- -
- 100%
- +
– Джулия никому не позволяет лезть в ее жизнь, – глухо сказал Макс. И Алекс услышал в его голосе капитуляцию. – Даже мне.
– А я и не собираюсь лезть в ее жизнь, – парировал Алекс и еле заметно улыбнулся. – Я собираюсь стать частью ее жизни.
– Допустим, – медленно сказал Макс. – Но от меня-то ты что хочешь?
– Ты единственный человек, который сможет заставить ее принять мое предложение.
– Она не будет слушать меня, – задумчиво пробормотал Клептон. – Джулия далеко не дура и прекрасно понимает, чем может закончиться для нее брак с тобой. Ты разведешься с ней и заберешь детей. Разве не так?
– Мне бы не хотелось прибегать к радикальным мерам, – ушел от ответа Алекс. – Я не хочу затевать судебную тяжбу, которая может продлиться несколько лет. Мои дети к тому времени, когда это все закончится, будут воспринимать меня, как врага. Кроме всего прочего, это привлечет внимание прессы. Как только журналисты узнают – жизнь Джулии и мальчиков превратится в ад. Поверь мне, я знаю, что это такое. И смогу защитить ее только в том случае, если она будет носить мое имя.
Макс Клептон внимательно слушал его. По застывшему выражению лица старшего брата Джулии он никак не мог понять, что же происходит в его голове. Стоящий перед ним темнокожий мужчина был его последней надеждой на мирное решение вопроса. Как бы Джулия не относилась к нему, как бы сильно его ненавидела, он не хотел, чтобы она стала объектом травли желтой прессы. У него достаточно сил и денег, чтобы выстоять. А она? Она останется совершенно одна против своры безжалостных, жадных до сенсаций журналистов. Которые на все пойдут, лишь бы продать свои грязные измышления.
– Иного способа нет? – в темных глазах Макса Клептона что-то дрогнуло.
– Нет, – отрицательно покачал головой Алекс. – Твоя сестра никогда по своей воле не подпустит меня к детям.
– Хорошо, – глубоко, как перед прыжком в воду, вздохнул Макс, – что я должен сделать?
6
Стоя на маленькой, плохо освещенной лестничной площадке перед квартирой Джулии, Макс никак не мог заставить себя нажать на дверной звонок. Вентворт дал ему пять дней, чтобы поговорить с сестрой, но он даже не представлял, как это сделать.
«Ты единственный, ради кого Джулия пойдет на любые жертвы! – убеждал Алекс Вентворт несколько дней назад в его маленьком душном кабинете.
Макс, глядя невидящим взглядом на собеседника, лишь отрицательно качал головой.
– Нет! Я не могу поступить с ней так! Она моя сестра! Она никогда мне этого не простит!
– В конце концов, она даже будет тебе благодарна! – не отступал Вентворт. – Ты снимешь с ее плеч груз финансовых проблем. Дашь возможность спокойно воспитывать детей, не думая о том, где взять денег на элементарные вещи.
– Ты очень плохо знаешь Джулию, – криво ухмыльнулся Макс. – Дело здесь не в деньгах…
– Я очень хорошо знаю Джулию, – парировал Алекс. – И брак со мной – не самое страшное, что с ней может случиться.
Максу задумчиво взглянул на него. Смутная мысль, не дававшая ему покоя с самого начала их странного разговора, наконец-то обрела черты.
– Зачем тебе это? – спросил он стоящего перед ним мужчину. Репутация Александра Вентворта была известна всем. Безжалостный финансовый воротила, сколотивший себе многомиллиардное состояние на торговле нефтью и финансовых слияниях. Его корпорация поглотила несколько десятков крупных фирм, и Макс дал бы руку на отсечение, утверждая, что Вентворта ни секунды не мучила совесть, когда он разорял менее удачливых конкурентов. Так почему же к Джулии он проявляет такую терпимость? Ведь он мог без особых хлопот отобрать у нее детей, и никто бы не смог ему помешать.
Алекс замер. А на стене секундная стрелка часов начала отмерять минуты его молчания.
– Назови мне хотя бы одну причину, которая убедила бы меня помочь тебе, – добавил Макс.
– Причину? – медленно протянул Вентворт. – У меня их очень много. И одна из них заключается в том, что я хочу вырвать Джулию и моих детей из нужды. Этого тебе пока достаточно?»
– Папа? – дверь квартиры неожиданно распахнулась, и Макс с удивлением уставился в прозрачные серо-зеленые глаза своей старшей дочери. – Что ты тут делаешь?
