У Безумия тоже есть цвет

Добравшись до места встречи, Дилан не сразу заметил своего отца, сидящего в кресле с планшетом в руках. Он беспечно закинул ногу на ногу, положив голень одной конечности на колено другой, и не посмел отвлечься от экрана своего гаджета, пока парень не подошел к нему вплотную.

– Долго ты будешь делать вид, будто не видишь меня? – спросил Дилан, оглядев уходящий вдаль холл с полом из чёрного мрамора – блестел он прямо как гудрон.

– Секунду, – отозвался Ласс Шейн и, ещё немного поводив пальцем по экрану, поднял голову на парня. – Вот теперь можно идти. – Он встал и внимательно всмотрелся в сына проницательными карими глазами, немедля прокомментировав увиденное: – Бог ты мой, серьезно, Дилан, как можно было так исхудать? Снулая рыба и то выглядит презентабельнее тебя.

– Спасибо на добром слове, папа, – снисходительно улыбнулся Дилан, демонстрируя свою безразличную позицию в вопросе о своей массе тела. – Давай пойдём уже?

Ласс Шейн шумно выдохнул и двинулся вдоль по коридору, ведущему непосредственно в «Испытательный центр» корпорации. Доступ сюда был строго ограничен привилегированным кругом лиц, а сам корпус находился несколько обособленно от остальных частей «Нервуса» и, чтобы сюда попасть, следовало пройти несколько контрольных пунктов. Первый включал в себя компьютерную систему охраны со сканом сетчатки глаза и наличием считывающего устройства, предназначенного для специальных чип-карт. Дилан благополучно прошел эту точку, так как его отец заранее внёс данные о нем в систему и лично вручил именной пропуск с микрочипом. Второй контрольный пункт оказался куда неожиданнее первого: его сторожил кордон, состоящий из военизированной группы людей, носящих униформу с инициалами корпорации: «NS» и снабженных необходимым количеством огнестрельного оружия. Эти ребята из охраны в единичном количестве всегда бродили по просторам «Нервуса», но такого столпотворения сразу они себе обычно не позволяли. Многие работники или пациенты психиатрического отделения могли бы здорово напугаться столь внушительному боевому отряду. Сразу видно, что в данном корпусе царит атмосфера куда серьезнее и опаснее – и это вовсе не странно, ведь именно тут базируются все проекты с высоким уровнем секретности. Те самые, о которых Дилан так мечтал разузнать.

Завидев Ласс Шейна, один из мужчин скупо кивнул и подошёл к небольшой панели управления, расположенной рядом со стеклянной кабиной. Он ввел код, провел картой по сканеру и впустил главу и его сына в несуразный куб, потолок которого выстилала титановая плита. Когда они зашли, прозрачные раздвижные двери закрылись, и через мгновение прозвучал глухой звон, словно кто-то ударил по металлу под водой. Дилан понял, что это такое, и поспешил сообщить о своём выводе:

– Поиск подозрительных сигналов во избежание слежки и устранение активности вредоносных устройств? Полагаю, «простым смертным» приходится оставлять свои смартфоны за пределами центра, иначе эта штуковина может их спалить…

– Издержки выбранной ими профессии, – слабо улыбнулся Ласс Шейн, покидая стеклянное пространство. – А так – да, можно неплохо поджариться, если не соблюдать установленные правила.

– Мило, – с серьёзным лицом сказал Дилан, не фокусируя взор на чем-то одном, – его глаза постоянно метались из стороны в сторону. – Почему ты показываешь мне все это именно сейчас?

– Ты же так этого хотел, а? – с особым воодушевлением воспроизвёл Ласс Шейн, подходя к лифту и проводя перед сенсорной панелью рукой. – Вот я и решил ввести тебя в среду, в которую тебе не терпелось попасть.

Взгляд Дилана упал на пол, и судорожная мысль о том, что глава всей этой обители каким-то образом узнал о сегодняшнем инциденте, лезвием скользнула по сознанию парня. Но как? Помарок нет, Дилан позаботился обо всем: избавился от оставленного после себя мусора, написал код без намека на возможность идентификации, а расположение камер не позволяло увидеть происходящее на экране монитора. Если только один из работников не счел подозрительным то, что сын главы «Нервуса» сидел за простым рядовым компьютером. Конечно, кто-то донес об этом Лассу Шейну, и ему не составило труда сложить числа и понять, что в мелком неудачном взломе замешан именно Дилан. Вот это позор. Мало того, что взлом был бесполезным, так ещё и спалили по полной программе.

