Другой Мир. Зеркало Темновита

– Не знаю, голова сильно болит, – ответил Триян на чужом языке, но теперь для него он звучал так, будто он говорил на нём с самого детства. «Не благодари», – послышался шипящий голос в голове, сопровождаемый свойственным ему потрескиванием.

– Зачем ты это сделал? Зачем? Кто тебя просил? Ты не понимаешь! Это всё моя вина, моя! Мне нет места на этой земле, моё место в аду, за всё что я совершил. Я не хотел этого! Ты мне веришь?! – мужчина схватил Трияна за рубаху. – Так ты веришь или нет? Лучше бы я умер тогда. Я ничего этого никогда не хотел! – повторил он.

– Верю, – совершенно не понимая о чём идёт речь, ответил Триян и убрал руку незнакомца от своей груди.

– Не нужно было тебе резать верёвку! Не нужно! Как мне теперь с этим жить? – глаза молодого человека наполнились грустью и сожалением.

– В следующий раз я не буду брать с собой меч, – сказал Триян, по-доброму, пытаясь немного пошутить и снять напряжение в беседе. Хотя шутка получилась так себе, но это сработало.

– В следующий раз? – переспросил мужчина и на его лице появилась тень улыбки.

На дороге послышался стук копыт и чьи-то голоса. Триян стянул с шеи молодого человека петлю с обрезанным лохматым концом верёвки и выкинул её подальше на ковёр из бордовых листьев.

– Надеюсь тебе это больше не понадобится, – сказал он, встал и, протянув руку помог мужчине подняться с земли.

Топот копыт становился всё громче за спиной, Триян обернулся. К ним подъезжали три всадника на лошадях. Один из них держал чёрного коня на привязи, того самого, что повстречался Трияну на дороге. На поясах у людей висели мечи в ножнах. У последнего всадника за спиной был лук со стрелами. Увидев меч в руке Трияна, один из них лихо спрыгнул с коня и достал оружие.

– Отойди от него, холоп! А то сейчас порублю! – крикнул он, обращаясь к нему.

Триян сделал медленный шаг назад и вложил меч в обе руки, решив, что лучше будет не поднимать его вверх.

– Спокойно! Он со мной. Меня скинул конь, испугавшись большого дикого кабана, а этот добрый человек мне помог. Уберите оружие, – повелительным тоном сказал незнакомец.

Всадник убрал меч и так же лихо запрыгнул обратно в седло, как и слез с него.

– Отец Ваш отправил нас найти Вас, господин Яволод. Сказал в лес Вы поехали на прогулку. Мы Вашего коня увидели одного на дороге, уж было испугались, не случилось ли чего.

– Всё в порядке. Езжайте обратно в город, коня моего тоже заберите, мы дойдём пешком. К обеду думаю успеем. Скажите отцу, сегодня у нас будет гость.

– Ясно, ваше высочество. Сейчас же отправляемся обратно в Ладогожъ. – Мужчина громко свистнул и всадники, развернув лошадей, трусцой поскакали из леса, вместе с чёрным конём на привязи.

– Как ты уже наверное понял, меня зовут Яволод. А твоё имя?

– Триян.

– Необычное имя для этих мест. Пойдем, здесь уже более нечего делать, – сказал Яволод и они направились вслед за всадниками.

В небольших лужах, на широкой протоптанной дороге, полной ухабами, отражалось серебристое небо. Ветер нагнал тучи и затянул его серой пеленой. Не осталось и следа от утреннего разнообразия ярких красок. Деревья, которые ещё недавно горели золотом, стали теперь какими-то блёклыми и унылыми. Судя по всему, скоро должен был начаться дождь. Триян и Яволод шли молча. Один всё ещё пребывал в недоумении от места, куда он попал, другой в каком-то неловком смущении от всей сложившейся ситуации. Каждый из них был погружён в свои мысли, и никто не решался начать разговор первым. «Неужели я теперь останусь здесь навсегда и это теперь мой мир, к которому надо привыкнуть и научиться жить по его непонятным законам», – эта мысль не давала покоя Трияну. Он никак не мог принять всё случившееся с ним. Триян безрезультатно пытался получить ответы от сущности, но она молчала. Ещё недавно он был там, на крыше своего дома, а теперь здесь, совсем один в чуждом ему месте. Хотя к одиночеству Триян уже давно привык, но сейчас оно чувствовалось совершенно иначе, намного глубже.

