Когда ты молчал

Глава 7

Катя

29 июня, 2021 год.

Прошло уже четыре дня с той ночи. С нашей первой, странной, не до конца понятной ночи.

Не могу назвать её неудачной – всё же я впервые испытала настоящий оргазм, и это было… потрясающе. Но утро было совсем другим. Холодным.

Я проснулась одна. Его не было.

На тумбочке лежали ключи и сообщение в телеграмме: «Срочно вызвали на работу. Ключи оставил, вечером заеду забрать. Целую.»

И всё.

Никаких объяснений. Никаких тёплых слов. Ни единого знака, что для него эта ночь тоже что-то значила.

Вечером он, как и обещал, заехал за ключами, но мы так и не смогли поговорить, потому что ему снова нужно было садиться за работу. Он убежал так быстро, что я не успела даже открыть рот. По телефону мы тоже почти не говорили, и когда я ему писала, что нам нужно все обсудить, у него сразу появлялось куча дел.

Я не верю, что у него какие-то серьезные проблемы на работе, потому что он всегда рассказывал обо всем мне. О проблемах в институте я тоже знала. Так что остается только одно – проблема во мне.

Я знаю, у меня полно комплексов. Мне не нравится, как я выгляжу. Не нравится мой нос, мой рост, мои волосы, даже голос. Я понимаю, что это глупо – в книжках по психологии пишут, что нужно любить себя любой. Но у меня не выходит.

Я пытаюсь. Честно. Но внутри всегда сидит мысль: я недостаточно хороша.

И, наверное, Ник это понял. Ему что-то во мне не нравится. Может, я его просто… оттолкнула. Он разлюбил меня – вот и всё.

Через двадцать минут я еду на вокзал и уезжаю почти на месяц к маме. Ник обещал, что приедет попрощаться, но его до сих пор нет. Не буду ему звонить, если не хочет меня видеть, зачем я буду доставать его?

Уже и так десять сообщений отправила, которые, кстати, остались без ответа.

Я в последний раз пробежалась глазами по комнате, проверяя, не забыла ли что-то, и начала спускаться вниз. Папа уже отнес мои сумки в багажник. Я остановилась у окна – вдруг… вдруг он всё-таки приедет? Но двор оставался пустым.

Я попрощалась с Машей и села в машину.

Всю дорогу до автовокзала я молчала. Папа сказал только одну фразу.

– Надеюсь, ты будешь вести себя адекватно и не заразишься идиотизмом от своей матери. – обычно я бы что-то ему ответила, не слишком колкое, но как-то защитила бы её. Но сегодня у меня не было на это настроения, поэтому я просто кивнула и продолжила смотреть в окно.

Папа высадил меня на вокзале и, не дождавшись, когда приедет автобус, уехал. Я села на лавочку и начала ждать. По расписанию автобус приедет через 10 минут, но думаю, он, как всегда, задержится. У нас никогда никто не приезжает вовремя.

– Кать, прости! Я немного задержался. – я услышала ласковый голос и подняла глаза. Ник стоял напротив меня в своих обычных тёмно-синих джинсах и облегающей белой футболке. Такой красивый, но в то же время очень уставший. Под глазами залегли глубокие синяки, на лбу появились новые морщинки, и даже его кожа стала почти мертвенно-бледной. Как будто он не просто не спал, а терял себя. Я хотела спросить, что с ним, но язык прилип к нёбу.

– Привет! Ты приехал. – не знаю, что это было – вопрос или утверждение, но я была очень рада его видеть. Только вот я не могла первой его обнять, поэтому сидела и ждала, когда он сделает это.

– Да, я уснул и чуть не опоздал. Гнал сюда как ненормальный. – усмехнулся Никита и сел возле меня. Просто сел! Не обнял меня! Даже не прикоснулся! Как будто боялся, что от моего касания случится что-то непоправимое.

– Понятно. – сухо сказала я. В этот момент приехал автобус. Я знала, что водитель будет ещё минут пятнадцать готовиться к следующему рейсу, но мне было так неловко находиться рядом с Ником, что я решила сразу занять свое место в транспорте. – Я пойду, автобус приехал.

– Кать, подожди! У нас ещё есть время. – сказал он своим обычным голосом. Но мне показалось, что он молил меня остаться ещё ненадолго. Поэтому я стояла. Стояла и ждала, когда он что-то сделает.

