Большой цветок

Пролог

Первым, что я увидел, была тьма. Совершенно непроглядная тьма. Я чувствовал, как сердце билось всё чаще. Было похоже на то, что я тону в липкой тёмной пучине. И ощущения эти были не из приятных.

Потом, в ноздри ударил резкий запах хлорки и антисептика. Они были до того противны, что даже успокаивали меня. Почему-то казалось, что я в безопасности.

Но всё испортил резкий разрезающий тишину звук. Он давил на уши, я думал, что скоро сойду с ума. Сердце стало биться быстрей и писк тоже усилился.

- Да... Рей, я сделаю все, что в моих силах... - я слышал мужской голос, уставший и хриплый.

Я сделал над собой усилие и открыл глаза. Резкий белый свет ударил мне в глаза. Я хотел сопротивляться ему, но стал потихоньку привыкать к нему. И я понял, что нахожусь в больничной палате.

Но как я здесь оказался? Неужели со мной произошло что то ужасное?

Со мной... Но я ничего не могу вспомнить, даже обрывки прошлого.

Моё имя... Я не помню собственного имени...

В ушах послышался звук как кто-то положил телефон и направился ко мне. Я боялся каждого его шага... Боялся услышать, что со мной произошло.

Наконец он, доктор, подошёл и я краем глаза увидел его халат, а на нём табличка с именем: «Кавасаки».

- Как ты себя чувствуешь? - с заботой спросил он.

Я посмотрел на него, не понимая, что должен сказать.. Но заметив его ожидающий взгляд - я все, же собрался с силами.

- А-а-а-а....

Это всё что удалось выдавить из себя. Непонятную, нечленораздельную, речь.

Я почувствовал, как горло начало болеть. Мне захотелось к нему прикоснуться. Но когда я достал руку из-под одеяла, заметил, что она была вся в бинтах, на которых виднелись пятна крови.

Сердце забилось ещё сильнее. Дыхание спёрло.

Мне стало страшно представить своё нынешнее состояние. Я захотел увидеть себя под одеялом. Доктор понял мои намерения и хотел помешать этому.

Но я резким движением скинул одеяло.

И увидел, как был с ног до шеи в окровавленных бинтах.

Мне на секунду показалось, что я умер и больше ничего не чувствую. Тут же в висках начало болеть. Сознание плыло, а с ним плыл и я.

Доктор поспешно ввёл мне успокоительные и накрыл одеялом.

Не знаю, сколько я проспал, но когда вновь открыл глаза, то палата была уже тёмной.

Я слышал звук приближающихся шагов, а затем и скрип двери. Доктор подошёл ко мне и сообщил страшную весть:

- Тацумаки Кири. 12 лет. Ты получил множество ожогов второй и первой степени. В общем, изуродовано 80% твоего тела... - в его уставшем голосе чувствовался страх и… стыд. - Скажи, ты помнишь, как попал в аварию?..

Я повертел головой. Потом, доктор спросил, помню ли я что было до аварии. Я повторил предыдущий ответ. Совершенно ничего не помню...

- Похоже на амнезию... - заключил доктор и бесцеремонно рассказал, что вообще случилось. - Ты ехал со своей матерью, но вдруг ваша машина врезалась в бензовоз. Она быстро скончалось.

Так вот в чём дело. Но какой это имеет теперь смысл, если не помню даже свою мать?

Но где-то в глубине души затаилась грусть. Но пока она не могла вырваться наружу. Её блокировал барьер под названием - амнезия.

Но мне вдруг вспомнилась другая фигура, которая должна быть в обычной семье - отец.

- А-а-а-а-а...

Я хотел спросить о нём, но голос лишь превращался в неразборчивые звуки. Но они достучались до разума доктора Кавасаки и он понял о чём я хотел спросить.

- Твой отец, - он немного помялся. - Не смог приехать в наш город.

Возможно это даже и лучше, я наверняка бы расстроил его своим состоянием. Я тогда надеялся, что амнезия пройдёт, и я всё вспомню.

