Добыча Капитана
- -
- 100%
- +
Глава 1: Исчезнувший Мир
Воздух в хранилище старой университетской библиотеки всегда был тяжелым. Смесь запахов – высушенных чернил, старого клея, тонкой, неуловимой пыли, оседающей на всем, и приглушенного аромата вековой бумаги – въелась в кожу Анны, стала ее личным парфюмом. Ей исполнилось двадцать два, и за последние семь лет этот затхлый аромат, пожалуй, был самым устойчивым и неизменным фактором ее существования. Семь лет – срок, за который можно окончить два университета, построить карьеру, объездить полмира. Анна же провела их, склонившись над хрупкими страницами, протирая пыль с немых артефактов, составляя каталоги для вещей, которые, казалось, забыли о своем существовании еще до того, как были найдены. Ее жизнь была предсказуема до стерильности. Утро – кофе и дорога в библиотеку. День – тишина хранилища, монотонное шуршание страниц, шорох кисточек для чистки, гул старой вентиляции. Вечер – возвращение в маленькую съемную комнату, где ее ждала единственная живая душа – старый, потрепанный фикус на подоконнике. Мечты были единственным побегом. Мечты о ветре в волосах, о соленых брызгах океана, о городах, чьих названий она даже не знала. Мечты о жизни, где каждый день не был бы бледной копией вчерашнего, где были бы страсть, опасность, открытия. Где была бы жизнь. Сегодняшний день обещал быть точно таким же. Очередная партия "неразобранного" хлама из заброшенного подвала. Потемневшая бронза, зеленоватая от патины, обломки керамики с еле заметными узорами, камни странной формы. И среди них – он. Небольшой, примерно с ладонь, предмет из металла. Не серебро, не золото, не бронза, не железо. Что-то абсолютно черное, матовое, словно вырезанное из куска самой ночи. Его поверхность была гладкой до неестественности, а покрывавшие его тонкие, острые линии, складывающиеся в замысловатые, незнакомые символы, казались живыми, едва заметно мерцающими, если долго на них смотреть. Анна нашла его неделю назад. С того момента она чувствовала его. Не глазами или ушами, а каким-то иным, шестым чувством. Ощущение было похожим на низкочастотную вибрацию, отдающуюся где-то внизу живота, в солнечном сплетении. Оно было слабым, настойчивым и необъяснимым. Предмет был постоянно холодным, но этот холод не казался температурой – скорее, отсутствием тепла, поглощением его. Сегодня, когда она расположила его на бархатной подушечке для инвентаризации, это ощущение усилилось. Вибрация стала настойчивее, превращаясь в зудящий гул, который, казалось, исходит не от предмета, а от нее самой. Склонившись ближе, она рассматривала один из символов, похожий на переплетение молний и спиралей. Палец, чистый после мытья и просушки, случайно коснулся линии. Это был всего лишь легкий контакт, едва ощутимый. Но этого оказалось достаточно. В тот же миг предмет под ее пальцем издал тихий, едва слышный щелчок – звук, которого металл издавать не должен был. И затем он вспыхнул. Не ярким ослепительным светом, а призрачным, пульсирующим, синеватым сиянием, исходящим изнутри символов. Свет не был агрессивным, но он был чужим, незнакомым и мощным. Он окутал артефакт, потом руку Анны, а затем разлился по всему хранилищу, вытесняя привычный полумрак и пылевые столбы. Воздух, и так плотный, стал густым, почти осязаемым. Он завибрировал, затрещал, как перегруженная электрическая цепь. Гудение, которое Анна чувствовала в себе, вырвалось наружу, смешавшись с треском воздуха и звуками извне – гул вентиляции, далекие шаги в коридоре – все это исказилось, превратилось в единый, оглушающий, дезориентирующий рев. Тело Анны отреагировало инстинктивно и яростно. Внутри, в солнечном сплетении, там, где до этого была лишь слабая вибрация, вспыхнул пожар. Не боль, а ощущение невероятной, клокочущей энергии, рвущейся наружу. Слабость накатила волной, голова закружилась так, что она потеряла ориентацию в пространстве. Стены хранилища, стеллажи, предметы на столах – все поплыло, исказилось, растеклось, как акварель на мокрой бумаге. Цвета стали неестественно яркими, флуоресцентными, а потом смешались в радужный хаос. Зрение отказывало, слух заполнял оглушающий рев, ощущение пространства исчезло. Она протянула руку, пытаясь найти опору – стол, стену – что угодно! Но