– Макс? – за спиной Айрис возникла Джулия. – Ты за Айрис?
– Нет, – растерянно пробормотал мужчина, переводя взгляд с дочери на сестру. – Я хотел бы поговорить с тобой.
– Хорошо, – недоуменно протянула Джулия, отступая вглубь квартиры. – Проходи. Мальчики спят. Айрис…
– Она подождет меня в машине, – торопливо перебил ее Макс, протягивая девушке ключи. Джулия неопределенно пожала плечами.
– У тебя что-то случилось? – поинтересовалась Джулия, закрывая входную дверь и взмахом руки приглашая его в маленькую кухню.
Макс промолчал. Усевшись на стул, он с интересом разглядывал свою младшую сестру, которая с ловкостью заправского повара намазывал масло на бутерброды, резала помидоры, доставала тарелки. Через три минуты скромный ужин, состоящий из хлеба, ветчины и овощей, был накрыт.
– Ты вроде изменилась, – неуверенно пробормотал Макс, пытаясь сообразить, в чем именно.
– Чай? – спросила Джулия.
Макс кивнул.
– Итак, – сев напротив брата, Джулия положила себе на тарелку пару ломтиков ветчины и помидор. – Что у тебя случилось? Ты пришел раньше на две недели. Ты не сможешь дать мне денег на следующий месяц? Если это так, то я попытаюсь договориться с миссис Райт, и она, я уверена, сможет подождать несколько недель. До этого я всегда платила в срок. Так что, ничего страшного.
– Джулия, – перебил Макс подозрительно бойкую болтовню сестры. – Ты знакома с Александром Вентвортом?
Девушка замерла. А затем, старательно пряча свой взгляд от брата, она аккуратно положила надкушенный бутерброд на край тарелки. Встала из-за стола и подошла к окну.
Мысли о нем не давали ей покоя ни днем, ни ночью. Она не могла ни есть, ни спать, постоянно ожидая его прихода. Боясь того, что в следующий раз он просто заберет мальчиков, и она не в силах будет ему помешать.
– Значит, знаешь, – подвел итог Макс ее красноречивому молчанию.
– Да, знаю, – глухо выдавила девушка. – Почему ты спрашиваешь?
– Корпорация «Вентворт Юнион» собирается вчинить мне несколько исков, – осторожно сказал мужчина, глядя на напряженно замершую у окна сестру. – Искусственное завышение стоимости акций, сокрытие сделок, подлог….
От каждого его слова девушка вздрагивала.
– Но ведь это неправда? – повернувшись, тихо спросила Джулия. В ее глазах было столько надежды, что Макс начал глубоко сомневаться в том, правильно ли он делает, что вынуждает сестру именно таким способом согласиться на брак.
– Конечно, нет! – возмущенно выпалил Макс.
Девушка еле заметно перевела дыхание.
– Но это ничего не меняет, – добавил мужчина с невеселой улыбкой. – Как только корпорация Вентворта официально заявит о своих претензиях, меня отстранят от работы до конца служебного расследования.
– Насколько долго? – срывающимся голосом спросила Джулия.
Макс лишь неопределенно пожал плечами.
– Несколько недель, может быть…
– Или несколько месяцев, – горько закончила его мысль девушка.
– Да.
– И твоя семья останется без средств к существованию, – глухо прошептала Джулия.
– Да.
– Чего он хочет, Макс? – она подняла к нему побледневшее лицо, на котором живыми оставались только почерневшие глаза. Максу стало не по себе из-за того, что он увидел в них. – Ведь он разговаривал с тобой? Называл свои условия? Он хочет…
У нее не хватило сил закончить фразу. Ноги подкосились, и девушка рухнула на пол.
– Черт! – процедил сквозь зубы Макс, вскакивая с места и кидаясь к сестре. Попался бы ему сейчас этот Вентворт! Всю душу бы из него вытряс за то, что тот убедил его участвовать в этом дешевом спектакле!
Опустившись на колени рядом с Джулией, он осторожно приподнял ее голову.
– Джулз, – темные ресницы затрепетали, и она на секунду приоткрыла наполненные слезами глаза. – Я подниму тебя и отнесу на диван, – предупредил ее Макс, подхватывая хрупкое тело на руки.
В небольшой гостиной он аккуратно опустил ее на диван. Повсюду были разбросаны детские игрушки, пахло молоком, смешанным с теплым, еле уловимым запахом ребенка. И Макс вдруг подумал, что, окажись он на месте Вентворта, он так же, всеми правдами и неправдами, стал бы бороться за право воспитывать своих детей, видеть их каждый день, жить с ними.
