Правда мифа. Спасение человечества

Вскоре мы поговорим об этой Величайшей реликвии Земли, но начнём с того, что попроще, с того, как четырёхгранная форма пирамиды Хуфу может быть связана с известными образами Великого Камня. Вот эта глава “множество ликов

чудесной реликвии”

из моей книги:

Двойной топор Лабрис

В греческой мифологии, а особенно, в связи с Критом, и крито-минойской культурой, часто можно встретить образ двойного топора, Лабриса. Думаю, ты видел его, хотя бы в мультфильмах. Два Лабриса, мы можем увидеть в руках критской богини, предположительно связанной с образом Реи, супруги Крона. Также, они встречаются на изображениях культовых сцен, опять-таки, чаще в связи с женщинами. Лабрис можно увидеть в руках Гефеста, например, когда он разрубает голову Зевса, выпуская на свет божий, юную прекрасную Афину Палладу. О связи образа Гефеста с “камнем”, мы уже говорили. Связь с ним богини, а точнее, титаниды Реи, также можно проследить. Рею называют “Матерью богов”, что – не странно, ведь она была матерью всех Богов-Олимпийцев. Её связывали с Кибелой и Кивевой, “Идейской матерью”, ”Фригийской матерью”, “Потиной Терон” – покровительницей животных, как символом, сострадания к малым и слабым, вообще, с образом материнства, женского плодородия, Великого Женского начала. Жестокие культы Кибелы, кровавые жертвы, оскопление жрецов, всё это, напоминает нам индийскую Кали, всё ту же – “Матерь богов”. То есть, это Богиня-Мать, та, что в учении “Агни-йоги”, и близких к нему учениях, называется “Матерью Мира”. Матерь же Мира, в этом учении, порой называется “Держательницей Камня”. Мало того, из книг, связанных с учением “Агни-йоги”, мы узнаём, что когда, “Сокровище мира”, малая частица “Великого Камня” даётся кому-то достойному, исполняющему важную миссию Владык, непосредственной хранительницей этой частицы, становится женщина, близко связанная с этим учеником, его соратница. Энергии женщины, в большей степени способны соответствовать энергиям “камня”. Так что, косвенных указаний на связь Лабриса с “камнем” предостаточно, но, что же мы можем сказать о самом двойном топоре, о самом Лабрисе? На мой взгляд, реального смысла в том, чтобы делать топор симметрично-двойным, нет. Конечно, порой их делали и делают такими, но полагаю, что это происходит под влиянием, этого самого, древнего символического образа. Сам же образ, на мой взгляд, вообще не о топоре. Это два раструба, две воронки. Неубедительно? Но задумайся, что ещё он нам напоминает? Разве это не двудонный кубок, не тот самый Грааль?

Грааль

В легендах средневековой Франции, Грааль, это кубок, из которого Христос пил во время Тайной Вечере. Позже, в него же, Иосиф Аримафейский, якобы собрал кровь распятого Христа. Грааль является важным символом множества средневековых рыцарских легенд. Также, его связывают с орденом рыцарей-Тамплиеров. Визуальное сходство с Лабрисом, рассматривание формы кубка, как двух, противоположно направленных раструбов, двух воронок, даёт нам возможность предполагать что Грааль, это действительно величайшая реликвия, но гораздо более древняя, и гораздо более важная. Образ Грааля наводит нас на мысль о ещё одном, ярчайшем духовном символе европейского средневековья.