пальцы прошли сквозь невидимую преграду, словно нырнули в воду. Последнее, что она помнила о библиотеке, было ощущение абсолютной, неконтролируемой силы, исходящей из нее самой, и ослепляющая вспышка белого света, поглотившая все. А затем – ощущение, будто ее разрывает на миллионы крошечных, пылающих частиц, раскидывая их по бесконечной пустоте. …Тишина. Не просто отсутствие звуков. Абсолютная, совершенная тишина, от которой закладывало уши и гудела голова. Это было так непривычно после рева и треска, что первое мгновение показалось блаженством. Но затем пришло осознание. И холод. Пронизывающий до костей, обжигающий холодом вакуум. Он должен был заморозить ее мгновенно, превратить в ледяную статую, убить. Но она была жива. Она не дышала, легкие сжимались в отчаянной, бесполезной попытке вдохнуть, но странным образом она не задыхалась. Она открыла глаза. Перед ней не было потолка, не было стен, не было пола. Была только бесконечность. Бархатная, угольно-черная бездна, усеянная мириадами звезд. Они не мерцали слабо сквозь атмосферу, как с Земли. Они сияли острыми, холодными, невероятно яркими точками, словно кто-то рассыпал горсть бриллиантов на черном бархате. Они были везде. Над ней, под ней, справа, слева. Она висела в этой черноте, крошечная, одинокая, совершенно беспомощная. Сердце, непокорное разуму, бешено колотилось в груди, отдаваясь глухим, паническим стуком. Страх – холодный, липкий, парализующий – сковал ее. Ее мир. Земля. Он остался там. Где-то. Навсегда потерянный. Она была одна. По-настоящему одна. Не как в своей маленькой комнате, а как песчинка в бескрайнем океане, лишенном берегов. Одиночество такого масштаба было физической болью, давило на грудь, выкручивало внутренности. Слезы навернулись на глаза, но не потекли – застыли крошечными, колючими кристаллами на ресницах и щеках. Она была обречена. Это было ясно, как кристальное сияние далеких звезд. Беспомощность, безнадежность, абсолютное смирение. И именно в этот момент, когда она почти позволила пустоте поглотить ее, что-то изменилось. Та самая энергия, тот гул, который привел ее сюда, снова вспыхнул внутри. На этот раз он был сильнее, увереннее. Он разлился по телу теплом, странным, несвойственным для этой ледяной бездны. Вокруг нее возникло слабое, едва заметное сияние, пульсирующее в такт биению ее сердца. Это было неконтролируемо, интуитивно, но оно было. Она почувствовала себя защищенной этим полем, как будто закутанной в невидимый кокон. Она не понимала его природу, но оно было реальным. И оно давало ей странное, пугающее, но и обнадеживающее ощущение: она – не просто человек. Или, по крайней мере, теперь не просто человек. Ее связь с артефактом, ее перенос – все это было не случайно. В ней было что-то, что позволило ей выжить там, где жизнь была невозможна. В этот момент, когда этот слабый, неосознанный резонанс ее внутренней силы вибрировал в мертвой тишине космоса, что-то огромное и абсолютно черное возникло на краю ее обзора. Оно не появилось внезапно – оно словно стало существовать там, поглощая свет звезд, которые исчезали за его монолитным силуэтом. Оно было массивным, невероятно большим, чужеродным. Оно не двигалось сквозь пустоту – оно скользило, бесшумно и неумолимо, разрастаясь перед ней, заполняя собой все больше и больше звездного неба. Это был корабль. Чужой, громадный, несущий в себе не только опасность, но и подавляющее ощущение власти. Страх вернулся, но он был уже иным. Не ужас беззащитной жертвы перед бездной, а инстинктивный, животный страх перед хищником. Этот колосс был хищником. И она, беспомощно висящая в пустоте, была его потенциальной добычей. Яркий, пронзительный луч света выстрелил из нижней части корабля. Он был широким, мощным, цвета расплавленного серебра, и он мгновенно охватил ее. Она почувствовала резкий, неконтролируемый рывок, словно ее тащили невидимой рукой. Вакуум, тишина, звезды – все это исчезло, сменившись ощущением ускорения и смутным пониманием: она не умрет здесь, одна. Она будет пленена. Корабль рос, заполняя собой все поле зрения. Его детали, его броня, его орудия – все это становилось различимым. Чужое. Опасное. Мир Анны, каким она его знала, исчез окончательно. Началась новая реальность. Реальность плена.