Правда, я всё ещё не знал даже в каком городе находился. Может это Токио? А может Осака? Или всё же маленький город, по типу Нагано? Но почему я помнил названия городов?

Я не стал над этим долго задумываться.

Доктор, как будто знал, что я хотел у него спросить. И поэтому поторопился назвать имя города.

- Умитояма,

В городе проживало всего около трехсот тысяч людей. Но можно было заметить, как из года в год эта цифра росла. Может мне просто казалось, но он не был ничем примечателен Да даже попасть и уйти из него то ещё испытание. Ведь почти со всех сторон он окружён морем и горами. И единственные пути чтоб покинуть его: один единственный мост, а также железная дорога.

Правда, город привлекал своей тишиной, до недавнего времени...

Доктор Кавасаки сказал, что на моё восстановление уйдёт как минимум год и тогда я смогу вернуться к обычной жизни, выписаться из больницы и пойти в школу.

Но ни доктор, ни я не ожидали, что я начну с самого начала делать успехи в реабилитации. В стандартном курсе, после ожогов ног, человек мог ходить спустя полгода. Но мне это удалось спустя чуть меньше двух месяцев. В этом же промежутке я смог нормально пользоваться руками.

Поначалу было больно ступать ногами по полу. Я чувствовал, как что-то погибало внутри, а боль отдавала в голову. В первый раз я вообще свалился без сознания и проспал целых три дня.

В ту ночь приснился страшный сон… Тёмная фигура отбирает каждую частичку моего тела и я теряю себя всё больше и больше… Пока вовсе не перестал существовать. Мне казалось, что я не смогу больше проснутся...

Но когда очнулся, доктор Кавасаки объяснил, что со мной случилось.

Оказывается, что из-за этого случая, пока я лежал без сознания, доктор решил взять дополнительные анализы и у меня обнаружили неизвестное заболевание.

Но всё в порядке, если я буду хотя бы пару раз на неделе принимать лекарства от доктора Кавасаки. А с ними можно и до старости прожить. По крайней мере, он так сказал. Доктор Кавасаки даже не объяснил мне, что это за таинственная болезнь. Сослался, что ничего серьёзного и беспокоится не надо.

В один из дней мне дали карандаш и лист бумаги, чтобы проверить мои руки. Рука сама начала двигаться. Она аккуратно вырисовывала 7 линий. И они сложились в полноценное слово. Я написал лишь «цветок». Не знаю от чего, но при взгляде на это слово в душе стало грустно и тепло. Словно душа говорила мне: ты это утратил, окончательно, и больше никогда не получишь назад, но раньше, это давало тебе счастье.

За время моего лечения отец так и не приехал.

Я много раз спрашивал у доктора почему, но он лишь давал расплывчатые объяснения.

- Ему на меня всё равно?

Как-то раз, я в лоб спросил его об этом. Доктор присел на колено и обнял меня. Он мог лишь повторять: «Не знаю… Я не знаю..»

Я знал, в городе все любили доктора Кавасаки за его доброту и честность. И, именно в этот момент, я впервые на себе это испытал. От его объятий было тепло, но я бы хотел, чтобы так сделал отец...

Впервые доктор отпустил меня в город на четвёртый месяц. Как только я вышел из больницы, мне показалось, что все взгляды направлены на меня. Эти взгляды были такие, как будто презирали меня. Я съёжился и пошёл в магазин (доктор Кавасаки дал мне задание самостоятельно сходить в местный магазин, чтобы посмотреть, дойду ли я). Мне казалось, что эти люди смотрят на мои бинты и говорят про себя различные гадости, а кто-то даже вслух.

- Урод,

- Зачем он вышел из больницы?

- Мама, почему у того мальчика бинты?

- Мерзость,

- Омерзительно.

Я сжал руку в кулак и шагал вперёд, лишь глядя под ноги, стараясь не видеть лиц других людей. Но в магазине мне пришлось поднять свой взгляд, и тогда я увидел как люди всё ещё смотрели на меня. Сердце забилось сильней.

Я уже не помню, как оказался в своей палате.

