Как стать ведьмой

Все всегда зависит от точки зрения. Я смотрела как мой лучший друг и мой жених привязывают меня к стулу и радовалась. Я чувствовала ярость, скрытую маской доброжелательности, и наслаждалась этим.

И еще я очень надеялась, что они наконец заметят нож, спрятанный в моем рукаве. Потому что я конечно постараюсь не пускать его в ход., очень постараюсь… Но обещать не стану.

Глава 1

Есть у меня теория, что если много людей во что-то верит, то это и есть. Верят люди в рай, вот он и появился, верят в правду, вот и она.

Уверена, что где-то уже отстраивают Хогвартс.

Наверное, и писатели-фантасты создают миры на самом деле. А иначе как объяснить тот факт, что я, сугубо городская жительница, иду по таинственному лесу, непонятно как оказавшемуся вокруг меня.

Есть логичное предложение- я просто свихнулась и все это мне мерещится. Или кто-то подкинул мне в стакан с латте какую-то химию.

Проблема, что с этим делать. Я посидела на лесной подстилке, наблюдая за муравьями, поморгала, попыталась залезть на дерево. Моргание не помогло, дерево оказалось неприступным.

Потом я услышала голоса и побежала на звук. Не сидеть же тут до посинения. Даже если мне все это кажется, лучше сходить с ума под присмотром.

Людей я нашла быстро, к счастью. Заблудиться в лесу для меня проще простого, я вполне могу потеряться и в центре города и в торговом центре.

Я вышла на берег реки. С другой стороны голоса хорошо были слышны, потому что людей было немало.

Там топили человека.

Серьезно, его сначала привязали к камню, или камень к нему? Потом подвели по мостику к краю.

– Я ни в чем не виноват, остановитесь, – кричал он без остановки, но всем было без разницы. Даже наоборот, в ответ кричали что-то обвиняющее и махали руками, вроде как, так и надо, топи его давай.

Я успокоилась, точно, это просто глюки, не может быть в жизни такого.

На меня кто-то обратил внимание, стали пальцем тыкать. А человек тонул. А потом я задумалась.

Конечно, глупо пытаться спасти человека, который мерещится, да и вообще.

Вот ездила я однажды на озеро с друзьями. Один выпал из лодки, другой нырнул его спасать, а там воды по грудь было. Все так смеялись потом.

В общем, я нырнула, не додумывая эту мысль, хорошо река была узкая, плыть недалеко, течение разве что сносило. Оказалось глубже, чем я думала, человек барахтался, я пыталась, снять веревку с камня, мне не удавалось.

Пока я возилась, кто-то ещё нырнул и перерезал веревку, утянув человека на поверхность. Я выдохнула.

Так и знала, что зря ввязалась. Выплыла на поверхность и доплыла до берега.

Толпа людей теперь стояла и угрюмо молчала. Вечеринка закончилась.

Я вылезла из воды. Одежда была мокрая насквозь и противно прилипла. Благо погода была жаркая. Чувствовала себя полной дурой, такой в принципе и была.

На земле лежал бездыханный человек, другой человек, высокий, с неприятным лицом стоял над ним, выжимая рукава.

Никто не пытался помочь пострадавшему, а ведь он только что был ещё жив. И возможно, мозг еще действует.

– Вы реанимировать его собираетесь? – спросила я прямо.

Ноль реакции.

Я решила, что если уж тупить, то до конца. Подошла решительно к лежащему и ударила его в грудь, потом сделала искусственное дыхание – так как я это помнила. Удары в грудь, воздух в рот. Не сразу вспомнила, что нужно закрывать нос. Удары в грудь, воздух в рот. Если ничего не выйдет я буду полной идиоткой.

Удары в грудь…

Человек начал булькать, изо рта потекла вода, я поскорее толкнула его набок, чтобы он повторно не захлебнулся.

Я бы наверно скакала от радости, если бы не звенящая тишина. Только сейчас я осознала, что все это время неприятный человек рядом что-то говорил, и даже кажется спрашивал, пока я занималась спасением утопающего.

Я подняла глаза, он пристально смотрел на меня, ожидая ответа на вопрос, который я прослушала.

Чувствуя себя как в школе перед учителем, я переспросила:

– Что, простите?