Экскалибур

Здесь, у меня почти нет аргументов, лишь мои ощущения. Грааль и Экскалибур, объединяются образом легендарного короля Артура. В легендах о нём, как бы ни пытались исследователи, привязать их к средневековью, вполне угадывается краткий пересказ начала истории древний Атлантиды, о чём мы поговорим при следующей встрече. Вообще, с Граалем король Артур связан косвенно, но некая связь просматривается. С Граалем, также, не всё просто. В мифах о короле Артуре, упоминается, как минимум, три меча. Один – “меч в камне”, тот, что дал ему право на трон. Также, порой упоминается – некий, “меч Грааля”, как-то связанный, с этой реликвией. Экскалибур же, Артуру вручает таинственная “Дева озера”. Но, есть версии, где все эти мечи объединяются в один, и это кажется, обоснованным и убедительным. Слово Экскалибур, и версии этого слова, более древние, трактуют по-разному. Помимо смыслов, откровенно боевых, есть и “меч в камне”, и например, “пламя из чаши”. Откуда взялась идея Экскалибура, как “поющего меча”, я не знаю, но она мне нравится. На мой, ничем не обоснованный взгляд, реликвией, оставившей такой след в культуре, мог быть только Великий “камень”, “дар Ориона”, или некий артефакт, прямо связанный, с ним и его проявлениями. “Меч в камне”, по моим ощущениям, это – состояние “камня”, собранного внутрь себя, выключенного. Для примера, можно представить себе, лабрис или двудонный кубок, конструкцию из двух раструбов, в которой, эти раструбы развернулись, сомкнувшись широкими сторонами, то есть – закрылись. А значит, “вынуть меч из камня”, означает – пробудить его, раскрыть, включить, на что, обычный человек – совершенно не способен. Здесь, конечно же, нужен “избранный”. Соответственно, “камень” раскрывшийся, включенный, работающий – это “поющий меч”, Экскалибур. Полагаю, что история Артура и Экскалибура, началась, как минимум, со времён Высоких правителей Атлантиды, хранителей “камня”. Но, в образе меча, нет сходства с формами, которые, во множестве, присутствуют в приводимых мною примерах. Продолжим, о таких формах.

Барабан Шивы

Например, всем известный барабан Шивы – Дамару, что он носит, прикреплённым к своему трезубцу. Также, барабан Дамару, доныне очень популярен в традициях Тибета. Толковых объяснений смысла его формы, мне не встретилось. Может быть, повезёт тебе. Но сходство, на мой взгляд, говорит само за себя.

Ступа Кришны

А что, ты скажешь о Ступе, к которой когда-то, мать Яшода, пыталась привязать младенца Кришну? Бхагавата-пурана или Шримад Бхагаватам, рассказывает нам о том, что однажды, ребёнок-Кришна слишком расшалился. И тогда:

…Когда это увидела Яшода, то гнев охватил ее добрую душу, и она решилась прутом наказать напроказившего сына. Но Кришна не дался ей в руки, убежал от ее гнева, и Яшода с трудом его догнала. И вот тогда она решила сначала привязать веревкой к ступе и потом уж наказать как следует своего непослушного сына. Яшода взяла крепкую веревку и принялась привязывать сына к ступе, но ей двух вершков веревки не хватило. Тогда Яшода надвязала веревку, и снова ей двух вершков недостало. Разгневавшись, Яшода, собрала все свои веревки, связала их вместе, опоясала кольцом Кришну и только стала вязать его к ступе, как оказалось, что опять ровно двух вершков не хватает. Тогда по приказу Яшоды пастушки собрали все имевшиеся в Гокуле веревки, принесли их супруге Нанды, связали их вместе, и опять двух вершков не хватило. И сколько царица и пастушки ни старались привязать Кришну к ступе, им это никак не удавалось – всё время веревка на два вершка оказывалась короче, чем нужно. Они, изумленные происшедшим, измучились вконец и сердились и никак не могли взять в толк, почему это происходит. А Кришна, видя их муки, улыбался. Сердитая царица и пастушки в своих стараниях привязать ребенка к ступе совсем утомились, одежды на них взмокли от пота, волосы их растрепались, украшения упали на пол. И тогда прошла у Кришны обида на Яшоду, и он позволил ей привязать себя к ступе. И тут-то царица и пастушки убедились, что вовсе им не нужно было надвязывать веревку…

Мало того, что эту Ступу упорно, раз за разом, изображают, всё тем же, барабаном Дамару, двудонным кубком, так дальше здесь, ещё и возникает тема, очень непростых “деревьев”:

