- -
- 100%
- +
Самый же главный секрет хорошего признания – правдоподобность в сочетании с некоторой неожиданностью. Хорошенькой первокурснице так понравился старший преподаватель, что она подставила ему задницу, а он оказался всего-навсего швейцаром. Взбешенная изменой бойфренда женщина отдается сразу трем жеребцам, которые отделывают ее во все щели. Она собирает вещи и уходит, а видеокассету оставляет бойфренду на память. Журналистке, ни у кого отродясь в рот не бравшей, нужно написать статью для "Космополитена" – и тогда она получит работу, о которой давно мечтала. По-моему, куда интереснее всех этих "короче-дело-было-так".
И еще немного.
... затянувшееся за полночь совещание, недавно разведенная начальница, сообщающиеся двери...
... неявившаяся стриптизерша, отчаявшийся владелец клуба, нищая официантка и стадо нетерпеливых пожарников, собравшихся на мальчишник...
... хозяйка сломавшейся машины, на обочине, механик, истекшая страховка, придорожный автосервис...
... симпатичный домушник, женское общежитие, задержание без вызова полиции, немедленная расправа...
... отвратительный начальник, его наивная секретарша, договор об оплате труда...
... скучающая домохозяйка, неутолимая похоть, водитель службы рассылки, большой сверток у заднего крыльца...
... девичник, "Основной инстинкт" по телевизору, три бутылки вина, зуд, внимательная подруга...
... поезд, вечер, очаровательная брюнетка, сумка с покупками...
Ладно. Я могу продолжать хоть ночь напролет, но мне неохота. Наверное, я пытаюсь сказать, что "письма настоящие". Вот только написан в них полный бред. Да вы, поди, уже и так это поняли.
5. Учимся говорить пошлости
На то, чтобы уяснить все вышеизложенное, понадобился добрый год и пара сотен писем, а первые недели меня занимал более насущный вопрос.
– Где этот Стюарт, чтоб ему? – спросил я Роджера.
– Не знаю. – Он даже не обернулся. – Ему все но барабану...
Бормотание перешло в неразборчивое шамканье.
Я позвонил Уэнди: записей в регистрационной книге – никаких, звонков от Стюарта тоже не было. Положив трубку, я задумался. "Блинг" опаздывал на три недели, а у нас было только два материала: один про езду на водных мотоциклах, а другой – о "безумной" ночи на Ибице, в клубе. Читать такую муть никто не будет. Разве что та девушка из отдела по связям с общественностью, с которой Стюарт катался на водных мотоциклах, и "безумный" приятель Стюарта по имени Джерард, которому статья о его "сумасшедших выходках" сэкономила половину расходов на отдых. Особого сумасшествия я там не заметил. Он всего-навсего проглотил пару колес, взобрался на некую сцену и начал, как последний мудак, отплясывать на глазах у нескольких тысяч зрителей, делавших ровно то же самое. Для пущего сумасшествия Джерард в конце каждого предложения добавлял, что он "прям так и обалдел", "прям так и охренел" или "не поверил собственным глазам". Я все это милосердно выкинул, чтобы не выставлять его перед читателями совсем уж идиотом.
Ну и я отредактировал письма за последний месяц, написал рецензии к паре фильмов, а теперь маялся без дела. Поваляв еще немного дурака, я взял номер "Эйса", несколько минут его полистал и опять заскучал.
Просто удивительно! Еще шесть недель назад я бы внимательно изучил все фотографии и дофантазировался бы до расстегнутых штанов. Пять недель назад я исподтишка бросал бы взгляды на снимки девушек, хотя стоило кому-нибудь повернуться ко мне, сразу отпихивал бы журнал в сторону. Теперь же ко мне подошла Хейзл с вопросом, не брал ли я у нее просмотровую лупу (такая маленькая увеличительная штучка для разглядывания слайдов), а я даже журнал не опустил. Она стояла передо мной и жаловалась, что с ее стола вечно все прут, что это уже третья лупа за год, а я листал журнал и разглядывал голых девушек, которые всячески изгибались и раздвигали ягодицы, и не чувствовал ни малейшего смущения. Почему бы и нет? Ягодицы как ягодицы. У всех такие есть. Пэдди был прав. В первую неделю он рассказывал мне, что никогда не сомневался: ощущение новизны пройдет. Его удивило только, как скоро это произошло.
