А я по любви хочу!

Глава 5

Позволив себе поспать ещё пару часов, я всё же встала и не дожидаясь фрейлин отправилась в ванную, где быстро приняла необходимые водные процедуры, а когда вышла оттуда, девчонки уже были в комнате и занимались подготовкой моего платья для завтрака в кругу семьи и подборкой аксессуаров.

– Доброе утро, – поприветствовала их и мило улыбнулась.

– Доброе, как спалось вашему высочеству?

– Надеюсь, сны были добрыми? – наперебой защебетали они, окружая меня и подхватывая под локти.

– О, вы даже не представляете… – загадочно произнесла я, позволяя себя одеть и усадить перед зеркалом.

Дальше, отдавшись на волю их волшебных рук, я расслабленно прикрыла глаза, попробовав отключиться от всего лишнего и разложить всё по полочкам. Такс, и что мы имеем? Ничего хорошего. Очередного навязанного жениха и упорное, я бы даже сказала, какое-то маниакальное желание родственников выдать меня за него замуж. А скорее, просто откупиться от возможных проблем и отделаться малой кровью, моей. Нет, так-то их понять можно, они всё очень хорошо рассчитали, можно сказать, учитывая обстоятельства, гениально, нашли просто идеальное решение. И будь я на их месте, возможно, поступила бы точно так же, вот только я не на их, а на своём месте, и разумеется, быть разменной монетой мне не очень хочется. И вообще, почему всегда я? Почему, раз такое дело, и всем обязательно нужно скрепить союз путём заключения брака, нельзя женить Альберта? Неужели среди кочевников нет подходящей женщины? Ну там… сестра вождя, дочь вождя, племянница, на худой конец… А если и нет, почему бы не подождать, когда появится?! Вот, честное слово, сама ей найду подходящего жениха среди светлых, даже несколько на выбор, если брат не согласится! Но нет же… Всем всё сейчас подавай! Немедленно! Экие они торопыги… Мужики, что с них взять?!

Только Виктор не такой. Я мечтательно улыбнулась, вспомнив своего любимого. А ведь сперва он мне не понравился, ага. Показался слишком холодным и неприступным. Только потом я поняла, что это просто видимость, и на самом деле он мягкий и отзывчивый, всегда готовый прийти на помощь. Да, вначале я его нагло использовала… Ну, чтобы сбегать от тёмных, когда надоедали, но потом… Он смог меня покорить! Хотя, конечно, странно, что его тьма выбрала именно меня, носителя истинного света. Казалось, такое просто невозможно, однако произошло, и теперь с этим ничего не сделаешь. Да и зачем? Что плохого в том, что мы друг друга любим?!

Разве только то, что не можем быть вместе. И всё из-за этих кочевников! Ррр. Что-то они уже заочно меня бесят! Свалились на нашу голову, и ведь не отделаться никак!.. Хотя, честно говоря, я ещё и не пробовала. Поэтому рано унывать. Нужно сперва поискать их слабое место, а в этом мне способна помочь информация, которую обещал раздобыть учитель. Так что ждём, а пока можно подумать, как отблагодарить родственников, точнее, братца. С отцом связываться – себе дороже, он шуток не понимает. А вот напакостить Альберту – святое дело!

В принципе, наработки у меня уже имеются. И план готов, нужно его только осуществить. И в этом мне поможет Нельма, главная фрейлина его фаворитки. Не зря же я ей вчера духи отдала, те, что с пыльцой фрезий. Между прочим, специально её у тёмных собирала, как знала, что пригодится. У нас-то эти цветы не растут, поскольку были уничтожены по приказу отца. Видите ли, у принца на них аллергия. Только в чём растение виновато?! Пусть сам не шляется, где попало, так нет же… В общем, для родственника я этой редкости не пожалела, точнее для его фаворитки, которую Нельма не только ими опрыскает, но и смажет веер, чтобы жидкость попала в том числе на руки Мальвании и тогда вечерний бал, открывать который предстоит Альберту вместе с его официальной фавориткой, станет гораздо интереснее, чем планировалось. Ну а что? Не всё же мне страдать?! Пусть и братец повеселится, чтобы как можно дольше вспоминал любимую сестрёнку…

Хм, надо бы обговорить этот момент с Виктором. Можно же обеспечить и постоянный приток аллергенов, например, с поставкой овощей и фруктов из тёмных земель… Или приказать садовнику, чтобы всегда высаживал фрезии под его окнами? Саженцами мы его снабдим… Нет, садовника жалко, обойдёмся поставками.