Пойдемте, – он указал мне дорогу в сторону небольших дачных домиков и, взяв на запястье, повел за собой.

–А как же он? – я ткнула пальцем в человека.

– С Димитрием Андреевичем все будет отлично, не сомневайтесь. Если его кто ещё тронет, найду и лично утоплю. Его, и его семью, – сказал он громче, для всех присутствующих. Но к лежащему, уже почти сидящему, Димитрию Андреевичу подбежал какой-то человек, подошла женщина, протягивая ему полотенце. Кажется, все налаживалось

В один из деревянных домиков мы зашли. Тесно и мрачно – потолок был низкий, запах специфический.

Неприятный человек указал мне стул, сам сел за стол, при этом он не произнес ни слова.

–Вы кто такая? – начал он разговор.

– А вы кто такой – в свою очередь спросила я, обидевшись на язвительный тон.

– Фамилия, имя, отчество, – не отреагировал на меня собеседник. Я глубоко вздохнула.

– Иванова Ксения Павловна.

– Что делали на берегу?

– Подождите, я что задержана? За что?

– Отвечать отказывается, – записывал человек что-то на лист бумаги пером, макая его в чернильницу.

Пером. В чернильницу.

– А можно позвонить? – робко спросила я, хоть и не надеялась на ответ.

Он посмотрел на меня мельком и что-то опять записал.

– Как вы воскресили Димитрия Андреевича? – очередной вопрос.

– Никак, – мне не хватало воздуха в помещении, хотелось выскочить наружу поскорее.

–Какой категории вы ведьма.

Я засмеялась, истерика рвалась наружу.

–Ведьм не бывает вообще-то, – сказала я. -А почему того человека, Димитрия Андреевича пытались утопить?

Вопрос без ответа.

– Какого вы сословия?

– А какие бывают?

– Может хватит уже? – Он бросил перо, поднялся и навис надо мной. – Вы ворожили на глазах целой деревни, применив магию высокой степени. И после этого вы смете ещё изображать тут…

Я посчитала про себя до пяти.

– Я не умею колдовать, если бы умела, давно бы наколдовала оказаться дома, подальше от вас.

Неприятный человек отошёл, раздраженно дёрнув тонким носом, ноздри раздувались как у быка.

– Но к сожалению, не умею. Более того, я вообще сомневаюсь, что кто-то умеет колдовать, потому что знаете, волшебников их как бы не бывает. Это просто суеверие, – продолжала я.

Он отошёл в угол комнаты, мне казалось, что он вот-вот накинется на меня и порвёт на клочки.

– И Димитрий… этот, Андреевич, я просто сделала искусственное дыхание. Он же захлебнулся, если человек пробыл в воде недолго, можно запустить сердце, и тогда, когда вода из лёгких выйдет, все будет норм. У вас же наверняка врач есть какой, спросите его, – я сказала все это почти скороговоркой.

Глаза из угла сверкали, но он продолжал молчать. Я уже немного паниковала, но старалась держаться.

– Просто отправьте меня домой и все.

– Где ваш дом?

Я промолчала, где мой дом я понятия не имела, но явно не здесь.

– Вас здесь нет, правда ведь? – спросила вполголоса я. – Вы мне только кажитесь?

Он проигнорировал. Совсем как настоящий.

– Итак, – и он сел на место, – какого вы сословия?

Далось ему это сословие.

С другой стороны, если предположить… только предположить, что человек пишет пером и проводит допросы в маленьком деревянном домике не просто так, – вопрос сословия стоит более чем остро.

– Дворяне, крестьяне, такие сословия – уточнила я.

–Да именно такие, – в его язвительности людей топить можно. Он мне нравился все меньше и меньше. Если такое выражение применительно к человеку, который не нравился изначально.

– Ок, в смысле, хорошо. Я не дворянка, думаю. И вряд ли крестьянка…

Что еще бывает? Священнослужители точно отдельно, инженеры тоже кажется, или нет?

– А иностранцы – это отдельное сословие?

Молчание было мне ответом.

– И из какой страны вы могли прибыть? – наконец спросил он. Перо в руки он уже не брал, сцепил пальцы и оставил руки на столе.

– А вы полицейский? – уточнила я. Он кивнул выжидательно. Полицейские – это тоже сословие, интересно?

Я огляделась. Чистый фарс, даже немного жутко.