– Твой акцент выдаёт в тебе чужака. Откуда ты родом? – нарушив неловкую тишину, спросил Яволод.

– Я не помню, – Трияну ничего лучше не пришло на ум.

Яволод вопросительно посмотрел на него.

– Я хотел сказать, что вообще ничего не помню, ни как попал в лес, ни откуда я, ни кто я такой, вообще ничего, – сказал Триян, – только своё имя помню.

– Похоже ты ударился головой или тебя ударили. Возможно разбойники напали на тебя?

– Ничего не помню, – стоял на своём Триян.

– На этом тракте иногда такое бывает. Грабят купцов, везущих товар в Ладогожъ на продажу. Поэтому голова у тебя тогда и болела, когда ты смотрел на меня пустыми глазами, а потом схватился за лоб. Да, это всё объясняет! – собрав все необъяснимые элементы в понятную логическую цепочку событий, немного воодушевлённо сказал Яволод.

– Возможно и так, – сухо ответил Триян.

– Значит вот что мы скажем, когда прибудем в город: ты купец родом из Нюрберии, страны на севере. Эти люди здесь очень редкие гости, тем более сейчас, когда приближается полномасштабная война с Траумэ. Они сторонятся всего этого и держат нейтралитет, впрочем как и весь север. Это объяснит твой странный акцент. Скажешь ты вёз ткани и одежду из Ильме́тии, тебя ограбили на тракте и забрали товар. Главное, не упоминай ничего про то, как и где ты меня нашёл. Ты всё запомнил?

– Да. Именно так всё и скажу, – Триян кивнул головой и немного улыбнулся, ему понравилась его новая легенда. Это было многим лучше, чем говорить всем, что он ничего не помнит.

– Хоть тебе и не надо было этого делать, но я так и не поблагодарил за то, что ты спас мне жизнь.

– Видимо судьба, раз я оказался рядом. Значит тебе ещё рано на тот свет.

Яволод задумчиво взглянул на Трияна.

Лес закончился и дорога начала плавно изгибаясь уходить по полю в даль, к городу, окружённому крепостными стенами и башнями с конусообразными крышами, покрытыми бурой черепицей. Теперь, при свете дня, замок выглядел намного величественнее, чем запомнился Трияну прошлой ночью. Приближаясь к городу, он разглядывал каменные стены с зубьями бойниц. Они поднимались над землёй метров на двадцать, не меньше. Через защитный ров с водой был перекинут большой деревянный мост с перилами, позади которого распахнулись огромные двухстворчатые ворота, сбитые из широких дубовых досок, усиленные почерневшими железными пластинами в нескольких местах. Толстые цепи крепились к мосту и уходили в отверстия на стене выше. Над входом в город развевались красно-зелёные знамёна с гербом княжества, на котором были изображены медведь и дуб. Миновав поле, Триян и Яволод зашли на мост. Им навстречу попались лошади, запряжённые полными обозами. Купцы вывозили из города приобретённый товар. У ворот стояли стражники. Они были одеты в длинные кольчуги, почти до колен, и высокие сапоги. На их головах блестели начищенные шело́мы17. На поясе у каждого имелся длинный двуручный меч. Рядом, у стены были прислонены их щиты и копья. Один из стражников уже хотел остановить Трияна, но увидел Яволода среди людей, идущих рядом с повозками купцов. Тот жестом показал ему, что Триян вместе с ним и они оба беспрепятственно прошли за стены города, оказавшись на большой площади. На ней раскинулось много прилавков с разнообразным товаром, начиная от пряностей и заканчивая оружием. Везде сновал народ, где-то слышалась музыка и песни уличных музыкантов. За площадью располагались длинные двухэтажные деревянные дома с большими окнами и соломенными крышами. Между ними проглядывались узкие, вымощенные гладкими булыжниками улочки.