И он сделал: подошел и очень крепко обнял меня. Так крепко, что я не могла дышать.

– Ты меня задушишь! – прошипела я ему в грудь.

– Прости. – Ник немного ослабил объятия, но от меня не отстранился. Его руки дрожали. Не знаю, сколько мы так простояли, но думаю, долго, потому что уже объявили мой рейс. Никита отстранился от меня, быстро поцеловал и снова обнял.

– Береги себя и не делай глупостей. Заботься о себе и не позволяй другим тебя обижать. Никогда не давай себя в обиду, слышишь? – проговорил он мне на ухо дрожащим голосом. Его сердце билось так быстро, что я слышала его даже через свою футболку. Отчего-то мне захотелось плакать. Будто это было… прощание.

– Ты чего? Я же уезжаю только на три недели. – сказала я с натянутой улыбкой, глядя ему в глаза.

– Да, только три недели. – как-то очень грустно прошептал он. Мне показалось, что он хочет сказать что-то ещё, что-то важное, но водитель позвал меня на посадку. Поэтому Никита просто улыбнулся и ещё раз поцеловал меня, но уже дольше, чем в прошлый раз. – Я буду скучать. Я буду очень сильно скучать.

– Я тоже буду скучать. Нет, я уже скучаю! – я едва могла сдерживать слёзы, поэтому быстро чмокнула его в щеку и побежала в автобус.

Ник стоял с руками в карманах и смотрел мне в след. Когда мы выехали с вокзала, мне показалось, что он заплакал.

Или это мои слёзы затмили глаза?

Спустя три с половиной часа я наконец приехала в Вольноград. Мама уже ждала меня на автобусной остановке, и едва я вышла, как она, вскрикнув, бросилась ко мне. Я сжала её в крепких объятиях, уткнулась в её волосы и глубоко вдохнула знакомый, родной аромат.

Эти долгие три с половиной часа в дороге дались мне тяжело. Первые два я просто не могла остановить слёзы. Внутреннее беспокойство, зародившееся после встречи с Ником, не покидало меня, но я так и не смогла понять, с чем оно связано. Потом я взяла себя в руки, привела в порядок макияж и очень надеялась, что мама не заметит мои покрасневшие глаза.

– Как же я по тебе скучала! – воскликнула мама, осыпая меня вопросами. – Ты хорошо доехала? Папа нормально тебя отпустил? Ты голодна?

Я улыбнулась и сказала, что больше всего на свете хочу домой, к ее божественной еде. Она засмеялась, и мы зашагали вниз по улице. К счастью, её дом был недалеко от вокзала, иначе я не представляю, как мы бы дотащили мой чемодан. Честно говоря, сама не понимаю, зачем взяла столько вещей, но мало ли что пригодится.

Всю дорогу домой мама не умолкала ни на минуту. Она рассказывала о своей работе, о бабушке, о тёте Насте, которая, кстати, собиралась заглянуть завтра в гости со своим сыном Мишей. Я слушала её, и на какое-то время тревожные мысли отступили. Настроение заметно улучшилось. Я рада, что приехала сюда.

Хоть и бываю у мамы не так часто, её квартира давно стала для меня настоящим домом. Она небольшая, но очень уютная. Здесь всего одна комната, но зато стоит огромный коричневый диван, на котором мы с мамой спим вместе. Кухня маленькая: в углу скромный квадратный столик и две табуретки, справа от входа – раковина, над ней навесные шкафчики, а под ними – узкая столешница и плита с духовкой. Холодильник не поместился на кухне, поэтому стоит в прихожей. В ванной хватает места ровно на одного человека. Но мне это даже нравится – не надо далеко ходить. Хотя, возможно, это просто моя лень.

На кухне меня уже ждал ароматный сырный суп, румяная пицца, запеченная картошка с хрустящими крыльями и отбивные с грибами. Мама всегда готовит с размахом, когда я приезжаю, несмотря на то, что знает – ем я мало. Я уже давно перестала спорить с ней по этому поводу. Всё равно переубедить её невозможно.

Мы пообедали, обсудили последние новости и решили немного развеяться. Жара стояла невыносимая, поэтому на прогулку мы отправимся позже, когда солнце начнет клониться к закату.

