Первые шаги, или Тяжелая поступь

– Что-то душно сегодня, – прервал расспросы Никомир, – принесите нам освежиться!

Служивый не стал возражать на брошенную фразу. Более того, его неистовый взгляд прилип, словно магнит к поданному, еще мокрому, кувшину. Сейчас только слепой мог не заметить, что тот далеко не прочь освежиться.

– Будете? – продолжил купец.

Таможенник схватил сосуд обеими руками и одним взмахом выпил содержимое кувшина. Судя по довольному лицу, там была явно не вода. Каким образом на днище кувшина оказался динар Владимир не понял. Скорее всего, монета была там заранее, но он не исключал, что ее мог и Никомир ловко подбросить. Обнаружив во рту динар, пальцы таможенника быстро его вынули и профессионально переместили в карман кителя. Задав еще пару вопросов для проформы, таможенник отдал долгожданный пропуск один на всех, предварительно потребовав официальный сбор прибывших в порт.

– Советую таверну «Жирный хряк», – выкрикнул он, покидая судно, – Кто следующий?

На сей счет у их шефа было свое мнение. Ромус предложил кабачок «Три толстяка», где, по его словам, было намного дешевле, ближе и уютней.

– Согласен, обалденное место, – хихикнул Толик, – плюс обратно ближе ползти, и пойло не сильно разбавляют. Выдвигаемся!

– Подожди, – оборвал энтузиазм подчиненного Ромус, – надо некоторые дела решить! Хотя… Даю добро. Начинайте без меня, а я потом подтянусь!

– А ты куда?

– Как куда, доложить о случившемся, оформить бывших рабов. Обещал же, надо слово держать!

– Так все это и Никомир без тебя сделает! – не понял Толик.

– Может и сделает, а может и нет, – не согласился Ромус, – купцы, ой, как не любят со своей собственностью расставаться.

– Думаешь, кинет?

– Нет, не думаю! Но, во избежание недомолвок, надо проконтролировать. Как говорят: «доверяй, но проверяй!» Давай, Толик, ты за главного, и вот, возьми деньги. Здесь лишь премиальные, остальное потом, знаю я вас, спустите все за вечер до гроша!

– Спасибо шеф, – радостно загудели охранники.

Спустя некоторое время Владимир вместе со всеми сошел на берег и направился в сторону кабака. У всех было отличнейшее настроение: они выжили, да еще и Никомир накинул премиальных побольше обычного. Так что погулять было на что. Сам же Ромус пошел с купцом решать вопросы. Все разговоры команды можно было свести к двум темам: «Они молодцы и поступили правильно. Сначала дела, а отдых потом». За доклад Владимир не переживал, в противоположность о бывших рабах. После событий на острове между охраной и купцом пробежала кошка. Отношения между ними так и продолжали оставаться натянутыми до самого прибытия в Дункан, но до конфликта было далеко. «Как бы не пришлось искать нового нанимателя, – случайно Владимир подслушал разговор охранников, – ничего, не впервой, такие молодцы, как мы, нарасхват. Кто шефа тянул за язык с этими свободами для рабов?! Надо же было в горячке такое рабам пообещать, нет, чтобы предложить вкусную еду или женщин».

Несмотря на недовольство Толика, в кабак со всеми пошла и Джулит. Шеф проигнорировал все озвученные и неизученные возражения Толика и более того неоднозначно намекнул, что ей все должны проставиться «за спасение их шкур». Сейчас она шла со всеми, обмотав голову платком, таким образом, пряча острые ушки. Прохожие, конечно, смотрели на нее как на чумную, но главное не трогали – «у каждого свои заморочки».

Несмотря на весьма короткий путь, попасть им в кабак не судилось. Дорогу перекрыли пятеро стражников во главе с сержантом.

– Стоять!

– Стоим, господин сержант, – заискивающе ответил Толик.

– Предъявите пропуск!

– Уважаемые, пропуск у нашего шефа, Ромуса Ломающего, может, слышали?!

– Слышали, но правила есть правила, пропуск!

– Так его нам выдали один на всех!

– Так надо было идти вместе или сидеть на корабле!

– Мы только в кабак одной ногой, промочить горло и обратно!

– Ты что не понял, скотина?

– Извините, мы тогда вернемся.

– Куда собрались, стоять, нет пропуска – идете с нами.

– Может, можно решить этот вопрос …

– Нельзя, а за попытку взятки, ты ответишь отдельно!

В доказательство сказанному, из-за углов вышли еще пятеро стражников с заряженными и нацеленными на них арбалетами.