Если Шейн и вправду все узнал, то столь спокойная реакция крайне удивительна, ведь обычно он ничего не спускал с рук просто так. Дилану сложно было сказать наверняка, потому что сам он путался в личности Ласса Шейна не меньше остальных. Опасны те люди, чьи эмоции никогда не касаются лица и не искажают их поступки. Черт их разберёт, что они замышляют. И глава «Нервуса» один в один такой же – месяцами может скрывать раздражающую его вещь, а потом в самый неподходящий момент, когда ты совсем этого не ждёшь, он выворачивает все наизнанку, говорит то, что застает тебя врасплох. Обезоруживает словом, рушит домик сформировавшихся надежд, вытаскивая нужную карту. Да, это про него.

– Куда улетучился твой пылкий энтузиазм? – нарушил тишину Ласс, ибо Дилан оставил без ответа его прошлое изречение, и они вдвоём вошли в лифт и стали опускаться вниз.

– Ты мне ещё ничего не показал, – пожал плечами Дилан, сохраняя хладнокровный образ. – Может, нет ничего особенного в том, чем ты собираешься меня удивить…

– Это уже тебе решать.

После его слов двери лифта разошлись, открыв вид на кристально-прозрачный коридор, простирающийся по периметру очень неожиданного места – парка. Они направились прямо, и Дилан с приоткрытым ртом начал озираться по сторонам. Проход тянулся через огроменный сквер с разносортной растительностью и большими, пушистыми деревьями. Каменные песочно-серые стены уходили ввысь, подпирая стекловидный потолок, разделённый тонкими балками на квадраты. Стены по левую и правую сторону парка имели горизонтальный выступ, во всю длину ограждённый металлическими перилами; там неспешной походкой расхаживали охранники с автоматами в руках, изредка останавливаясь и безнадежно смотря вниз. Этот масштабный сад выглядел слегка одичавшим – все росло вразнобой: папоротники, какие-то невиданные кустарники и травы, растения с яркими цветками. Они пребывали в состоянии естественного сумбура, сохраняя всю прелесть природной гармонии.

– Какого… – начал было Дилан, и вдруг его отец начал стучать кулаком по ограничивающей их от парка гладкой поверхности модифицированного стекловолокна, продолжая медленно шагать дальше.

Дилан насторожился, увлеченно следя за отцом. Он догадывался, что этот его жест – не простое проявление скуки, и вскоре парню пришлось убедиться в верности своего убеждения. Ласс Шейн в самом деле пытался привлечь внимание того, кто очень быстро среагировал на своеобразный зов, незаметно и плавно, будто тень, выскочив из ниоткуда. Ещё немного и ноги Дилана подкосились бы, мозги задымились от перегрузки и выдали ошибку, но ему чудом удалось предотвратить несвоевременное падение системы. То, что стояло перед ним, существовать в реальности никак не могло – такого не бывает. Какое-то чудовище пристально смотрело на Дилана огромными янтарными глазами, иссечёнными смолисто-чёрными жилками, и замершими зрачками, чья форма походила на классическую каплю воды, только с двумя острыми концами – снизу и сверху. Существу этому навряд ли можно было присудить какой-то определённый вид зверя, так как здесь, на первый взгляд, смешалось все, но в то же время не признавалось ни одно из когда-либо живущих на планете животных. Размер чудовища мог сравниться с тремя тиграми, а длинный хвост, заканчивающийся лезвием, явно не входил в число декоративных украшений. Массивное и одновременно грациозное тело покрывала темная коротенькая шерстка и, словно облитая водой, отливала стальным блеском. Макушку невиданного создания, напоминая причудливый головной убор, покрывали странные и переливающиеся агатовой чернью чешуйки, изгибом переходящие в короткие заостренные рога. Они росли назад и плавной волной отходили вбок, составляя значительную угрозу для любого, кто решится подойти слишком близко. Изо лба, как пика, также торчал короткий рог, угрожающий своим тонким кончиком. Приоткрытая пасть сверкала хищными зубами с весьма необычными клыками – их насчитывалось по два с каждой стороны.

Пугающее существо зашевелило носом и начало перебирать свои воплощённые когтями лапы, продолжая стоять на месте. Дилан, в свою очередь, не произнёс ни слова, разглядывая столь жуткое и вместе с тем прекрасное создание.

