоянии, когда он узнал, что я собираюсь переехать к нему. В его голубых глазах читались самые противоречивые чувства: страх, уныние, злость и даже ненависть. Это меня поразило. Я никогда не думал, что смогу увидеть его таким, и от этой мысли мне стало не по себе.
С его белокурых волос стекали капли пота, придавая ему почти дикий вид, и я заметил, что он слегка дрожит.
Я чувствовал, что воздух вокруг наполнился напряжением, и становилось невыносимо тяжело.
– А как же документы твоего настоящего партнера? У него же они тоже должны быть.
– Когда мы только начинали работать вместе, я ему не доверял, а потому все документы лежат у меня в офисе в сейфе. Лежали, если быть точнее.
– Получается, что не зря.
– Он тот еще ублюдок.
– А если у него есть копия?
– Абсолютно точно их нет.
– Почему ты так уверен?
– Он их в лицо не видел.
– Я ничего не понимаю.
– Тебе и не надо, просто подпиши, если меня вызовут куда-то, я сам его засужу, я уже консультировался со своим адвокатом.
– Окей, это понятно. Но я ведь правильно понимаю, что ставя подпись, я действительно могу управлять твоим бизнесом? То есть, уже нашим.
– Макс.
– Да я просто спросил. Деньги оттуда и мои получается. Так что, – я пожал брату руку, подписал документ и сказал, – спасибо за партнерство.
Глава 5
Лера
На самом большом перерыве между парами, мы с Даней, как это и было всегда, убежали обедать в нашу любимую кафешку, находящуюся в пяти минутах ходьбы от корпуса. В этот раз, нам пришлось ну ооочень долго стоять в очереди. Обеденное время, самое ужасное время суток. Но все же это лучше, чем оставаться голодными с 8 до 8.
– Ты можешь это себе представить? Чтобы я работала в паре с Соколовым! – Я размахивала руками. – Нет, Александр Николаевич точно меня ненавидит!
– Да ладно тебе, не утрируй, – сказал Лопух, откусывая очередной кусок сэндвича. – Скорее всего это произошло случайно, просто совпадение.
– Точно нет! Этот человек терроризирует меня уже второй год, Даня! Неужели ты не видишь этого?
– Да вижу конечно, но если мы нажалуемся ректору, зануда вообще нас за людей считать не будет, – Даня отодвинул от себя тарелку с крошками от сэндвича. – Пойдем, до начала пары осталось 6 минут.
– Ты иди, я приду к следующей паре, нужно отъехать по некоторым делам.
– Главное не головой.
– Очень надеюсь на это.
– Окей, потом расскажешь.
Даня чмокнул меня в макушку и, расплатившись за счет, вышел из кафе. Какой он хороший. Я и мечтать не могла о таком друге, как Лапушка. Когда я была маленькой, у меня почти не было друзей. Почему-то все дружили со мной только «Под лисичку», не по-настоящему. У меня была одна подруга – Надя, но она приезжала только на летние каникулы, и то всего на месяц. Так что, если вспоминать детство, ничего хорошего вспомнить не получается.
Так, дела, я сказала Дане, что мне нужно отъехать. На самом деле, каких-то грандиозных планов у меня не было. Я просто не хотела идти на пару, и как оказалось, не одна.
– Вы только гляньте.
Прямо за соседним столиком, вместе со своей свитой сидела Алиса Куликова. Только ее здесь и не хватало.
– Что случилось, Алиса? Деньги закончились? – Я встала из-за стола.
– Что? В каком смысле?
– В прямом. Пришла в обычное кафе, заказала пончик за 70 рублей, ты сегодня даже одета как-то по-другому. Очень симпатичная кофточка. Это что, секонд?