– Добро пожаловать в Ладогожъ – лучший город в Кореолии, – сказал Яволод, – как же я люблю её!

Триян промолчал, но его глаза выдавали удивление и искренний восторг.

– Поверь мне на слово, тебе здесь понравится. Идём за мной, не отставай! На этих улицах очень легко заблудиться, – Яволод ускорил шаг.

Триян поспешил за ним, стараясь не потерять Яволода из виду, но в тоже время, не упуская возможности рассмотреть всё вокруг: людей, их одежду и жесты, каменные здания и разного рода строения из дерева, попадающиеся по пути, закоулки и таверны, даже неровно уложенные камни под ногами, о которые он то и дело спотыкался. Через какое-то время Триян с Яволодом вышли на дворцовую площадь, где перед ними предстал и сам княжеский дворец, окружённый ещё одной каменной стеной со смотровыми башнями. На дворцовой площади тоже расположились разного рода торговцы и ремесленники. У входа, что находился рядом с одной из башен, стояла вооружённая стража. «Нам сюда», – сказал Яволод.

***

Начался дождь. Торговцы спешно закрывали свой товар и прятались под разноцветными навесами установленных на площади шатров. Небо стало смурным и затянулось плотным покровом туч. На улицах города стемнело, но не так, как это бывает при приближении ночи: всё вокруг приобрело оттенки мягкого, обволакивающего тёмно-серого цвета. То и дело порывы ветра сдували капли воды в сторону, заставляя их барабанить о подоконник. Триян стоял у открытого окна, рассматривая город сверху из комнаты, которую ему выделил Яволод. Она находилась практически под самым куполом одной из смотровых башен на территории дворца. Выше неё располагался только пост дозорных, шаги которых Триян иногда слышал у себя над головой. Князь, его семья, приближённые вельможи и слуги жили в основном здании, что находилось в центре комплекса и соединялось с башнями надземными коридорами. Комната была небольшой, без излишеств, но уютной. Располагала кроватью, шкафом с книгами и отдельной ванной комнатой, если её таковой можно было назвать: за простенком стоял лишь большой металлической чан с холодной водой.

Раздался стук в дверь. Не дождавшись ответа, Яволод зашёл внутрь.

– Ну как, одежда в пору? – спросил он.

Триян посмотрел на свои новые чёрные штаны и короткий, распашной кафтан, одетый поверх льняной рубахи с орнаментом на вороте. Больше всего ему нравились новые не стоптанные сапоги, прежние уже успели оставить мозоли на его ногах. В целом Трияну было тепло и комфортно в новой одежде, хотя не оставляло ощущение, что выглядел он немного несуразно, но видимо здесь было принято так одеваться.

– Всё подошло. Благодарю тебя, – ответил Триян.

– Тогда идём, нас уже ждут!

Они с Яволодом вышли из комнаты, спустились по каменной винтовой лестнице вниз, далее прошли по длинному коридору, потом снова поднялись по другой лестнице и оказались в овальной комнате, в центре которой стоял большой стол. Во главе него сидел князь Васлав. Князь был высокого роста и крепкого телосложения. Его лицо выглядело немного сурово и неприветливо. Из-под высокого выступающего вперёд лба он смотрел на вошедших, поглаживая длинную чёрную бороду с прожилками седых волос. Напротив него сидела княгиня, она была напротив хрупкой женщиной невысокого роста и выглядела моложе князя. Её серые глаза очень напоминали глаза Яволода. С каждой стороны стола стояло по деревянному стулу с резной спинкой и подлокотниками, видимо приготовленные для Яволода и Трияна.

