Второе Дыхание

Меня будто ударили кулаком в живот. Последние пару недель я сама старалась не думать о том, что со дня на день меня могут вышвырнуть из универа за долги и прогулы. Хоть я и воевала с папой много лет за то, чтобы самой разобраться кем хочу быть в этой гребаной жизни, а он насильно затаскивал меня на эконом, убеждая в перспективах, но признаться ему в том, что я все просрала и сделала это скорее осознанно - было выше моих сил. Каждый раз когда я приходила домой, и он начинал расспрашивать меня об учебе, начиналась такая трясучка, что аж зубы стучали. Естественно, я бесилась, бунтовала, дерзила и напропалую хамила - в общем, делала все, чтобы уйти от этих разговоров. Лучшая защита - нападение, ведь так?

- Меня еще не отчислили, - поправила я Наташу чуть резче, чем надо было, и неловко поерзала на стуле. - И нет, не поговорила. Я…хотела это сделать завтра вечером, после ужина.

Наташа вдруг хлопнула сама себя по лбу ладонью.

- Чуть не забыла! Я ж тебе принесла абонемент в бассейн! - воскликнула она и процокала высоченными каблуками в свой кабинет и обратно. Я недоуменно уставилась на нее. Заметив мой взгляд, она объяснилась и положила голубую карточку перед моими глазами: - Давно хотела отдать тебе его, чтобы ты могла отработать физкультуру, правда, Дениска не разрешал. Говорил, мол, я тебя этим унижу, что ты подачки не принимаешь.

Я закатила глаза - умник, блин, нашелся. Подхватив карточку двумя пальцами, рассмотрела ее со всех сторон: стильный абонемент был в самый крутой бассейн в нашем городе. Прищурившись, глянула на свою начальницу.

- Серьезно? Вот так просто, нахаляву? - скептически усмехнулась я, но больше для вида: Наташа всегда ко мне относилась с большой заботой и теплотой, можно сказать, она была мне как лучшая подружка и мама в одном лице. За все годы нашей дружбы с Денисом она ни разу ни в чем меня не обидела, не отказала и всегда поддерживала.

- Конечно! Ты же знаешь, мне с тебя ничего не надо. Ты мне очень помогаешь в клинике и как директору, и главному врачу, за что я тебе очень благодарна, - она тепло улыбнулась.

Пряча кусок глянцевого пластика к себе в карман джинсов, я выдавила слабую улыбку:

- Спасибо большое.

Наташа кивнула и, потрепав меня по голове, вдруг с какой-то тоской в глазах сказала перед уходом:

- Жаль, мой сын идиот - такую девушку упускает.

Ауч.

Сердце защемило так сильно, что я поморщилась и прикусила губу, сдерживая предательские слезы, набегающие на глаза. Шмыгнув носом, я сморгнула подступающую влагу и взялась за телефон - шесть пропущенных звонков от папы и четыре сообщения от Дениса, которые я прочла не открывая в мессенджере.

Ден: “Ну и что это было?! Что за выкрутасы? Ведешь себя как ребенок!”

Ден: “Я от тебя так просто не отстану. Мы должны поговорить как нормальные взрослые люди.”

Ден: “С чего вообще такая неадекватная реакция на мою личную жизнь? Вот именно поэтому мы тебе ничего и не говорили.”

Ден: “Вот все время ты так - вечно убегаешь. Хватит уже, Кира. Пора взрослеть.”

Я с силой сжала корпус смартфона в руке до противного хруста. Внутри все дрожало от едва сдерживаемого желания швырнуть его в стену. Кто бы говорил! Уж кому не позволю себя поучать, так это Денису Киму, инфантильному и эгоистичному придурку! И плевать, что во мне сейчас говорят эмоции, плевать, что убегаю и ничего не объясняю. Он и его герлфрэнд считали, что они мне ничего не должны, что со мной и моими чувствами не надо считаться. Ну так и я тогда никому ничего не должна. Ни что-либо объяснять, ни разговаривать - ничего. В порыве листнув ленту, я открыла нашу последнюю переписку с Никой и дрожащими пальцами набрала сообщение:

Кира: “Забирай свое барахло и нахрен выметайся из моей квартиры. Если я приеду домой, и ты все еще будешь там, пеняй на себя.”