– Ну что, чему теперь равен твой «коэффициент удивления»? – издевательски спросил Ласс Шейн. – Ты оскорбишь меня, если вдруг скажешь, что Икс-Ролди создан посредством механической сборки – это так грубо звучит. Он живой, из крови и плоти, как мы с тобой.

– Ты… ты не шутишь? – восторженно произнёс Дилан, не отрывая глаз от существа, которое каждый раз вздергивало маленькие конусовидные ушки, когда кто-то высказывался. Из-за защитного коридора Икс-Ролди их не слышал, но, видимо, понимал, что они разговаривают, и безуспешно пытался уловить звуковую волну.

– Я всегда увлекался генной инженерией, ты же знаешь, – непринуждённо бросил Ласс Шейн и направился дальше по траектории. – Икс-Ролди – искусственно выведенный генотип и один из самых блестящих моих проектов.

Дилан пошёл за ним, и громадный зверь последовал его примеру – затрусил по траве, старясь держаться на одном уровне со своими визитерами.

– Я… Обалдеть! Это невероятно! Папа! Ты… как ты смог вырастить такую махину из пробирки?! Какой у него интеллект? А агрессию проявляет или…

– Так, Дилан, выдохни, – остановил его Ласс Шейн и усмехнулся. У уголков его губ появились морщинки, придающие ему добрый, совсем не соответствующий тирану вид. – Во-первых, никакой пробирки не было, во-вторых, задавай вопросы поочерёдно, а не все сразу. Договорились?

Молча кивнув, Дилан продолжил досконально изучать чудовище – столь поразительное и восхищающее своим фантастичным обликом. Когда они пересекли коридор и оказались на другой стороне сквера, Икс-Ролди остался стоять за полосками синих световых лучей, разграничивающих область парка и безопасную зону наблюдения, снабженную различными примочками для изучения главного объекта и сбора данных о нем. Хорошенько присмотревшись, Дилан понял, что кроме силовой завесы его от Икс-Ролди ничего не отделяет. Он нервно сглотнул и подошёл ближе, услышав прерывистое и сиплое дыхание чудовища.

– Стремно как-то, – произнёс Дилан, засунув руки в карманы джинс, и Икс-Ролди немного склонил голову набок, наконец, получив возможность услышать речь занимательных двуногих существ. – Но потрясно, просто потрясно! Меня с ним будто ничего не разделяет.

– Обычно вплотную к нему никто не подходит, – заметил Ласс Шейн, сложив руки за спиной. – К твоему прошлому вопросу, должен сказать, Икс-Ролди ещё никогда не проявлял характерные для диких животных повадки: не сторонился людей, ни на кого не бросался и вёл себя тихо, с любопытством наблюдая за всем, что тут делают. Зверь безусловно не склонен к спонтанной жестокости, но эту тему нам ещё предстоит раскрыть.

– Круто, а погладить можно? – Дилан ещё ближе наклонился к чудесному монстру – их отделяло не больше десяти сантиметров, – и внимательно осмотрел голову Икс-Ролди, поражаясь, как идеально вписались во всю эту хищную композицию рога, отливающие блеском оникса.

– Знаешь, когда ты придуриваешься, изображая ребёнка, то здорово меня пугаешь, – утомленно произнёс Ласс Шейн и подошёл к своему сыну, обратив внимание, как тот оживился.

– А кто сказал, что я придуриваюсь?

Лицо Дилана на самом деле приобрело необычайно заинтригованный и счастливый вид, его проникновенные синие глаза озарил рьяной огонёк предвкушения новых, непостижимых ранее свершений. Он повернул голову к главе «Нервуса» и нахмурил лоб, с запозданием обработав важную информацию, а затем спросил:

– Постой, ты говоришь: нам предстоит? – Дилан приподнял брови и хитро ухмыльнулся. – Что-то сомнительно звучит, дорогой мой отец.

– А вообще ты прав, – кивнул он и, снова обратившись к планшету, быстро ввёл какие-то данные. – Я вижу, как тебе понравился Икс-Ролди, потому забирай его себе. Отныне это твой проект, Дилан.