«Прошу, садитесь!» – князь указал жестом на стулья. Яволод и Триян послушно заняли предназначенные им места. Стол был слишком большой для четверых человек, если бы захотелось что-то взять с другого конца стола, то пришлось бы встать и сделать несколько шагов. Но для этого рядом дежурили придворные слуги. Они учтиво налили вино в медные кубки, с выгравированными на них узорами, когда Триян и Яволод сели за стол. На нём было полно еды: гусиное мясо, яйца перепела, свиные рульки, мягкий и ароматный хлеб, различные овощи и фрукты, закуски на любой вкус. У Трияна разбегались глаза, он был очень голоден, но жажда его мучила гораздо больше. Когда князь поднял кубок и сделал глоток, Триян залпом осушил свой. Ему бы хотелось просто выпить обычной воды, но на столе её нигде не было.

– Я, князь Васлав, а это моя супруга, княгиня Велена.

Женщина посмотрела на Трияна и чуть кивнула головой в знак приветствия.

– С моим сыном, полагаю знакомить уже не нужно, – продолжил Васлав.

– Моё имя Триян, – он учтиво поклонился князю и княгине. Из собственных наблюдений стало давно понятно, что кланяться при обращении к князю и его семье было нормой или даже скорее необходимостью.

– Яволод рассказал мне о том, что приключилось. Будучи сам в беде, ты после нападения разбойников, нашёл в себе силы, чтобы помочь моему сыну: отогнал дикого кабана, пока княжич лежал без сознания, упав с коня. Это достойный поступок хорошего человека, – Васлав посмотрел на Трияна, – а с участившимися в последнее время грабежами купцов я вскоре разберусь. Это плохо сказывается на торговле. – Теперь ты добрый гость нашего дома, – князь приступил к трапезе.

Все за столом последовали его примеру. Триян держал себя в руках, голод уговаривал его наброситься на еду, но он ел размеренно, равняясь на остальных присутствующих.

– Откуда путь держал в это злополучное утро? – спустя какое-то время спросил князь Васлав.

– Вёз одежду и ткани из Ильметии на продажу, Ваше величество, сюда в Ладогожъ. Родом я из Нюрберии, но давно уже не живу в тех краях, – сказал Триян и украдкой кинул взгляд на Яволода. Тот еле заметно подмигнул ему одним глазом и улыбнулся.

– Один, без сопровождения вёз товар что ли? – Васлав с подозрением посмотрел на Трияна.

– Да. Не хотелось делиться выручкой с кем-то ещё, – выкрутился он.

– Отчаянно, однако, путешествовать в одиночку, – князь отпил ещё вина из медного кубка. – С севера значит родом. Давно здесь никого не видел из ваших мест, особенно после того, как принц Варсис начал навязывать нам войну. Отец его, Абевальд, был мудрым человеком. Большими трудами далось всем это перемирие. И вот, спустя каких-то семь лет снова нависла тень грядущей войны. Если бы не эта тяжёлая болезнь, что сломила Абевальда, возможно всё было бы иначе. Но он сам теперь уже не в состоянии принимать решения. Боюсь предположить, куда всё это нас заведёт, если Абевальд умрёт и Варсис взойдёт на престол Траумэ. Его руки уже по локоть в крови. Гореть ему в аду! – рассержено сказал князь Васлав.

Княгиня Велена посмотрела на мужа, но поймав его строгий взгляд, быстро отвела глаза в сторону.

– Триян, а ты что думаешь по этому поводу? Я, конечно, понимаю, что король Нюрберии не хочет во всё это лезть, ему хватает проблем с дарийцами. Раз ты сейчас живешь в Ильметии, хотелось бы послушать твоё мнение на этот счёт.

– Я думаю, что… – Триян покашлял и посмотрел на Яволода глазами утопающего человека, который ищет спасения. Он понятия не имел о чём идёт речь.