– Он хочет жениться на тебе, – негромко сказал он, накрывая сестру теплым пледом. – Это единственное его условие.
– Что ты сказал? – карие глаза, из которых непрерывно катились слезы, распахнулись. Глядя на него снизу вверх, Джулия пыталась осмыслить то, что только что услышала.
– Вентворт пообещал мне, что составит брачный контракт, по которому не сможет при разводе отобрать у тебя детей, – добавил Макс.
– Я не верю этому, – прошептала девушка.
– Джулия, – сухо сказал Макс, выпрямляясь, – твои дети не виноваты, что между их родителями существует некое недопонимание. Они имеют полное право воспитываться в полноценной семье. Вентворт понимает это, а тебе, по-видимому, наплевать на все, кроме своих старых обид.
– Старых обид? – девушка резко села. – Хочешь, я расскажу тебе, что у меня за старые обиды? Я не верю ни единому слову этого человека! Ты в курсе, что кроме меня он сделал или собирается сделать предложение этой голливудской актрисе Элис Миллер? Он что, женится на нас обеих? Одновременно? Или по очереди? И то, что ты несешь здесь про какой-то брак, полноценную семью, про то, что Вентворт все понимает – это полный бред! Его ничего не интересует, кроме своих желаний и препятствий, которые он должен преодолеть, чтобы удовлетворить эти желания! Сейчас я – препятствие на пути к его детям! И я вижу, что он его успешно преодолевает!
– Так все-таки ты признаешь, что это мои дети, – раздался насмешливый голос, и девушка вздрогнула.
Чуть повернув голову, она уперлась взглядом в высокую фигуру Алекса Вентворта, медленно приближающегося к ним.
– Клептон, – Вентворт протянул Максу руку для приветствия, и тот, бросив быстрый взгляд на сестру, недоуменно переводившую глаза с одного на другого, пожал ее.
– Дверь была не заперта, – невинно пояснил Алекс, прочитав немой вопрос, застывший на лице девушки.
– Ну, конечно, – процедила она, отворачиваясь.
– Меня ждет в машине дочь, – торопливо пробормотал Макс, – я, пожалуй, пойду.
– И оставишь его здесь? – изумилась Джулия. – Со мной?
– По-моему, вы оба должны выяснить все, что между вами случилось, определить, кто виноват, и что делать дальше! – отрезал Макс. – А меня прошу уволить от ваших разборок! Мне и в своей семье проблем хватает!
И с этими словами он вышел из комнаты. Джулия ошеломленно, словно надеялась, что он еще вернется, смотрела на дверь.
– Мне сделать официальное предложение? – напомнил о своем присутствии Алекс.
Джулия бросила на него злобный взгляд и спустила ноги на пол.
– Катитесь к черту!
– Не хочу показаться назойливым, но именно от твоего решения зависит судьба брата, – Алекс, дойдя за девушкой до кухни, привалился плечом к косяку. Скрестив руки на груди, он пристально рассматривал Джулию, торопливо убиравшую еду со стола. – Как ты сможешь смотреть в глаза своим племянницам после того, как их отец попадет в тюрьму?
Тарелка выскользнула из рук девушки и разлетелась осколками по всей кухне.
– Вы не посмеете, – с трудом выдавила она, пристально вглядываясь в лицо Алекса, ища там хотя бы малейший намек на то, что он всего лишь пугает ее. И не находила подтверждения.
– Ты думаешь? – оттолкнувшись плечом от косяка, он медленным шагом приближался к ней. Джулия попятилась.
– От тебя ведь требуется так мало, – он прижал ее своим мощным телом к стене. – Просто сказать, что согласна…
Его голос понизился до интимного шепота, и Джулия с непонятным ей самой нетерпением ждала, когда же он прикоснется к ней.
Прохладная ладонь скользнула по ее щеке, кончики твердых пальцев осторожно дотронулись до губ.
– Ты ведь согласна стать моей женой, Джулия? – она, словно загипнотизированная, смотрела в его синие глаза, становившиеся с каждой секундой все темнее.
– А у меня есть выбор? – тихо спросила она, чувствуя, что пол начинает медленно уходить из-под ног.
– Нет, – так же тихо ответил Алекс, разглаживая кожу на ее лице большими пальцами. – Выбора нет.