Глава 2: Чужая Палуба
Рывок прекратился так же внезапно, как и начался. Луч света погас, и Анна рухнула на что-то твердое и холодное. Она лежала, корчась, чувствуя, как легкие судорожно сжимаются в попытке вдохнуть, а потом, наконец, наполняются воздухом – странным, кондиционированным, чуть едким запахом металла и озона. Вокруг было темно, лишь тусклые красные индикаторы мерцали где-то вдалеке, и воздух вибрировал от низкого гула механизмов. Она тяжело дышала, каждая клеточка тела кричала от боли и шока. Чувство невесомости сменилось ощущением тяжести – не земной, привычной гравитации, а какой-то иной, искусственной, которая тянула не вниз, а… куда-то вбок? Ее желудок протестовал, грозя вывернуть наизнанку. Постепенно зрение адаптировалось к полумраку. Она лежала на металлическом полу. Вокруг были стены из того же темного, матового металла, без швов, с утопленными в них панелями управления, светящимися незнакомыми символами. Ни окон, ни дверей – только ровная, монотонная поверхность. Это было явно внутреннее помещение корабля. Технологии были чужими, не похожими ни на что земное. Функциональные, холодные, без намека на эстетику. Они внушали уважение и страх одновременно. Шаги. Не человеческие. Тяжелые, ритмичные, с цокающим звуком когтей или твердой обуви по металлу. Два силуэта появились в конце коридора. Приближались. Анна попыталась подняться, но тело не слушалось, тряслось от слабости и нервного напряжения. Она отползла к стене, прижимаясь к холодному металлу, словно пытаясь слиться с ним. Приблизившиеся существа остановились рядом. Высокие, выше двух метров. В тусклом свете было трудно различить их черты, но их силуэты были явно нечеловеческими. Один был массивным, широкоплечим, с очертаниями, напоминающими хищника. Другой – более тонким, с удлиненными конечностями. Одежда на них была похожа на комбинезоны из плотной ткани с металлическими вставками – униформа. На поясе у одного что-то поблескивало – оружие? Они обменялись короткими, гортанными звуками – не речью в земном понимании, а набором щелчков, рычания и свиста. Язык, который звучал так же чуждо, как и их внешний вид. "Что это?" – прозвучал голос одного из них, удивительно низкий и вибрирующий, но, к шоку Анны, на языке, который она понимала. Акцент был сильным, странным, но это был… английский? Или что-то очень похожее? Она моргнула, не веря своим ушам. Второй ответил тем же вибрирующим тоном, но другим голосом: "Не знаю. Обнаружена в вакууме. Аномальная сигнатура. Цела." Они подошли еще ближе. Один из них наклонился. Анна зажмурилась, готовясь к худшему. Она почувствовала резкий толчок – ее перевернули на спину. Снова гортанные звуки, смешанные с понимаемой речью. "Мягкая." "Два глаза, один нос, один рот. Гуманоид?" "Странные волосы. Странная кожа." Один из них протянул руку, покрытую чешуйчатой кожей, и грубо схватил ее за подбородок, поворачивая голову. Его пальцы были сильными, неестественно твердыми. Анна вздрогнула от прикосновения – холодного и чужого. Она открыла глаза. Над ней склонилась… голова? У нее были большие, черные, без зрачков