- -
- 100%
- +
И фото. По сравнению с теми, укладывающимися в бюджет, моделями, которые Рина пролистывала последние полчаса, державшимися только на скотче и изоленте, эта трещинка была маленькой волосинкой против Большого каньона.
«За сколько продашь?» – тотчас напечатала Рина.
«Отдам бесплатно, но будешь должна услугу», – мгновенно пришел ответ.
Отправляя стикер с надписью «ОК», Рина не подозревала, что только что согласилась на сделку с дьяволом.
***
Вернувшись со встречи с Марго, Рина пробурчала «дарю» и протянула Карлу смартфон с тоненькой трещиной в верхней части экрана. И почти сразу же пожалела о том, что позавчера вызвалась найти Карлу телефон, а не сказала «Твои проблемы, ты теперь работаешь, разбирайся с Купердяевым сам» (и нет, это было не потому, что Марго потребовала за телефон какую-то непосильную услугу, напротив, она отмахнулась, когда Рина спросила, что именно ей должна).
А вот то, что Карл, сияя от радости, эту самую радость выражал еще и бесконечным потоком слов, изрядно действовало на нервы. Ей только что пересказали полгода отношений с пятью разными ухажерами, все, чего хотелось сейчас – так это тишины, но нет, она была вынуждена слушать о том, что у его телефона есть камера (да неужели!), геолокация, а затем всякие: «Смотри, вот наш дом!», «Ой, я случайно куда-то звоню», «Через него даже можно смотреть документалки про птиц!» и «Улыбнись, я поставлю твое фото на заставку».
– Это больше похоже на хищный оскал, – вздохнул Карл, рассматривая получившуюся фотографию.
– Не нравится – удаляй, – фыркнула Рина. – Но учти, больше я себя фотографировать не разрешаю. И вообще, я даже на это фото не давала согласия, так что даже если нравится – удаляй. Хватит с тебя того, что я тебе телефон подарила, нечего там моим фотографиям делать.
– Нравится, не удалю, – с горящими от счастья, словно у ребенка в новогоднюю ночь, глазами, Карл сделал еще несколько фотографий. – И эти нравятся. А еще он видео может снимать! Я смогу в любой момент посмотреть на тебя, даже когда мы в разных концах города! А еще…
– Это умеют все современные телефоны. И серьезно, сколько можно об этом говорить? Лучше б «спасибо» сказал, – проворчала она, отворачиваясь к окну.
В комнате повисла долгожданная тишина, которая, впрочем, вскоре была нарушена.
– Прости… – прошептал Карл, осторожно и нерешительно приобняв ее со спины. – Все, что я говорил, было моим «спасибо», но само «спасибо» я не сказал… Поэтому… спасибо.
Сердце почему-то забилось сильнее.
Рине определенно нужно было освежить голову.
…провалиться сквозь землю
Одни питомцы умеют приносить тапочки. Другие – прыгать через барьер или даже подвывать под музыку. Третьи могут часами нарезать идеальные круги по аквариуму, а четвертые – зачарованно на них смотреть, подергивая кончиком пушистого хвоста. У каждого свой талант, вот и ворон Рины Краховой умел превращаться в человека. Но это ведь не повод сходить с ума, верно? Или краснеть и смущаться, когда питомец обнимает ее?
Она просто переработала, ей нужен отдых.
Вот только взять отгул и остаться дома – не вариант. Карл ведь все равно будет крутиться рядом, прилетая домой в обеденный перерыв и между поручениями Купердяева. Или того хуже – решит, что заболела, начнет волноваться и…
Рина невольно вспомнила, какой заботой и беспокойством были наполнены его глаза, когда она в первые дни знакомства периодически теряла сознание при виде его превращений. Тогда ей хотелось треснуть его, как причину этих обмороков, чем-то тяжелым промеж глаз. Сейчас же – спрятаться под одеяло и не вылезать до конца времен.
Нет, ей точно нужно было побыть одной. Причем подольше и желательно подальше.
Повод нашелся сам собой, как только Рина посмотрела на календарь.
***
Просить отгул на неделю за предыдущие переработки в тот момент, когда Купердяев разговаривает с женой по телефону и вынужден постоянно повторять «Да, конечно», оказалось отличной идеей, и Рина решила, что определенно однажды провернет это с прибавкой к зарплате. Сложнее дался разговор с Карлом: услышав о ее планах, он вмиг погрустнел, отчего Рина даже на секунду засомневалась, а стоит ли ей уезжать. Но когда он спросил, можно ли поехать с ней, из груди вырвалось громкое «Нет!» и все сомнения как ветром сдуло.
