В погоне за демоном

Глава 4. Необъяснимое

С уверенностью в своей правоте и жаждой справедливости Яна шла на своих все ещё ватных ногах по мягкой дорожке коридора. В ушах отдавались отголоски музыки из зала, маленькая сумочка при каждом шаге била её металлическим замком по бедру, и Яна всё гордо откидывала и откидывала её за спину, но та через пару шагов возвращалась вновь на своё прежнее место и принималась за старое.

Музыка становилась всё тише. Девушка спустилась по ступенькам узкого коридора и увидела приоткрытую железную дверь – запасной выход на улицу с обратной стороны здания. Она замедлила шаг в метре от неё, почувствовав отвратительный запах помойки.

Совсем рядом оказалась ещё одна незакрытая дверь. Похоже, она вела в помещение с мусорными баками. Запах стоял такой, что сразу хотелось удавиться.

Яна зажала нос и рот ладонью и уже было решила вернуться, плюнуть на хама, который наверняка успел выйти на улицу и скрыться, как вдруг услышала голоса. Не подходя близко к двери и не разжимая носа, она сделала шаг в сторону, чтобы взглянуть через дверную щель.

Человек со странным галстуком стоял на улице, к ней спиной. Он разговаривал с молодым темноволосым мужчиной в плаще. Яна пыталась вслушиваться, но не могла разобрать ни слова. Темноволосый, бурно жестикулируя, не переставал говорить. Его собеседник сначала молчал, затем ответил что-то, от чего второй, видимо, разозлился – он принялся ещё сильнее махать руками и задымился.

Это казалось странным, невозможным, но от человека повалил дым, по плащу во все стороны побежали языки пламени. Лицо стало меняться, под кожей проступило нечто ужасное, уродливое, пепельно-коричневое. Казалось, он превращался в жуткую мумию.

Яна не верила своим глазам, у неё перехватило дыхание, она теперь уже обеими руками закрывала нос и рот, но не из-за запаха, а от непонимания происходящего. Девушка не могла оторвать глаз от этого обтянутого ветхой кожей черепа, бурых, выступающих из-под обрывков кожи мышц, пустых глазниц, в глубине которых светилось пламя. Пылающая мумия набросилась на мужчину в светлом пиджаке, но тот каким-то образом смог её сдержать, схватив за плечи. Казалось даже, что он тоже изменился, стал выше ростом. Сильным ударом он повалил ужасное существо на землю и быстро достал из кармана что-то завёрнутое в фольгу. Удерживая одной рукой бьющуюся мумию, он развернул свёрток и, не дотрагиваясь до лежащего там предмета, водрузил страшилищу прямо на грудь. Монстр сразу прекратил сопротивляться, зашипел что-то на непонятном языке, клубы дыма закружились вихрем вокруг него и окутали плотным туманом, скрыв из виду.

Яна сделала шаг вперёд. Ей казалось, что волосы у неё на голове встали дыбом, она не могла оторвать глаз от происходящего и продолжала вглядываться в клубы серого дыма, в ночную темноту.

Вдруг она расслышала, как мужчина в светлом пиджаке произнёс:

– Ну что ж, Фабио, придётся взять и тебя тоже, без тебя никак!

Он достал из кармана ещё что-то и двумя пальцами положил на голову чудища. Дым начал понемногу рассеиваться, и Яна увидела нечто не менее странное: монстр вновь стал приобретать образ человека – снова показалась нормальная кожа, волосы, зубы. Он лежал, закатив глаза, без чувств, его тело слегка подрагивало. От лица ко лбу, пощёлкивая, начали сходиться синие электрические разряды. Через несколько секунд широкими дугами они побежали к рукам, туловищу, ногам. Тело затрясло сильнее, и оно стало исчезать на глазах. Сначала конечности – они просто растворялись в воздухе, затем дальше, пока от лежащего на земле ничего не осталось.

Дым полностью рассеялся. На асфальт упал большой деревянный крест, рядом кусок фольги и маленький, не больше сантиметра, красный кристалл, ярко блеснув в тусклом свете фонаря.

В этот же миг в нескольких метрах от них ударила молния. Мириады искр рассыпались вокруг, фонарь зазвенел и стал гаснуть.