Ника прекрасно знала, что это не просто угроза с моей стороны - я, если что, могла и с лестницы спустить, и нос расквасить. Поэтому я была уверена, что тянуть с выездом из моей маленькой квартирки, которую мы с ней делили не один год, она не будет.

Не скажу, что все проблемы и разногласия у меня решались кулаками - нет. Просто иногда люди понимали только такой язык: в школе мне пришлось научиться стоять за себя подобным образом. Школа научила меня драться во всех смыслах - я умела бить и кулаком, и словом.

В старших классах моего папу бесконечно вызывали в школу, таскали нас по всяким комиссиям, пока я не начала тусоваться с местными байкерами. Только тот факт, что в моем окружении теперь такие друзья, уже убивал всяческое желание людей цепляться ко мне еще в зародыше. Да и я сама стала чуть спокойнее - начала выпускать пар, гоняя на винтажном Харлее своего папы.

- И в кого ты у нас с мамой такая получилась, - иногда качал головой папа, гладя меня по голове, пока я шутя ворчала и уворачивалась от отцовской ласки.

- Глупый вопрос, па. В тебя, конечно! - бурчала в ответ, пряча взгляд. - Ты был местным хулиганом, а мама… Мама была хорошей девочкой.

В такие моменты глаза отца подозрительно блестели - он, как и я, до сих пор не смирился с ее смертью. Хоть и прошло уже почти десять лет со дня ее гибели, но как-то легче со временем не становилось.

Из мрачных мыслей меня вырвал звук дверного колокольчика - пришли посетители. Я похлопала себя по щекам, приводя в чувство, шумно выдохнула и расправила плечи. Пора заняться действительно важным делом вместо своих страданий - спасать жизни хвостатых.

***

В нос бьет характерная для бассейна смесь запахов и на удивление она не вызывает отторжение, а даже нравится. Бассейн кажется более безопасным, чем та же река или море. Прохлада плитки и влажность воздуха от воды приносят самую малость успокоения, хоть меня все равно слегка передергивает от волнения. Безотчетный страх воды, живущий во мне последние десять лет, еще не прошел до конца.

Зарегистрировавшись на стойке администратора, я прошла к женской раздевалке и онемевшими пальцами открыла свой шкафчик. Прохладный воздух коснулся оголенной кожи, которая тут же покрылась мурашками. Я не знала зачем это делаю. Возможно, отработка и зачет по физкультуре погоды мне не сделает и меня все равно отчислят - была пара предметов, что все еще тяжеленными гирями висели надо мной. Но я все равно упрямо шла сюда, собрав всю свою волю и упрямство в кулак, будто чувствовала - мне это нужно.

Говорят, вода это целебная сила. Она смывает все тревоги, расслабляет мышцы, дает телу заряд бодрости и силы. Для меня пока что она была лишь триггером, неподвластной стихией, показывающей насколько жалок и мелок человек в этом мире. Вода - это сама жизнь. Только вот мне иногда казалось, что она дышит смертью - стоило только вспомнить о том, что именно она забрала у меня самое важное и ценное.

Убирая волосы в хвост и под плавательную шапочку, я не заметила как до боли знакомая фигура отделилась от противоположной стены и последовала за мной.

- Я же говорил, что от тебя не отстану.

От неожиданности я шарахнулась в сторону и, прижав руку к груди, где от испуга сердце стучало как молоток, уставилась на Дена. Он стоял передо мной в одних плавках и нагло ухмылялся.

- Зачем так подкрадываться?! - воскликнула я, стараясь успокоиться и унять свой бешеный пульс, стучавший в ушах. - Придурок… - добавила я себе под нос и стремительно пошла в сторону бассейна, совершенно не заботясь о том, что могу поскользнуться и раскроить себе башку.

Судя по раздающимся звукам за спиной, Ден следовал за мной по пятам.

- Ну да, конечно, я теперь придурок. А еще недавно был и Дениской, и Денчиком, и твоим милым, - протянул он и попытался шлепнуть полотенцем меня по заднице. - Как быстро все поменялось у тебя, Кира! А как же наша крепкая дружба “не разлей вода” и вот это все?