– Всё, мы закончили, ваше высочество… – отчитались фрейлины, делая шаг назад и позволяя оценить их работу.

Я открыла глаза и с привычным равнодушием посмотрелась в зеркало. Как всегда, я выглядела безупречно. Мои светлые волосы собраны в элегантную причёску, их блеск соперничал только с сиянием золотой диадемы. Без единого изъяна идеальной формы кукольное личико было немного бледновато, но это скорее от переживаний и бессонной ночи. Пухлые губы подкрасили розовой помадой, сделав их ещё сочнее. А мои большие голубые, выглядевшие чаще всего наивными глаза, лишь слегка подвели, чтобы подчеркнуть выразительность. В принципе, для утреннего макияжа больше ничего и не надо, можно идти на завтрак.

Только моим планам не суждено было осуществиться, едва я поднялась со стула, ко мне пришёл посетитель, которого я так ждала:

– Магистр… – выдохнула с облегчением, увидев учителя. – Доброе утро.

– Доброе, ваше высочество, – официально поклонился он и многозначительно покосился на фрейлин.

Те догадливо выскользнули за дверь, оставив нас наедине.

– Получилось? – затаила дыхание я.

– Разумеется, дитя моё, разве я когда-нибудь тебя подводил?! – снисходительно усмехнулся он и тут же вытащил из-под мантии стопку бумаг. – Держи, милая, надеюсь, они будут тебе полезны!

– Я тоже на это надеюсь, – призналась, с большой осторожностью, словно величайшую ценность, перехватывая документы из рук учителя. – Сколько у меня времени?

– Только до вечера, – с сожалением ответил учитель. – Перед балом мне нужно вернуть их на место.

– Я поняла, перед балом заберёте, – кивнула, пряча стопку себе за спину.

Магистр улыбнулся и, не став более отнимать моё время, удалился.

А я тут же позвала своих девушек и велела передать отцу, что плохо себя чувствую и не смогу присутствовать на завтраке, впрочем, как и на обеде.

– Принесите мне еду сюда и оставьте на столе, а потом можете быть свободны, я, пожалуй, лягу посплю…

– Ох, может, позвать лекаря?

– Нет, уверена к вечеру мне станет лучше, а теперь идите…

Фрейлины сделали реверанс и ушли, а я, мысленно потирая ручки, схватила бумаги и спряталась с ними в спальне. Такс, и что мы тут найдём полезного?..

Глава 6

Признаться, я была несколько разочарована. В тех документах, что мне передал учитель, было крайне мало достоверных сведений, всё зиждилось на обрывочных слухах и сплетнях. Кто-то что-то слышал, кто-то что-то рассказал, разумеется, по секрету… В общем, мрак. А слухи были самые разнообразные, иногда даже шокирующие… Из достоверного – это то, что кочевники жили кланами, на свою территорию никого не пускали, даже купцов. Торговлю вели сами, приезжая на границу наших земель, продавали в основном шкуры животных, редкие травы, оружие, приручённых лошадей, а иногда и пегасов. Покупали чаще всего ткань, зерно местные овощи и ягоды. Были случаи, когда кто-то из наших девиц прельщался дикой необузданной мужественностью появляющихся на границе торговцев-воинов и уходил с ними, иногда они возвращались и рассказывали совсем уж невероятное. Мол, жить им приходилось в каких-то шалашах, без удобств и нормальной постели, мыться в водоёмах, а самое странное – это обычаи и внутреннее устройство клановой иерархии.

Во главе всегда стоял вождь или, как его называли кочевники, альфа, чьё слово было неоспоримым и сразу становилось законом. Следом шли самые сильные и свирепые воины клана – беты, их обычно было не больше десятка, затем остальные мужчины, а на нижней иерархической ступени находились самки и дети до наступления совершеннолетия. Самки??? Хм… Если верить вернувшимся девушкам, членами клана брали только тех, кто смог пройти определённые испытания. Остальных безжалостно изгоняли, но со слов этих счастливиц они были только рады, что их не приняли, поскольку весьма разочаровались местным укладом жизни. Мол, женщин там ни во что не ставили и считали общими, так же, как и детей. Понятия семьи не существовало, клан и был одной большой семьёй. Любой мужчина мог овладеть любой самкой. Ох… А ещё рассказывали, что все кочевники способны превращаться в зверей. В этом моменте, была приписка почерком учителя, что данный факт – правда.

Свет всемогущий, и это туда меня отправляет отец?! Неужели, он меня настолько не ценит? Боже, как же я так вляпалась! Тут, пожалуй, мой фокус со сводничеством не пройдёт…

Есть, конечно, надежда, что все слухи врут, но сильно на это рассчитывать не приходится.