Мужчина бросился на пол в поисках красного кристалла и, подобрав его, сунул в чёрную коробочку. И тут, будто из ниоткуда, в темноте ночи появился силуэт человека. Яна не смогла разглядеть, кто это был. Незнакомец тут же с размаху нанёс удар, и мужчина со странным галстуком, пролетев больше метра, упал совсем рядом с дверью.

Девушка снова отшатнулась назад, чтобы её не заметили. Внутренний голос закричал ей, стуча по барабанным перепонкам: «Беги, дура, беги отсюда!» Но страх сковал все движения. Происходящее всё ещё не укладывалось в голове.

Лежащий на земле встал и набросился на своего противника. В темноте было почти ничего не видно, только слышны крики и звуки борьбы.

Яна почувствовала, как от волнения запылали щёки, в груди словно стучали по огромному колоколу, и тут она увидела ту самую чёрную коробку, что теперь валялась совсем рядом с приоткрытой дверью. Красный кристаллик выпал из неё при ударе и одиноко лежал на пороге, в шаге от Яны.

Её сердце забилось ещё сильнее. Рука потянулась к блестящему камешку. Мир будто замер. «Зачем? Зачем?» – кричал внутренний голос, но рука продолжала тянуться за кристаллом. И вот он – острый, прохладный, довольно тяжёлый для своих размеров, блестит у неё между большим и указательным пальцем, такой красный, такой чистый и прозрачный. Она сунула его в карман сумочки и снова взглянула через дверную щель на улицу.

Но тут ватные ноги её подвели, и, оперевшись на дверь, Яна чуть не вылетела наружу. Жутко заскрежетали ржавые петли – она мгновенно сделала несколько шагов назад. Мужчина в светлом пиджаке оставил своего противника и обернулся, но девушка уже вжалась в стену коридора, задержав дыхание. Она подумала: «Сейчас наверняка кто-нибудь из них побежит сюда, проверить, кто скрипнул дверью, и всё, мне капец…» Нажав на соседнюю ручку, она просочилась в помещение с мусорными баками, уже не обращая внимания на ужасные запахи и грязь.

Яна стояла, прижавшись к холодной штукатурке, и старалась успокоиться. «Только бы никто не зашёл, – думала она. – Что за треш, во что я влипла? Зачем взяла кристалл? Что дальше? Зачем мне всё это?»

Открылась скрипучая уличная дверь. Несколько секунд – и она снова захлопнулась. Послышались быстрые удаляющиеся шаги. Кто-то побежал по коридору в направлении зала. Яна выдохнула. «Ну всё, можно дышать… Но куда теперь идти? Наверное, лучше не показываться в зале, а выйти прямо сюда, во двор. Боже… Скорее на улицу и бежать…»

Она снова приоткрыла дверь и выскользнула наружу. Но тут же споткнулась и упала на что-то тёплое и мягкое. «О нет! Это человек! Это тот, второй! Я забыла про второго!» В свете луны Яна разглядела его очертания. К своему удивлению, она увидела, что перед ней на асфальте лежит, как ей показалось, совсем молодой парень, по его лицу и груди красными полосами проходили несколько глубоких симметричных порезов, будто он попал в когти тигра.

Юноша зашевелился и открыл глаза. Он посмотрел на Яну, и его раны стали исчезать. Через пару мгновений от них ничего не осталось, лишь разорванная полосами белая рубашка напоминала о случившемся.

Он вскочил на ноги и, дёрнув её за руку, не говоря ни слова, потащил за собой. И вдруг – внезапная вспышка, голова закружилась.

Придя в себя, Яна обнаружила, что они стоят недалеко от входа в метро. Причём не у той станции, которая была ближе к клубу, а у совсем другой, за семь остановок от её дома и за десять от клуба.

Прохладный ветер холодил лицо и плечи, мерно покачивая выглядывающие из темноты ветви деревьев. Вокруг светились вывески, рекламные щиты. Яна медленно отвела взгляд от названия станции и посмотрела на незнакомца. Рядом стоял молодой человек лет двадцати, симпатичный, чуть выше неё ростом. У него были красивые карие глаза и светлые волосы, взлохмаченные после борьбы. Его кожа, точно бархатная, абсолютно идеальная, казалось, словно излучала лёгкое свечение в отблесках ярких фонарей.