Им связали руки, а затем обыскали. Хотя, чего искать, оружие они оставили на «Синей жемчужине». Но скорее всего стражников больше интересовали их материальные ценности, так как они отобрали все деньги, половину сразу забрал сержант, остальную половину солдаты поделили между собой. Потом «намекнули», чтобы они забыли, что у них вообще были деньги, за это сержант забудет попытку подкупа. Несогласные или сомневающиеся сразу получили по почкам, а особенно везучие и по зубам. Дальше их конвоировали некоторое время. Следуя за сержантом, они пришли к двухэтажному зданию, там их разделили. Владимира, Валена и еще двух охранников посадили в одну камеру, в которой с трудом помещались две двухэтажные койки и между ними ведро. В качестве окна выступала квадратная дырка размерами с кирпич. Остальных заключенных разместили в других камерах.

– Не густо, – резюмировал Вален.

– Это что, – спросил Владимир, – кутузка?

– Нет, это царские палаты с видом на море!

– А если серьезно?

– Это хуже, чем кутузка, это тюрьма! – ответил один их охранников.

– И что теперь дальше?

– Посидим, покормим крыс, посмотрим!

– Но почему с нами так поступили и за что?

– Не знаю, но очень похоже, – мрачно предположил второй охранник, – на подлянку от этого слизняка купца!

– Ты ошибается, – не согласился первый.

Владимир, не находя себе места, прошелся от двери к окну и обратно. Вален, словно ему это не впервые, сразу же постелил солому с пола на деревянную постель и попросту уснул. Владимир еще чуток побродил туда-сюда по камере, потом, копируя Валена, постелил на свою койку соломы и попытался уснуть. Но сон не шел. Не зная, чем себя занять, Владимир решил заняться уже подзабытым – медитацией. На удивление, как и в прошлый раз, все опять получилось быстро и легко – опыт великое дело. Сознание юноши привычно отделилось от тела. Чего, спрашивается, он сразу так не сделал. Для начала решил осмотреться, проник в соседнюю комнату. Там спали незнакомые арестанты. Его присутствие не заметил никто. Помахав руками и немного погримасничав, он проник дальше. Таким образом он обошел все камеры на своем этаже. За это время Владимир нашел всех людей Ромуса, за исключением самого Ромуса. Еще он убедился в правильности утверждения, что, если тебе кажется, что у тебя все плохо, посмотри, как у других. Оказалось, что у них с Валеном еще шикарный «номер», у многих даже не было окон, если квадратные дыры в стенах можно назвать таковыми. Их этаж оказался первым этажом подвала. Вниз уходило еще три этажа и два этажа вверх. В одной из комнат наверху он наткнулся на пыточную. Если бы Владимир был не духом, его бы стошнило, но даже в нематериальном образе юноша испытал немалый дискомфорт. Побродив еще немного, и больше ничего интересного для себя не обнаружив, Владимир уже собрался прерывать медитацию, как нахлынуло плохое предчувствие. Что-то не так с Ромусом.

Азукор окинул взглядом спрятавшихся рядом орков. Ровно девять – все на месте. Уже давно рассвело, а врага все нет и нет. Солнце поднялось на две ладони и нежно согревало. Орк махнул рукой, отгоняя надоедливую мошкару. Полная тишина, даже ветер не шумит в кронах деревьев. Клонит в сон. Вчера они сильно измотались, прокладывая себе путь сквозь густую растительность. Знал бы, что так сложится, лучше бы лишний часик поспали. Орк зевнул. Да, вздремнуть было бы хорошо, но нельзя – Повелитель велел обстрелять противника, тем самым дать время дальше отойти основной группе. Вот бы еще и языка прихватить, – размечтался Азукор, – сложно, но никто и не обещал, что будет просто.

– И где эти орки Тилая? – тихо спросил Викор.

– Да, – Азукор внимательно вновь осмотрел местность, – где же они?

– Уже давно должны быть здесь!

– Может они пошли другой тропой?

– Нет, они же идут по следу отступающего лагеря, а значит пройдут точно здесь!

– Может, еще ближе выдвинуться к ним?

– Нет, ждем здесь, еще не хватало засветиться! Или ты забыл, что мы в засаде!

Азукор в очередной раз окинул взглядом выбранную для засады местность. Чего Викор недовольный? Им повезло найти такое идеальное место. Впереди обрыв, прямо над тропой. Вокруг джунгли, высокая растительность. Они на вершине холма, их не заметно, а тропа, наоборот, проглядывается как на ладони. Только лежи и жди! Конечно, их может преждевременно обнаружить патруль, но скорее всего патруль тоже пойдет по тропе – слишком неудобная местность, да и воины Тилая излишне уверены в своих силах.