В душе расползлась горькая обида от такой подставы и унижения. Да эти кочевники – настоящие дикари! Что мне среди них делать??? Это же кошмар какой-то! Я представила себя, такую ухоженную и утончённую, в пышном платье, с идеальной причёской и в драгоценностях, прохаживающуюся между шалашей, направляясь в ближайшие кусты по нужде… и ужаснулась. А мои фрейлины???

Нет, девчонок я туда не возьму. Не могу их подвергать таким жутким испытаниям. К тому же, давать лишние рычаги давления на меня не разумно. Что ж, пока выход я вижу только один. Смерть. К сожалению, моя. Главное, всё правильно организовать. В этом деле мне понадобится помощник, придётся привлечь Виктора. А дальше что? Дальше принцесса Руаза умрёт, а в какой-то глуши появится женщина Лиза, скромная и богатая вдова. В общем, прощай дворец, почитатели, наряды, интриги… Эх… Пожалуй, я буду скучать по всему этому.

Возможно, стоит использовать свой козырь? Можно ведь открыть папеньке тайну своего дара, тогда он точно меня никуда не отпустит и замуж никогда не выдаст, притом ни за кого… Буду так же жить во дворце, под неусыпной охраной, лечить тех, на кого он укажет, заодно копаясь в душах и мыслях людей, чтобы добывать важные сведения и компромат на благо королевства. Сперва для отца, потом для брата и так далее… Нет, помогать и исцелять я не против, но вот выпытывать личные тайны, передавать их кому-то, кто будет использовать их в корыстных целях, – это, на мой взгляд, бесчестно. Да и мой дар такое не потерпит, скорее, сам убьёт меня. К сожалению, побочным эффектом истинного света является наказание, своего носителя, когда тот поступает не по совести. Сначала появляется головная боль, затем начинают страдать внутренние органы, пока повреждения не станут необратимыми. Единственная лазейка – это компенсация нанесённого вреда, например, путём спасения жизней и исцеления страждущих. Иногда, мне приходилось буквально ночевать в больницах, вытаскивая умирающих с того света. Конечно, делать я это старалась незаметно, а лекари все чудеса списывали на хороший уход, регенерацию и действие грамотно подобранных трав. Только мой учитель знал, куда я хожу по ночам и почему так часто страдаю недомоганием и недосыпанием. Чаще всего он меня и сопровождал, прикрывая перед придворными и усыпляя ненужных свидетелей. Потому подобный способ избежать брака – тоже не вариант.

Покосившись на часы, я с удивлением обнаружила, что просидела в своей комнате довольно долго. До бала оставалось всего два часа и с минуты на минуту появятся мои фрейлины, чтобы помочь подготовиться к этому событию, а ещё магистр Залинар. Нужно закругляться с чтением.

Я поднялась с кровати, собрала все бумаги в стопку и убрала в тумбочку, затем вышла в гостиную ждать гостей, а заодно что-нибудь перекусить, голод давал о себе знать, ведь я с утра ничего не ела.

Пока подкреплялась, появились девушки. Убедившись, что я уже вполне здорова, они побежали набирать ванну и готовить различные масла. В это время пришёл учитель:

– Успела? – сразу поинтересовался он.

Я кивнула и не теряя времени вернула бумаги.

– Ты как, милая? – полным сочувствия голосом тихо спросил магистр, пряча документы под мантию.

Я неопределённо пожала плечами и вздохнула:

– Чувствую себя жертвенной овцой, которую скоро поведут на заклание, – мрачно призналась. – И которая не понимает за что ей это и как спастись. Неужели именно для этого я росла, жила, училась? Чтобы быть так глупо использованной? Где я там стану применять свои знания и способности? Буду с конями обсуждать философию и моду, исцелять жуков и кузнечиков??? Жить среди дикарей, в шалаше, мыться в водоёме, ходить в тряпье?.. Свет всемогущий, какой же бесславный конец ожидает блистательную принцессу Руазу! Лучше бы я вышла за тёмного…

– Что?! Не вздумай сдаваться и унывать! – вдруг разозлился обычно спокойный учитель. – Ты ли это? Не разочаровывай меня, девочка! Разве не тебя я учил в любой проблеме всегда видеть возможности и пути решения? Разве не ты умудрялась постоянно находить выход из самой, казалось бы, безвыходной ситуации, оставляя с носом величайших интриганов? Разве не ты обхитрила отца и Темнейшество, перевернув все их планы так, как выгодно тебе? А сейчас что?!