глаза, расположенные по бокам широкого, приплюснутого лица. Вместо носа – две щели. Рот – тонкая, безгубая линия. Кожа – серо-зеленая, покрытая тонкими складками. Это было существо, которое выглядело одновременно пугающе и… жалко? Или это просто был шок? "Кто ты?" – потребовал второй голос. Он был выше, чем первый, и звучал более раздраженно. Анна молчала. Слова застряли в горле. Страх сковал ее, не давая вымолвить ни звука. Она не знала, кто они, где она, что происходит. "С Земли?" – эта фраза, если бы она ее произнесла, ничего бы им не сказала. Они выглядели так, будто Земля для них – пустой звук. "Говори!" – рявкнул первый, сжимая ее подбородок чуть сильнее. Боль пронзила челюсть. "Я… я не знаю…" – прошептала она, хрипло, от страха и обезвоживания. "Откуда я… Я… я не знаю, как попала сюда." Они обменялись очередными гортанными звуками, явно недовольные ответом. "Не знает. Или лжет," – сказал тонкий. "Сканирование ничего не показывает," – добавил массивный. "Ни идентификации, ни имплантов, ни оружия. Только… аномалия. Пульсация." Они выпустили ее. Анна упала обратно на пол, растирая ушибленный подбородок. "Доставить в отсек идентификации," – скомандовал тонкий. – "И доложить Капитану. У него были странные показатели сканера, когда мы ее поднимали." Массивный схватил ее за руку – грубо, как мешок – и потащил по коридору. Анна запнулась, едва не упала, но он тянул ее вперед, не обращая внимания на ее слабые протесты или боль в запястье. Она шла, шатаясь, пытаясь сохранить равновесие на непривычной гравитации, глядя на спины своих похитителей. Они были чужими. Все здесь было чужим. Технологии, запахи, звуки, существа, которые ее тащили. Она была пленницей. В самом настоящем смысле этого слова. Затерянная в космосе, на борту корабля, принадлежащего непонятно кому, среди непонятно кого. И никто не знал, кто она такая. Ее провели по нескольким коридорам – все из того же темного металла, с мигающими индикаторами и герметичными дверями, открывающимися с тихим шипением. Она видела других членов экипажа – мельком, в проходах. Разные формы, разные цвета кожи/чешуи/панцирей. Некоторые напоминали рептилий, другие – насекомых, третьи были ближе к гуманоидам, но с пугающими отличиями. Никто из них не проявлял к ней никакого интереса, кроме мимолетного, безразличного взгляда на странную "добычу", которую тащили двое их товарищей. В их глазах не было ни сочувствия, ни любопытства. Только холодное безразличие или намек на презрение. Ее привели в небольшое помещение, освещенное более ярко. Это была, видимо, комната для допросов или исследований. В центре стояло кресло с удерживающими ремнями, вокруг – панели с мерцающими дисплеями и странными приборами. Ее грубо усадили в кресло. "Сидеть смирно," – прорычал массивный, пристегивая ее ремни. Они были мягкими, но очень прочными. Она была обездвижена. Тонкий встал напротив нее, его беззрачковые глаза изучали ее с холодным, бесстрастным интересом. "Повторяю. Кто ты? Откуда?" "Я Анна," – голос дрожал, но она старалась говорить тверже. "Я с планеты Земля." Название "Земля" не вызвало