– Знаете, если я сошла с ума, и вы мне кажитесь, лучше скажите сразу, – попросила я вполголоса. – И, если это шутка такая… не очень смешно, честно. Давайте так, я просто пойду домой, хорошо? Вы мне просто телефон дайте, я такси закажу и все, вы меня больше не увидите.

Я мысленно представила сколько будет стоить такси из такой глуши. Придется кредитку использовать. Какую кредитку, у меня и сумки нет. Где же моя сумочка-то? Там я была еще с сумкой, тут – без.

–Хорошо, – сказал он, но с места не сдвинулся, разглядывал свои пальцы. Лицо было непроницаемо.

Дверь так резко распахнулась, я даже вскрикнула от неожиданности. Вбежал тонувший, взъерошенный такой и кстати слишком молодой, чтобы называть его по отчеству.

– Что же вы Лександр Львович делаете, – заговорил он прерывающимся голосом. На носу у него были очки, и он немного напоминал Грибоедова. Просто ещё одет был соответствующе. Они все так были одеты, я просто не обратила внимание сначала.

– Светлый ангел явился мне спасением, а вы его допрашивать изволите? С вами все в порядке? – это уже ко мне

Я кивнула и улыбнулась. Глядя на него невозможно было не улыбаться, он был такой… В общем заставлял улыбаться. -А что с вашей юбкой- удивился он, разглядывая меня.

– А что с ней? – переспросила я. Технически это было платье, а не юбка. Обычное платье цвета хаки, вырез мысом и подол ниже колена. Конечно, мокрое и с грязными пятнами, но стоит ли удивляться.

Это он уже успел переодеться в сухое, а меня, тут, извините, на допрос сразу повели.

– Она короче, чем допустимо примерно на локоть, отозвался голос от стола. – Как себя чувствуете, Димитрий Андреевич?

– Благодарю, в порядке. У вас совершенно дикий народ, не понимают разницу между колдуном и сновидцем. Я пробовал им объяснить, но они совершенно не слушают.

– Потому что не объяснять надо, надо меньше ходить без охраны, тут вам не столица, знаете ли. Провинция.

– Господа… А, что вообще происходит? – раз уж пошла светская беседа, я тоже решила поучаствовать.

–Разрешите представить спасённого вами Димитрия Андреевича, – Лександр Львович в присутствии третьих лиц взял любезный тон. Конечно пугать наедине намного интереснее. – Сновидец, прибыл из столицы, купил недавно имение, обустраивается.

Димитрий поклонился, в смысле, слегка кивнул головой. Я тоже кивнула головой и губы опять начали расползаться в улыбке.

Соберись уже, Ксюша!

– А это, Ксения Павловна, – она иностранка, -съязвил Лександр Львович.

– Правда? Но это невозможно, иностранцы не могут попасть сюда, – восхитился Димитрий. – Неужели вы оттуда?

– Откуда? – уточнила я. В груди как-то защекотало.

–Оттуда, снаружи. Я всегда считал, что это легенды, но вот вы и вы такая… Нездешняя. Чисто ангел! Пришли спасти меня!

– Простите, Димитрий Андреевич, а можно чуть больше подробностей? Почему к вам нельзя попасть?

– Конечно. Присаживайтесь.

И он начал рассказ, совершенно игнорируя полицейского.

Глава 2

Когда-то очень давно мир был целым, но однажды в мир пришёл великий человек.

Он прибыл из мира, неизвестного, чуждого нам. Наш мир был чуждым ему. В мире не было волшебства, и он не мог жить здесь. Тогда он расколол наш мир. Так появилась Волгария.

– Волгария?

– Наша страна, кусочек на берегу великой Реки. Он невелик, но родной нам.

– А давно это было? И все это место – одна страна? Вы вообще не сообщаетесь с внешним миром? А продукты, товары первой необходимости где брать? Я думала, что земли без внешнего врага распадаются на фракталы. Как ваш мир не раскололся на части, когда вы поняли, что отделены от всех? – удивилась я.

Неприятный тип за столом хмыкнул. Тоже слушает.

– И раскололся бы, подтвердил Димитрий, но наш царь-батюшка крепко держит бразды правления. У него в подчинении и воины и полиция и мы, сновидцы.

