- -
- 100%
- +
– Я понял тебя. Говори, что было дальше.
– А дальше – люди стали спрашивать у Чико – правда ли, что есть за тобой скрытый грех? Что, коснувшись тебя, порядочные люди должны очищаться сразу в микве? Ну, он и раскололся. Чико, наш Чико! – Эль-Греко даже присвистнул. – Стал послушный, как ягненок.
– Говори же! Что было потом?
– Это все! Ничего потом не было. Только слег он, никакой стал! В посте, говорит, буду душу теперь очищать, каяться.
– Тьфу ты пропасть, – восхищенно сказал раби Хаим.
– Да, братец ты мой, – вот такие дела у нас тут. Да это еще что! Слышал ли ты про жену Авраама!? Про того, что сосед-то повадился к его жене?
– Придержи язык, – остановил его раби Хаим, прищуриваясь, как бывало, когда он хотел уйти от темы разговора.
– Да ты послушай! Ашкенази – ведун! С ним шутки плохи. Хотя… Ежели слушать не хочешь – не надо. Только вывод один – в городе что-то странное творится. Люди на улицу не идут прежде, чем шляпу низко на лоб сдвинут, а то… если вдруг он им по лбу прочтет их дела – чтоб не стал вдруг отчитывать при народе, понимаешь? Он все видит! – шепотом и сделав страшные глаза, заключил Эль-Греко.
– А что ребята из Цалахии? – недоверчиво предположил раби Хаим, – и они, думаешь, испугались? Да они черта не боятся.
– В другой раз поговорим! Знаешь, Вито, хорошо, что ты вернулся. И проведал бы Чикито, не будь свиньей.
– Я уж как-нибудь все свои визиты постепенно нанесу, кому надо… Ты закинь пока что рыбу маме с папой, передай – мол, от меня? И к дому Ханы, родителей ее, доставь половину товара. Порешили?
– Будет сделано! – обрадовался, принимая ножик, который и ножиком-то не назовешь, а, скорее, знатным дамасским клинком, Эль-Греко, – славный подарок ты мне сделал! Так как, будешь слушать про жену Авраама и соседа и собаку, которая кое-кого загрызла, – или нет?
– Иди сам знаешь куда, братец, я не охотник до жареного.
Раби Хаим показал левой рукой – мол, проехали! – отметая движением ладони то, что ему не нужно знать.
– Да ты нынче святой!
– Ну, у меня просто нет времени, прости. Да и у тебя теперь большое ответственное поручение – не подведи. Доставь к Хане прямо сейчас. Не оставляй на соседей, дождись хозяев, товар ценный.
– Ну уж я сам знаю, какой у меня товар, – гордо отозвался Эль-Греко, повязывая взвешенные мешки, – И знаешь что? Давай, давай свою веревку. Она у тебя без дела, а у меня – сразу в ход пойдет. Спасибо, Вито. Добро пожаловать в родной Цфат – Ир а-Кодэш! На черта тебе этот бесовский Дамаск…
Встреча
Раби Ицхак действительно сидел в глубине полуподвального помещения с круглым арочным потолком, по соседству с другими такими же лавками, как и объяснили раби Хаиму спрошенные им горожане.
– Я пришел, – просто сказал он, входя, пригибаясь, чувствуя райский запах в этой темноватой, непонятной лавчонке, и подумал: что за чудный, расслабляющий аромат? Будто запах райского сада. И отсыревшей шерсти, кстати, тоже.
– Рад вас приветствовать, что желаете? – отозвался чернобородый Коммерсант.
Острый взгляд, требовательный, не мягкий, голос, сложенные руки за прилавком.
Раби Хаим понял, что допуска не будет. Не будет радостной встречи с давно ожидавшим его, любящим его, взыскивающим к нему по ночам, манившим его к себе в Цфат ученым Торы, не будет мгновенного нежного любовного узнавания близких душ. Он ошибся. Будет поединок двух холодных умов, и вопрос – кто кого одолеет.
– Я желал бы задать вам вопрос по книге «Зогар», ведь вы каббалист, не правда ли, – сделал свой ход раби Хаим.