Ласс Шейн протянул руку с устройством, показывая программу контроля по проекту «ГЕННАЯ СБОРКА», где на месте руководящего лица значилось имя Дилана. Парень прищурился, недоуменно пялясь на экран. Что его отец задумал на сей раз? Глава «Нервуса» никогда и ничего не делал беспричинно, и проявление такой доброты к своему сыну обычно бывало после не совсем уместных причуд, волю которым Ласс Шейн давал крайне редко. Хотя последние лет пять он олицетворял поистине хорошего отца, и Дилан уже стал забывать, что когда-то некоторые периоды его жизни походили на тексты из грустной, жестокой, отчасти до вздора смешной трагикомедии. Впрочем, пронизанное копьем уныния прошлое Дилана перестало вызвать в нем леденящий страх, как и безжалостный образ отца, застывший в детской памяти подобно бессмертной фреске.

– Завтра получишь свой планшет руководителя, – продолжил Шейн, глядя на помрачневшего Дилана, который тщетно старался не показывать минутный душевный разлад. – Их особенность, как ты наверняка знаешь, реагировать исключительно на заданные при первом включении отпечатки пальцев. Любые изменения сможешь вносить только ты, я же требую лишь подробных отчетов. Как тебе эта идея?

Вытащив руки из карманов, Дилан почесал нос и медленно провел недоверчивым взглядом линию от Икс-Ролди к устройству, разместившемуся в руках отца.

– Здорово все это, но давай конкретнее: что от меня требуется? – осторожно поинтересовался парень, наблюдая, как чудовище ложится на землю прямо вдоль силового ограждения.

– Правильные вопросы ты задаёшь. – Ласс Шейн открыл одну из вкладок в программе, и повернул экран к Дилану, показывая 3D-модель Икс-Ролди со всевозможными характеристиками и мигающей точкой в области головы схематичного изображения животного. – В мозг Икс-Ролди вживлён электронный чип, и по изначальному замыслу с помощью этого нехитрого механизма можно его контролировать. Пока как таковой необходимости нет, и все же так было бы намного спокойнее. С внутренним устройством проблем не обнаружилось, а вот с внешним… дела обстоят не наилучшим образом. Инженеры-технологи, работающие над проектом, с позором провалились. Они не достигли поставленной цели, чем весьма меня огорчили. Перво-наперво тебе, Дилан, надо разобраться с этим. Ты непременно добьёшься успеха, я не сомневаюсь.

– Мне льстит твоя вера в меня и все такое, но, папа, кто-то уже управлял проектом с самого нуля. Оставь прежнего руководителя, так будет намного разумнее. – Дилан понимал, что вся эта речь бесполезна, как об стенку горох, и отца такое неуважение к его «дарам» определенно не приведёт в восторг. – Давай я займусь технической частью? Настрою все, как надо, найду способ наладить связь с внутренним чипом и не буду отвлекаться на другие проблемы.

– Дилан, – взыскательно бросил Ласс Шейн строгим, надменным тоном, – что за нытье я сейчас выслушал? Я доверяю тебе, отдаю важный для меня мегапроект, а что делаешь ты?

А Дилан не ощущал, что сможет взять на себя лидерство над целым научным исследованием, таким грандиозным, чрезмерно значимым и ужасно сложным. Он не был уверен в своих управленческих навыках, не считал себя готовым к такой большой и серьезной игре, которую предлагал ему отец. Только говорить об этом Дилан, конечно же, не стал. Такая позиция сына привела бы Ласса Шейна к крайнему исступлению, он бы порядком разозлился – и добром подобные ситуации обычно не заканчивались.

– Что-то я, правда, чушь сморозил, – вынужденно улыбнулся Дилан, непроизвольно пожимая плечами и давая отцу желаемое. – Когда ты покажешь мне план, чтобы я начал потихоньку разбираться что к чему?

– Вот это я понимаю! – навеселе проговорил Ласс Шейн, небрежно хлопнув Дилана по плечу. – Ты получишь все необходимое завтра, а сейчас возвращайся домой – отдохни и, пожалуйста, начни нормально питаться.

Покорного кивка от сына хватило, чтобы владелец корпорации, довольный собой, удалился за раздвижные двери, уводящие в остальные отделы Испытательного центра. Придется теперь попотеть, дабы не провалить миссию, возложенную на плечи неподготовленного парня, но разве не этого Дилан добивался? Получите и распишитесь, называется. Он с жалобным стоном выдохнул и присел на корточки перед Икс-Ролди, который положил свою гигантскую морду на толстенные лапы. Животное не шевелилось, лишь уставилось понимающим взглядом на растерянного Дилана, пытающегося собраться с мыслями.

– Ты классный, Икс-Ролди, – тихо сказал парень, и зверь навострил уши, продолжая неподвижно лежать. – Мы с тобой должны поладить, приятель. Другого выхода у нас нет.