– Вы кто? Сновидцы? А что вы делаете?

Есть люди, с которыми приятно поговорить. Димитрий был именно таким.

– Мы видим будущее, не подробно, разумеется, лишь осколки. А зная будущее, наш государь строит настоящее так, чтобы оно было лучшим.

– То есть вы будущее видите? А моё можете посмотреть? – попросила я. – Хотя нет, тут же передумала, – лучше не стоит.

Сновидец печально вздохнул.

– Здорово, что вы понимаете, – сказал он. – Знать будущее тяжкое бремя.

– А скажите пожалуйста, если есть легенды о тех, кто уже попадал к вам… Может вы вспомните, как они обратно возвращались?

Дима замер на секунду.

– Так вы ещё ничего не видели! – воскликнул он. -Пойдемте, покажу вам тут все.

И он выскочил за дверь. А я за ним. Хотела ещё язык показать Лександру, но решила что слишком.

Я всё-таки представитель целого внешнего мира. Не солидно.

Но вначале все-таки пришлось переодеться. По меркам общества, в котором они тут живут, платье на локоть короче – это вообще позор.

Кто-то уже успел шепнуть кому-то про мой внешний вид. В дверях нас встретила девушка с платьем в руках. Девушка видимо не решалась войти, снаружи поджидала.

А платье, кстати, неплохое: юбка в пол, на спине шнуровка.

Пришлось вернуться (хорошо, что язык я все же не показывала). Полицейский без слов указал на небольшую дверь в соседнюю комнату. Судя по решеткам, здесь сидят заключенные.

Девушка просеменила со мной, склонив голову низко-низко. Стеснительная такая, милая. Она же и помогла мне платье надеть, потому что сделать это в одиночку невозможно.

Потом начала затягивать с силой, вообще не соответствующей ее скромному виду. Я уж подумала, что обидела ее чем-то ненароком. Оказалось, просто все девушки просят потуже, а у нее рука тренированная. В общем мы сошлись на том что сильно затягивать меня не надо, пусть лучше я буду выглядеть толстой, но живой и в состоянии дышать.

На том и порешили.

А потом была прогулка. Димитрий взял на себя роль проводника и экскурсовода. Позади него в качестве охраны неизменно шествовал человек, который помогал там, на берегу.

– Так, это деревня, это колодец, вон старая мельница, – проводил экскурсию спасенный мною сновидец. А это река.

–А куда она течёт?

– Все реки впадают в Великую реку. Она называется Волга.

– У нас тоже есть Волга -заметила я, – а куда она течёт?

– Река несёт свои воды далеко на восток.

– А потом? Впадает в море?

– Нет в нашей стране моря, только река

–А в других странах?

– Страна только одна, – твердо отчеканил он.

Ну ок.

– Подождите, вот река течёт, но никуда не впадает- так не бывает. А вот если сесть в лодочку и поплыть по течению…

–Будешь долго плыть, – подсказал Димитрий.

– А потом?

– А потом сделаешь Круг и снова окажешься здесь.

– То есть она течёт по кругу? – уточнила я.

–Получается так.

Я попыталась представить.

–Но так невозможно. Нужен же перепад высот, чтобы река текла. Если она течёт, а местность все ниже и ниже, как она опять наверху окажется? Это же…

Я представила насос, который должен такой объем поднимать.

– Это нереально!

– Магия, – развел руками Димитрий, будто это что-то объясняло.

– А города есть или только сёла?

–Есть, конечно. Тут недалеко Ярополь, верст сорок. И другие.

– А верста, это сколько километров?

Мы стали выяснять сколько километров в версте. А потом сколько вершков в метре.

У меня был миллион вопросов. Спасибо, мой спутник оказался на редкость терпеливым.

– Только потом моя очередь спрашивать, – говорил он каждый раз. Я только отмахивалась.

Он рассказал и про легенду происхождения мира. Было это где-то лет двести – триста назад, когда их земли стали отдельным куском. Территория была огромная, где-то пятьсот на триста километров. Я не понимала, как это может быть, потому что ни разу на карте России не замечала большую дыру, где написано "пропали куда-то".

У нас конечно большая страна, но потерять такой кусок в районе Волги… Наверняка кто-то бы заметил.

Его объяснение было одно "Магия".