– Да что вы, что вы, – хладнокровно отверг раби Ицхак, – я человек торговый, как вам, должно быть, известно, и в Египте этим промышлял, и теперь вот, в вашем городе дело открыл.
– Нет, мне не известно о Вас решительно ничего.
– Очень сожалею.
– Даже так. – опустил глаза раби Хаим. «Значит, зря ехал», – пронеслось в мыслях.
– Даже так, – подтвердил тот.
– Ну, простите, что помешал. Я пойду тогда?
– Да ведь есть у меня здесь прекрасные образчики, разве вам не нужно?
Раби Хаим не стал больше тратить слов. Повернулся к выходу, прошел пару шагов, запнулся на тюке с шерстью, едва не потерял равновесие.
– Постойте, – раздался голос из глубины лавки. – Подойдите, пожалуйста.
Напряжение повисло в воздухе. Раби Хаим повиновался. Он снова стоял перед торговцем.
Их глаза встретились. После паузы – отложив расчетные книги – тот вымолвил:
– Я готов Вам ответить.
Раби Хаим глубоко вздохнул.
…У него случилось дежа-вю, его отбросило сначала резко вперед, в будущее, он предугадал и заранее прожил все то, что его ожидало. Сначала в виде возвышенного пророчески ниспосланного, затем в форме уже пережитого, которое приходится переживать заново, а изменить ничего не можешь, можешь только отслеживать. Находясь внутри события. Только на сей раз все прозаичнее, реальнее.
– Так вот, – продолжал Ари в лавке во время их первой встречи, – Вы хотели обсудить со мной идею, которая появилась у Вас по пути сюда, помните, когда Вы проезжали Кунейтру?
– О да. – Раби Хаим отследил свои мысли и быстро пришел к искомому решению, – я понял теперь.– Это ведь и есть ответ на мой незаданный вопрос Вам.
Не с Синая ли этот человек? Откуда он знает, как извлечь из меня мои же мысли и как их применить к рассматриваемой нами задаче?
– Так вот, это понимание как раз неправильно, – добавил учитель, – а решить можно только с другого угла зрения, и вот, посмотрите, как.
Он повернул задачку так, что она высветилась с совершенно другого аспекта, и внезапно все стало ясно, настолько, что сомнениям уже не могло быть места изначально.
– Вот так это будет уже более верно. Хотя есть и еще уровни, на которых, опять же, подход более совершенный, если Вам угодно выслушать. – И он поднял разум раби Хаима на такую высоту, что тот почувствовал, что теряет сознание от счастья.
– Третий Ваш вопрос был… – впрочем! Довольно. И добавил на иврите: Ад кан тхум шабат… (Граница субботы, за которую нельзя выходить)
– раби Ицхак снова спрятал свое истинное лицо за личиной коммерсанта. – Вы не хотели приходить, кто ж виноват, товар был – да весь вышел.
Чувствуя себя лисицей перед львом, раби Хаим попятился к выходу. Злополучный тюк снова лежал у него на дороге. Он миновал его и бежал с глаз долой, бегством тем более унизительным, что возразить ему было нечего.
Он пошел туда, куда ноги понесли: в дом Чико, чтобы заняться тем же самым, что и бывший товарищ – поститься и валяться в прахе на полу, посыпая голову пеплом и одевшись в мешковину.
Глава 10 Раскаяние
Прошло три дня. «Как я мог? Как я мог?» – с глубоким отчаянием спрашивал себя раби Хаим. Мне нет жизни без этого учения, а ключи от него – в руках раби Ицхака Ашкенази, Б-жественного учителя, подобного Моисею!
– Что я сделал? – вопрошал раби Хаим самого себя.
– Да что ты такого сделал? – изумился Чико, видя такой всплеск горя. – Вот я понимаю – совершил грех, теперь расплачиваюсь. А ты-то что?
– Я упустил шанс, я потерял как раз то, что мне было нужно более всего на свете, – прошептал раби Хаим.
– Да разве не примут тебя учитель твой и товарищи? – удивился Чико. – Иди, помолись, попроси у него прощения, раз тебе нет другого выхода, упади к его ногам!
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.