Девушка засмотрелась на него. Ей захотелось сказать что-то доброе, хорошее, и она уже было открыла рот, но в голове будто разлили пустоту. Яна растерялась, забыла все слова и не понимала, как оказалась в этом месте. Она всё смотрела на него и не могла оторвать взгляда. В нём было что-то необычное, что-то притягательное. Он отпустил её и, прикрыв глаза рукой, тихим голосом произнёс:

– Девушка, милая, забудьте всё, что вы видели сегодня, пожалуйста! И не вспоминайте никогда, ради себя, ради вашего спокойного будущего. Ладно?

Яна закивала. Она просто не смогла что-то ему ответить, и не согласиться с ним тоже не смогла.

– Ну вот и хорошо. А теперь идите домой. Тут вам ничего не угрожает. Прощайте! – И он, махнув ей рукой, быстро зашагал вдоль улицы и растворился в темноте.

Яна осталась одна. Она стояла так пару минут, а может быть, больше. Воспоминания о событиях этого вечера не давали покоя, продолжая вертеться в голове. Однако постепенно хаотичные мысли начали успокаиваться и складываться в единую картину.

Она положила руку себе на лоб – на всякий случай, проверить, нет ли у неё высокой температуры. Лоб был холодным. И тут она поняла, что замёрзла стоять вот так, в одном платье, и побежала в метро.

«Что же произошло? – думала Яна, пока ехала домой. – Кто они? Как это возможно? Что я видела? Какой-то странный розыгрыш? Нет, никто ведь не подошёл после всего и не сказал про скрытую камеру. Да и как-то уж слишком много спецэффектов, – усмехнулась она про себя. – И это метро. Мы же были очень, очень далеко отсюда. Может, я отключилась и он довёз меня до этой станции? Значит, я абсолютно не помню примерно полчаса своей жизни. „Лонг-Айленд?“ Траванулась?» И Яна вспомнила, что как-то раз в институте они отравились всей группой палёным алкоголем, и она тогда тоже провалялась несколько часов без сознания. Найдя какое-никакое объяснение случившемуся, девушка успокоилась, благополучно доехала до дома и легла спать.

Глава 5. Красный кристалл

На следующей день Яна проснулась поздно. Болели голова и горло. То ли от выпитого, то ли от стресса, то ли от того, что замёрзла на улице.

После обеда ей позвонила Ханна. Подруга взахлёб рассказывала, как познакомилась вчера с парнем, как они здорово проводили вечер, но в итоге расстались, не обменявшись телефонными номерами. Судя по интонации, она об этом совсем не жалела. «Наверное, не особо он ей и понравился, – подумала после разговора Яна. – Значит, всё к лучшему».

И тут она вспомнила странного незнакомца, с которым стояла у метро, а потом то, что в сумочке у неё лежит вещь, которая имеет для кого-то большое значение. Она стала ощупывать кармашек в надежде ничего там не найти. Тогда бы это значило, что ей всё привиделось из-за некачественной выпивки в баре. Но тем не менее пальцы наткнулись на что-то твёрдое, и Яна достала маленький красный кристалл.

Она положила его на ладонь и поднесла к лампе. Тот переливался тысячью граней, и Яна подумала: «А может, это такой красный алмаз и он стоит кучу денег? Как, интересно, продают такие штуки на чёрном рынке?» Она, конечно же, представления не имела как. Поэтому, вздохнув, отбросила эти мысли, положила кристаллик на стол, открыла ноутбук и взялась за работу.

День пролетел незаметно. Зевая, Яна разогрела себе ужин, налила стакан воды и нечаянно, поставив его на край ноутбука, пролила на стол.

«Вот растяпа!» Она быстрым движением схватила ноутбук, стряхивая с него капли. Вода залила часть стола, потекла дальше, к лампе, кристаллик тоже оказался в воде.