Но уже начали собираться.

Я быстро приняла душ. Ну, как быстро… В общем, как всегда. Вымыла голову, затем приступила к макияжу. Конечно, надо сделать что-то поинтереснее, ведь мама наверняка захочет устроить фотосессию. Я решила нарисовать стрелки, но руки отчего-то предательски дрожали.

Спустя пятнадцать минут, гору использованных ватных палочек и тонну потерянных нервов, я сдалась и просто сделала градиент тенями. Высушила волосы, кое-как их выровняла и принялась за выбор наряда. У нас с мамой одинаково кудрявые волосы, но ей это нравится, а я упрямо выпрямляю свои.

Сегодня мне захотелось выглядеть особенно красиво. Но для меня «красиво» – это не платья и юбки, а брюки, стильная рубашка или футболка. А в идеале – удобный спортивный костюм. Но в этот раз я выбрала свободные черные брюки, короткий черный топ и длинную белую рубашку, красиво завязанную на талии. Мама остановилась на тёмных джинсах и белой футболке с розовыми цветами.

– Мам, опять цветочки? У тебя другой одежды нет?

– Нет! И я не понимаю, что тебя не устраивает? – вздохнула мама.

Я только закатила глаза и вернулась к макияжу.

Спустя двадцать минут мы уже неспешно гуляли по парку. Мама успела сфотографироваться возле трёх клумб и одного дерева.

– Давай купим мороженое? – предложила я. – Я хочу мягкое в вафельном рожке.

– Конечно, зайка. Там дальше есть фургончик, где такое продают.

Спустя полтора часа, два мороженых и три литра воды, мы решили возвращаться домой – жара была совсем невыносимой.

– Кать, у тебя всё хорошо? – наконец спросила мама. – Ты весь день витаешь в облаках.

Я знала, что рано или поздно она спросит. Вижу, как долго сдерживалась.

– Всё нормально, мам. Наверное, просто устала после дороги. В автобусе было жарко.

– Понятно. Тогда пошли скорее домой. Кстати, что ты хочешь на день рождения?

– Мне ничего не нужно, – сухо ответила я, ускоряя шаг.

– Тогда я просто дам тебе деньги, а ты купишь что захочешь. Окей?

Я кивнула.

– Отлично. А как будем праздновать?

– Мам, ты же знаешь, что я не люблю отмечать день рождения.

– Знаю, но я же не предлагаю устраивать грандиозную вечеринку. Хотя восемнадцать лет бывает раз в жизни… – «Как и любой другой возраст», – подумала я, но промолчала. – Мы можем пойти к тёте Насте или просто посидеть вдвоём. Хочешь, закажем суши?

Я вздохнула. Знаю, что она не отстанет.

– Ладно. Давай закажем суши и посидим вдвоем. Только ты и я, хорошо?

– Как скажешь, зайка, – улыбнулась мама. – Не понимаю, как можно не любить праздники… – пробормотала она себе под нос.

Весь оставшийся вечер мы смотрели фильмы и разговаривали. Позже я решила позвонить Никите по видеосвязи, но он не ответил. Когда я приехала, написала ему, что уже дома. Он ответил: «Хорошо». Больше ничего. Просто «хорошо»…

Мне удалось отвлечься во время прогулки, но теперь тревога снова накатила. Я ломала голову, что же с ним случилось. Слёзы вновь подступили, но на этот раз я смогла их сдержать.

К ночи у меня разболелась голова. Я выпила таблетку и легла спать раньше. Но в три часа ночи проснулась, сама не зная от чего. Мама тихо сопела рядом. Я вертелась минут десять, но сон не возвращался. Взяла телефон. Ник так и не перезвонил, но сообщение от него пришло несколько минут назад: «Я работал, не слышал, как ты звонила».

Заснуть после этого я уже не смогла.

Глава 8

Катя

Утро выдалось тяжёлым. Голова гудела, будто я всю ночь провела на шумной вечеринке, хотя на самом деле почти не сомкнула глаз. Всё время ворочалась, снова и снова перечитывая короткое сообщение от Ника, пытаясь уловить в нём что-то большее, чем просто слова.

Мама проснулась первой и тихонько двигалась по квартире, стараясь меня не разбудить. Но как только она вышла из ванной, я приподнялась на локтях и устало взглянула на неё.