никакой реакции. Ни понимания, ни узнавания. "Земля," – повторил тонкий, словно пробуя на вкус незнакомое слово. – "В каких координатах находится эта… Земля?" "Я… я не знаю координат!" – отчаяние снова подступило. – "Я просто жила там! Меня… меня переместило! Из библиотеки! Из моего города!" Они снова обменялись гортанными звуками. Один из них подошел к панели и нажал что-то. С потолка опустился прибор – металлическая штанга с шарообразным наконечником, испускающим мягкое зеленоватое сияние. Он завис перед ее лицом. "Сканирование," – пояснил тонкий. – "Стандартная процедура идентификации. Не сопротивляйся." Шарообразный наконечник начал медленно двигаться вокруг ее головы, тела. Анна чувствовала тепло, исходящее от него, и легкое покалывание. Она старалась дышать ровно, сдержать дрожь. "Результаты сканирования… странные," – произнес массивный, изучая данные на панели. – "Физиология… гуманоидная, но с аномалиями в энергетическом поле. Не соответствует известным расам. Мозговая активность… хаотичная. Непонятные паттерны." "Энергетическое поле?" – переспросил тонкий, подходя ближе к панели. – "Покажи." На одном из экранов появилось изображение ее тела, окруженное пульсирующим, нестабильным контуром – тем самым полем, которое она чувствовала в космосе. Сейчас оно было слабым, но оно было видно приборам. "Вот оно," – проговорил массивный. – "Эта… пульсация, которую фиксировал Капитан при захвате." Тонкий наклонился к ней, его лицо с беззрачковыми глазами оказалось всего в нескольких сантиметрах от ее. Его взгляд стал более сфокусированным, более… оценивающим. "Ты… источник энергии?" "Я не знаю!" – почти крикнула Анна. – "Я не понимаю, что это! Это произошло со мной там, на Земле, из-за… из-за старого предмета!" "Предмет? Артефакт?" – в голосе тонкого появилось что-то похожее на интерес. – "Опиши." Она попыталась описать черный металлический предмет, символы на нем, вспышку света, вибрацию. Они слушали, время от времени обмениваясь гортанными звуками и взглядами. "Невероятно," – прошептал тонкий, отходя назад. – "Артефакт… перемещение… аномальное энергетическое поле… Уникальный случай." Он повернулся к массивному. – "Немедленно вызвать Капитана Кай'Лора. Это не стандартная добыча." Упоминание Капитана вызвало напряжение в воздухе. Даже эти двое, такие безразличные и грубые, стали выглядеть настороженными. Анна почувствовала, как страх возвращается, умноженный на неизвестность. Капитан Кай'Лор. Тот, кому принадлежал этот корабль. Тот, кто почувствовал ее "пульсацию" в вакууме. Тот, кто сейчас придет посмотреть на свою новую "добычу". Она знала инстинктивно: этот человек – или существо – будет самым опасным из всех, кого она встретила. И ее судьба будет зависеть только от него. Ремни на кресле казались холодными и незыблемыми. Дверь в комнату допросов бесшумно скользнула в сторону, открывая путь в коридор. Шаги, которые раздались из-за нее, были медленными, уверенными, не такими тяжелыми, как у этих двоих, но несущими в себе несравнимо большую тяжесть – вес власти и опасности. Анна затаила дыхание, готовясь к встрече.