…Когда Яшода наконец привязала Кришну к ступе, она ушла отдохнуть во внутренние покои, а царевич стал смотреть на два высоких дерева, стоявших неподалеку от дома. Эти два дерева пастухи называли Арджуна и Ямала. Когда-то эти деревья были сыновьями Куберы, Хранителя Мира, и звали их раньше Налакубара и Манигрива. Они превратились в деревья, когда их проклял божественный мудрец, вестник богов, Нарада. Когда-то сыновья Куберы, преданные почитатели Шивы, были молоды, красивы и богаты. Они любили хмельные напитки, песни, пляски и веселое застолье. И вот как-то раз они веселились с двумя прекрасными апсарами в чудесной роще на склоне горы Кайласа. Апсары пели песни и танцевали, а хмельные сыновья Куберы ими любовались. А потом они спустились на берег могучей Ганги и все вместе, нагие, стали забавляться в светлых водах дочери Химавата. И случилось так, что Нарада, великий провидец, шествовал своим путем по берегу Ганги и увидел их игры и забавы. Заметив Нараду, апсары застыдились, поспешили к берегу и прикрыли свою наготу одеждой, а гордые и хмельные сыновья Куберы продолжали веселиться и не оказали должного почтения божественному риши. И тогда Нарада разгневался на сыновей Куберы и промолвил: «О Налакубара и Манигрива, вы кичитесь своим богатством и бесстыдно нарушаете обычай почитания старших. А посему быть вам отныне существами, которым не нужно ни движение, ни одежда». Так по проклятию Нарады гордые сыновья Куберы обратились в неподвижные деревья. Но, уходя, Нарада сказал им, что, если через много сотен лет сын Васудевы, потомка доблестного Яду, их чем-нибудь коснется, они снова станут прекрасными сыновьями Куберы и вернутся в небесное царство. Много сотен лет простояли неподвижно рядом Арджуна и Ямала, и нагота их теперь уже никого не смущала. Они все помнили, что было с ними раньше, но не могли одолеть проклятия Нарады. Им оставалось только дожидаться, когда наконец отпрыск Васудевы вернет им прежний облик. Красивые, стройные деревья, стоявшие рядом, как близнецы-братья, привлекли к себе взор Кришны, привязанного к ступе, и ему захотелось разглядеть их получше. И тогда оп вместе со ступой направился в дворцовый двор к Арджуне и Ямале. С каждым шагом веревка, которой Кришна был привязан к ступе, ослабевала, и вскоре царевич уже легко бежал к деревьям, волоча за собой большую и тяжелую ступу. Когда Кришна проходил между Арджуной и Ямалой, ступа между ними застряла, и царевичу пришлось с силой потянуть веревку. И рывок оказался настолько сильным, что ступа с корнем вырвала деревья, и раздался такой грохот, как будто небеса разверзлись и обрушили на землю могучие дождевые потоки. И тотчас перед Кришной появились два блистающих неземной красотой мужа. Они склонили головы перед сыном Яшоды, радостно и почтительно поблагодарили его за чудесное избавление от проклятия и удалились в небесные пределы. То были Арджуна и Ямала, снова ставшие Налакубарой и Манигривой. После их ухода царевич поставил ступу на днище, снова привязал себя к ней веревкой и стал кротко дожидаться прощения Яшоды…

Несмотря на обилие символических образов, дающих возможность для самых разных трактовок, сложно не заметить здесь момент: “деревьев, вырванных из земли с корнем”, “с грохотом, разверзшихся небес”, “потоков воды, обрушившихся с неба”, и “ухода душ в небесные пределы”, что вообще-то, говорит нам о их смерти, а точнее – убийстве. И всё это, ни где-нибудь, а в непосредственной связи с образом Ступы, предположительно – “камня”. Конечно, если образ ребёнка привязанного к Ступе трактовать отдельно, то первое, что приходит в голову, это символ воплощения в тело. Но здесь, Кришна, и так описывается, как ребёнок рождённый женщиной. Так что, идея воплощения в тело, и так очевидна. То, что “деревьев” – именно два, два заколдованных сына Куберы, также напоминает двух братьев-демонов, Хираньякши и Хираньякашипу. Как и двух великанов, братьев-Аладов, о которых мы поговорим позже. Полагаю, что этот принцип, принцип двойственности, имеет отношение не к древним “людям-деревьям”, а опять-таки, к “камню”, ставшему их судьбой, их роком. Обычное для мифов искажение.

Египетский Анх

Также, образом, имеющим в себе признаки двудонного кубка, я считаю египетский Анх, известнейший символ. Приглядись. Если поперечная перекладина, это просто перекладина, то зачем она расширяется к концам? В качестве иероглифа, Анх трактуют, как слово – жизнь. В качестве предмета-символа – примерно так же. Причём, как водится, достаточно туманно и неопределённо. Он изображается отдельно, как что-то очень важное, он изображается в руках богов. Конечно, для уверенного суждения не хватает подробностей, но в общем, всё, как кажется, о том же.

Ваджра

К этому же ряду образов, я отношу образ Ваджры. Одна только история о её создании, уже говорит нам всё.