– Отец, давай сегодня не будем о политике и войне, оставим эту тему для следующего раза. Я бы хотел поделиться с вами всеми песней собственного сочинения, – сказал Яволод, уводя разговор в сторону, – мою до́лну18, да побыстрее! – он повернулся к одной из служанок.

Девушка семенящей походкой удалилась и, вскоре вернувшись с музыкальным инструментом, с поклоном подала его в руки Яволоду.

– Ну ради такого, можно и потом, – сказал князь и повернулся к сыну.

Триян выдохнул с облегчением.

Зазвучала красивая медленная мелодия, полная минорных нот, за ней последовала песня, слова которой наполнили комнату грустью и тоской. Хотя Яволод шутил и улыбался за обедом, Триян прекрасно понимал какое на самом деле состояние души у молодого человека, которого он вытащил из петли. Он не знал причину, побудившую Яволода сделать такой шаг, но уже успел по-настоящему проникнуться состраданием к нему.

– Грустная история в твоей песне, но всё равно мне понравилось, – сказал князь Васлав, когда Яволод выдал последний аккорд и отдал инструмент служанке.

– Мне тоже очень понравилось, – согласился с ним Триян.

Княгиня Велена молча смотрела на сына, глаза её немного блестели.

– А теперь я хочу показать дворец нашему гостю, да и пора мне уже идти, – Яволод встал из-за стола.

– Действительно пора, скоро уже стемнеет, – с грустью в голосе сказал Васлав и посмотрел на Велену.

– Идём же! Что ты расселся! – обратился Яволод к Трияну. Тот встал, поблагодарил князя и княгиню за тёплый приём и вышел из комнаты вслед за молодым княжичем.

***

Яволод слегка захмелел, он выпил достаточно много вина за обедом и теперь шёл чуть неуверенной, но всё же быстрой походкой. Они с Трияном миновали несколько коридоров и лестничных пролётов, дошли до самой дальней башни, спустились на её нижний уровень и оказались у двери. Она была заперта. Яволод встал на цыпочки и, пошарив рукой над верхним дверным косяком, извлёк откуда-то ключ. Им он открыл дверь и зашёл в помещении, где располагался какой-то склад старой военной амуниции и разного другого хлама. Всё было покрыто пылью и паутиной. Сюда, по-видимому, уже никто давно не заходил.

– Ты же собирался показать мне город. Куда мы так спешим и, вообще, что это за место? – наконец спросил Триян, до этого следовавший за Яволодом, не задавая ни единого вопроса.

– Я всё объясню чуть позже, мне понадобится твоя помощь. Ты ведь не откажешь?

– Ну раз надо помочь – хорошо помогу. А что именно от меня требуется?

– Потом, всё потом. Надо спешить, уже темнеет.

– Не думал, что ты боишься темноты, – сказал Триян.

– Не самой темноты, а этого времени, особенно сегодня, – Яволод зажёг факел на стене и начал разгребать руками пыльные тюки, проржавевшие металлические панцири и шлемы, что лежали на полу. Под ними оказался люк. Когда он со скрипом открыл его квадратную деревянную крышку, комнату наполнил запах нечистот.

– Это что, канализация? – Триян сморщил лицо.

– Скорее всего, в древности здесь была некая система акведуков или чего-то ещё, а сейчас сюда стекает всё дерьмо из города и попадает в подземную реку, которая уносит его подальше, за стены замка. Про неё всем известно, но никто не догадывается об этом входе и тем более о том, что под городом имеется разветвлённая сеть тоннелей. Туда мы и направляемся, но сапоги, конечно, придётся немного запачкать, – Яволод взял факел и начал спускаться по лестнице.

Триян немного постоял, тяжело вздохнул и тоже направился следом. Деваться было некуда, ведь он уже пообещал помочь.

– Закрой за собой крышку, – крикнул Яволод откуда-то снизу.