– Вы не ее недавно публиковали? – спросил я у Хейзл, показывая фотографию девушки, которая уткнулась головой в лобок своей соседки.
– Габриэль? Она снимается у нас каждый месяц. Не знаю, о чем думают в "Эйсе"... Ладно, скажи, если увидишь мою лупу. Я не хочу заказывать новую: люди могут подумать, что я их краду.
– Сделай то же, что и я: нацарапай на лупе свое имя, тогда все будут знать, что она твоя, и никто ее не украдет.
– Уж нацарапаю! – прошипела она и отправилась к своему столу.
– Если найду – обязательно дам тебе знать! – сказал я и нацарапал на лупе Хейзл свое имя.
Зато теперь я не буду заказывать отдельную для себя и сэкономлю общественные деньги. Разве не так?
Шла вторая половина дня, и после двух кружек я был какой-то сонный. Тут-то и позвонил Стюарт.
– Удалось с кем-нибудь из них переговорить? – спросил он.
– С кем? Кто это "они"?
– Я о девушках. Ты им звонил?
– Э...
Уж не прикорнул ли я, пока получал инструкции?
– Какие девушки? Извини... Кого ты имеешь в виду?
– Роджер передал тебе подборки? – В его голосе послышалось раздражение.
– Э...
Я не хотел никого подставлять.
– Я поговорю с Роджером. Передай ему трубку.
– Роджер, тебя Стюарт...
Несправедливость происходящего заставила Роджера ссутулиться. Не оборачиваясь, он взял трубку и хрюкнул:
– Ну?
Какое-то время стояла тишина. Потом я услышал несколько сварливых, хамских реплик. Роджер вернул мне трубку и опять уткнулся в экран. Он изучал сайт, сделанный для тех, кто потерял друзей, но желает обрести их вновь.
– Роджер должен тебе кое-что передать. Он все объяснит. Поговорим завтра утром.
И Стюарт опять исчез.
Роджер не стал что-либо объяснять. Он вообще мне ни слова не сказал. Просто сидел, щелкал по имени очередного выпускника 1977 года, читал его краткую биографию и каждый раз бормотал: "Ну и мудак!" В конце концов я решил действовать сам.
– Ладно, что там Стюарт для меня оставлял?
– Несколько подборок с девушками, – ответил тот и опять щелкнул "мышкой".
– Что за подборки? Где они?
– Нужно сделать эту хрень, что печатают рядом, – пробурчал он.
– Ну... А что ж ты мне раньше не сказал? – подступился я к нему.
– А с чего? Мы тут работаем, а он даже не появляется... – раздалось в ответ.
– Роджер, чтоб ты сдох! Я чуть с ума не сошел от скуки, а оказывается, все утро должен был сидеть на телефоне.
– Это не моя вина! Роджер и не думал шутить.
– Давай их сюда.
– Минутку... – проскулил он.
Не прошло и пяти минут, как я получил три пачки слайдов и исписанный указаниями лист.
Все три девушки родились в Великобритании, жили здесь же, так что Стюарт счел возможным с ними поговорить. Я вспомнил, как несколько недель назад он все зудел, что хорошо бы те краткие сведения о девушках не выдумывать, а сделать настоящими. Надо с ними побеседовать, раскрутить их на разговор – чтобы сами наговорили всяких пошлостей. Итак, передо мной лежали три подборки слайдов и три телефонных номера. Сейчас я им позвоню, представлюсь и попрошу сказать что-нибудь непристойное: чем любят заниматься в постели, о чем мечтают, как выглядело лучшее соитие в их жизни – всякое такое. И я был готов сквозь землю провалиться... Смейтесь-смейтесь! Попытайтесь-ка сами позвонить девушке и прямо так, ни с того ни с сего, раскрутить ее на интересный разговор. Сразу во рту пересохнет, вот увидите! По правде говоря, я бы на вашем месте не рисковал: посадят.
