Молот империи

Глава 15

Двигатели ревели, но в кабине это слышалось не очень громко. Даже не обязательно кричать, чтобы меня понимали. Жаль, что учебным машинам не полагалось внутренней радиосвязи, только внешняя, для связи ригг друг с другом.

Оружие полагалось, но пока его запретили ставить. Сначала большинство участников должны обучить правилам безопасности с ним. Зато у нас есть две лебёдки в мощных пневмотрубах, вмонтированных в “руки”.

Вибрация не ощущалась, лишь лёгкое покачивание, пока ригга шла. Я отлип от оптики и присмотрелся к экипажу. Пока вроде бы никого не тошнило. А то бывает, здесь как на море, только качка не такая сильная.

— Они же будут там раньше нас! — негодовал Валентин.

— Смотреть за приборами, — приказал я. — Что с маслом? Сильная утечка?

— Нет, — Валентин подышал на стекло манометра и протёр его рукавом. — Баки полные, нам хватит туда и обратно.

— Сто метров до болота, — отчитался Ян.

Марк управлял спокойно и расслабленно, положив одну руку на рычаг поворота. Достаточно просто давить педаль синхропривода, чтобы ригга шла сама. Это ещё и система защиты на случай, если пилот вдруг уснёт или погибнет, тогда тугая педаль вернётся на место, а машина остановится.

Есть возможность и ручного управления каждой ногой, но лучше положиться на механизмы, придуманные Риггером. Его система до сих пор работает идеально. Наверное, сам Риггер расстроился бы, узнай он, что его потомки так ничего лучше и не изобрели. Интересно, а его род уцелел? Я знал его внука, большой был чудак.

— Двадцать метров!

— Длина шага на треть! — приказал я. — Двигатели на двенадцатую позицию! Скорость минимальная!

— Есть!

Марк переключил рычаги. Я не особо собирался лезть к опытному пилоту с приказами, но через болота он никогда не ходил, да и риггу не знал.

На короткое время кабина завибрировала от усиленной работы двигателей, но скоро всё снова стало нормально. Мы сбавили шаг и остановились у кромки воды.

Я бы никогда не полез в болото на Катафракте, его длинные ноги могли легко увязнуть несмотря на широкое основание, да и двигатели не рассчитаны на такое.

На Паладине рискнуть мог, но только в крайнем случае, он тяжёлый и тоже увязнет при малейшей ошибке. А вот Старый Герберт мог пройти через такое препятствие, и у нас это часто получалось раньше.

— Готов идти в воду, — спокойно сказал Марк.

В перископе видно, что делали остальные участники гонки. Один Паладин пошёл в обход, второй остановился у края болота, но решил не рисковать. На них меньше брони, так что скорость позволит догнать Катафракт на сложной местности, но в чистом поле они уступят. А вот болото неопытным пилотам не по зубам.

Один из Катафрактов уже был далеко, оторвался от остальных, пока местность ровная. А вот другой нагло наступил в воду и пошёл по самому краю, свернув возле деревьев. Кажется, он этот маршрут знает.

Ладно, теперь мы. Я подошёл к смотровому лючку и открыл его. Мы не в бою, так что лучше смотреть вживую, чем через оптику.

— Марк, я буду подсказывать! — крикнул я, вешая на шею бинокль. — Ты на рычагах. Мария — следишь за температурой двигателей и агрегатов! Валентин! На тебе показатели ходовой и помощь Марии! Катерина, ты иди сюда!

Она подошла ближе, с удивлением смотря на меня своими серыми глазами.

— Я высунусь и буду орать во всё горло, а ты будешь передавать мои приказы Марку и Яну! Всё понятно?

— Да! — крикнула она и поёжилась от холодного ветра, который задувал в люк.

Без дела осталась только Анита, но наш снабженец и так хорошо поработала, дёргать её я не буду.

Пришлось мне выбраться наружу. Одной рукой я взялся за скобу над люком и присел на самый край. Некстати вспомнился мой отчаянный прыжок в озеро, когда сбегал из тюрьмы. Сейчас чуть ниже, но падать опаснее.