Помню, в тот же день подслушал разговор медсестёр и узнал, что меня сюда притащил некий Таканэ Ооки. Они шушукались, говоря, что тот мальчик увидел, как я валялся без сознания на дороге.

Полностью я выздоровел лишь на пятый месяц. Доктор мне посоветовал прятать ожоги от солнечного света, ведь если этого не делать - они начнут воспаляться, зудеть и болеть. Забавно, но за всё время пока был в больнице, никогда не видел свои ожоги полностью, лишь малую их часть, когда мне вводили лекарство в руку. Да и потом, я никогда не горел желанием на них смотреть.

В том же году я поступил в среднюю школу. Все в классе сначала удивлялись мне, ведь я единственный кому можно было сидеть в перчатках, и весной и летом ходил в осенней форме.

Помню, как было много разных слухов о моём состоянии. Но все они закончились, приблизительно, через год. Для всех моё состояние стало обыденностью.

Никто не хотел со мной заводить дружбу, кроме одного весёлого и глупого парнишки. Ему было всё равно на моё состояние, он общался со мной как со всеми.

Но в глубине души мне казалось, что я этого недостоин. Мне всегда казалось, что эти люди смотрят на меня свысока, даже мой друг. Не знаю, от чего было такое чувство. Может в прошлом я совершил какой-то ужасный поступок?

Так и прошли эти четыре долгих года.

Отец так и не объявился. Он даже не дал о себе знать. Кроме того, снял для меня в этом городе квартиру и каждый месяц отправлял мне деньги. А ведь я даже не знаю где он живёт.

Последней каплей стало то, что когда я поступил в первый класс старшей школы, - он отправил мне шарф. Синий шарф.

Я в тот момент очень сильно разозлился и был готов порвать его, но остановился когда взглянул на внутреннюю часть шарфа. На ней было вышито - «Куро», а вторая часть слова уже перестала быть видна.

-Ха-ха-ха...

Я рассмеялся от такой шутки и решил примерить его. По шее и телу разлилось тепло, которое я уже давно не чувствовал, последний раз такое было, когда доктор Кавасаки обнимал меня. Я подошёл к зеркалу и взглянул на отражение.

На мгновение я увидел там не себя, а другого старшеклассника в таком же шарфе. Его черты лица были похожи на мои, но всё же были другими, более грустными...

Я моргнул и этот парень исчез. Теперь в зеркале был только я.

Я не видел смысла злиться на отца. Ведь мы чужие люди.

Да и что даст злоба?

Всем известна поговорка, что ненависть, порождает больше ненависти.

Поэтому мне нужно забыть его, как я забыл и свою маму.

Так будет только лучше…

Глава 1. Звон

День стоял солнечный, даже слишком. Проснувшись, я заметил, что опаздываю. Поэтому к доктору с утра не было времени идти.

Лучше потороплюсь, чтоб не опоздать на занятия.

Я, может, в школе и был на особом счёту из-за своего состояния, но это не даёт мне право злоупотреблять добротой учителей.

Выбежав из дома, а жил я в обычной маленькой квартирке, решил побежать короткой дорогой, через парк.

Весна была в самом разгаре, всё цвело и пахло. Можно было даже увидеть пыльцу перед собой. Благо я не аллергик, а то задохнулся бы. С каждой стороны в городе росли Большие цветы. Это название местных цветов, которые росли в нашем городе… Имею ли я право произносить «в нашем городе»? Ведь я даже не чувствую себя его частью. Наверное, так же думают и другие...

Я выбежал к обширному парку. Везде уже расцвели цветы, кроме Большого цветка. Он пока не раскрылся. Оно и понятно, он расцветёт только к концу мая.

И пока я бежал по тропинке, заметил странную картину. Посреди клумбы, с теми самыми цветками, стояла девушка в лиловом костюме и держа один из этих цветков в руке и загадочно смотрела на него. Вдруг, она резко посмотрела на меня.

- Мальчик, что это за цветок?

Похоже, заметила меня.

Я замер. Не знал, что ответить. Я мог лишь глядеть на цветок в её руке.