Яна пошла за тряпкой и развезла лужу. Камешек она вынула и хотела переложить на тумбочку, но тут внезапное жжение засаднило в большом пальце. Взглянув, она с досадой увидела, что порезалась об острую грань кристалла. Ранка была поверхностной, но всё равно пошла кровь.

«Блин, вот зараза!» Было больно и досадно, хотелось, чтобы эти неприятные ощущения скорее прошли. Она решила положить кристаллик на тумбочку, разжала пальцы, но тот будто прилип. Яна потрясла рукой. Кровь брызнула в стороны.

Взявшись другой рукой за кристаллик, девушка попробовала оторвать его, но ничего не получалось. Он стал мягким, как пластилин, перестал быть прозрачным, и граней уже совсем не было видно.

Кристалл растёкся по пальцу красной лепёшкой, которая становилась всё меньше. Яна с удивлением смотрела на малиновое пятнышко – оно исчезло через секунду. Остался только порез.

Она пососала палец, кровь идти перестала, боль ушла. «Странно… – подумала Яна. – Опять не пойми что творится… Или я до сих пор в неадеквате. Может, и не было никакого кристалла, может, он мне тоже приснился?» Она снова села за ужин, налила воды. Захотелось спать. Очень! Не доев свою порцию, девушка пересела на диван и уснула.

Яна проснулась ночью. Посмотрела на часы – три. Темнота, тишина. Но сон как рукой сняло. Чесались руки, плечи, предплечья, голени, бёдра. «О, похоже, я точно траванулась, – подумала она. – Ещё и аллергия!»

Яна пошла на кухню. У неё в домашней аптечке всегда лежали противоаллергические средства, по причине весенней непереносимости цветущего рапса. Чтобы не чихать и не сморкаться, она принимала их, и это всегда помогало.

Яна выпила таблетку и решила умыться. Она включила в ванной свет и, подняв наконец голову, чтобы посмотреть на своё отражение в зеркале, завизжала от ужаса.

Такого она увидеть никак не ожидала: всё лицо стало ярко-красного цвета, глаза светились, а из головы торчали небольшие чёрные рога.

Яна потрогала их и взвизгнула снова. Потом наклонилась поближе к зеркалу и присмотрелась к глазам. Их не было, вместо них был свет. «Ничего себе… аллергия…» Яна в растерянности села на бортик ванны.

Умывшись, она снова взглянула на своё отражение. Лицо не изменилось. Яна стала тянуть за рога в надежде, что они отклеятся, но чувствовала, что вместе с ними тянется и голова.

«Так, тряпка, возьми себя в руки! – подумала она. – Ничего не болит, это уже хорошо! Надо сосчитать до десяти. Один. Я спокойна. Два. Я расслаблена. Три. Я дышу ровно. Четыре. Вдох. Пять. Выдох. Шесть…»

Постепенно лицо начало меняться. Девушка обрадовалась, увидев в зеркало, как она снова становится собой, как кожа приобретает нормальный цвет, появляются её обычные глаза и рога втягиваются куда-то в голову.

«Капец моей кукухе… – подумала Яна. – Больше вообще пить не буду никогда». Она снова легла и постаралась уснуть.

Ей приснилась красная дама с чёрными рогами и светящимися глазами, человек-мумия, которого она видела вчера вечером, и ещё несколько странных существ, пылающих огнём, извивающихся чёрной дымкой, похожих на каких-то жутких монстров из кошмарного сна или новомодного фильма ужасов. Все они проходили тенью сквозь неё, кружились вокруг в диком танце, кидали горящие угли, растворяясь в воздухе перед её лицом.

Утром, едва открыв глаза, она сразу побежала к зеркалу – всё было нормально. Яна облегчённо вздохнула. Позавтракав бутербродами, она сделала над собой усилие, открыла ноутбук. Поработав несколько часов, с мыслями, что, наверное, только такая дура, как она, тратит свой выходной на работу, Яна оделась и вышла прогуляться.

Погода стояла прекрасная. Светило солнце, было тепло. Она шла, загребая ногами опавшие листья, и те, весело шурша, выстраивались в оранжевые бесформенные замки, горы и домики. Настроение улучшилось.

Яна прошла мимо каких-то подростков, толпящихся у лавочки на дорожке. И вдруг резко ощутила зависть.