Впереди опасный участок, дальше будет земля, узкая полоска, которая тянется далеко. Есть деревья, почва там должна быть плотнее. Потом ещё сложный участок, но если пройдём через него, дальше станет проще.

— Погнали! — крикнул я.

Марк услышал приказ через Катерину. Ригга наступила в воду, во все стороны полетели брызги, а широкая нога погрузилась очень глубоко. Но пока всё в порядке.

— Дальше!

Ещё шаг. Снаружи трясло сильнее. Скоба холодная, морозила пальцы, надо было взять перчатки. Отсюда видно, как все ригги всё ещё идут впереди нас, но Катафракт по-прежнему в болоте. Рискует больше нас, если застрянет, там и останется, ещё и экипаж может утонуть.

Очередной шаг. Здесь очень глубоко, противовесы начали громко щёлкать, выправляя корпус, чтобы мы не опрокинулись.

— Задний ход!

Движки загудели, с труб пошёл дым. В нос мне ударил запах тухлого яйца, как вонял не до конца сгоревший игниум. Едва я подумал, что мы увязли, ригга дёрнулась, и мы смогли выбраться. Хотя вторая нога тоже погрузилась очень сильно.

— Обходи эту лужу! — крикнул я в люк.

Ригга повернула и пошла очень медленно. Надо проверять каждый шаг, а без оборудования приходится полагаться только на опыт. Глубоко… глубоко… и уже нет. В этом месте глубина совсем небольшая.

— Не гони! Идём не торопясь!

Марк это и сам понимал. Выбрались из воды и пошли по вязкой влажной земле, снося кусты и мелкие деревья. Если потребуется, нагло пройдём через тот лес, но это пока не нужно.

Сколько там осталось времени? Я достал круглые часы из кармана. Ещё целых полтора часа, продвинулись пусть и не сильно, но ещё можем нагнать и обогнать.

А вот дальше будет сложнее. Мы прошли твёрдую землю, ещё одно болото и вышли к самому большому. Чуть в стороне лежали брёвна, которые были здесь вместо дороги. Ригга по ним не пройдёт, само собой, только человек.

Сделали первый шаг. Ригга начала наклоняться в воду, но слишком уж сильно.

— Назад! — крикнул я.

Двигатели взревели, и мы всё же смогли отступить. Засасывает, это плохо. Потыкались ещё, теряя драгоценное время. Если здесь не трясина, то явно что-то очень глубокое, не хватало ещё утопить риггу.

— Марк! — я сам залез в кабину назад и потёр замёрзшую руку. — Пусти обе лебёдки на ту сторону! И попробуем выбраться.

— Сделаю! — он кивнул. — Но смотри, — Марк подошёл к лючку и показал направление. — Может быть, пройдём туда? Там воды больше, но с той стороны, смотри, какое толстое дерево! Зацепимся за него и выйдем!

— Принято! Пошли! Ян, Валь, как остановимся, спускайтесь на землю. И возьмите с собой лопаты!

Я снова выбрался наружу и уселся на прежнее место. Ригга пошла туда, куда предлагал Марк. Да, за то толстое дерево уцепиться будет проще, а если перейдём на ту сторону, половина победы у нас в кармане, даже больше половины. Эх, видел бы меня Кир.

Тряхнуло, но я удержался. Однажды, ещё в детстве, я слышал, что именно моя ригга штурмовала крепость, в которую превратили академию. Старый Герберт прошёл сначала по броду реки, выходя на остров с юга, потом шёл по болотам. Но, как говорят, тогда Небожители заморозили воду, и идти было проще, чем сейчас нам.

Обе руки-платформы плавно поднялись. Раздалось шипение, когда начали накачиваться воздухом пневмотрубы.

Выстрелили они одновременно мощными крюками, которые крепились цепью. Крюки глубоко вонзились в землю в паре метров от старого, очень уродливого, зато толстого дерева.

Пора спускаться. Я полез вниз, борясь с искушением призвать цепь и быстро спрыгнуть с её помощью, но это могут увидеть. Если не наши, то кто-то из тех ригг, что маячили вдали, пытаясь обойти болото, а я хотел оставить это в тайне от других.