– На тебя возложена ответственная миссия: присматривать за домом, пока меня нет, – затараторила Рина, напуганная одной только мыслью о том, что они могли поехать вместе. Только не туда! – И работу никто не отменял. Мне эту неделю Скупердяев не оплатит, так что можешь считать себя кормиль… главным добытчиком.
– Ты хотела сказать «кормильцем»! – оживился Карл и даже заерзал на стуле. – Кормильцем семьи! Ты признаешь, что между нами уже есть нечто большее, чем простое соседство!
– Я хотела сказать «главным добытчиком» и сказала это, – нахмурилась Рина. – Главным добытчиком стаи. Не семьи. Стаи. Это другое. Я – вожак, ты – добытчик. Мы соседи.
– Ничего страшного, я подожду, когда ты будешь готова.
Рина предпочла пропустить эти слова мимо ушей. Дождется он! Ха! Вот вернется она из поездки, освежит мысли и… черта с два он дождется!
– Смотри только снова не заблудись, если Скупердяев пошлет тебя в типографию, – сказала она, мысленно торжествуя от того, как ловко все продумала. – Если возникнут какие-то вопросы по работе – звони Милочке, она только обрадуется. Меня лишний раз не беспокой, я сама позвоню, как время будет.
– Хорошо, – с нескрываемой неохотой согласился Карл и, жалобно посмотрев на нее, добавил: – Я не подведу, только возвращайся скорее, пожалуйста.
– Меня не будет ровно неделю, – повторила девушка, наверное, уже в одиннадцатый раз. – Задерживаться там я не собираюсь, – и это была чистая правда, потому что Рина даже не была уверена, что сможет выдержать все семь дней своей поездки.
Но это было необходимо. Оказавшись там, где она приняла решение жить в одиночестве в свое удовольствие, не вступая ни в какие отношения ни с какими парнями, Рина сможет освежить голову, вспомнить об избранном пути и снова относиться к Карлу как к питомцу. Может быть, даже избавится от привычки напевать по утрам «Черный ворон, что ж ты вьешься над моею головой, ты добычи не дождешься, мне не быть твоей женой».
Эта поездка пойдет ей на пользу.
Наверное.
Ведь не может же все стать только хуже?
***
Рина не приезжала в родительский дом ни на новогодние или майские праздники, ни на дни рождения, ни просто так. Она высылала подарки почтой или и вовсе дарила деньги, оправдываясь вечной занятостью на работе и дороговизной билетов на поезд и междугородний автобус. И к себе она их никогда не звала, потому что снимала однокомнатную квартиру, в которой совершенно нет места, чтобы кого-либо разместить! А сейчас она ехала к родителям, чтобы поздравить с годовщиной свадьбы и очень надеялась, что это не вызовет никаких подозрений. Ну и что с того, что они никогда этот праздник не отмечали? Разве родная дочь не может ни с того ни с сего приехать поздравить? И вообще… разве ей нужна причина вернуться домой? Все-таки она с девятнадцати лет дома не жила, с тех самых пор, как, вдохновившись примером Марго, сбежала в соседнюю область, лишь бы подальше.
Жаль, на побег в другую страну или на другую планету, денег тогда не хватило. Глядишь, там бы и Карл ее не нашел, и жила бы себе до сих пор припеваючи.
В голове снова заиграл «Черный ворон» и Рина хлопнула себя по щекам, чтобы прогнать мысли о Карле из головы. Уж сейчас-то он точно не мог над ее головой виться: наверняка летал по всему району с бумагами Купердяева.
Автобус тем временем уже доехал до родного города Рины. Удивительно быстро, и это несмотря на то, что на полпути у него спустило колесо и почти час ушел на то, чтобы его сменить и собрать разбредшихся гулять по лесу пассажиров! Причем большую часть времени заняло именно последнее.
Нет, Рина была не готова. Еще пять… нет, хотя бы десять минуточек!
От волнения все внутри скрутило в тугой комок. В голове снова заиграл «Черный ворон», однако на сей раз песня подействовала отрезвляюще, и Рина взяла себя в руки.
– Помни о своей цели, – прошептала она сама себе, когда за окном показался автовокзал.
Мысленно отрепетировав в сотый раз монолог «Я очень соскучилась, поздравляю с годовщиной» и убедив себя, что никаких проблем возникнуть не должно, она решительно выдохнула, закинула сумку на плечо и вышла из автобуса.
– П-привет, – смущенно почесала затылок проблема, которая сейчас должна была находиться за двести километров отсюда.