Глава 3: Взгляд Капитана
Они вошли. Сначала один, за ним – второй. И Анна сразу поняла, кто здесь Капитан. Существо, появившееся последним, двигалось с невыразимой грацией и уверенностью, которая не нуждалась в демонстрации. Она почувствовала его присутствие еще до того, как увидела, – словно сгустился воздух, изменилось электромагнитное поле комнаты. Энергия. Мощная, холодная, абсолютная. Она ударила ее почти физически, выбивая остатки воздуха из легких. Высокий, стройный, но с ощутимой силой в каждом движении. Он был гуманоидным, гораздо ближе к человеческой форме, чем существа, которые ее нашли, но с теми пугающими, экзотическими отличиями, которые выдавали в нем обитателя других звезд. Кожа его была бледной, почти фарфоровой, натянутой на острые скулы и сильный подбородок. Волосы – цвета темного обсидиана, гладко зачесанные назад, открывая высокий лоб. Черты лица были точеными, почти скульптурными, но в них чувствовалась не красота, а хищная утонченность. Его глаза. Анна увидела их и застыла. Они были единственным источником цвета на его лице – невероятного, пронзительного, чистого янтарно-золотого оттенка, без видимых белков или зрачков, словно два светящихся осколка янтаря. Они смотрели на нее с абсолютной, беспристрастной оценкой, казалось, проникая сквозь кожу, мышцы и кости, заглядывая прямо в душу. От этого взгляда по спине пробежал холод, сильнее, чем в открытом космосе. На нем была форма – темный, идеально сидящий мундир с серебряными или платиновыми вставками и высоким воротом. На его плечах и груди были какие-то знаки, символы его власти. На пальцах – тонкие кольца из темного металла. Он остановился в нескольких шагах от кресла, в котором она была пристегнута. Двое других существ почтительно отошли в сторону, опустив головы, их гортанные звуки были теперь тихими и почтительными. "Капитан Кай'Лор," – представил его тонкий офицер. В его голосе чувствовалось благоговение, смешанное со страхом. Капитан Кай'Лор. Имя звучало как раскат грома. Он не ответил. Его янтарные глаза были прикованы к Анне. Он медленно обошел кресло, его шаги были почти бесшумными. Его взгляд изучал ее с головы до ног, задерживаясь на лице, на руках, на груди. Это не был похотливый или любопытный взгляд. Это был взгляд оценщика. Оценщика редкого, потенциально ценного, но непонятного объекта. От этого взгляда Анна почувствовала себя не человеком, а вещью, выставленной на аукцион. И это было унизительно. Она попыталась поднять подбородок, встретить его взгляд, не отводя глаз. Это было невероятно трудно. Его аура, его присутствие подавляли, давили на сознание, заставляя хотеть съежиться, спрятаться. Это было то, что она чувствовала в космосе – его силу, его хищную натуру. Он остановился перед ней. "Эта… аномалия?" – его голос был низким, бархатистым, но в нем чувствовалась сталь. Акцент был тем же, что и у офицеров, но менее выраженным. Слова звучали четко, властно. "Да, Капитан," – ответил тонкий офицер. – "Найденная в вакууме. Цела. Неизвестная раса. Согласно сканированию, обладает аномальным энергетическим полем. Не идентифицирована." Кай'Лор протянул руку. Длинные, изящные пальцы с ухоженными ногтями. Они были бледными, как и его кожа, но на тыльной стороне ладони и вдоль запястья виднелись тонкие, темные линии, словно выгравированные под кожей – возможно, татуировки или часть его биологии. Он не прикоснулся к ней. Его рука остановилась в нескольких сантиметрах от ее лица. Анна почувствовала, как воздух вокруг его пальцев вибрирует. И в тот же миг та самая энергия, что жила в ней, отозвалась. Она вспыхнула слабым, неконтролируемым разрядом, заставив индикаторы на ближайшей панели управления мерцать и на мгновение погаснуть. Кай'Лор отвел руку. На его лице не дрогнул ни один мускул, но в глубине его янтарных глаз промелькнул интерес. Не только интерес, но и… что-то похожее на вызов. Или раздражение. Его собственное энергетическое или псионическое поле, которое, как она теперь понимала, окружало его, наткнулось на сопротивление. На ее собственное поле. "Интересно," – прошептал он, скорее себе, чем офицерам. Он снова посмотрел на Анну. Его