–Это совсем другое…

–Да какая разница?! – с возмущением вспылил магистр, потом покосился на ванну, где громко набиралась вода и продолжали щебетать фрейлины, на всякий случай понизил голос и продолжил: – Дикарей можно приручить, на месте шалашей построить современные дома с удобствами, неграмотных обучить, несведущих просветить… Если захочешь, можешь и моду свою ввести. Не удивлюсь, если через пару лет все эти кочевые кланы будут есть из твоих рук, выполняя даже самые незначительные желания, а ты будешь диктовать условия дальнейшего сотрудничества его Светлейшеству и Альберту! Я в тебя верю, моя девочка, и всегда говорил, что ты многого добьёшься. А я буду помогать, чем смогу… Вот только унывать не смей!

Высказавшись, учитель строго погрозил мне пальцем, хотел ещё что-то добавить, но услышав, как в ванной всё стихло, поспешил ретироваться. Незачем нам вызывать подозрения частыми встречами. А девушки, хоть и преданны мне, но поболтать тоже любят, иногда не с тем, кем можно.

От отповеди учителя я, признаться, немного опешила, но задумалась. Действительно, чем не вызов? Может, и правда… А как же Виктор? Станет ли он ждать, пока я перевоспитываю кочевников??? Станет, у него выхода нет – ту, с кем связала тьма, не забывают. Но не слишком ли жестоко с ним так поступать? Кроме того, я ведь не править поеду, а выходить замуж, со всеми вытекающими в виде супружеского долга и прочего. А оно мне надо?!

Нет, умирать, так умирать. Единственное, можно, конечно, оттянуть этот момент и немного поиграть с дикарями. Ради их пользы, разумеется. Это же такое поле для деятельности, есть где развернуться, где пощекотать нервы, поинтриговать, подставить папочку и братца… Ух! Интересно, сколько я сумею сделать за две-три недели?

Глава 7

Что скрывать, слова учителя достигли цели, приободрили и навели меня на некоторые размышления. Теперь я мыслила и строила планы в совсем другом ключе. А что? Это ведь так интересно – побывать там, куда никого не пускают, увидеть и узнать нечто совершенно новое и отличное от моей привычной жизни, внести свой вклад в развитие дикарских кланов, улучшить, покорить… Прямо уже и не терпится даже!

Главное, замуж случайно не выйти! Лучше оттянуть этот момент, чтобы успеть сделать как можно больше хорошего… Ну, перед своей гибелью, ага. Ух, как я развернусь! Аж руки зачесались от волнения…

Видя мой настрой, фрейлины тоже приободрились и смогли в рекордные сроки подготовить меня к балу. Мельком оценив свой внешний вид, я осталась довольна. Высокая причёска со спадающими золотыми локонами, сверкающая диадема в волосах, открытые плечи, жемчужное ожерелье на шее, украшенный вышивкой корсет, интригующе подчёркивающий грудь и выделяющий талию, пышное небесно-голубое, без лишних нагромождений платье под цвет глаз – всё было тщательно подобрано и создавало образ этакой юной, скромной и наивной принцессы, самой невинности, не способного ни на какие подлости юного создания. В ожидании своего сопровождающего, кстати, любопытно, кто это будет, я успела раздать последние распоряжения о том, что собрать в дорогу на завтра.

К моему разочарованию, за мной зашёл братец, хотя я рассчитывала на учителя. Но, видимо, родственники решили заблаговременно убедиться в моей разумности и лично проконтролировать, чтобы я ничего этакого не выкинула. Что ж, их право. Печально только, что духи с фрезией я уже отдала, знала бы, сама бы ими измазалась. Да-да. Мне для брата ничего не жалко…

– Прекрасно выглядишь, – придирчиво меня осмотрев, вынужден был констатировать Альберт и в приглашающем жесте протянул руку.

– Благодарю, – сухо ответила я и неохотно вложила свою ладонь в его.

Некоторое время до бального зала мы шли молча, но братец заметно нервничал, периодически с настороженностью поглядывая на меня.

– Надеюсь, ты будешь мила с нашими гостями, – не выдержав, заметил он и пристально уставился на меня.

– Надейся, – дёрнув плечиком, великодушно разрешила я, не собираясь облегчать ему жизнь и как-то успокаивать.

– Ты не посмеешь! – угрожающе зашипел принц, с силой сжимая мою ладонь.

– Ты так думаешь? – поинтересовалась, невинно взмахнув ресницами и стараясь сохранить приветливое выражение лица, несмотря на резкую боль в руке.