– Ты что здесь делаешь?! – прошипела Рина, закипая от ярости. – Кто вместо тебя будет работать?
– Тут такое дело… – Карл извинительно улыбнулся, – Купердяев сказал, что раз тебя нет, то работать некому, отпустил меня, себе вроде бы на самолет куда-то билет заказал… Только Мила в офисе осталась, он велел ей на звонки отвечать…
– А дом? Я же просила остаться и присматривать за ним!
– Так я и хотел, – Карл тяжело вздохнул и жалобно посмотрел на Рину. – Но пришла Галина Васильевна и прогнала меня веником. Я под диваном прятался – все равно нашла!
– Мог бы вернуться, когда она ушла, – Рина скрестила руки на груди и посмотрела на Карла взглядом, означавшим «Например, сейчас. Живо!»
Увы, судя по тому, как он, нервно улыбнувшись, переступил с ноги на ногу, Рине предстояло услышать еще более неприятную новость. Как будто что-то могло быть хуже того, что Карл сейчас здесь!
Как оказалось, могло.
– Пока я прятался, Галина Васильевна разговаривала по телефону… как я понял, она собирается сдать квартиру кому-то на эту неделю, пока тебя нет.
– Что?! – пораженная услышанным, Рина застыла на месте. Мысли в голове закрутились бурным, негодующим и не совсем цензурным потоком, а с обессилевшего плеча вниз поползла любимая сумка.
– Я, конечно, вернулся потом, – продолжил Карл, подхватив ее сумку и повесив на свое плечо, а затем придержав за локоть и саму Рину, – собрал часть вещей, сколько смог, пытался тебе позвонить, но ты была вне зоны доступа, поэтому я сразу полетел за твоим автобусом. Мне повезло, что у него колесо спустило: а то не догнал бы.
Девушка кивнула, словно китайский болванчик, пытаясь осознать свалившуюся информацию и решить, что с ней делать. То, что Галина Васильевна перешла все границы, было очевидно. Наверное, сейчас следовало вернуться, выяснить, как она узнала об отъезде Рины, выгнать из квартиры посторонних и высказать все, что об этом думает. Хорошо бы еще ее действия потом квалифицировали не как пункт «д» части второй статьи сто пятой Уголовного кодекса – «убийство, совершенное с особой жестокостью», а как часть первую статьи сто седьмой – «убийство, совершенное в состоянии аффекта». Надо только родителям скинуть СМС, что ее приезд отменяется еще на несколько лет… или подождать недельку и закатить скандал потом, затребовав у Галины Васильевны хорошую компенсацию? Так хотя бы деньги за билеты не пропадут, да и вещи Карл собрал…
Собрал.
Взгляд Рины сфокусировался на розовой лямке рюкзака, висевшего у него за спиной. Того самого, с динозавриками, превратиться в ворона вместе с которым у Карла не получалось.
– Значит, это потому, что он тебе не нравился! – прорычала она, наступив несчастному Карлу на ногу. – Может, ты и сейчас меня обманул?
– Я не врал! – насупился Карл, и Рине даже стало немного стыдно за свою мысль. – Ты не представляешь, как тяжело было превратиться и лететь с этой тягой. Я все-таки не грузовая лошадь, этот рюкзак весит в три раза больше меня, когда я ворон.
– Извини, – смягчилась она, погладив своего ответственного питомца по волосам. – Ты молодец. Спасибо, что собрал вещи. Сейчас поищем тебе гостиницу, я поеду к родителям, а потом придумаем, что дальше делать.
***
Рина не верила в проклятья, мистику и оккультизм, но в том, что ее прокляли, не сомневалась. Потому что иначе объяснить события сегодняшнего дня не могла, а случившееся сейчас и вовсе было тому доказательством. Вот надо же было им с Карлом, спускаясь по лестнице автовокзала, встретиться с человеком, который ни за что не должен был видеть их вместе!
Первым его заметил Карл.
– Ого, на памятник похож, ну, который в центре города! – сказал он, указав на невысокого рыжего мужчину с аккуратной бородкой, одетого в строгий костюм.
Рина, осознав, на кого указывает Карл, сдавленно ойкнула и попыталась спрятаться за широкую спину питомца, но было поздно. Их заметили. Несколько шагов – и мужчина подошел к ним.
– Владилен Виленорович Крахов, – представился он, первым протягивая для знакомства руку и оценивающе рассматривая Карла. – Отец этой оторвы. А вы, товарищ, кто будете?
– Поликарп Макарович Воронов, – ответил тот. – Но можно просто Карл.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.