– Так, пока есть время, повторим, что делаем?

– Командир, чего повторять? Не дети! – затянул Викор.

Азукор гневно насупился на подчиненного.

– Ладно, понял, – быстро сдался Викор, – пропускаем мимо себя основные силы. Пускаем выстрелы в спины замыкающих, убегаем.

– Все верно?

– Да, – вразнобой ответила группа.

– Неверно, – чуть повысил голос Азукор, – главное забыли!

– Что?

– Повелитель запретил нам без надобности убивать! Так что в спины стрелять не надо!

– А куда стрелять?

– По ногам бейте! Дети хирукима. По ногам. Далеко в джунгли они преследовать нас не будут. А вот повозиться с ранеными им придётся!

Наконец послышался долгожданный шум – приближались враги. Учитывая стоящую тишину, орки в засаде услышали неприятеля далеко за сотню шагов. Полное отсутствие патруля стало приятным бонусом. Длинная процессия орков двигалась по тропе вальяжно, уверенная в своей силе. Впереди шел огромный орк Когдуш, лучший воин и следопыт племени Красного медведя. За ними парами, тройками шли остальные орки. Азукор смял наудачу семейный талисман – кожаный мешок с травами, отгоняющими злых духов.

– Попались птички, – радостно потер руки Викор.

– Это еще как посмотреть, – тихо пробубнил Гунк, – кто из нас попал!

– Что за сомнения в такую минуту, – вспылил Азукор, – боишься?

– Да, – виновато ответил Гунк, – у них численный перевес, за них все племя и клан. А за нас?! Умрем ни за что! Еще не поздно передумать!

– А за нами Темный Повелитель, – перебил труса Азукор, – не позорь трусостью наш род. Лучше умереть достойно, чем повиноваться жирной свинье. Нас мало, но каждый присутствующий здесь орк – настоящий Медведь.

Воины Азукора решительно закивали головами.

– Сотня орков, – воскликнул Викор, – это почти все воины племени! Тилай согнал на охоту всю мужскую половину!

– Тише, – шикнул на него Азукор, – услышат!

– Услышат, как же, – ухмыльнулся Викор, – да они идут, не как воины, а прут как настоящие медведи, треск на всю округу!

– Верно, – шикнул Азукор, – не надо быть, как они!

Азукор насчитал чуть больше сотни воинов. Много! Орк вздохнул. Если бы люди, приведенные Повелителем, были хотя бы наполовину воинами, как Азукор, то вместе бы они легко разбили погоню. Но это не так, и им приходится бегать, как дичь от охотника.

– Готовьтесь, по моей команде, – приготовился к атаке Азукор.

– А это что такое?! – воскликнул Викор, перебив речь командира.

– Сколько раз нужно повторять, – Азукор быстро зажал ему рот, – тише, выпороть мало тебя! Еще раз вякнешь не в тему, сам прирежу!

А повод воскликнуть был более чем! Из-за деревьев показались отстающие от общей массы богато и красиво убранные крытые носилки. Несли их на плечах целых восемь орков. По центру носилок на мягких подушках вольготно разместился огромный орк, размерами в два Гунка. Рассмотреть, кто там, из-за балахона, скрывающего лицо, не было возможным. Но, ни у кого даже не возникло сомнения, кто это может быть. Носильщики несли своего вождя медленно и аккуратно, чтобы не дай духи предков укачать, поэтому они изрядно отставали от основного отряда орков.

– Смотрите Тилай не пошел в поход, а поплыл!

Орки дружно захихикали.

– Тихе!

– Да он, – тихо прошептал Викор, – совсем сбрендил! С таким пузом и в поход! Не вождь, а позор орков! Интересно, что заставило его покинуть поселение и свой гарем?

– Ну и свинья! С последней встречи он еще больше раскабанел!

– Ага, пока мы здесь голодаем, он жиреет на наших харчах!

– Позорище орков! В кого он такой пошел?

– Это все пагубное влияние людей, нечего было к ним Тилая …

– Да причем здесь люди, он с детства такой.

– Тише, – снова шикнул на всех Азукор, – раскудахтались. План меняется: только Тилай поравняется с нами, нападаем, отрезаем охрану от повозки, а его берем в заложники и ходу!