Я увернулась и, злобно пыхтя, так резко повернулась к нему, что он чуть не сшиб меня.

- Наша дружба кончилась в тот момент, когда ты решил от меня скрыть, что спишь с моей лучшей подругой у меня за спиной, - рыкнула я, отпихивая его от себя как можно дальше. Он пошатнулся, но устоял и отступил на пару шагов.

- Вообще-то я свободный человек: с кем хочу, с тем и сплю! - вспылил он. - Почему-то раньше ты так не реагировала на других девчонок! Что вдруг изменилось?

Ох, мальчик мой. Знал бы ты чего мне стоило на всех других так не реагировать. Держать, стиснув зубы, себя в руках и не показывать чувств. Особенно в те моменты, когда ты приходил ко мне, смотрел наши любимые аниме лежа со мной в обнимку, целовал в нос и говорил, что ни одна девушка тебе не нужна, кроме меня… Говорил, что я самая лучшая, идеальная, красивая, понимающая и о том, как тебе повезло, что я с тобой рядом. Когда наш флирт балансировал на тонкой грани, когда однажды даже поцеловал меня на одной из своих студенческих вписок, куда сам же привел с собой. Зачем все это было? Почему? Что за игра была такая? Абсолютно жестокая и отстойная.

Я крепко сжала кулаки, пряча мелкую дрожь - меня всю трясло то ли от обиды, то ли от злости, то ли от несправедливости, то ли от страха, что мной действительно игрались, прекрасно зная о моей влюбленности.

- Да потому что… - начала я, и тут же, психанув, махнула на него рукой: - А хотя знаешь что? Пошел ты в задницу, Денис. Не собираюсь я тебе ничего объяснять. Ты либо слепой, либо тупой! А может и все вместе.

Я уже было пошла дальше своей дорогой, но он вдруг обогнал меня, схватил за запястье и резко притянул к себе. Его грудная клетка ходила ходуном, жилы на руках вздулись от напряжения, глаза бешено метались по моему лицу.

- Отпусти, - грозно сказала я, приблизившись к нему вплотную, и попыталась освободиться.

- Не могу. И ты это знаешь, - тихо сказал Ден дрогнувшим голосом. В его взгляде будто стояла мольба и что-то еще, что мне не было понять из-за пелены захвативших эмоций. - Ты мой друг, Рысь, мой самый близкий друг, и я не смогу без тебя.

- Тройничок - не моя тема, извиняй. Справишься уж там как-нибудь без меня со своей новой подружкой, - процедила я, выдергивая свою руку из его пальцев и делая шаг назад: - И мы с тобой больше не друзья. А теперь дай пройти.

На лице Дениса заходили желваки, но он все же молча отошел в сторону, прожигая меня странным взглядом. Я прошествовала мимо него с гордо поднятой головой и показательным хладнокровием, только вот внутри меня была полная разруха. В груди нестерпимо жгло, зубы сводило, а в горле встал ком размером с теннисный мяч. Но я стойко все выдержала и не позволила себе рассыпаться. Не здесь, не сейчас, не перед ним. Дома - пожалуйста. Приду, выпью чего-нибудь сорокаградусного, сожру ведро любимого мороженого с соленой карамелью и, завернувшись в одеяло, залягу смотреть на любимого Эрена Йегера и то, как титаны топчут мир во имя свободы острова Парадиз.

Перед глазами вдруг всплыло: запах кожи, страстные поцелуи, умелые и ласковые пальцы, стоны, головокружительная наполненность и будто электрические разряды по позвоночнику…

Я потрясла головой, пытаясь рассеять дымку воспоминаний, накрывшую так некстати, и почувствовала как по всему телу прокатилась жаркая волна. Точно цунами омыло всю меня с такой силой, что нога скользнула по плитке, я неловко взмахнула рукой и на долю секунды подумала, что мне хана и мои мозги сегодня вечером будут отскребать от пола.

Крепкие руки подхватили со спины и с легкостью поставили меня на ноги.

- Аккуратнее, здесь очень скользко.

Услышав голос, я распахнула глаза и замерла как загнанный кролик.

