Пряник и Пшёнка

Глава 6. Артём

– Здорова, спасатель!

– Наконец-то, мля.

– Ты носик пудрил? Заебал.

– Пошёл ты, – улыбнувшись парням, пожал им поочередно руки и похлопал по спинам. Сняв куртку, упал на свободное место на кожаном диванчике. – Давно ждёте?

– Да, минут тридцать. Грош уже тёлку склеил, – кивнул в его сторону Айк и пригубил бутылку пива.

– Ну, уже отодрал, вообще-то. Прошу не умалять мои донжуанские заслуги, – привычно пафосно изрёк Грош и протянул мне бутылку холодного пивка. – Кто задержал? Та с бидонами? – пантомима в виде сисек пятого размера.

– У бати был.

Открыв бутылку, швырнул крышку на стол и сделал два больших глотка холодной шипучей жидкости. Приятный оттенок горечи пощекотал вкусовые рецепторы, и я, наконец, смог позволить себе расслабиться и выкинуть из башки мысли о работе, учебе, предстоящей службы в армии и других бытовых заморочках.

– С днём рожденья, Артём! С днём рожденья, Артём!.... – из ниоткуда появились две знойные красотки с тортом в руках. Свечи на нём достаточно ярко освещали едва заправленные в лифчики сиськи.

Пацаны сразу встали и начали хлопать в ладоши, гудеть и ржать. Вытянули с дивана и меня.

– С днём рождения, Кам! – по спине застучали ладони. Если бы не успел проглотить пиво, то уже захлебнулся.

– Спасибо, – кивнул я им благодарно. Эти придурки знают, как я не люблю шумиху вокруг себя, но, походу, отказать себе в этот раз не смогли. Или дело в одной сисястой, которая держала торт и подмигивала Грошу.

Кривая улыбка на одну сторону и, глядя в сиськи, я задул свечи. Без желания. Традиционно. Не пять мне лет, чтобы верить в чудеса и единорогов.

– Торт, кстати, не сладкий. Сверху белое – это творожный сыр, а внутри мясо барбекю, маринованные огурчики, бекончик… Короче, лютая закуска к пивасику, – Генка в красках расписал состав торта. Стало ясно, что с ним заморачивался именно он. Ну, или его жена. Всё-таки, пацан в двадцать лет женился по залёту. На вопрос о том, жалеет ли он, он обычно отвечал, что ему нельзя жалеть, ибо на кухонном полу холодно спать.

– Спасибо, Ген. Жене привет, – подмигнул я многозначительно и салютовал ему бутылкой.

Пацаны за столом заулюлюкали. Все они, какого-то хрена, когда-то решили, что Генкина жена ко мне неровно дышит и теряется в моем присутствии. Но лично я за Леськой ничего подобного не замечал. Как и её саму, в общем-то. Уж сильно тихая и блёклая девчонка, о наличии которой я узнал только тогда, когда Генка сказал, что она от него залетела. Да и дружбу с Генкой я ценю больше, чем с кем-либо. Из всей нашей компании он самый понятный и надежный.

Айк – вечно где-то в проёбе, хрен его найдёшь, когда надо.

Грош – всегда под чьей-то юбкой или в поиске оной.

А Генка хоть и сделал в своей жизни глупость, не надев «резинку», но зато он в очередной раз доказал, что за последствия содеянного всегда готов ответить лично.

– Пошли на хуй, долбоёбы, – нарочито нервно всплеснул руками Гена. Он уже привык к тому, что мы с пацанами регулярно, хоть и шутливо, катим яйца к его жене. Прикол такой. Разве можно себе позволить обойти стороной единственного женатого пацана в компании?

– А девчонок не будет, что ли? – разочаровано скучающе протянул Грош. – Что за веселье без женского смеха? Они же звенят, как колокольчики, а я был бы не прочь оросить пару лепестков.

– Фу, бля! – поморщился Айк, запивая отвращение большим глотком пива. – Вали на танцпол и орошай там, что хочешь. На столик только наш не попади.

Я сделал еще один глоток пива, ленивым взглядом прошёлся по толпе танцующих в такт плавной мелодии. Но внимание моё остановилось на барной стойке, за которой сидела брюнетка в черном платье с открытой спиной. Атласная ткань держалась на тонких шнурках, обвивающих ее обнаженную спину. Длинные ноги, сложенные одна на другую, продолжались переплетением узких ремешков на щиколотках. Острая шпилька, должно быть, уже проткнула предостаточно яиц, что к ней подкатывали.

Девушка скучающе болтала трубочкой в коктейле и не замечала происходящее вокруг, погруженная в свои мысли. Но вот, к ней подошёл парень, сказал пару слов. Брюнетка подняла голову, водопад длинных волос огладил прямую спину, и мне стал виден ее профиль. Красивая. Она выслушала парня, и, отрицательно помотав головой, что-то сказала ему в ответ. Малой быстро свалил, поджав хвост. А девушка повернулась к танцполу, бесцельно пробежалась взглядам по головам и «запнулась» об меня.

За это я и люблю столик у бара – ближе находится не только алкоголь, но и такие скучающие красотки.