– А есть карта местности? Можно посмотреть? – попросила я. Он кивнул мимоходом и продолжил рассказывать.

Их страна называется, "страна", прямо так, с маленькой буквы, потому что других стран все равно нет. А столица – Столица, с большой буквы, потому что Столица. Было ещё куча всего, что я не могла ухватить.

У них рассказывают легенды про давние времена, когда не было разделения. И все они такие мрачные, типа война, голод, чума.

А теперь у них прямо благодать, видимо.

Димитрий показал свой дом – усадьба на холме. Я-то думала, что он домик покупает, один из деревянных, что стояли то тут, то там. Ещё думаю, зачем, если он сам в столице, то есть, в Столице, живёт. Хотя зачем ему усадьба тоже не особо понятно.

Из смутных объяснений я поняла, быть сновидцем – дар редкий, все сновидцы на службе у царя, получают титул и финансовую поддержку. И получают неплохо, так что могут себе позволить и усадьбу.

Я спросила кем он был до того, как стал сновидцем, а он так засмущался, что стало неловко.

Разговоры проходили безмятежно, но немного смущал тот факт, что за нами вечно следовал тот человек. Зовут Прохор. Он то ли телохранитель, то ли слуга, скорее два в одном. Но ходил он молча, ни во что не вмешивался. Я попыталась втянуть его в разговор – бесполезно.

Кстати, о слугах. У них в стране не было отмены крепостного права от слова совсем. Я сначала возмущалась, а потом оказалось, что у их крепостных на самом деле куча прав. Никто их не смеет обижать, если помещик попробует ударить такого крестьянина, он и сам может пострадать, потому что закон регулирует права помещиков жёстко. По идее, их основная функция лишь собирать налоги, следить за порядком и писать отчеты. Но если крестьяне обижают помещика, приходит армия и плохо будет обеим сторонам. В каждом округе есть ещё свой надзиратель, который за порядком следит и у него право всех отстреливать если вдруг что.

Странная система, но что-то в этом есть.

Здесь, в Леснихино, людей отстреливать имеет право именно вон тот, который типа «полицейский». Лександр Львович.

Очень мило.

Удивительно, что Дмитрий Андреевич совершенно не смущался людей, которые попадались ему на пути. Он их вроде как вообще не замечал, а ведь они его утопить пытались только пару часов назад. Да и смотрели на нас угрюмо и подозрительно. Я сначала ежилась под такими недружелюбными взглядами, но потом заразилась беспечностью моего спутника. Все-то ему нипочем, удивительно!

А ещё интересно было то, что мы не всегда понимали друг друга, хотя язык один.

Например, он говорит, что перенаселения у них нет, потому что система сама себя регулирует и редко у кого в семье больше 3 детей. Я говорю:

–Круто!

Он начинает доказывать мне что нет, это наоборот хорошо.

– Так я и говорю, круто, – говорю. Потом оказалось, что у них «круто», это типа «жёстко». И совсем другой смысл получается.

Ещё он в дом приглашал странно. Это когда я карту местности у него попросила, а она у него дома.

– Вы могли бы посмотреть карту в библиотеке, если это уместно.

– Здорово, – говорю. – А где библиотека?

– В моём доме, – говорит. – Если это уместно.

– А это уместно? – уточнила я.

– Абсолютно, – отвечает.

В общем, странно.

Библиотека была приютом интеллектуала, но на перспективу. Высокие потолки, книжные полки тёмного дерева… И ни одной книги.

–А где всё? – спросила я, он не ответил, что обсуждал со своим Прохором, кажется обед.

Я обошла стол в центре библиотеки и в углу нашла сундук.

В нем то и хранились сокровища.

Несколько книг в толстом переплете, с десяток в мягком. И атлас.

Атлас я взяла и разложила на столе.

Там была нарисована земля этого мира, то есть страна.

Я, честно говоря, представляла, что территория будет круглой формы или прямоугольной. Но нет, края были неровные, а по форме страна напоминала выпуклый наверх толстый овал. Типа Австралии.

Река проходила с двух сторон страны по северу и по югу, немного забирая на восток к краю карты в северной части. На юго-востоке наоборот поворачивала немного к северу.

С запада и востока края были затемнены и написано «мрачная земля».