- Будьте внимательнее, пожалуйста, находясь в бассейне и…почему вы босиком, а не в сланцах?

Мысленно я хлопнула себя по лбу. Испанский стыд! Я так нервничала, что забыла надеть тапочки и разгуливала по общественному бассейну голыми ногами! А потом и стычка с Деном напрочь лишила меня мозгов. Боже, какой позор.

Я резко повернулась и столкнулась нос к носу с моим идеально неидеальным незнакомцем. Его светло голубые глаза тут же расширились от удивления - он сразу узнал меня. От его близости, исходящего тепла его крепкого спортивного тела и от вновь замелькавших флешбэков прошлой ночи колени ослабели, а низ живота отозвался приятным натяжением.

- Кира? - выдохнул Макс мое имя и обвел ошарашенным взглядом меня в спортивном купальнике. Его щеки слегка порозовели, и от этого все внутри затрепетало. Если я так действовала на этого парня, то я была польщена. И в то же время мне захотелось придушить этих долбаных бабочек, что при виде него решили устроить свистопляску в моем животе.

- Обознался, - отмахнулась я и кинула через плечо, уходя: - Спасибо, что подхватил.

Макс издал какой-то сдавленный звук, а я пулей понеслась обратно в раздевалку. Я уж было захотела переодеться и свалить от греха подальше, но вдруг остановилась на полпути, приспустив лямку купальника, и притормозила. В голове всплыли слова Дениса “Ты только и делаешь, что убегаешь”, и они резанули не хуже ножа.

А почему, собственно, я убегаю, трусливо поджав хвост? Стыдно за то, что произошло ночью между мной и Максом? В глаза ему смотреть, разговаривать с ним, стараясь не думать о том, что знаем друг друга почти одежды, знаем какие звуки издаем?..

Я уперлась затылком в дверцу шкафчика и резко выдохнула как перед прыжком в воду с пирса. Веду себя как маленькая девочка, которая вчера впервые поцеловалась и теперь страшно думать было это хорошо или полным провалом, катастрофой вселенского масштаба. Но я уже давно не такая. Я взрослая девушка, которая с козлиным упорством взращивала уверенность в себе и высокую самооценку, хоть и с переменным успехом, и которая давно осознала свою привлекательность - что уж греха таить, иногда, я пользовалась этим преимуществом.

Резко выпрямившись и расправив плечи, я решительно вдела ноги в тапки и направилась обратно. Нет уж, никому не позволю себя смутить. Тем более этому парню, от которого внутри все почему-то подрагивало и переворачивалось. Я была намерена сыграть в ту самую игру, где показушное безразличие, холодность и недосягаемость влекли парней к девушке как мотыльков на пламя.

Когда я вышла из коридора, Макс уже стоял у края бассейна: серьезный, сосредоточенный, в облегающих его точеную жилистую фигуру как вторая кожа футболке и шортах. Он что-то объяснял группе подростков, показывал движения руками, создающие мощные гребки, от чего его мышцы напрягались и притягивали взгляд. Красивый черт. Бабочки в животе при виде его тотчас встрепенулись и начали исполнять чертову ламбаду, и я мысленно пожелала им гореть в аду.

Школьники надели плавательные очки и попрыгали в воду, каждый на свою дорожку. Максим как коршун цепким взглядом следил за ними и каждое их движение комментировал, давал четкие команды. Он что, типа тренер здесь? Вот блин!

С кошачьей грацией я подошла к краю бассейна, оставив обувь у бортика, встала так, чтобы быть в поле его зрения и стала разминаться. Водная гладь мирно покачивалась от небольших волн и поблескивала в свете ярких ламп. Внутри вновь попытался поднять голову безотчетный страх воды, и на миг все мышцы сковало напряжением - не разогнуться. Я задышала медленно и глубоко, полуприкрыв глаза, и встряхнула руками, чтобы не уйти в себя из реальности и не поддаваться панике.

- Трамплин не загораживаем. За вами уже очередь набралась, - послышался позади меня строгий голос Макса. - Заниматься сюда пришли или просто посмотреть?