Вдруг что-то коснулась моего лба и я вернулся в реальность. Её тёплая и нежная рука дотронулась до меня. Почти сразу она спросила:

- С тобой всё хорошо? А то в такую жару в тёплом ходишь...

Я быстро убрал её руку и, стараясь холодно говорить, сказал, что всё нормально. Правда я сам не заметил как покраснел, от этого у девушки на лице заиграла улыбка.

Боже, пусть это скорее закончится.

Но спас меня не Бог, а она сама, быстро переведя разговор на другую тему:

- Так что это за цветок?

- А?

- Не услышал, мальчик? Я повторяю: что это за цветок?

- Услышал я! Услышал! Просто...

- Просто что?

- Вы не местная?

- Ну как бы да! - радостно сказала она и положила руки на бока, словно маленький ребёнок. - Как ты догадался?

- Обычно даже приезжие сразу узнают об этом цветке, но вы, видимо, совсем не в курсе...

- Можно и так сказать,

Мы постояли молча пару секунд, пока её громкий голос не разрушил тишину.

- Ну,

- Что?

- Ты ответишь на мой вопрос? Или у вас все местные здесь какие-то необщительные? Мне уже пару людей отказали отвечать!

Да потому что ты странная, вот почему! Но сказать такого я не мог.

- Это - Большой цветок, - указал я пальцем на нераскрытый белый бутон. - символ нашего города... - при слове «нашего», что-то съёжилось внутри, но внешне я ничего не показал.

- Это неважно, почему он ещё не раскрылся, уже 16 мая,

Для меня это тоже было поначалу странно, но я быстро свыкся с этим.

- Такая у них особенность. Сам не знаю. Но зацветут они только через шесть дней, к празднику цветка.

- То есть у меня есть около недели... - задумчиво сказала девушка, но вдруг былое ребячество вернулось к ней. - Ладно, мальчик, пока!

И хлопнув в ладоши она ушла, что-то бормоча себе под нос. Я не мог уловить смысл фраз: «WCM, вьюга, время». Какой-то бессвязный набор слов.

Но у выхода из парка она резко развернулась и спросила:

- Мальчик, а тебя как звать то?

Зачем ей моё имя? Странная. В любом случае, ничего плохого не произойдёт, если скажу его.

- Т-тацумаки Кири.

- Спасиб’! - крикнула она радостно, даже не смутившись, а затем добавила. - Ты на занятия то не опоздаешь?

- А?!

Я про них и забыл. Но как только вернулся в сознание - её уже не было у входа. И я дальше побежал.

Эта встреча мне быстро забылась, ведь ничего важного она не несла, или я так только думал? В любом случае мне важней было оказаться на занятиях вовремя, чем размышлять кем была та девушка.

Я уже подбегал к воротам своей школы. Людей, входивших в неё, было мало. Оно и понятно, ведь скоро уже занятие. Наверное он, как всегда, опоздает.

Но только подбежав, я врезался в человека.

- А-а-а-а-а! - прокричал парень.

Мы оба с грохотом упали на землю. Я увидел,что он потирал свой лоб, и только тогда я заметил, что он у меня тоже болит. Приглядевшись, я понял,что это был мой одноклассник - Нисикияма Тору. Я с ним не то чтобы часто общался, знал лишь то, что он любит рисовать и необщительный.

И тут рядом с собой я заметил раскрытый блокнот и карандаш.

Видимо, он рисовал по пути в школу, поэтому и не заметил меня. Как можно быть таким невнимательным?! А если бы его машина сбила?!

Я помог ему подняться.

- Спасибо, Тацумаки, - спокойно произнёс он, как вдруг вспомнив о чём-то важном, нервно начал говорить. - Т-ты, не видел здесь блокнот?

Он взглянул мне за плечи и заметил его. Нисикияма хотел подойти к нему, но я быстро поднял блокнот и заметил рисунок. Это был нераскрывшийся Большой цветок. Очень реалистично нарисован. А у Нисикиямы талант оказывается!