Спрыгнул на землю. Сапог сразу увяз, в него налилась вода. Ноги ригги тоже сидели глубоко в земле. Люк распахнулся, оттуда вылезли Ян и Валь, оба с сапёрными лопатками. Ян сразу закрыл дверцу люка, чтобы вода не налилась внутрь.

— Обходим по тем брёвнам, — показал я направление. — И выкапываем!

Время идёт. Потратили много времени, чтобы не увязнуть самим, я едва не потерял сапог по дороге. Мы-то не ригги, нам и этой глубины хватит, чтобы утонуть.

— Какая же вонища, — жаловался Валентин.

— Тебя не было, ничем не воняло, — пошутил Ян. — Интересно, а сколько людей лежит здесь на дне? Прям целое кладбище. Я слышал…

— Выкапывайте крюки! — я показал на них. — И зацепим.

В ригге ждали, пока мы работали. Толстые цепи, которые были приделаны к крюкам, мерно раскачивались. Мы выкопали один крюк и с трудом (он весил почти сотню килограммов, не считая веса цепи) занесли его за дерево. Потом другой, и там мы их сцепили друг с другом. Я достал фонарик и посветил Марку, пытаясь сигнальной азбукой передать ему переключить противовесы, чтобы шагоход не грохнулся носом в воду.

Но Марк молодец, уже догадался сам. Он обязательно должен быть в императорской армии, когда начнутся проблемы. Я даже возьму его первым пилотом к себе, если он и дальше будет показывать такой класс пилотирования.

Марк переключил рычаг, и противовесы сдвинулись. Из-за этого корпус ригги наклонился назад, и машина пошла вперёд, а верхняя часть почти висела на цепях, которые опасно натянулись. Механизм лебёдки медленно вращался, из него пошёл дым. Запахло перегретым металлом.

— А если порвётся цепь? — с беспокойством спросил Валь.

— Оторвёт тебе ноги, — сказал я. — Лучше отойди подальше!

Дерево начало трещать. Парни отбежали в сторону, я тоже, лопнувшая цепь вполне может прибить даже меня. Ригга сделала ещё шаг, нога погрузилась в воду чуть ли не до половины. Тарахтящие двигатели работали на полную.

Затрещало уже сильнее. Дерево начало гнуться, из-под земли полезли корни. Старый Герберт запыхтел и пошёл вперёд. Дым из труб стал гуще, пару раз оттуда вылетел сноп ярких искр.

Ещё немного! Ещё один шаг!

Раздался треск, громкий, как взрыв! Во все стороны полетели щепки. Почти вырванное дерево лопнуло от нагрузки. Лебёдки со свистом и лязгом вернулись на место. Хорошо, что мы успели отойти.

Шагоход резко выправился и ступил на твёрдую землю. Я выдохнул. Старый Герберт выбрался из воды, самое сложное позади.

— Эй, смотри! — Ян сощурился. — Ещё одна ригга!

— Тот Катафракт, — я посмотрел в бинокль. — Хочет нас обогнать. Эмблема змеи чья?

— Класса моего брата, — Ян нахмурился. — Если потопит риггу, у него будут проблемы.

— У него, не у нас. Забираемся.

Снаружи было прохладно, но внутри жарко, как в бане, двигатели от такой нагрузки слишком нагрелись. Пока забирался, рубашка на спине промокла насквозь.

— Мария, проверь охлаждение! — сразу сказал я, снимая куртку и бросая её в угол. — Надо снизить температуру двигателей! Там жара, как в аду.

— Поняла, — она присмотрелась к приборам. — Сейчас всё сделаю, Рома. Вот прям сейчас.

Девушка переключила несколько рычагов, но, похоже, что-то не сработало, так что она включила подачу масла, замкнув переключатель напрямую заколкой. Уже неплохо разбиралась во всём.

— Я порезалась, — она показала на кровоточащий палец. — Но всё работает, и температуру показывает! Остывает.

— У меня есть бинт! — Анита полезла в маленькую сумочку на поясе, доставая белый пакет.

— Давай сюда! — Катерина взяла его и разорвала упаковку. — Осторожнее надо касаться всего этого острого!

— Роман, смотри! — позвал меня Марк. — Рация, нас вызывают. Наверное, та ригга.