– Доброе утро, зайка. Как спалось? – с улыбкой спросила она, но её глаза тут же сузились от беспокойства. – Ты плохо выглядишь. Что-то не так?

Я мотнула головой и натянуто улыбнулась:

– Просто не выспалась.

– Может, у тебя снова давление? Давай измерим, у меня есть тонометр…

– Мам, всё нормально, правда. Наверное, просто жара действует, – перебила я её и потянулась к телефону.

Никаких новых сообщений.

Мама нахмурилась, но продолжать разговор не стала. Она отлично знала, что если я не хочу о чём-то говорить, то добиться от меня откровенности невозможно. Вместо этого она пошла на кухню, и через несколько минут я услышала, как шкворчит еда и закипает чайник.

Сквозь приоткрытую форточку лился тёплый июньский воздух, наполняя комнату запахами свежесваренного кофе и жареных тостов. Я села на диване, потянулась и глубоко вдохнула. День обещал быть долгим. Сегодня должна была прийти тётя Настя с Мишкой – моим младшим братом, и это не сулило ничего хорошего.

Мише всего одиннадцать, но он настоящий сорванец. Вредный, непослушный и вечно пытающийся достать меня своими проделками. Он не может спокойно усидеть на месте больше пяти минут, а его фантазии хватает на сто способов, как свести меня с ума за один вечер. Я любила брата, но после каждой встречи с ним мне нужно было восстанавливаться как после марафона.

Я нехотя встала и пошла умываться. Из кухни донесся мамин голос:

– Кать, вставай уже! Тётя Настя с Мишей через пару часов будут тут!

– Да-да, иду… – пробормотала я, плеская холодной водой в лицо.

К тому времени, как я добралась до кухни, на столе уже стоял завтрак: тосты с вареньем, омлет и кофе с молоком. Мама суетилась у плиты, поджаривая что-то ещё.

Она пристально на меня посмотрела.

– Ты вчера была какой-то задумчивой. Опять что-то случилось?

– Нет, всё хорошо. Просто разные мысли в голове.

Она понимающе кивнула, но я знала, что её не так-то просто обмануть.

После завтрака я немного пришла в себя, но тяжесть в голове не проходила. Мы прибрались в квартире, и мама принялась готовить угощения для гостей. Я же лениво листала ленту в телефоне, но мысли постоянно возвращались к Никите. Почему он так сухо отвечает? Почему даже не попытался перезвонить?

Чуть позже в дверь раздался звонок. Я вздохнула. Ну, понеслось.

– Привет, сестрёнка! – в квартиру влетела тётя Настя – невысокая женщина с вечно бодрым выражением лица. Её короткие тёмные волосы были уложены в лёгкие волны, а на губах играла улыбка.

– Катюша! – воскликнула тётя Настя и, не дав мне подняться с дивана, заключила в крепкие объятия. – Как же ты повзрослела! Прям девушка, а не ребёнок.

Я слабо улыбнулась и обняла её в ответ.

Следом вбежал Миша. Бросив рюкзак у входа, он сразу налетел на меня:

– Кать, а ты знала, что в лесу за городом водятся змеи? Я вчера читал в интернете!

– Отлично, Миш, давай пойдем словим одну, – сказала я, закатив глаза.

– Серьёзно?! – он аж подпрыгнул от радости.

– Нет, конечно, – усмехнулась я, и он надул губы.

Мы прошли на кухню, где уже был накрыт стол. Мама подала пирог с ягодами, салаты и ещё горячие сырники. Тётя Настя как всегда говорила без остановки – рассказывала, что у неё нового на работе, как бабушка уронила телефон в суп, а их сосед опять пытался перегородить подъезд своей машиной. Тётя Настя тут же принялась рассказывать последние новости о своей работе и знакомых. Мама ей поддакивала, а я сидела, отрешенно размешивая сахар в чае.

Я старалась слушать, кивать, но чувствовала, что силы покидают меня.

– Кать, а ты на день рождения что планируешь? – неожиданно спросила тётя Настя.

Я вздохнула. Ну вот опять.

– Ничего. Просто посидим с мамой, закажем суши.

Тётя Настя нахмурилась.

– Восемнадцать лет – серьезная дата. Может ты с друзьями хочешь отметить?

– Нет.