Нет, не то чтобы она кому-то завидовала. Наоборот. Зависть будто сочилась из одного из стоящих сзади ребят, стекала с него жёлто-зелёным манящим киселём. Это было сложно объяснить, описать, она почувствовала её жжение и тепло, её ядовитую страсть, и Яне захотелось, ужасно захотелось подойти ближе, собрать её в клубок и вырвать, как шатающийся и сладко ноющий молочный зуб. Она даже обернулась, чтобы сделать это, но испугалась своих желаний. Испугалась того, что почувствовала, и со всех ног побежала обратно домой.

Как назло, в лифте вместе с ней ехал сосед. И опять странные эмоции и ощущения подступили к горлу.

Мужчина был полон мыслей о еде, такой вкусной, сытной, горячей. Яне начало казаться, что этого человека сжигает изнутри что-то, что он уже почти пуст, лишь дунь на него, и он кончится, лопнет, как воздушный шарик, и от него останутся только глаза. Ей снова нестерпимо захотелось сделать что-то, и она дунула ему в затылок. Тот посмотрел на неё стеклянным взглядом и вышел на своём этаже, а Яна поехала дальше.

Зайдя в квартиру, девушка обрадовалась, что странные ощущения исчезли. Она помыла руки и, выключив воду, машинально встряхнула ими в воздухе. Те стали сухими. Совсем сухими. Ничего не нужно было вытирать. Да, явно творилось что-то странное.

Осенними листьями, пляшущими на ветру, в голове закружились смутные мысли, туманные вопросы. Яна подошла к полотенцу и, словно проверяя что-то, крепко сжала его в кулаке. Оно резко вспыхнуло оранжевым пламенем, и Яна поспешила бросить его в раковину и залить водой. Потом щёлкнула пальцами, и в руке у неё плавно заколыхались языки огня. Они не обжигали, но, поднеся к ним кусочек туалетной бумаги, Яна убедилась, что всё по-настоящему, – бумажка сгорела моментально. Это было странно. И страшно. Она села на табуретку перед кухонным столом и зарыдала. Ей определённо требовалась помощь. Похоже, что с ней случилось что-то совершенно необычное, связанное с теми событиями в клубе, и что, скорее всего, виной тому красный кристаллик, который она так неосторожно размазала о палец.

Закончив рыдать, она снова обнаружила на своей голове рога, и те оставались там, пока девушка не взяла себя в руки и окончательно не успокоилась.

Весь вечер прошёл в экспериментах. Она зажигала и гасила пламя, превращалась в красную женщину с рогами и возвращалась обратно к своему облику. Всё было как во сне. Немного приободрившись, Яна решила, что это, может быть, не так уж плохо. В конце концов, чувствовала себя она вполне сносно, голова больше не болела. Она даже передумала брать больничный и стала собирать сумку на завтра.

Утром будильник прозвенел, как обычно, в шесть тридцать. Яна проснулась с мыслями о вчерашнем дне и с надеждой на то, что странностей больше не будет. Она села на кровати и попробовала зажечь в руке пламя. У неё получилось. Девушка расстроилась и, закрыв лицо ладонью, покачала головой. Но надо было вставать, чтобы не опоздать на работу.

Утренняя поездка в автобусе далась Яне с трудом. Она отчётливо ощущала чувства людей, ехавших с утра на работу вместе с ней. Какие-то совсем слабо, какие-то сильно, очень сильно. Хотелось подойти, прикоснуться к этой непонятной массе, которая сочилась из попутчиков, витала рядом, вдохнуть её глубоко и затем выдохнуть обратно, чтобы её стало ещё больше, чтобы она задела других пассажиров и можно было утонуть в ней, наслаждаясь этим странным новым удовольствием.

Но Яна не посмела. Она сдерживала себя, свои пугающие мысли и порывы и, вцепившись в холодный металлический поручень, пыталась абстрагироваться от всего этого, закрыв глаза. Ей стало жутко одиноко, жутко грустно, она вспомнила про Ханну и подумала, что не сможет рассказать ей всё это. И что никому не сможет рассказать. Ей придётся разбираться со всем самой. И оттого становилось ещё тяжелее на душе. Проблемы на работе теперь не казались чем-то важным. Она постепенно осознавала, что вся её прошлая жизнь отодвигается на второй план, что она – это уже не она.