На пульте рядом с серой металлической трубкой моргала красная лампочка. Марк взял трубку. Я наклонился поближе, чтобы слушать разговор.

— Первый пилот БРЛР-один “Старый Герберт” на связи.

— Говорит первый пилот БРЛР-девятнадцать “Стрелок”!

Голос знакомый. Кажется, это старший брат Яна говорит с нами сам.

— Запрашиваем помощь, — продолжил он. — Увязли в болоте. Если не вылезем, ригга опрокинется. Буду вашим должником, если вытащите нас.

— Не-не-не! — начал протестовать Валентин. — Братик Яна вылезет и обгонит нас! Я вам точно говорю, что обгонит! Он такой и есть! Пусть сами вылезают!

— Если он утопит риггу, у него будут проблемы, — Ян нахмурился. — Да и вдруг утонут?

— Вряд ли обгонит, — возразил Марк. — Полоска земли узкая, он не сможет нас обойти. Да и дальше почва так себе, мы будем первыми. Проходимость у этой малышки — я такой никогда в жизни не видел!

— Всё равно придём первыми, — сказал я, почесав затылок. — А терять боевую машину из-за какого-то соревнования неправильно. Помогаем. Валь, спусти тросы на землю. Ян, помоги ему. Марк, передай, пусть запустят лебёдку в землю. Мы зацепим их крюк и вытащим.

Ещё одно испытание для нашего старичка, но он справлялся с этим лучше любого молодого. Да и экипаж лучше всяких похвал, особенно Марк, а остальные вполне притрутся, приказы выполняют быстро. Хотя в бою из них, не считая Марка, был только Ян.

В любом случае, когда начнутся большие проблемы, уже одна боевая ригга будет в моём распоряжении. Получить остальные — вопрос времени.

Двигатели замолотили изо всех сил. Мы вытягивали застрявшего Катафракта, ноги которого погрузились в болото почти до половины. Надо запомнить, что Алексею Варгу лучше не доверять Исполина. “Небожитель” для него слишком сложная машина. Уточню потом, обучали ли Яна пилотировать её, если что, посадим туда его.

Глянул в оптику. Они запоздали с переключением противовесов и чуть не упали мордой вниз. Сработало буквально в последнюю секунду, и, кажется, они заглохли.

Ну и пусть стоят, насчёт остального мы с ними не договаривались. Валь и Ян расцепили тросы и скоро вернулись в кабину.

— Тебе твой брат хоть спасибо скажет? — спросил Валь.

— Папа его вечно попрекал этим, что Лёша никогда никого не благодарил. Но никуда не денется, ему же потом с людьми работать, они его уважать не станут.

— Иногда мне кажется, Янек, что всё благоразумие в вашей семье досталось тебе. А вся хитрожо... — Валь посмотрел на девушек. — Хитрость передалась ему.

Марк взялся за рычаги. Ригга пошла вперёд уже полным шагом на средней скорости. Земля мягкая, но всё равно идти проще. Мы пересекли самое сложное место, скоро поле и конец дистанции.

— Янек, сколько у нас ещё времени? — спросил я, осматривая окрестности через оптику.

— Больше получаса.

Ого, будем там ещё раньше. Земля окончательно стала твёрдой, двигатели начали работать тише, кабина не вибрировала, снова вернулось ощущение лёгкости. Стало не так жарко, как было. Только овраги не давали нам идти на полной скорости, а те деревья, что попадались на пути и которые мы не успевали обойти, разлетались в щепки. Мы их даже не чувствовали.

Но вскоре я увидел, что Катафракт нас догоняет.

— Следом за нами, — сказал я, присмотревшись в оптику заднего вида. — Хочет обойти, почти дышит в затылок.

— Вот же неблагодарная скотина, — Валентин погрозил в их сторону кулаком.

— Ну, пусть попробует, — я посмотрел через другую оптику. — Там узкое место, ему придётся подождать, пока мы пройдём. А когда пройдём мимо того оврага, врубим движки на полную. Есть одна особенность, которая...

Раздался скрежет. Кабину тряхануло так, что я едва не выпал из кресла. Свет в кабине погас, загорелась красная аварийная лампочка. На пульте тоже мигали лампы. Повреждена левая платформа, причём сильно.