Её тонкие черные бровки чуть нахмурились, а затем в уголках алых губ мелькнула лёгкая улыбка. Расслабленно подмигнул ей, понимая, что дело осталось за малым – мне нужно только подойти и начать разговор. А дальше дело техники, обычно заканчивающееся сексом в припаркованной на заднем дворе клуба машине. Но сначала нужно помариновать красотку, чтобы она сама желала, чтобы я к ней подошёл.

Гляделки продолжились. Я общался с парнями, иногда поглядывал на нее, и она, словно чувствуя мой взгляд, поворачивала голову и смотрела в ответ. Улыбнулся ей уголком губ, и девушка смутилась. Тонкие пальцы огладили длинную шею, запутались в волосах – приятный, мягкий флирт, говорящий о том, что она готова продолжить общение не только глазами.

Сделав еще глоток пива, я поставил опустевшую бутылку на стол. Снова поднял взгляд на бар и едва не закашлялся, когда брюнетку заслонила танцующая танец маленьких утят Пшёнка в джинсах, кедах и короткой бесформенной футболке.

– Твою мать… – выдохнул я обреченно и мучительно прикрыл глаза, надеясь, что, когда их открою, Пшёнка исчезнет. Но нет. Она продолжала отплясывать как на детском утреннике и искренно с этого веселилась.

Глава 7. Ольга

– Оль, хватит, блин! – шикнула на меня Геля и нервно одернула подол своей микро юбки.

– А ты не могла еще короче юбку надеть, чтобы из-под неё мочки ушей торчали? Я хоть как-то пытаюсь прикрыть твой срам.

– Ты трёшься об меня в танце! – выпучилась на меня возмущенно подруга. – Я из-за тебя так, вообще, фиг с кем познакомлюсь.

– Мы же, вроде, просто потанцевать пришли, а не знакомства себе искать? Если ты опять ищешь парня, то я сливаюсь. Всё, – развела я руками, отошла в сторону и пустилась в танец маленьких утят. Как раз музыка чем-то отдаленно напоминала отголосок детства. – Меня здесь нет. Я в танцах.

Махнув собранным на макушке хвостиком, я прикрыла глаза, подняла руки и просто продолжила танцевать. Сегодня мне не нужны были ни знакомства, ни приключения, ни даже разговоры. Только бесконечный танец под непрекращающуюся музыку, в которой было приятно растворяться снова и снова.

В молчаливом единении с толпой я прыгала и улыбалась, подпевая незнакомой мне песне на иностранном языке, слова к которой я подбирала интуитивно. И так сойдёт, как говорится.

Хорошо быть чуть-чуть дурочкой – поводов для улыбки всегда вагон.

В один из моментов пришлось слегка попятиться назад, так как какой-то идиот, желая охмурить девчонку, начал отплясывать так, что размашистыми движениями своих рук мог бы отсечь мне голову.

Отступая, я на кого-то наткнулась. Привычная к таким случаям, я развернулась с намерением извиниться и с легкой улыбкой разойтись. Но стоило мне повернуться на сто восемьдесят градусов и поднять взгляд, как улыбка на моих губах погибла в зародыше.

– Нет, – покачала я головой и жалобно поморщилась. – Ну, нет, пожалуйста! Только не ты! За что? – подняла я руки и уставилась в темный потолок, которого и видно-то не было. – Где я так нагрешила, Боженька?

– Расслабься, – хмуро бросил мне Артём и посмотрел в сторону бара. – Я не к тебе. И волосами поменьше маши, чуть глаз мне не выстегнула.

– Какие мы нежные, – выронила я иронично и проследила взглядом за тем, к какой из трёх женщин за барной стойкой он подойдёт.

А там сидели именно женщины. Не знаю, кто как, а я пока не научилась называть женщин за тридцать лет девушками. Еще я их иногда называю тётками. Возможно, когда сама приближусь к тридцати годам, то буду до последнего патрона отбиваться от тех, кто посмеет назвать меня женщиной. Пока же, те, кому за тридцать лет, мне казались очень взрослыми. Как и мужчины, в общем-то.

Артём без лишних прелюдий подошёл к брюнетке, ноги которой казались длиннее всей барной стойки вдоль и поперек. Еще мгновение назад брюнетка скучающе бултыхала трубочкой в своем стакане, а теперь, когда к ней подошёл явно заинтересованный в ней Артём и начал что-то говорить, она выпрямила спину, пропустила между пальцами свои длинные черные волосы и изломили краснющие губы в обольстительно-хищной улыбке.

Артём, опираясь локтем о стойку, подарил ей кривую ухмылочку и настолько осмелел, что теперь уже сам пропускал ее волосы между указательным и средним пальцами, говоря при этом так близко к ее лицу, что еще немного, и самую важную информацию он нашлёпает ей языком по носу.

От этой картины меня передёрнуло. Фу, он улыбается. Мерзость какая.

– Привет! – сильные руки резко оторвали меня от пола и крутанули на месте. От неожиданности и испуга я взвизгнула и едва не захлебнулась воздухом. На затылке волосы встали дыбом. – Лёлька-балаболка!