взгляд задержался на ее лице, словно он видел что-то, что скрыто от других. Ее внешность – обычная земная внешность, которая на Земле не выделялась ничем – здесь, среди инопланетян, была экзотикой. Ее цвет волос, глаз, тон кожи – все это было чужим для них. "Название расы?" – спросил он офицеров. "Неизвестно, Капитан. Она утверждает, что с планеты Земля. Не найдена в базах данных. Ни по названию, ни по координатам." "Земля," – Кай'Лор повторил это слово, и в его голосе прозвучала легкая насмешка. – "Примитивно. Ноль в галактическом реестре." Он снова посмотрел на Анну, и теперь в его янтарных глазах появился холодный, хищный блеск. "Ты лжешь?" "Нет!" – выдохнула Анна. – "Я говорю правду! Я не знаю, как попала сюда! Я была… там, в библиотеке… и этот предмет… он перенес меня!" "Предмет?" – в его голосе прозвучал намек на любопытство. Он медленно протянул руку и коснулся ее лба. Его пальцы были холодными, гладкими, но от их прикосновения по ее телу пробежала дрожь – не только от страха, но и от чего-то иного, сбивающего с толку. Он словно сканировал ее на другом уровне, не приборами, а чем-то внутренним. Анна почувствовала, как его псионическое давление нарастает. Оно было как невидимая волна, пытающаяся ворваться в ее разум, подавить ее волю. Это было то, что он, вероятно, использовал для контроля над своим экипажем, для допросов. Но… ее собственная сила, та самая пульсация, среагировала инстинктивно. Она вспыхнула, создавая щит, помеху для его воздействия. Это было похоже на два встречных потока энергии, сталкивающихся в ее сознании. Больно. Но она сопротивлялась. Не сознательно, а самой своей сутью. Лицо Кай'Лора стало каменным. Его глаза сузились. Он почувствовал сопротивление. Почувствовал ее силу. И, кажется, это его не обрадовало. "Интересная помеха," – прошептал он, отнимая руку от ее лба. – "Мои способности… блокированы. Кем бы ты ни была, ты не обычная пленница." Он медленно выпрямился. Его взгляд стал еще более проницательным. "Ты ценна. Очень ценна." Он снова обошел кресло, задумчиво глядя на нее. Офицеры ждали, не смея прервать его размышления. Тишина в комнате стала давящей. "Не убивать," – наконец произнес Кай'Лор. Голос его был окончательным, не подлежащим обсуждению. – "Не продавать. Пока." Офицеры кивнули. "Она будет… моей," – его янтарные глаза встретились с ее, и в них появилось выражение, от которого у Анны сжалось все внутри. Владение. Чистое, абсолютное владение. – "Моя добыча. Моя… пленница." Слово "пленница" прозвучало не как описание статуса, а как присвоение. "Определить ей место," – продолжил он. – "Под наблюдением. Я сам буду заниматься ее… изучением." Он снова посмотрел на нее, и на его лице появилась слабая, хищная улыбка, от которой у Анны похолодела кровь. – "У меня много вопросов. И я получу ответы." Он повернулся и направился к выходу. Офицеры поспешили открыть дверь перед ним. Он прошел мимо, не оглядываясь. Но Анна чувствовала его взгляд до последнего момента, пока дверь не скользнула на место, отрезая его от нее. Ее оставили одну в комнате допросов, пристегнутую к креслу. Двое офицеров стояли у двери, ожидая дальнейших распоряжений. Анна дрожала. Не только от страха, но и от ощущения мощи этого существа, его холодного, абсолютного контроля. Он видел в ней ценную вещь, загадку, источник силы, которую он не понимал. И он собирался ее разгадать. Любой ценой. Капитан Кай'Лор. Властный. Опасный. Абсолютно чужой. И теперь она принадлежала ему. Судьба, которую она себе даже в самых смелых мечтах не могла представить. Ее жизнь в библиотеке была скучной. Но теперь она была в смертельной опасности. И почему-то… часть ее сознания, та самая, что мечтала о приключениях, не могла не чувствовать странное, пугающее возбуждение. Она выжила в космосе. Она среагировала на его силу. Она заинтересовала самого Капитана Кай'Лора. Ремни на кресле были холодными. Чужой воздух казался слишком плотным. Но в ней самой что-то изменилось. Та самая энергия, которая ее переместила и защитила, теперь пульсировала сильнее, словно отвечая на вызов, брошенный этим опасным, янтарноглазым хищником. Она была пленницей.