Ещё заглохли двигатели, потому что Марк случайно и слишком резко убрал ноги с педали. В кабине запахло жжёной резиной.

— Зараза ты, Варга, — сказал я и вытянул задвинувшийся перископ. — Это не тебе, Янек. Все в порядке?

Я коротко глянул на своих. Чуть не упала Анита, но её подхватил Ян. Остальные девушки удержались.

— Он что, в нас врезался? — непонимающе спросил Валь. — Вот же сука какая! Я вот предупреждал насчёт него, а вы не слушали.

— Ещё почти оторвал нам левую руку, а теперь уходит вперёд, — Марк взялся за рычаги, но завести двигатели не смог. — Но там впереди ещё одно небольшое болото, можем его догнать, но мы, мать его, пока заведёмся...

— Предлагаю его проучить, — спокойно сказал я. — Марк, заводи в аварийном. Видишь там аппарат АЗХ-пятнадцать? В самом верху, рядом с предком.

— Вижу. Его выключить? А для чего он? Я не видел таких никогда.

— Вытащи его из паза и убери, после гонки вернём, — я усмехнулся. — Будет весело.

— А что ты задумал? — он посмотрел на меня.

— Небольшую месть, чтобы научить его вежливости. Так, слушайте меня внимательно...

Глава 16

— Так что означает АЗХ-пятнадцать? — спросил Марк, держа в руке белую коробочку с переключателем. Из задней части болтался медный провод с блестящим стержнем-соединителем.

— Автоматическая защита ходовой части, — сказал я, глядя в оптику, чтобы следить за отрывающейся от нас риггой. — Снимает ограничение оборотов движка и на задержку синхропривода.

Катерина уставилась на меня, не понимая ни слова, зато парни закивали.

— Лишь бы не отправиться в могилу, — пробормотал Ян.

— Опять ты про свои могилы, — Валентин усмехнулся. — Ну сейчас-то мы погоняем! Марк, можно мне за рычаги?

— Нет, — Марк сел в кресло. — Действуем по плану. Надеюсь, сработает.

Если раньше двигатели орали громко, то сейчас, когда отключили защиту, шум стал просто невыносимым. Вибрация тоже вернулась, меня трясло в моём кресле, но я удержался. Марк направил рычаги вперёд, Старый Герберт погнал за тем идиотом следом.

— Лишь бы рука не оторвалась, — пробормотал я. — Ян, опусти её!

Едва меня услышал, пришлось кричать ещё раз. Надо что-то решить с внутренней связью заранее, в реальном бою будет намного громче.

Я подошёл к смотровому лючку и выглянул наружу. Скорость увеличилась, причём значительно. Ригга делала шаг за шагом без небольших остановок, которые бывали в обычных условиях.

Вот это действительно проверка в экстремальных условиях. Ян тем временем опустил левую руку машины и перевёл в положение "поход", чтобы та не оторвалась по дороге. Вышло так себе, но хотя бы меньше болтается. Правая, ещё целая, до сих пор поднята, будто целилась. Хотя из оружия у нас только лебёдка, здоровенный крюк и система, чтобы запулить крюк на пару десятков метров.

— Вот это скорость! — в соседний смотровой лючок высунулся Ян. — Я даже не знал, что так бывает!

С такой ходьбой об удобстве и чувстве лёгкости можно забыть. Риггу трясло, как грузовик с убитыми рессорами на грунтовой дороге, покрытой ямами. Но шаг очень быстрый, защита оставляла нам изрядный запас скорости.

Цель становилась ближе, Катафракт замедлился, пробираясь по мягкой почве. Я обернулся и жестами показал Марку, чтобы он продолжал идти, орать всё равно бесполезно. Он в ответ показал мне, что температура увеличивается. Терпимо, на короткие дистанции не страшно, тем более Катафракт завяз сильнее.

Там неглубоко, но ему пройти было сложно, каждый шаг длинных ног давался машине с трудом. Если мы захотим выйти вперёд, то легко сделаем это прямо сейчас. Но дальше дорога ровная и твёрдая, Катафракт там нас обгонит, а мы не сможем вечно идти на повышенных оборотах.