Я чуть не задохнулась от возмущения - вот гад! Разговаривает со мной так…так… В общем, не понравилось мне ни фига каким тоном он мне это сказал! Повернувшись к нему, я увидела что он смотрит на меня не мигая, а уголки его губ чуть подрагивали как если бы он сдерживал улыбку. Отойдя в сторону, я содрала с головы дурацкую шапочку и небрежным движением расправила копну своих волос. Кажется, сегодня не поплыву точно - принципиально. Лучше на нервах поиграю.

- А что если и так? Просто смотреть разве запрещено? - с нахальным видом вскинулась я, уперев руку в бок.

- Правила поведения в бассейне висят у раздевалок, рекомендую ознакомиться, - сухо ответил Макс, скрещивая руки на груди, и, отвернувшись, тут же громко отчеканил кому-то в воде: - Тело держим, тянемся вперед, лицо опускаем! Раз-два, раз-два…

О, вы только посмотрите на него: похоже, этот парень быстро схватывает, а может и хорошо знает правила игры. Только он еще не знал с кем схлестнулся в этой битве - у меня черный пояс по поведению в стиле “ты меня не интересуешь” и покер фэйсу.

Я открыла рот, чтобы сказать еще что-нибудь колкое, но к нам подошла девушка-администратор и с глазами влюбленного щеночка подала Максу какой-то листок.

- Максим Андреевич, это обновленный список вашей группы начальной подготовки. Распишитесь, пожалуйста, вот здесь, что вы ознакомлены и получили копию, - сказала она ему с таким придыханием в голосе, что я не удержалась и, цокнув, закатила глаза. Будь она с ним наедине, то наверняка попросила бы эту подпись поставить ей на груди, ей-богу.

Надо отдать должное Максу - ни один мускул не дрогнул на его точеном лице. Абсолютный профессионал и само спокойствие. Размашисто поставив свою подпись и поблагодарив ее за работу, он взял лист со списком людей и пробежался по нему внимательным взглядом.

Заметив меня, администратор показала на меня рукой:

- Вот, кстати, и девушка из этого списка - Рысина Кира Дмитриевна. С сегодняшнего дня она проходит у вас отработку для университета и обучение…

Серо-голубой взгляд встретился с моим и обжег холодом. Нет, каюсь: я все же очень хорошо понимала эту девушку - ведь от того, как он смотрел, трусики определенно улетали бы в космос, если б могли.

Видимо, наш непрерывный зрительный контакт и молчание продолжались неприлично долго, поэтому администратор немного помялась, неловко поулыбалась и ретировалась.

- Так значит…ты не умеешь плавать? - выгнув бровь, поинтересовался он.

Жидкое пламя обуяло грудь и щеки с еще большей силой, впору пожарных вызывать. Как хорошо, что моя кожа не имеет свойства краснеть от смущения или стыда…

- Умею, но не очень хорошо, - сохраняя спокойствие удава, ответила я и невольно переступила с ноги на ногу. Стараясь скрыть свое смущение, игриво, но едко поддела его: - И с чего это мы перешли на “ты”?

Макс аккуратно сложил листок бумаги, не сводя с меня пристального взгляда, положил его в нагрудный карман и приблизился почти вплотную.

- Может, с того, что недавно был глубоко в тебе, - понизив голос, сказал он, и в его глазах на мгновение промелькнуло озорство. - И знаю как ты сладко стонешь…

Меня будто пронзило током, все тело задрожало от его слов и чувственного тона. Твою ж мать.

- А может, и с того, что ты теперь моя ученица.

Найдя в себе силы, я презрительно фыркнула.

- Это ничего не значит.

- Ошибаешься, - Макс отступил на шаг, и на его лице расцвела откровенно хулиганская улыбка. А затем, кивнув в сторону воды, с вновь предельно серьезным выражением лица добавил: - Прыгай в воду, несносная. Занятие уже началось.

Стискивая зубы и сдерживая ругательства, я снова натянула плавательную шапочку на голову по самые брови и с достоинством прошествовала к трамплину. Во мне бушевала буря - острое желание вперемешку с раздражением, которое возникало всякий раз, когда кто-то мной командовал.

Оставалось только надеяться, что он не заметил как я на него реагирую, и уповать на всю свою хваленую выдержку.

Да начнется игра.