И как только я протянул блокнот - Нисикияма быстрым движением вырвал его из моей руки и прижал к себе.

Видимо, он застеснялся своего рисунка, но как по мне, такого не нужно стеснятся.

- Красиво получилось,

- А?

Нисикияма вопросительно на меня уставился. Выглядел он в этот момент как маленький зверёк, особенно это подчёркивали его короткие тёмные волосы с кротким лицом.

Но если бы я продолжил так с ним и дальше стоять, то оба опоздали бы на урок.

- Нисикияма, на занятие опоздаешь, если будешь так стоять и не смотреть по сторонам когда идёшь, - язвительно сказал я и направился в школу.

Я успел за десять минут до начала занятий забежать в класс. Но войдя, вновь почувствовал на себе давящие взгляды одноклассников. Знаю, это мне лишь кажется, но ничего с собой не могу поделать. Уже усевшись за парту и разложив вещи, я стал глазами искать его. Была надежда что он не опоздает.

И он не заставил себя долго ждать и сам подошёл ко мне.

- Утречка, Кири! - с радостными возгласами к мой парте подходил местный хулиган.

- И тебе доброе утро, Ё.

Хулиганом Камию Ё делали не только его поступки, внешностью он не отличался оригинальностью и подражал им, осветляя волосы.

Он с улыбкой уставился на меня. За несколько лет нашей дружбы - я уже выучил, что она могла значить.

- Да дам я тебе домашку списать.

- Пасиб’, выручил! - сложа руки в молитву произнёс этот парень, а затем сказал вообще невообразимую для него вещь. - Только это... Английский можешь не давать.

- С чего это?

- Я это... ну... сам его сделал, ещё вчера… - Ё почесал голову и улыбнулся.

- Ты что?!

Я аж встал с своего места от такой новости. Но быстро сел, ибо на меня все уставились.

- Доброе утро, ребята!

Обратился к нам нежный женский голос. Его обладательница шла к моей парте. Ею была Кая Мико. В неё безответно был влюблён Ё. Каждый раз она его отшивала, даже сегодня такое произойдёт. А ведь этот парень первый заметил, когда она сменила причёску. Но даже это ему не помогло.

Мне же не свойственно подмечать такое. За что этот нахал, постоянно меня подкалывал. Говорил мол: «Не найдёшь себе девушку такими темпами».

Это мы ещё посмотрим

Каю я знал чуть меньше, чем Ё. Но за те пару лет успел уже подружится.

По странному стечению обстоятельств: мы втроём оказываемся в одном классе, уже третий год подряд. Как во втором классе средней школы мы все втроём сдружились, так и продолжаем дружить до сих пор.

- Доброе, Кая. - ответил я.

- Ох, да это Мико-тян к нам подошла и пожелала доброго утро! - с улыбкой говорил этот придурок.

Кая лишь усмехнулась на его приветствие.

Оно и понятно, я уже знал что будет дальше.

- Мико-тян, может...

- Я уже говорила: нет. - с улыбкой перебила девушка и поправила свои длинные волосы. Поделом ему.

- Может тогда все втроём сходим в кино после занятий?

Но Ё было не сломить. Он всё ещё не унимался, даже меня в это впутал.

- Хорошая идея, - она согласилась, вот чему я не мог поверить так этому. - Хотя, знаешь, лучше я только с Тацумаки пойду! - радостно заявила она.

А не... Всё же отказала ему.

- Отлично! - Ё прокричал даже не дослушав её.

Поэтому, до него не сразу дошло, что его вновь отвергли.

Зато, когда Ё понял, что вновь проиграл, его лицо приобрело смешное выражение.

- Что?! Только с Кири?

Мне искренне было радостно от этой обычной повседневности, только вот уже недавно в нашем городе неспокойно. И мне пришлось вернуть ребят с небес на землю:

- Не забывайте, что вечером, сейчас опасно... из-за «Монстра»...

Мне с трудом дались эти слова.

Ребята сразу замолчали. На их лицах выступило слабое беспокойство.