Они оказались в помещении с достаточно высоким потолком. С четырёх сторон были ржавые решётки, через которые лилась зловонная жидкость и уходила слабым потоком дальше в темноту. Света от факела было недостаточно, чтобы увидеть куда именно. Яволод подошёл к одной из них и, навалившись, со скрипом открыл её. «Следуй за мной», – сказал он, наклонился и исчез в маленьком проходе. «Зачем я согласился идти с ним», – подумал Триян, но отказываться от своих слов не собирался.

Пройдя в полусогнутом положении через куполообразный подземный ход, выстою не больше метра, чуть ли не по колено в зловонных водах, они оказались возле маленькой двери прямо в стене. «Нам сюда», – открыв её, Яволод нырнул внутрь. Триян, всё больше сомневаясь в правильности своего решения, тоже забрался в этот лаз. Благо он лишь проходил через стену и не пришлось никуда ползти.

– Вот здесь начинаются тоннели, про которые я тебе говорил, – Яволод провёл огнём факела в темноте.

– Я всё равно не понимаю. Зачем мы здесь? – задал вопрос Триян, но Яволод с факелом, будто не услышав его, уже удалялся по каменному коридору с низким, давящим потолком. Они находились где-то глубоко под землёй. По тоннелю чуть сквозил воздух, иногда колыхая пламя факела, но его едва хватало, чтобы комфортно дышать. Здесь было сыро и душно. Следуя узкими каменными коридорами, Яволод поворачивал то налево, то направо, пока они не оказались в небольшой комнате, соединяющей два тоннеля между собой. Яволод поднёс факел к стене и поджег им ещё два, которые были вставлены в железную скобу, забитую в камень. Стало достаточно светло. По другую сторону комнаты находилась дверь, сделанная из толстых железных прутьев, толщиной в два пальца каждый, а за ней ещё одна небольшая комната, стены которой были покрыты плесенью. Яволод с трудом открыл решётку. Громкий металлический скрежет эхом пронёсся по тоннелям. Дверные петли уже довольно сильно проржавели.

– Закрой меня на засовы, сам я не смогу дотянуться, – сказал он, зайдя за дверь.

Широкая металлическая пластина огибала оба засова, один находился вверху, другой внизу двери. Достать до них через решётку, находясь позади неё, было невозможно.

– Что сделать? – переспросил Триян и кинул взгляд на Яволода, как будто тот был сумасшедшим.

– Закрой, прошу! Я всё объясню, как только ты это сделаешь. Ты ведь обещал помочь.

Триян, навалившись на дверь, с грохотом захлопнул её и, заперев на оба засова, встал напротив в ожидании объяснений, скрестив руки у себя на груди.

– Я волкодлак19, – сказал Яволод тихим голосом из-за двери. Триян не знал, что значит это слово, но молча продолжил слушать.

– Год назад я очень тяжело заболел, жизненные силы начали покидать меня. Каждый день, я всё больше угасал на глазах своих родителей. Ни один лекарь не мог мне помочь. Единственный сын, наследник, будущий правитель этого княжества – отец не стал с этим мириться. Он обратился за помощью к одному колдуну, заплатив ему много золота. Тот сказал, что уже слишком поздно что-то исправить и единственный способ меня спасти – это наложить проклятие. Чёртов колдун воззвал к тёмной нави, провёл обряд чёрной ворожбы и сделал меня тем, кто я есть теперь: чудовищем в человеческом обличии. Зверь питает меня своей силой. Если снять проклятие, я умру. Понимаешь, я так больше не могу! Какие бы попытки я не предпринимал, как бы далеко не уходил в лес, какими бы толстыми верёвками я не привязывал себя к дереву, зверь всегда берёт надо мною верх. И когда утром я прихожу в себя, я вижу кровь невинных людей на своих руках, я чувствую её железный привкус у себя в горле. Перед глазами встаёт их смерть и боль, их лица, полные страха и отчаяния. Они потом преследуют меня. Я проклят! И так жить я больше не могу!