– Взять Тилая в заложники мы-то возьмём, это не проблема, вон как орки по тропе вперед вырвались! Но как мы к лагерю эту дуру попрем, нас вмиг догонят?!

– Как, как, – вспылил Азукор, – на своих двух и вприпрыжку! Привяжем Тилая к носилкам, и, сопя по очереди в обе ноздри – потащим.

– Так они и позволят нам уйти, будут идти следом, не уйдем – засомневался Гунк, – может, вернемся к старому плану?

– Да ты меня уже достал, – рассердился Азукор, – кто здесь командир?!

– Командир, не серчай! Действительно, не уйдем, догонят по любому!

– Приставив меч к шее Тилая, он запищит как свинья и, опасаясь за свою никчемную жизнь, прикажет исполнять все наши требования. Вот и все дела, нас не тронут, и мы спокойно неспешно уйдем! Только делаем все быстро и оперативно!

Воины замялись в нерешительности.

– Не дрейфьте, – попытался вдохновить их Азукор, – если сделать быстро, все получится. Не может не получиться! Главное захватить, а дальше как пойдет: получится доставить – доставим, не получится – будем тянуть время, пока не надоест! Как раз то, зачем нас посылали. Как по мне лучше плана не придумать.

– Но и они все равно будут нас преследовать, – не сдавался Гунк, – как ты предлагаешь его доставить в лагерь?!

– А это уже не наши проблемы, пошлем как-то послание Лиршану, пусть у него голова болит! Есть же пиратская галера! Есть же, наконец, и Повелитель. Поймите, наконец, что пленение Тилая решит много проблем!

– Ты командир, тебе решать! – сдались орки.

– Да, еще, чуть не забыл, после захвата заложника уходим на запад.

– Так это же в другую сторону!

– Вот именно…. Приготовились!

Как только носилки поравнялись с засадой, орки Азукора дружно выскочили на тропу. Все шло по плану, трех личных охранников удалось легко связать боем и потом оттеснить, прорываясь к носилкам. Все шло замечательно, кроме одного. Нападение стало огромной неожиданностью для носильщиков Тилая. Некоторые из них испугались внезапного нападения и бросили ручки носилок. Резкое перераспределение тяжести не выдержали другие носильщики, и носилки с содержимым завалились набок. Такой поворот событий не прошел незаметно для Тилая – только он собрался завопить о помощи, как по закону тяготения резко устремился к земле быстрее носилок, и, ударившись о землю – вырубился. Помимо прочего носилки в свою очередь, приложили его сверху по голове, разбив последнюю до крови. Кровь вождя привела защищающихся орков в чувства:

– Нападение! Все обратно на защиту вождя!

Ушедшие вперед орки тотчас же развернулись и бросились обратно. Но уже было поздно – Азукор приставил меч к шее Тилая.

– Еще шаг, – громко выкрикнул он, – и я его прирежу.

– Да как ты, – возмутился кто-то из орков охраны, – смеешь нападать на своего вождя! Ты, выкидыш обезьяны, немедленно убрал меч.

– Изунк, – гордо выкрикнул Азукор, – вот мой вождь, а это – не вождь, а жирное недоразумение!

– Изунк уже давно общается с предками, сейчас Тилай вождь! Что, память коротка?! Иди сюда я тебе напомню!

– Нашел дурака, – ухмыльнулся Азукор!

– А ты и есть дурак, как ни крути! Или ты думаешь, что Зонак простит тебе нападение на сына!

– Возможно, он мне и не простит, это мои проблемы! А вот убийство его сына вам точно не простит, так что дайте нам спокойно уйти! И не приближайтесь, а то вы такие страшные, я испугаюсь, и, рука случайно дрогнет.

– Они убили Тилая, – завопил кто-то из вновь прибывших орков, не разобравшись в ситуации.

Воины Тилая подвинулись ближе, стараясь взять напавших в кольцо. Атмосфера все больше накалялась, грозя разразиться. Усугубляло ситуацию еще то, что все больше и больше возвращалось орков к месту засады, и чуть не каждому надо было объяснить ситуацию:

– Стоять! Жив он, только носилки приложили этого борова по голове, еще шаг ко мне – убью!

С каждым вернувшимся воином, события развивались совсем не по тому руслу, по которому планировал Азукор. Патовую ситуацию мог разрушить лишь пришедший в себя Тилай, а он продолжал лежать бревном и без сознания. Легкие толчки ногой по телу вождя не приносили желаемого результата, на другие шаги Азукор пока не решался идти, боясь агрессии со стороны окруживших его орков. Если ничего не изменится, его судьбе не позавидуешь.