…Согласно писаниям, некий асур Вритра изгнал Индру из Дэвалоки. Вритра обладал определёнными сиддхами и не мог быть убит никаким оружием, которое существовало на земле. Поэтому Индра не мог его победить и, в свою очередь, обратился за помощью к Шиве, однако и Махадэв не смог ничем помочь Индре: Вритра был практически бессмертным. Тогда Индра обратился к Вишну, прося помощи в борьбе с асуром Вритрой. Вишну, в свою очередь, сказал, что Вритру нельзя победить ни одним земным оружием, однако если сделать оружие из алмазных костей мудреца Дадхичи, то Вритру можно будет одолеть.

Индра отправился просить помощи у Дадхичи, который проявил невероятное сострадание, согласившись пожертвовать своим телом ради победы над асуром Вритрой. Перед тем как покинуть физическое тело, Дадхичи пожелал совершить паломничество по святым местам, и Индра направил все священные реки в одну местность, чтобы Дадхичи не тратил время на паломничество. После чего Дадхичи покинул физическое тело, и из его костей дэвы создали уникальное в своём роде оружие – Ваджру, которым и удалось обезглавить асура Вритру…

Асур Вритра, как образ, всё того же, непобедимого и неуязвимого Хираньякашипу. Изгнание Великого Индры с небес – вновь, знакомый символ, окутавшего, захватившего всё. Удар метеорита о землю, взрыв, как отдача себя, принесение себя в жертву, ради важнейшего дела. Даже, путь “камня” с далёких звёзд Ориона к Земле, вполне можно считать паломничеством. Образ Ваджры описывается, то как нечто, обладающее прочностью алмаза, то как пучок молний, как оружие богов, и возникает во множестве культур. Не только, в руках богов Индии и Тибета, но и, в руках Зевса-Юпитера, Средиземноморья, а также, в руках Великого, шумеро-аккадского Бога, Мардука, победителя страшной Тиамат. Образ Ваджры, вновь говорит нам о двусторонности, двуполюсности, “сокровища мира” и “сосуда ненависти”. А главное, о некой неуловимой сути, что опознаётся, определяется, как что-то, находящееся между этих двух крайностей, относительно них.

Птица о двух головах

Полагаю, что символом, всё того же “камня”, является и, хорошо нам знакомый, образ двухголовой птицы. Он, достаточно ясен, – ”птица”, “полёт”, “двойственность”. Образ этот, прошёл в истории большой путь, от цивилизаций Междуречья до современной России. Здесь же, имеет смысл упомянуть “орла со змеем” “птицу со змеем”. Образ распространённый, имеющий много параллелей, вплоть, до образа Георгия Победоносца. Самыми известными примерами, являются – ацтекский, “орёл со змеем в лапах”, и Гаруда, важный образ мифологии Индии и Тибета. Гаруда является “ваханом”, символом, спутником и транспортным средством, великого Бога Вишну. Тибетский облик Гаруды, кажется мне, наиболее соответствующим теме “камня”. В своих лапах и клюве, он держит длинного змея, “червя”. Думаю, что взаимоотношения “камня” и “червя”, прояснять, уже не нужно. Мы можем вспомнить, и других легендарных птиц. Птиц Симург и Рух, оставшихся арабскому востоку от предыдущих цивилизаций. Можем вспомнить сказочных птиц древней Руси. Птицу Сирин, птицу Гамаюн, птицу Алконост. Хотя, особых оснований для того, чтобы связывать эти образы с образом “камня”, я пока не нахожу.

Скрижали Завета

Двойственность, присутствующая во многих образах “камня”, заставляет нас вспомнить о Скрижалях Завета. Вот, что говорится в конце 31 главы книги “исхода” Ветхого Завета:

…и когда [Бог] перестал говорить с Моисеем на горе Синае, дал ему две скрижали откровения, скрижали каменные, на которых написано было перстом Божиим…

Насколько вероятно, что Всевышний Господь, дал людям свои заповеди, написанными на двух каменных плитах? Причём людям, которые, судя по их же истории, изложенной в “исходе”, давно уже знали, что убийство, ложь, кража – это грех. Да и, на каком языке, должны были быть написаны эти заповеди? Дальнейшая история ясно указывает нам на то, что со скрижалями всё очень непросто.