Я глянул на первую девушку. Высокая, стройная... и лысая, словно павианова задница. Звали ее Дженнифер. Три раза я попадал не туда. Наконец она взяла трубку, и я чуть не задохнулся.
– Дженнифер? – спрашиваю.
– Да?
До сих пор мне не приходилось общаться с живыми порномоделями (собеседование не считается). Я разглядывал Дженнифер через чужую лупу и одновременно с нею разговаривал. Порнография вдруг перестала казаться чьей-то выдумкой.
– Это Годфри Бишоп. Я работаю в "Блинге", – сказал я.
– Да?
– Привет! Э... Какдела? Нормально? Хорошо... э-э...
Надо было заранее продумать, что говорить.
– Да?
– Хорошо, ладно... Фотограф Говард Парк недавно сделал серию твоих фотографий, и... э... мы собираемся разместить их в нашем журнале.
Она не ответила.
– Ты понимаешь, о каких фотографиях я говорю? На тебе были чулки в крупную клетку, и ты лежала на большой круглой кровати.
"А больше на тебе не было, считай, ничего, и на большинстве фотографий крупным планом показана твоя промежность". Правда, этого я не сказал.
– Да? – повторила она как попугай.
– Ладно, давай о них немного поговорим, – предложил я.
– О чем? – утроила свой словарный запас Дженнифер.
– Ну... Ты ведь знаешь, что в нашем журнале рядом с фотографиями размещают небольшой текст, такой маленький рассказ. Стюарт, наш редактор, дал мне задание: поговорить с тобой на эту тему.
– Не знаю... Папа с мамой ничего об этом не знают. Лучше я не буду ничего говорить...
Особой радости в ее голосе я не слышал.
– Что-что? – переспросил я.
– Я не хочу, чтобы вы печатали мое настоящее имя или какие-то подробности. Не хочу, чтобы об этом знала моя родня, – пояснила она, поставив меня в тупик.
Я попросил повторить, и Дженнифер выполнила мою просьбу. Она не желала публиковать свое настоящее имя и не хотела ничего о себе рассказывать, так как была уверена – под вымышленным именем ее никто не узнает. Я серьезно! Вот представьте: мама внимательно изучила "Блинг", разглядела все фотографии, но без подписи ей даже в голову не пришло, что перед ней ее дочь! Разве не чудеса? Я разговаривал с десятками моделей, которые полностью разделяли данную точку зрения. Оказывается, можно не надевать пакет на голову, сняв трусы. Стоит лишь выбрать себе какое-нибудь идиотское имя вроде Текс, Джексон или П.Сил.Дт8 – и тебя никто не узнает!
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Примечания
1
"Грейт Юниверсал Сторз" (Great Universal Stores) – крупная британская компания, продающая главным образом одежду. Основная часть товаров заказывается по каталогам и доставляется по почте. – Здесь и далее примеч. пер.
2
Гор Видал (Gore Vidal) – американский писатель. Известен своим критическим отношением в политике и культуре своей страны. Родился в 1925 году.
3
Маглиха (от слова "muggle") – так в сериале Дж. Роулинг о Гарри Поттере называют людей, лишенных магического дара.
4
"Олтон Тауэрз" (Alton Towers) – парк развлечении (неподалеку от Дерби).
5
Здесь большую роль играет многозначность слон. При божбе слово "Годфри" (Godfrey) иногда используется вместо слова"Бог" (God); "бишоп" (bishop) по-английски значит "епископ"; "уэнди" (wendy) – прозвище для детей, отвергнутых сверстниками (что-то вроде нашего "Чучела" из одноименного фильма); "пиклс" (pickles, в единственном числе pickle) – "рассол", "маринованные огурцы", "неприятное положение", "чепуха", "опьянение", "стерва" и даже "мужской половой член".
6
"Сан" (The Sun) – бульварная газета. "Читатели "Сан" – так нередко называют британцев, не получивших качественного образования, исповедующих правые взгляды и считающих женщин недостойными иметь равные права с мужчинами.
7
"Гардиан" (The Guardian) – "солидная" британская газета левого толка. Читатели "Гардиан" – прямая противоположность читателям "Сан".
8
Блакадер (Blackadder) – герой комедийного сериала производства Би-би-си.