Она сглотнула и еле заметно кивнула. Все оказалось точно так же, как и два года назад. Как и тогда, она таяла от его прикосновений, теряла волю от звуков его голоса, становилась послушной куклой в его руках.
– Этого не достаточно, – он продолжал свою сладостную пытку, скользя ладонями по ее телу, прижимая ее к себе все сильнее. – Скажи это. Скажи «я согласна стать твоей женой, Алекс».
– Я согласна стать твоей женой, Алекс, – послушно прошептала девушка, почти теряя сознание в его руках.
Он резко отстранился от нее. Тяжело дыша, словно ей не хватало воздуха, девушка издалека слышала его четкий сильный голос, не совсем понимая, о чем он говорит.
– Мы поженимся послезавтра. Все документы уже подготовлены. Будут присутствовать только моя семья и твой брат. Мы сразу же улетим в Арабские Эмираты. Если у тебя есть какие-то неоконченные дела, советую завершить их завтра в течение дня. Брачный контракт будет у тебя утром. Вопросы есть?
– Как быстро вы все это провернули, – с горечью прошептала девушка. – Все было заранее решено! А согласие на брак, которое вы так умело сейчас из меня вытянули, было на самом деле лишь пустой формальностью? Да?
Алекс промолчал. В синих глазах, еще минуту назад горевших от страсти, не отразилось ничего.
– Отвечайте мне! – взвизгнула Джулия.
– Спокойной ночи, – равнодушно попрощался он с ней, и, не глядя больше на девушку, ушел.
7
– Алекс? – осторожно просунув голову в дверь, в комнату заглянула Лили. – Ты здесь?
Огромная бильярдная была освещена лишь единственным светильником, горевшим в углу. И прямо под ним, сгорбившись, сидел ее старший брат. Без пиджака и галстука, в рубашке, расстегнутой на груди, он перекатывал в руках стакан с виски. Задумчиво глядя на темную янтарную жидкость, мужчина никак не прореагировал на появление девушки.
– Алекс, – чуть громче окликнула его Лили, подойдя ближе. Он вздрогнул и поднял голову.
– Ты что тут прячешься? – полюбопытствовала девушка, отодвигая бутылку с виски в сторону и усаживаясь на бильярдный стол. Ожидая ответа Алекса, она беззаботно болтала длиннющими стройными ногами, облаченными в узкие черные джинсы.
– Так, – неопределенно пожал плечами мужчина.
– Я поздравляю тебя! – ослепительно улыбнулась Лили. – Послезавтра у тебя свадьба! Я буду громче всех визжать от восторга!
Алекс промолчал.
– Ты не рад? – сникла девушка. Восторженная улыбка, сияющая на ее лице, погасла, и она с тревогой заглянула в лицо брата. – Не рад, что женишься на Джулии… Неужели и она для тебя всего лишь очередная сделка?
– Лил, это тебя не касается, – отрезал Алекс, сделав большой глоток из стакана.
– Да, конечно, – упавшим голосом пробормотала девушка, неловко слезая со стола. Постояв еще несколько минут рядом с братом, она осторожной походкой выскользнула за дверь.
Алекс даже не заметил, как она ушла.
Он бы многое отдал, чтобы брак с Джулией стал простой сделкой! С понятными условиями и взаимными обязательствами. Как с Элис Миллер. Алекс поморщился – он так и не объяснился с Элис. Не сказал, что женится на другой. Причем не когда нибудь, а уже – он взглянул на часы, которые показывали пятнадцать минут первого ночи – уже завтра. Женщина звонила ему за последнюю неделю несколько десятков раз в головной офис, в Дубай, в Штаты, оставляла для него сообщения, а он так и не смог выкроить время и объяснить ей все.
Алекс сделал еще один глоток.
Джулия…
Если бы она знала, какую сильную власть имела над ним, она бы долго удивлялась. Увидев ее неделю назад, он с трудом сдержался, чтобы не набросится на нее с голодными поцелуями, срывая по пути одежду. И лишь из боязни напугать ее еще больше, он с трудом, но держал себя в руках. Он никогда не думал, что может так тосковать по женщине. По шелку ее длинных волос, по гладкой ароматной коже, по карим глазам, становящимся бездонными, когда он прикасался к ней. И эта тоска почему-то не как не хотела уходить вместе со временем, становясь с каждым днем все глубже и острее. Даже решение жениться на именно на Элис, одной из многочисленных его пассий, было продиктовано тем, что она отдаленно, но напоминала Джулию.