«Монстром» прозвали маньяка, который сейчас орудовал в городе. За месяц он убил уже более двадцати людей. И его не удалось ещё поймать...

Из-за «Монстра» в городе установили комендантский час: в девять вечера все школьники должны быть дома. А также из-за него хотели отменить праздник цветов. Но местные вмешались и городской совет не стал отменять праздник. Для местных этот праздник был главным символом города. Они им гордились.

- Знаете, если такого придурка как Камия убьёт «Монстр», то мир ничего не потеряет! - с ненавистью вставила староста, влезая в наш разговор.

Здесь её мало кто любил. На этот пост её избрали из-за оценок. С Ё у неё были давние счёты, поэтому такая реакция не удивительна.

- Захлопнись, староста! - грубо ответил Ё.

- У меня, вообще-то, имя есть! Сайк...

- Никому не интересно!

После этих слов Ё повернулся к нам и как ни в чём не бывало продолжил разговор. Разве что, до прихода учителя, можно было слышать как староста изрыгала из себя проклятия в сторону парня.

Это даже смотрелось комично. Но слова были отнюдь не простыми.

Лучше их даже не вспоминать.

Когда вошёл учитель, то весь класс замолчал. Ребята отправились на свои места.

Я некоторое время провожал Каю своим взглядом.

Учитель поднялся на кафедру и с уставшим взглядом посмотрел на Ё.

- Камия, сколько можно повторять?

Ё лишь уставился на него своим дурацким взглядом. Похоже, он искренне не понимает за что его отчитывают на этот раз.

- Школьная форма создана не просто так!

По взгляду можно было понять, что этот недотёпа наконец-то уловил суть.

- Я понимаю: жарко. Но это не повод приходить в школу в футболке. Для такой погоды есть специальная форма. И к слову, это не только его касается...

- Так значит вы выбрали меня козлом отпущения, учитель?! - искренне завопил Ё.

- Просто ты, Камия, в отличие от других, постоянно ходишь не в школьной форме!

Этого придурка по всем фронтам отчитали.

Не найдя аргументов, он скорчил улыбку и почесал затылок.

- Ладно, перейдём к другой теме. Насчёт праздника цветов,

Точно! Сегодня же должны выбрать кто будет в школе помогать с его организацией.

Как-то мне уже удалось поучаствовать. С кем я тогда был в паре?

Я попробовал вспомнить. Имя мне пришло не сразу. Вспомнилось лишь когда я посмотрел на, парня сидящего перед Ё - Нисикияму.

Точно! Меня тогда поставили с Нисикиямой Тору.

Что же мы тогда делали?

По большей часть: помогали президенту студенческого совета с бумагами и предлагали свои предложения по организации праздника в стенах школы.

Помнится, Нисикияма разукрасил ширму, изобразив на ней историю основания города.

Она сейчас стоит в средней школе, в которой мы раньше учились.

На ней было изображено, как сквозь горы идёт самурай со своим войском и ставит на горе своё знамя. На том месте сейчас должен быть особняк семьи Таканэ. Местная элита города.

Но кого же в этом году выберут?

Насколько мне известно, повторно никого не выбирают и выбор в старшей школе падает только на первые классы. Так как вторым и третьем нужно готовится к поступлению.

Из всей этой цепочки выпадает лишь один человек - президент студенческого совета. Он мог хоть все три года помогать с праздником.

И имя нынешнего президента мне известно.

Ученик второго класса старшей школы Умитояма.

Таканэ Дайскэ.

Я виделся с ним не так часто. Помню его только по вступительной речи в начале этого учебного года.

Но уже тогда он произвёл впечатление ответственного человека.

До этого, пост президента занимал его старший брат.

Таканэ Ооки.

Его же я почти не видел. Знаю лишь, что он занимается кендо и он чемпион в нашей школе.

Учитель откашлялся, он хотел объявить кто из нашего класса примет участие.

Все уставились на него с горящими глазами.

Я не понимал этих местных, почему они так яро хотят участвовать в этом празднике? Он же ничем не отличается от других.

Или это так называемое единство духа?