Подошёл Димитрий, стал объяснять, что река с севера на юг тоже закругляется, то есть если долго плыть на север, окажешься на юге. А вот в мрачные земли никто не ходит, там вечные сумерки. И чем дальше, тем глубже тьма. Зато солнце также встает на востоке, садится на западе с отклонениями для зимы и лета к югу и северу – все как обычно. Получается цилиндрическая мини-планета с загадочными краями по бокам.

Еще показал где находится столица и где находимся мы.

Столица, как и положено, была почти в центре, а мы оказались ближе к юго-западу.

– Вы красивая, – сказал он не к месту.

– Ага, – согласилась я, – вы тоже отлично выглядите. -А если плыть на север, то можно выплыть с южной части? – Я указала пальцем на реку.

– Нет, – помотал головой Димитрий. – Так не получается. Река бескрайняя.

– Ну, кто-то пробовал?

–Конечно, множество путешественников по легендам пытались преодолеть реку, но никто не смог, а потом течение выносило их обратно.

Жалко, что река так далеко, посмотреть бы.

– А откуда вы знаете, может это две разных реки? – уточнила я, разглядывая надписи Река по обеим краям.

– Река одна, это все знают.

Да уж.

– Вы останетесь на обед? – спросил он тоном гостеприимного хозяина дома.

– Даже не знаю, – сказала я. – А это уместно?

Я хотела пошутить, но он как-то занервничал, сказал, что очень даже уместно, что обед будет накрыт в саду. И что на обед придет вся местная элита: помещики, доктор местный, какой-то ученый, священник и Лександр Львович, местный надзиратель.

Вот уж кого не хотелось бы видеть.

Наверное, у меня на лице все отразилось, потому что Димитрий начал объяснять, что общество самое приличное, и в целом надзиратель неплохой человек, и Димитрий конечно благодарен ему, потому что он спас его сегодня. И мне он тоже благодарен, что я спасла его…

Но на обед я уже согласилась, есть хотелось и интересно на «общество» посмотреть.

Глава 3

Обед действительно был на улице. И это было здорово, потому что в помещениях стояла жара и духота. А тут прохладно, разве что мухи докучали, но тут уж либо то, либо это.

Помещики были славные, правда немного излишне налегали на крепкий алкоголь, доктор был сдержанный, ученый молчаливый. И в итоге разговоры велись между нами тремя оставшимися.

– Как проходит ваш день? – вежливо поинтересовался господин надзиратель. Вежливость обращения разительно отличалась от того, как он разговаривал в допросной. Я думала повредничать, поязвить, а потом передумала. Обед был такой хороший и Димитрий сидел рядом в качестве моральной поддержки. От его присутствия было уютно и спокойно.

– Мы осматривали местность, Димитрий, вот, Андреевич, очень много рассказывал. У вас удивительное место и география непонятная. Река…

– Ну, и в доме, понятное дело, приятно время провели.

– Да не особо, в доме жарко… Так, в смысле? – я запнулась, повернулась за моральной поддержкой к Димитрию. Он сидел красный как рак, потом резко встал.

– Да как вы смеете… можете предполагать… – начал он, а потом упал на землю, глаза его закатились. Остальные присутствующие отвели глаза, будто не человек только что без чувств свалился, а пьяный дворник запел.

Даже врач не обратил внимание.

– Что с ним? – я села рядом с Димитрием на землю, не зная, чем помочь. – Помогите ему!

– Все с ним в порядке, он же сновидец, – надменно заметил Лександр Петрович, продолжая пить чай. – Сейчас нам что-нибудь интересное расскажет.

На мой призыв откликнулся только Прохор, он поднял Дмитрия, усадил на стул, положил его голову на стол. Остальные продолжали делать вид, что ничего не произошло, лениво переговаривались и пили чай.

Димитрий действительно разом очнулся, смущенно улыбнулся, поправляя очки. Потом обратился ко мне вполголоса.

–Ксения Павловна, нам надо поговорить.

Мы отошли, извинившись. Я ждала историю того, что он ему приснилось, думала поделится.

– Я, к сожалению, не могу рассказать вам мое видение, – начал он с порога и я тут же сникла. – Но… Тут такое дело. Видите ли, вы сейчас немного в двусмысленном положении и у вас нету дома и близких, и никаких средств…

Хм, об этом я пока не думала.