Двери открылись, и Яна вышла из автобуса. Спрыгнув на асфальт, девушка подняла глаза и замерла от удивления.

Совсем рядом, напротив, она увидела его. Мужчину со странным галстуком. Того хама, который бесцеремонно наступил ей на ногу и ударил дверью. Того типа, чей потерянный красный кристалл принёс в её жизнь страх и печаль. Она постаралась отвести глаза и сделать вид, будто не знает его, но было поздно. Он заметил её пристальный взгляд и подошёл ближе.

– Девушка, подождите! – услышала Яна его голос.

Яна прибавила шаг, но он догнал её и пошёл рядом.

– Девушка, простите, пожалуйста! Вы меня, наверное, не помните, я вас видел в пятницу в клубе.

Яна молча повернула голову и наконец-то разглядела его как следует: первым, на что она обратила внимание, были серые глаза, которые без тени смущения смотрели на неё. Короткие светлые волосы, уложенные спереди плавной волной, контрастировали с тёмным галстуком. Лёгкая небритость была ему к лицу, в целом он внешне оказался довольно приятным. И голос его звучал уверенно, ровно. Яна немного успокоилась, но продолжала молчать, не сбавляя шаг. Здание офиса располагалось совсем недалеко.

– Меня Алекс зовут! – представился незнакомец. – Вы не подумайте, я так никогда не делаю, не знакомлюсь с девушками на улице. Просто тогда в клубе… Я вас увидел и не решился подойти, а сегодня стою на остановке, жду автобус, а из него вы выходите! Мне кажется, что это не может быть случайностью, что нам нужно познакомиться! Вас как зовут?

Яна снова взглянула на него. Он смело, без страха и стеснения продолжал смотреть ей прямо в глаза. Она понимала, что в его словах что-то не сходится. То, как он чуть не пришиб её дверью, вряд ли похоже на боязнь подойти к ней познакомиться. Но тем не менее всё это сейчас звучало очень приятно. Что-то было в нём, что вызывало интерес, Яне захотелось послушать, что он скажет дальше, и она ответила:

– Меня зовут Яна… Но мне на работу нужно. Я, кажется, уже опаздываю. – Она приложила бедж к настенной панели, и та громко щёлкнула электронным замком.

Алекс придержал ей дверь.

– Яна… – сказал он тихо. – А что вы вечером делаете? Можно вас в кафе пригласить?

Яна опешила. «Вот так вот в лоб, сразу, в кафе… Во даёт!» Она бросила ему резкое «Не знаю!» – и скрылась за дверью.

За работой никак не получалось сосредоточиться. Она всё вспоминала Алекса. «Что же это, правда случайность?» Почему он её ждал? Мог ли он действительно её запомнить тогда? Да нет… Он её не видел! Как же всё непонятно! Не мог же он угадать, где она работает, на какой остановке ждать… Ингрид, Беата… Это невозможно игнорировать!

Что-то явно не давало ей покоя, зудело и манило к себе. Яна не выдержала и пошла в соседнюю комнату, где сидели Ингрид и Беата, рядовые сотрудницы, одни из многочисленных менеджеров «Кноблаух унд Штайнер».

Ингрид было уже почти сорок, она всё время молодилась и надевала модные дорогие вещи. Но её не очень любили в коллективе, потому что она могла иной раз запросто в открытую сказать гадость по любому ерундовому поводу.

Сейчас же она сидела, согнувшись над бумагами, и, читая, грызла карандаш.

Яна подошла к ней сзади.

– А, Яна, привет! Что-нибудь нужно?

– Привет! Нет, сиди, я на минутку!

Встав у неё за спиной, девушка закрыла глаза и медленно вдохнула. Она будто погружалась в мягкие пуховые подушки, которые грели и текли сквозь неё. Зависть обволакивала всё вокруг, и она с неменьшим удовольствием сделала выдох и, нагнувшись к Ингрид ближе, слегка подула на неё.

– Что там? – Ингрид обернулась.