Джулия…
Он вздрагивал каждый раз, когда слышал это имя, подсознательно начиная искать глазами ту, которая его носила. Надеялся, что это именно она… И каждый раз ошибался. Пытался забыть ее, встречаясь с несколькими женщинами одновременно, но от этого становилось только хуже. Или работал по 20 часов в сутки, путешествовал по миру, занимался благотворительностью. Он ни на минуту не оставался один, ни днем, ни ночью, но никогда ему не было так одиноко, как в эти два года. И часто, стоя в темноте у окна в Сан-Паулу, Нью-Йорке или Токио, он задавал себе вопрос: как? Как он смог совершить подобную глупость и отпустить ее?
Джулия…
Он мог обмануть кого угодно – отца, мать, Лили, даже Джулию, – утверждая, что от этого брака ему нужны исключительно дети. И мог делать это сколь угодно долго. Но лгать себе не мог. Она была нужна ему. Жизненно необходима. Как дыхание. Как глоток воды. Как биение сердца. Знать, что она рядом. Что принадлежит только ему, и никому больше!
Джулия….
Любит ли он ее? Любовь делает сильных мужчин слабыми, заставляет терять гордость и разум. Совершать безумные поступки. Это болезнь, вирус, от которого нет вакцины. Это наркотик, который нужно принимать еще и еще, каждый день, ощущая после каждой дозы несравнимую ни с чем эйфорию. Но он не даст понять Джулии, как сильно зависит от нее. От ее улыбки. От смеха. От мимолетного прикосновения ее руки к его телу.
От всего, что связано с ней.
Он не может дать ей над собой абсолютную власть.
8
Сайрус Криспи шел по дорожке Сент-Джеймс-парка, наслаждаясь теплым апрельским днем. Часы показывали начало десятого, но это его мало волновало. Солце, изредка проглядывавшее сквозь растрепанные перья облаков, заботило его куда больше. В последнее время его старые кости стали очень болезненно реагировать на дождь.
А еще на Алекса Вентворта. Этот мальчишка, вероятно, решил досрочно уложить его в могилу. Сегодня рабочий день старого Сайруса начался полшестого утра. Алекс принес ему брачный контракт, который он решил заключить с матерью своих детей, Джулией как-ее-там. Признаться, старому Сайрусу было интересно самому взглянуть на женщину, сумевшую заполучить себе в мужья одного из Вентвортов. А Алекс, отдавая ему контракт, предупредил, чтобы адвокат соглашался на любые условия Джулии, пусть даже самые абсурдные, но документы должны быть подписаны сегодня.
– Они по утрам гуляют по парку, в западной его части, – напутствовал его Алекс. И Сайрус вот уже двадцать минут, опираясь на тросточку, почти юношеской походкой бодро колесил по аллеям Сент-Джеймса, выискивая глазами двух девушек с детьми.
– Мэтти, иди ко мне! Майк! – звонкий крик и смех, раздавшийся следом, поднял в воздух стаю соек. Сайрус прищурился – на другой стороне поляны темноволосая девушка хлопала в ладоши перед двумя малышами. Криспи несколько раз мигнул, не совсем доверяя тому, что видели его старые глаза – девушка была темнокожей.
– На этом можно сколотить состояние, – пробормотал старый адвокат, пересекая поляну. – Весь мир уверен, что младшему Вентворту всю жизнь нравились блондинки, – ворчал он себе под нос. – И вот, на тебе, мулатка. И еще двое детей! Да это просто пир для папарацци!
– Мисс! – окликнул он девушку. Та оглянулась.
– Мисс, пожалуйста, мне нужно с вами поговорить! – от быстрой ходьбы Сайрус начал задыхаться.
Девушка непонимающе смотрела на него, а затем, присев на корточки, аккуратно подхватила на руки обоих малышей.
– Я не сделаю вам ничего плохого, – Сайрус чувствовал, что больше так не может. Остановившись, он, как рыба, вытащенная на берег, с трудом хватал открытым ртом воздух. – Я должен только, – запинаясь, произнес он, – с вами поговорить.
– Мистер, вам что надо от девушки? – перед ним, словно черт из табакерки, появился высокий светловолосый мужчина в деловом костюме. Для обычного прохожего он был слишком мускулистым, слишком широкоплечим, и слишком пристально осматривал его. А небольшое вздутие под мышкой выдавало наличие пистолета. За его спиной маячили еще трое молодцов, похожих друг на друга, как братья – близнецы.