– Только попробуй… – продолжил запугивать меня принц.

– Хорошо, – пообещала я, чем почему-то окончательно его разозлила. Странный такой.

Далее Альберт не стал продолжать этот разговор ни о чём и остаток пути лишь тихо поскрипывал зубами, воображая себе невесть что и думая обо мне всякие гадости. Между прочим, напрасно. Я же задавалась одним вопросом: "Вот и как он с такими нервами собирается управлять страной?!"

Надо будет попросить дворцового травника, чтобы сделал какой-нибудь успокаивающий сбор для принца. Например, на основе фрезий, ага, я и рецепт хороший знаю…

Наконец мы спустились на первый этаж. Пользуясь тем, что коридоры были пустынны, ведь все придворные уже собрались в зале и ожидали нас, Альберт резко остановился и развернув меня к себе, со злостью прошептал:

– Не знаю, что ты задумала, но не смей! Слышишь? Запомни, если начнёшь чудить, сделаешь хуже только себе! Уже очень скоро ты станешь собственностью Михея, а он не из тех, кто позволяет своим самкам своевольничать. Слышал, он умеет укрощать даже самых диких и необузданных кобылиц! Так что, как видишь, ты будешь в надёжных руках, сестрёнка! Чему я несказанно рад!

А вот и братское напутствие не заставило себя ждать. Я спокойно посмотрела на Альберта и многозначительно усмехнулась, ну чтобы не расслаблялся:

– Нам надо идти, – напомнила тихо, скромно потупив взгляд.

Всё. Честное слово больше ничего не говорила и не делала, однако принц совсем взбесился, его затрясло, глаза метали молнии, на щеках заходили желваки, вены на шее вздулись…

– Ну и как ты в таком виде покажешься подданным?! – покачала укоризненно головой и заботливо предложила: – Может сходишь на улицу, подышишь воздухом, успокоишься? Могу тебе компанию составить…

– Я спокоен! – рыкнул Альберт и, резко отвернувшись, яростно потащил меня к конечной цели, а именно ко входу в тронный зал, где должна была состоятся помолвка и бал, приуроченный к ней.

Мы остановились перед закрытой дверью, ожидая, когда о нас объявят. Признаться, теперь уже и я заволновалась. Ведь сейчас смогу увидеть того, с кем мне придётся провести несколько ближайших недель. И не просто провести, но ещё как-то взаимодействовать, влиять, а потом обмануть. Любопытно, какой он, этот Михей. Простоватый мужлан или прожжённый интриган? А может, человек слова? Или жестокий тиран?.. Возможно, всё вместе? Тогда это будет особенно интересное противостояние…

Наконец дверь распахнулась, открывая нашему взору огромный светлый зал, украшенный цветами и свечами, многочисленных подданных, тут же расступившихся перед нами и открывших проход к трём тронам у противоположной стены, где один был более массивный, его занимал отец, а два других – помельче, по обе стороны от него, для нас.

Я подняла ногу, чтобы сделать первый шаг, но тут увидела их… Если честно, этих троих мужчин было сложно не заметить. Мало того, что они были гораздо выше и мощнее всех присутствующих, так ещё и стояли отдельно. И, скорей всего, это был вовсе не их выбор, просто придворные опасались приближаться к гостям. Слишком те выделялись в своей простой неброской одежде на фоне наших разряженных в пух и прах подданных, слишком подавляющая аура силы исходила от них.

Наверное, впервые за долгое время мне стало очень не по себе. Догадаться, что это и есть кочевники, не составило труда, вот только как же они отличаются от всех, с кем я раньше имела дело!

Трое. Первый – брюнет, среднего возраста, чуть выше своих приятелей, с грубыми чертами лица, густыми сросшимися бровями, широким носом, чёрными пронзительными, как лезвия, глазами и скрывающими рот усами и бородой. Пожалуй, он являлся самым жутким из всех троих. Второй – пепельный блондин, возможно, его бы даже можно было назвать красивым, если бы не этот суровый взгляд серых глаз, которым он с пренебрежением окидывал окружающих, и не плотно поджатые презрительно искривленные губы. Третий мужчина был рыжим и самым молодым из этой троицы. Внешне он производил впечатление этакого простачка, но вот глаза выдавали нетривиальный ум и проницательность. А сейчас все трое смотрели на меня, и не просто смотрели, а нагло и оценивающе разглядывали. Как вещь или собственность, которая вроде и не нужна, а выкинуть жалко. Как на навязанную безделушку…