Это прозвище заставило меня забыть о страхе, извернуться в крепких мужских объятиях и теперь уже самой повиснуть на знакомой шее.

– Родька! – висла я на парне, цепляясь за него уже не только руками, но еще и ногами. – Офигеть! Откуда ты здесь?

– А я смотрю – ты, не ты? Гномьи танцы-то, вроде, знакомые, – смеялся мой старый друг, возвращая меня на твердый пол.

Глядя на парня снизу вверх, я не могла перестать улыбаться как по голове ушибленная. Положила руки на его широкие плечи и от души помяла.

– Какой ты здоровый стал!

– А ты что-то, вообще, не растёшь. Говорил тебе, не кури с малолетки, – нарочито поучающе потряс Родион указательным палец перед моим носом и по нему же мягко щелкнул.

– Вообще-то, это ты меня и научил курить!

– А потом на гаражах от твоего брата прятался и еще месяц после этого из дома не выходил.

– Точно, – рассмеялась. – Я не из пугливых, я – из ссыкливых.

Страшно вспомнить, сколько глупостей мы натворили с Родькой и Лёвой. Оба эти парня были друзьями моего брата, а так как он был вынужден везде таскать с собой меня, то и моими тоже.

– Пойдём к нашему столику, – показал Родя за плечо. – Лёва тоже там.

– Лёва?! Офигеть! У меня день рождения, что ли?

Вприпрыжку я пошла за Родионом, который держал меня за руку и пробивал нам дорогу через танцующих. Едва мы приблизились к столику, как я буквально прыгнула на встающего, чтобы меня поприветствовать, Лёву и завалила его на диванчик.

– Лёлька! – стиснул меня в объятиях Лёва. Хорошо, что он пухлый и мягкий, иначе я бы точно себе что-нибудь повредила в прыжке.

– Два года вас не видела. А вы какими судьбами здесь?

– Проездом, – ответил Родион и отвалился рядом со мной на диванчик. Таким образом я оказалась между старыми друзьями, а напротив нас на соседнем диванчике сидел еще какой-то парень, которого я не знала. – У Михана тут хата есть. Решили перекантоваться немного, да дальше ехать, Север покорять.

– Миша, – представился парень напротив, для чего привстал и протянул мне руку для мягкого пожатия.

Ух, ты! Какой приятный…

– Ольга, но эти двое вряд ли помнят моё полное имя, – намекнула я на Лёву и Родьку.

– А ты одна тут, что ли? – чуть хмуро спросил Родя. Иногда он вживался в роль моих братьев и всегда это раздражало.

– Одна. Гордая и независимая, прекрасная покорительница танцпола и тахикардии.

– А если я Максу позвоню?

– А если я тебе зуб выбью? – не осталась я в долгу.

– Точно не растёшь. Даже угрозы не меняются, – Родька положил свою ручищу на мою шею и притянул к своему боку. – Не, серьёзно, Лёль. Реально одна здесь?

– Нет, конечно. С подругой. Она-а-а… – протянула я и стала взглядом искать, куда могла деться Геля. Вроде, только что была перед глазами. Но вместо нее на глаза попался Пряник и его порнотанец с брюнеткой. Кошмар! У людей прелюдия не такая горячая, как у этих двоих танец. Он же ей буквально под платье рукой лезет и задерживается пальцами в «бермудском треугольнике» настолько долго, что я начинаю подозревать, что трусов на ней ровно ноль. Они не целуются, но рты их регулярно находятся настолько близко, что можно гонять туда-сюда жвачку. – Вот она! – нашла я, наконец, Гелю, рядом с которой крутился какой-то тип и что-то пытался нашептать ей на ухо.

– Та? – поморщился Лёва. – У которой из-под юбки кариес видно? Ты серьёзно здесь с ней?

– Эй! Не смей шутить над моей подругой такие классные шутки, – делано возмутилась я. – Я про кариес сама потом пошучу.

– Лучше бы с пацанами, как обычно, дружила, – продолжал выражать свою брезгливость Лёва к несколько легкомысленному наряду Гели. – Кстати, как пацаны? Макс? Лёха?

– Тоже уехали из области. Крутятся. Как обычно, в общем, – всем всегда интересны передвижения моих братьев, особенного – старшего. Поэтому я давно научилась отвечать максимально расплывчато на эти вопросы. «они где-то, делают что-то, меня не посвящают». Никакой конкретики, но зато понятно, что я не в курсе всего, что у них происходит. В общем-то, так оно и есть.

– Ты голодная? Пить хочешь? – спросил участливо Лёва.

– Пить хочу, но давайте сначала потанцуем. Пожалуйста! Песня такая классная. Родь, позажигаем? – поиграла я бровками для друга.

– Не, малявка, я столько еще не выпил.

– Ну, хоть чуть-чуть. Не пойду же я теперь одна танцевать. Пойдёмте, пацаны. Миша, давай тоже с нами. Лёва, тебе, вообще, нельзя переставать двигаться. Вон какой спасательный круг уже отрастил, – похлопала я его по круглому животу.

– Это ты еще не видела, какой под этим кругом буй, – заржал Лёва.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.