– Алекс Вентворт поручил мне обсудить условия брачного контракта с этой леди, – он торопливо кивнул в сторону недоуменно разглядывавшей его девушки, начиная сомневаться, правильно ли он понял своего клиента. Темноволосой мулатке было на вид не больше пятнадцати лет, и хотя девушка была безумно красива, не мог же Алекс женится на подростке. Или мог? Или она гораздо старше, чем выглядит? – Я семейный адвокат Вентвортов.
– Да? – усомнился телохранитель, с подозрением осматривая его. – Это мы сейчас узнаем.
И он крикнул куда-то в сторону.
– Мисс Лили! На минутку!
Криспи с облегчением выдохнул.
– Лили…
– Да, Боско, – звонкий голос раздался за его спиной, и старый адвокат резко повернулся. В узких черных брюках, в сапогах-ботфортах и вязаном бесформенном свитере, в котором было больше дырок, чем пряжи, Лили Вентворт выглядела просто изумительно.
– Я бы на месте твоего отца порол тебя почаще за подобный вид, – пробормотал Сайрус, а девушка, узнав его, радостно взвизгнула.
– Кри-кри!
– Ну, хватит, – Сайрус, улыбаясь, стирал вишневый блеск со своей щеки. – Тебе уже не пять лет, чтобы звать меня Кри-кри!
И, повернувшись к охраннику, сухо спросил.
– Вопрос закрыт?
Тот молча склонил голову.
– Зачем ты пришел, дядя Сайрус? – щурясь от выглянувшего из-за облака солнца, спросила Лили.
– Мне нужно обсудить с Джулией условия брачного контракта, – и он кивнул в сторону девушки, которая, взяв малышей за руки, пошла в сторону деревьев. Трое мужчин в костюмах, как тени, следовали за ней.
– С Джулией? – неуверенно спросила Лили, проследив за его взглядом. – Но это Айрис. Ее племянница. Джулия сидит вон там, на скамейке.
И она показала рукой в противоположную сторону.
Светловолосая девушка, одетая в синие джинсы и кирпично-красную кожаную курточку поверх черной водолазки, поднялась ему навстречу. Высокий мужчина, стоявший чуть поодаль, сделал несколько шагов вперед.
– Джулия? – поравнявшись с девушкой, он протянул ей руку. Та неуверенно пожала его ладонь. – Меня зовут Сайрус Криспи. Я адвокат Александра Вентворта, – при этом имени девушка вздрогнула и слегка побледнела. – А вас охраняют не хуже, чем королеву, – попытался пошутить Сайрус, кивнув в сторону замершего за спиной девушки мужчины.
Однако девушка даже не улыбнулась. Настороженно скользя по нему глазами, она негромко спросила.
– Это обязательно делать сегодня? – голос у нее был грустный и мелодичный, как перезвон китайского колокольчика.
– Алекс хочет уладить все формальности до свадьбы, – осторожно пояснил адвокат, внимательно глядя на девушку.
– Ну да, конечно, – пробормотала она, – Алекс хочет…
Вид у нее был отнюдь ни как у счастливейшей из женщин, выходящей завтра замуж за мечту миллионов представительниц слабого пола. Скорее наоборот.
– Джулия, – он осторожно взял ее ладонь в свои руки. – Не надо меня бояться. Я буду отстаивать ваши интересы точно так же, как отстаивал интересы семьи Вентвортов. Ведь вы тоже, – добавил он, – завтра станете ее частью.
Она в ответ лишь еле заметно улыбнулась и покачала головой. Сайрус непонимающе нахмурился.
– Вы, кажется, сомневаетесь? – он осторожно выпустил ладонь девушки. – Но почему?
Она окинула его взглядом темных карих глаз и предложила.
– Давайте присядем?
– Итак, – начал старый адвокат, украдкой рассматривая девушку. Она была, по его мнению, совершенно обычной, ничем не примечательной молодой женщиной. Длинные светлые волосы, заплетенные в косу, челка, падающая на большие, шоколадного цвета, глаза, вздернутый аккуратный носик, средних размеров рот с пухлой нижней губой, которую Джулия нервно теребила зубами. Таких, как она – тысячи, и ни одну из них Алекс Вентворт не удостоил бы взглядом. Ему нравились (или Сайрус думал, что нравились) эффектные роскошные женщины, вслед которым мужчины поворачивают головы. От взгляда на которых сердце начинает пропускать удары. Любая из них с радостью, без всяких уговоров, вышла бы за него замуж. Так почему же эта серая мышка смотрит на него так, словно он собирается зачитать ей смертный приговор?