– Ну а если мы к вам приедем? Просто маленький семейный ужин?

Я посмотрела на маму. Она явно поддерживала эту идею.

– Ладно, только без лишнего шума, – нехотя согласилась я.

Мама довольно улыбнулась.

В это время Миша, сидевший рядом, что-то задумал. В следующий момент я почувствовала, как холодный кусок льда скользит мне за шиворот. Я взвизгнула.

– Миша! – закричала я, вскакивая.

– Ха-ха-ха, у тебя такое лицо смешное! – он смеялся, держась за живот.

– Вот почему ты такой вредный?!

– Потому что я младший брат! Это моя работа! – он снова расхохотался.

– Всё, Миша, хватит, – строго сказала мама. – Не выводи сестру.

– Ладно, ладно… – он хихикнул, но я знала, что это не конец.

В какой-то момент я поняла, что просто уставилась в одну точку. В глазах потемнело, шум разговоров начал отдаляться. Руки ослабли, и вилка, которую я держала, выпала из пальцев, громко стукнув по тарелке.

– Катя? – встревоженно окликнула мама.

Я моргнула, пытаясь прийти в себя, но перед глазами всё плыло. Голова закружилась ещё сильнее, и я инстинктивно схватилась за край стола.

– Что-то мне… нехорошо, – пробормотала я.

Мама тут же вскочила с места, а тётя Настя быстро подошла и поддержала меня за плечи.

– Катюша, ты вся бледная! Может, давление? Или сахар упал? Ты ничего не ела с утра! – забеспокоилась тётя Настя.

– Мам, дай воды, – прошептала я.

Мама метнулась к холодильнику, а Миша помог мне пересесть на диван. В ушах неприятно звенело, и меня начало слегка потряхивать. Когда мама принесла воду, я сделала несколько осторожных глотков.

– Может, скорую вызвать? – спросил Миша.

– Нет, не надо, – покачала я головой. – Уже легче… Наверное, просто перегрелась.

Мама обеспокоенно сжала мои руки в своих.

– Кать, ты уверена? Ты вся холодная! Может, у тебя температура?

– Мам, пожалуйста, не паникуй, – устало вздохнула я.

Она закусила губу, но ничего не сказала. Тётя Настя сочувственно посмотрела на меня, а Миша пододвинул стул поближе, явно готовый поддержать меня, если снова станет хуже.

Остаток встречи прошел в более сдержанной атмосфере. Мама настояла, чтобы я полежала, и большую часть времени я провела на диване, завернувшись в плед. Тётя Настя с Мишей ушли через пару часов, а мама долго еще ходила по квартире, бросая на меня тревожные взгляды.

Позже, когда стемнело, я снова взяла телефон. На экране по-прежнему не было новых сообщений от Ника.

В груди неприятно заныло. Я посмотрела на яркое число на экране – до моего дня рождения оставалось всего две недели.

А у меня было странное чувство, что всё идёт совсем не так, как должно.

Глава 9

Катя

21 июля 2021 года

Как мама и обещала, мы отметили мой день рождения вместе, но не вдвоем. Тётя Настя с Мишей тоже пришли, и праздник вышел немного шумнее, чем я ожидала.

Мы заказали суши, тётя принесла домашний пирог, а Миша… Миша вёл себя так, как обычно: вредничал, носился по квартире, пытался утащить самый большой кусок пирога и возмущался, когда мама его останавливала.

– Миша, сядь нормально, ты уже три раза толкнул стол! – строго сказала тётя Настя.

– Но я не специально! Это всё Катя, она смотрит на меня так, что я волнуюсь! – возмутился он.

– Ну да, конечно, я виновата, – закатила глаза я.

– Тебе повезло, Катя, что у тебя нет младшего брата, – вздохнула тетя.

– Ой, не начинай, мам! – закатил глаза Миша. – Я вообще-то лучший брат на свете! Правда, Катя?

– О, без сомнений, – усмехнулась я. – Ты лучший в номинации «самый вредный».

Мама с тётей рассмеялись, а Миша надулся, но быстро отошел, увидев торт. Мы посидели еще немного, болтая обо всём на свете, а потом тётя с Мишей ушли. Праздник прошёл без особых сюрпризов, но мне было приятно.