– Азукор, ты хороший воин и храбрый орк, – протолкался вперед Когдуш, – я знал твоего отца и деда, они были достойные орки. Но ты оступился и выбрал не ту сторону. Еще не поздно, убери меч!

– Ни за что, – уверенно ответил Азукор.

– Зонак приказал мне охранять сына, и я не собираюсь нарушать клятву, – продолжил Когдуш, – как бы мне ни было жаль, но тебе придется уступить или умереть! Ты этого хочешь?

– Нет, я этого не хочу! Но если ты еще сделаешь шаг, то вместе со мной умрет и Тилай!

– Ладно, чего ты хочешь?

– Тихо уйти, прихватив с собой Тилая!

– Нет, я не могу позволить тебе уйти и тем более прихватить с собой нашего вождя!

– Почему? Ты думаешь, что я потом, когда буду в безопасности, убью Тилая?

– Уверен! Что тебе мешает это сделать?

– А что мне мешает сделать это прямо сейчас?

– Это естественно, твое желание выжить!

– Не верно, есть и другая причина – мне нужен Тилай живым! Или ты думаешь, мы зря так рискуем. Это был тщательно разработанный план. Если бы мы хотели убить вашего вождя, давно бы убили, сразу при нападении, возможность была.

– Допустим.

– Не веришь? Объясни тогда, зачем нам ждать, пока сюда сбегутся остальные и ты в том числе! Не проще было сразу сделать чик-чирик по горлу и в кусты!

– Допустим, – тяжело вздохнул Когдуш, – но зачем вам живой Тилай? Пойми, Зонак нам не простит убийства сына, если была возможность его спасти! Но его ярость будет еще страшнее и сильней, если мы вот так просто отпустим вас без гарантий безопасности Тилая.

– Да будет жить ваш боров, не собираемся мы его резать, – не выдержал Викот, – сколько можно повторять, он еще нас с тобой переживет.

– Заткнись, – отрезал Когдуш, – не с тобой разговариваю!

Тут неожиданно Тилай противно захрипел, потом открыл глаза.

– Мне больно, что случилось, помогите встать? А ты чего, больной, в меня мечом тычешь? Немедленно убери, если хочешь еще жить!

– Заткнись свинья, если сам хочешь жить.

Тилай на удивление оказался понятливым, и ему дважды не пришлось повторять.

– Вождь жив, – резюмировал Когдуш, – это хорошо, дай мне его перевязать, пока он окончательно не истек кровью, и я обещаю отпустить вас живыми!

– Даже не пытайся, – отрицательно покачал головой Азукор, – меня обмануть, только я уберу меч, вы нас перебьете!

– Даю слово!

– Может я и поверил бы твоему слову, но здесь не ты решаешь!

– И что прикажешь делать? Я никогда не поверю, что тебе или Лиршану он нужен живым. Полный бред. Лучший для вас выход, поверить мне на слово, оставить эту затею и уйти отсюда живыми.

– Ты прав, мне или Лиршану такой вождь действительно не нужен живой.

– Не понял!

– Он нужен Повелителю!

– А это еще кто?! Какой-то молокосос, возомнивший себя новым вождем?

– Выше бери! Как вы быстро забыли предсказание предков о Повелителе!

– Врешь, – в глазах Когдуша загорелся недобрый огонек, – чем докажешь?!

– А хотя бы этим!

Азукор приставил к раненой голове Тилая волшебный амулет, подаренный Повелителем, и выкрикнул ключ-фразу «Исцеление Тилая»! Но ничего не произошло. Вождь красных медведей продолжал истекать кровью, с ненавистью глядя на пленивших его орков.

– Командир, – тихо прошептал Викор, – насколько я понял, амулет именной и будет лечить только владельца.

– Точно, – расстроился Азукор, – придется доказывать по-другому.

– Что, не выходит, – зло улыбнулся Когдуш, – с исцелением Тилая. Обманул тебя твой Повелитель!

– Повелитель не обманул! Амулет лечит, – выкрикнул Азукор, – только сторонников Повелителя. Сейчас тебе будет доказательство. Викор порежь мне руку!

– Командир!

– Я сказал, режь! – импульсивно повернулся Азукор к подчиненному, при этом случайно убрав меч с шеи Тилая.

– Зачем резать руку, – вдруг из-за спины зло выкрикнул Гунк, – сейчас по-другому проверим игрушку Повелителя, – и всадил нож в спину Азукора.