– Ты хочешь сказать, я тебя запер здесь, потому что ты вскоре превращаешься в это существо? Ночью? – Триян подошёл вплотную к решётке.

Яволод сидел на полу, в углу комнаты. Его лицо тускло освещалось светом от факелов на противоположной стене.

– Да. Вчера было полнолуние. Обращение происходит при полной луне и в две следующие ночи. Это время самое тяжёлое, я не могу себя контролировать. Иногда, в другие дни зверь пытается завладеть мною, но я научился подавлять это в себе, а в эти три ночи каждого месяца я совершенно бессилен, чудовище внутри становится неудержимым. Не знаю связано ли как-то моё проклятие с самой луной или с чем-то ещё, но это уже не так важно. Вчера ночью, в посёлке дровосеков, что возле леса, я впервые напал на ребёнка: маленькую девочку, ей было лет шесть, не больше. Невинную душу загубил, её родителей тоже лишил жизни, гореть мне за это в аду! Я как будто бы заперт внутри, не могу ни пошевелиться, ни закричать – только слышу его рык и вижу, как зверь разрывает людей на части.

У Трияна перед глазами снова встала ужасная картина, что он на рассвете увидел в деревне. «Так значит вот что там произошло, теперь всё стало на свои места», – подумал он и отошёл от решётки подальше.

– Тоннели и это место я совсем недавно нашёл, совершенно случайно. Мне очень жаль, что я не успел ими воспользоваться вчера, – Яволод вдруг застонал. – Начинается. Уходи, Триян! Не хочу, чтобы ты видел меня таким. Если ты завтра вернёшься за мной, значит так тому и быть, если же нет – судьба моя сдохнуть в этой клетке, как и подобает зверю. И я уже готов её принять. Я не буду тебя винить, если ты не придёшь сюда, чтобы открыть эту дверь. Я заслужил это.

– Я вернусь завтра, с восходом солнца, – сказал Триян и направился к выходу в тоннель, по которому они пришли, переваривая услышанное.

– Там в углу лежат несколько приготовленных факелов и огниво. Завёрнуты в ткань, – прохрипел Яволод уже грубым, непохожим на свой прежний, голосом.

Триян наклонился, поднял огниво и один из факелов, который потом засунул себе за пояс.

– Увидимся утром, Яволод! – сказал он и вытащил горящий факел из скобы на стене.

Пройдя немного по тоннелю, он остановился и обернулся от того, что услышал жуткие звуки. Позади, где тускло горел оранжевый свет пламени, послышалось чьё-то рычание, потом раздались душераздирающие крики Яволода, которые со временем превратились в волчий вой. Начала громыхать железная дверь, яростно стучала об засовы. Яростный рык, клацанье зубов и скрежет когтей о железные прутья разносились эхом по пустым тёмным тоннелям. «Чёрт, а если он выломает эту решётку?» – подумал Триян и ускорил свой шаг.

Он ушёл уже далеко от комнаты, где запер Яволода, а лаза в стене, что вёл к канализационным стокам всё не было. Повсюду стояла тишина. Иногда лишь капли воды, падающие с потолка, громко шлёпались на каменный пол где-то рядом в темноте. «Похоже надо было свернуть направо, а не налево на прошлом пересечении. Не хватало ещё здесь заблудиться», – подумал Триян, развернулся и пошёл в обратном направлении. Вдруг за его спиной, в дали раздался хруст и послышались шаги. Потом появился гул, как будто бы ветер завывал где-то в щелях стен. Через мгновение он резко стих и глубокий, очень протяжный шелестящий выдох эхом отразился от каменных сводов тёмного коридора. «Для меня уже достаточно приключений за один день», – Триян, не останавливаясь и не оборачиваясь, поторопился уйти прочь. В этот раз он свернул в нужном направлении и вскоре добрался до лестницы в комнату со старой амуницией и другой рухлядью. Факел в его руках уже практически догорел. Затушив остатки пламени в зловонной воде, Триян поднялся по ступеням наверх.