После этого дни потекли своим чередом. Мама работала посменно – сутки через трое. Три дня была на смене, а потом день отдыхала. Поэтому большую часть времени я оставалась одна. К счастью, мне было чем заняться.

На прошлой неделе подруга Машы попросила меня позаниматься английским с ее дочерью. Сначала я сомневалась, ведь не знала, как правильно преподавать. Но после долгих раздумий всё же согласилась. Мне настолько понравилось, что я начала искать новых учеников. Пока у меня их только три, но это только начало. Плюс я не забываю про переводы, которыми занимаюсь уже около трёх лет. Я перевожу тексты с английского, и это не только хорошая практика, но и достойный заработок. Спасибо фрилансерским сайтам! У меня уже неплохие рейтинги, поэтому заказы сыпятся рекой, и я стараюсь никому не отказывать.

С Никитой по-прежнему всё сложно. Мы почти не разговариваем, он постоянно работает. Но я уверена, что это просто отговорки. Мне обидно, что он не может сказать мне, в чём причина его поведения. Раньше он рассказывал мне всё, у нас не было секретов.

Завтра я возвращаюсь домой и сразу пойду к нему – надо разобраться. Меня утомили эти недосказанности, я хочу понять, что происходит. Надеюсь, он всё объяснит.

– Катя! Можешь помочь мне, пожалуйста? – крикнула мама из кухни.

– Конечно! Что делать?

– Нарежь овощи на салат, пока я готовлю остальное. Только не забудь помыть их!

– Да знаю я, мне же не пять лет, – проворчала я.

– Мало ли, ты на всякое способна, – засмеялась мама. Наверное, вспомнила, как я в шесть лет решила помыть фарш. Ну или процедила компот в раковину.

После ужина мама убежала на маникюр, а посуда осталась на мне. Я её помыла и решила немного поработать. Спустя минут сорок захотела передохнуть и по привычке зашла в Инстаграм. Там висело одно непрочитанное сообщение от Ника. В груди появилось нехорошее предчувствие, хотя казалось бы, ничего странного. Просто сообщение. Я глубоко вдохнула и открыла Директ. Бегло пробежав глазами по тексту, застыла. Внутри вдруг стало пусто…

«Милая, я давно должен был тебе кое-что рассказать, но у меня не хватило сил сказать это лично. Завтра ты вернешься, но меня уже не будет. Я уезжаю в другой город. Я предал тебя и больше не смогу смотреть тебе в глаза.

Помнишь ту вечеринку у Ильи, на которую я не хотел идти, но в последний момент передумал? Там я совершил ошибку. Я изменил тебе. Не буду оправдываться, потому что моему поступку нет оправдания, и я не заслуживаю твоего прощения, да и не получу его никогда. Прости меня. Я предал тебя, нашу дружбу и наши отношения. Я очень надеюсь, что ты будешь счастлива. И, пожалуйста, не бросай свои мечты! Я знаю, что у тебя всё получится. Я верю в тебя. И я очень благодарен тебе за всё. Просто будь счастлива, но уже без меня. Прощай…»

Я не помню ничего, что произошло со вчерашнего вечера. Не помню, как мама вернулась домой, не помню, спала я или нет, не помню, как оказалась у папы. Внутри была пустота. Я не плакала, не кричала, не истерила. Просто лежала на кровати, глядя в потолок, и даже не пыталась думать.

Время словно застыло. Прошлое, настоящее, будущее – всё потеряло смысл. Меня больше ничего не держит в этом городе. Я не хочу здесь быть. Я не хочу ничего…

Музыка в наушниках гудела в голове, но сквозь нее я услышала, как возле соседнего дома остановилась машина. Сердце на секунду сбилось с ритма, и я вскочила с кровати, бросившись к окну. Вика.

Я вылетела из дома босиком, мне было плевать. Ноги, казалось, не касались земли. Единственная мысль заполнила голову: мне нужно знать. Я должна узнать правду.

– Вика, подожди! – крикнула я, задыхаясь от напряжения. – Где Ник?!

Она вздрогнула, увидев меня, но почти сразу отвела взгляд.

– Катюш… Его здесь нет. Он уехал вчера вечером.

– Куда? Он не мог просто взять и уехать! – Вика молчала.

– В Приозерск. Там, где его институт, – тихо сказала она. – Он просил не говорить тебе, но… я понимаю, что ты всё равно бы искала.