– Предатель, – вскрикнул Викор, – целясь в сердце Гунка.

Предатель ловко увернуться, но Викор на обратном движении меча умудрился серьезно распороть неприятелю руку.

– Стоять, – булькая кровью, захрипел Азукор, – почему?

– Затем, – ответил Когдуш, – что он был изначально за нас. Вот только зря раскрылся раньше времени. Хотя это уже не важно!

– Я подозревал, – вздохнул Азукор, – что с ним что-то не так.

Воспользовавшись ситуацией, орки Тилая утянули своего лидера, орки Азукора не стали этому препятствовать, потеряно смотря на своего командира.

– Бей шакалов, – сразу же выкрикнул спасённый Тилай.

– Стоять, – жестко остановил рукой Когдуш, – дадим шанс, пусть покажет, как Повелитель заботится о своих последователях.

– Я сказал, – налились кровью глаза Тилая.

– И я тебя услышал мой вождь, но мы не клан баранов, чтобы бездумно исполнять приказы! Мы клан медведя и должны следовать пути, завещанного нам предками! Если Повелитель пришел к оркам, я должен это знать!

Главный охранник подошел к Азукору и выдернул нож. Никто не попытался его остановить. На счастье, рука Гунка слегка дрогнула, и нож прошел всего в нескольких дюймах от сердца.

– Тебе повезло, еще немного и ты стал бы трупом!

– Это мелочь, вот настоящее везение произошло с твоим сыном Ришнаком.

– А что, с ним произошло?

– Тебе не доложили, странно.

– Так что с ним произошло? – жестко переспросил Когдуш.

– Твои орки смертельно ранили Ришнака и Грирга!

– Смертельно, – растерялся орк, – не знал. Но кто ранил? Как, когда? Я же приказал Ришнака не трогать.

– Ты забыл, что приказы отдаешь не ты один!

Когдуш кинул вопросительный взгляд на Тилая. Тот нехотя согласно кивнул.

– Разберемся, – нехорошо прищурил глаз Когдуш, – а в чем же везение? Только не говори, что ты видел их в последний раз смертельно ранеными, а выживут они или нет – всё в руках богов!

– Не переживай, жив он и здоров, и даже рвался на задание с нами!

– Так, а в чем же везение, – нахмурил брови Когдуш, – сначала смертельно ранен, потом рвался на задание?! Ты заврался!

– Нет! Его везение в том, что Повелитель в прямом смысле слова вернул его из мертвых!

– Вернул его из мертвых? Что за бред!

– Сейчас ты все сам поймешь, – спокойно ему ответил Азукор, – «Исцеление Азукора», – выкрикнул орк, активируя амулет.

Тело воина изогнулось дугой. Рана без видимых причин стала затягиваться прямо на глазах. Орки остолбенели, переваривая увиденное зрелище. Когдуш тоже отказывался верить своим глазам, но на всякий случай, ущипнул себя. Было больно. У особо впечатлительных орков от увиденного исцеления в буквальном смысле отпала челюсть. Чтобы простой орк, и сам себя без шамана лечил, да еще настолько быстро – враки, но всё происходили у них на глазах.

– «Исцеление Гунка»!

Результат был тот же – рука предателя заживала на глазах. Идиллию от использования амулетов нарушил Тилай, зло прокаркал:

– Ваш вождь помирает, а вы вылупились на этих клоунов! Нашли чему удивляться!

Ему немедленно перемотали какими-то цветными тряпками голову, которых было в избытке на носилках. Он в них смотрелся забавно и глупо. Но ему было не до этого. Тилай сгорал от негодования неподчинения Когдуша. Лицо вождя пылало, глаза выкатились на лоб, и он яростно замахал своими немалыми жирными ручонками, не находя нужных слов к сложившийся ситуации. Но потом неожиданно тонким голосом, несвойственным для такого телосложения пропищал:

– Убейте предателей, убейте немедленно!

– Не сметь, – громко выкрикнул Когдуш, – появление в мире Повелителя превыше мелких дрязг.

– Я ваш вождь и я приказал, – продолжал пищать Тилай, переходя на ультразвук, – убить, немедленно. Как ты смеешь ослушаться и перечить мне, я пожалуюсь папе.

– Ты мне больше не вождь, – грымнул Когдуш, – только из-за уважения к Зонаку, я служил тебе. Теперь я буду служить Повелителю.

– Но почему?! Только из-за того, что он вылечил твоего сына, ты нас предашь?! Да у папы таких шаманов …