…и обратился и сошел Моисей с горы; в руке его были две скрижали откровения [каменные], на которых написано было с обеих сторон: и на той и на другой стороне написано было;

скрижали были дело Божие, и письмена, начертанные на скрижалях, были письмена Божии.

И услышал Иисус голос народа шумящего и сказал Моисею: военный крик в стане.

Но [Моисей] сказал: это не крик побеждающих и не вопль поражаемых; я слышу голос поющих.

Когда же он приблизился к стану и увидел тельца и пляски, тогда он воспламенился гневом и бросил из рук своих скрижали и разбил их под горою;

и взял тельца, которого они сделали, и сжег его в огне, и стер в прах, и рассыпал по воде, и дал ее пить сынам Израилевым.

И сказал Моисей Аарону: что сделал тебе народ сей, что ты ввел его в грех великий?…

Что может символизировать столь радикальный образ? Моисей, в гневе, разбивает Скрижали, данные ему Всевышним. Возможно ли, понимать это прямо? Или это, вставленный сюда в драматических целях, отголосок образа, рассказывавшего о приходе “камня”? О частице, что откололась от основного тела? Что символизируют нам: Гефест, ставший хромым после того, как мать-Гера сбросила его с Олимпа, Тор, которому так и не смогли вынуть из его лба осколок палицы Грунгнира, и Медуза, единственная смертная, из трёх сестёр Горгон, у которой Персей, отнимет её голову. О Персее и Медузе Горгоне, мы ещё поговорим. Так или иначе, в этом эпизоде, в эпизоде создания людьми Моисея “Золотого Тельца”, и поклонения ему, в разбитии Моисеем первых Скрижалей, и в массовом убиении, соблазнившихся старой верой грешников, кроется многое.

Мы рассмотрим этот важный момент в следующей книге, когда будем прояснять историю спасения человечества от зла, в которое погрузили его, соблазнившиеся тьмой, жители Атлантиды. Пока же, вспомним, что Скрижали были созданы заново.

…и сказал Господь Моисею: вытеши себе две скрижали каменные, подобные прежним, [и взойди ко Мне на гору,] и Я напишу на сих скрижалях слова, какие были на прежних скрижалях, которые ты разбил;

и будь готов к утру, и взойди утром на гору Синай, и предстань предо Мною там на вершине горы;

но никто не должен восходить с тобою, и никто не должен показываться на всей горе; даже скот, мелкий и крупный, не должен пастись близ горы сей.

И вытесал Моисей две скрижали каменные, подобные прежним, и, встав рано поутру, взошел на гору Синай, как повелел ему Господь; и взял в руки свои две скрижали каменные.

И сошел Господь в облаке, и остановился там близ него, и провозгласил имя Иеговы…

Несмотря на то, что теперь, Скрижали предстают перед нами как нечто, созданное руками человека, они явно, не являются просто предметом. Вокруг них, в связи с ними, в описаниях Ветхого Завета, происходит много чудесного, причём, как благого, так и не очень.

…И пробыл там [Моисей] у Господа сорок дней и сорок ночей, хлеба не ел и воды не пил; и написал [Моисей] на скрижалях слова завета, десятословие.

Когда сходил Моисей с горы Синая, и две скрижали откровения были в руке у Моисея при сошествии его с горы, то Моисей не знал, что лице его стало сиять лучами оттого, что Бог говорил с ним.

И увидел Моисея Аарон и все сыны Израилевы, и вот, лице его сияет, и боялись подойти к нему.

И призвал их Моисей, и пришли к нему Аарон и все начальники общества, и разговаривал Моисей с ними.

После сего приблизились [к нему] все сыны Израилевы, и он заповедал им все, что говорил ему Господь на горе Синае.

И когда Моисей перестал разговаривать с ними, то положил на лице свое покрывало.

Когда же входил Моисей пред лице Господа, чтобы говорить с Ним, тогда снимал покрывало, доколе не выходил; а выйдя пересказывал сынам Израилевым все, что заповедано было [ему от Господа].

И видели сыны Израилевы, что сияет лице Моисеево, и Моисей опять полагал покрывало на лице свое, доколе не входил говорить с Ним…

Хотя, точнее, дальнейшие чудеса, и благие и пугающие, будут происходить, уже вокруг Ковчега Завета. Ковчег будет сделан, по указаниям самого Бога, для того, чтобы хранить Скрижали. По преданию, туда же будут положены осколки первых, разбитых Моисеем Скрижалей.