Откровение Невидимки: Катарсис

Страх обуявший Дезмонда с головы до пят, схватил его за глотку.

– Рэнди? – еще раз прозвучал тот голос.

Рэнди лежал на земле в луже своей крови и мозгов.

Двое стали приближаться, постепенно ускоряясь, переходя с шага на медленный бег.

Дезмонд подорвался и кинулся к задней двери дома, но за секунду до того, как он схватил дверную ручку, раздался погребальный звук закрывающегося замка. Мальчишка дернул на ручку на себя, но ничего не произошло. Он заглянул в небольшое окошко и забарабанил кулаком по запертой двери.

Кана, зажав рот руками, дрожа, пятилась от двери, со стыдом отводя взгляд от окошка.

Дезмонд даже не мог закричать, страх пронзил его и сковал горло. Ему ничего не оставалось, кроме как отдаться первобытному инстинкту и побежать. Он рванул не оглядываясь. Подгоняемый страхом, двенадцатилетний паренек, в первые в жизни попробовавший пиво и, по роковой случайности убивший человека, летел по пустому ночному тротуару Клименфора, изредка срезая через дворы.

Топот и разъяренные выкрики за его спиной становились ближе, и тогда Дезмонд снова нырял через кусты или перепрыгивал через чей-то забор. Он абсолютно не воспринимал все происходящее, его мозг просто отключился, отдав всю энергию мышцам.

Мимо пролетали дворы, сады, витрины, лужайки… Все это смазывалось в серый ком и проваливалось сквозь его сознание, улетая в небытие. Сейчас Дезмонда наполняло лишь одно – бежать, спасаться. С каждым яростным стуком его сердца, он слышал "бежать, бежать, бежать".

Дезмонд не знал, сколько времени прошло, но он вдруг понял, что больше не слышит топота позади себя. Рискнув, он снизил скорость и обернулся на бегу. Пусто. Гнавшие его церберы отстали.

Он повернулся обратно и увидел вывеску знакомого магазина. И верно, спустя пару минут показался его дом.

Получив прилив сил, мальчишка рванул что было сил и буквально налетел на дверь своего дома. Дрожащая рука, под ускоряющие ругательства, срывающиеся с губ мальчика, судорожно шарила по карманам в поисках ключей. Наконец-то пальцы нащупали родные ключики. Дезмонд открыл дверь, ввалился внутрь, испачкав грязью с обуви ковер и замкнул за собой дверь на три поворота, до упора.

После этого он сел на пол прямо в прихожей и долго смотрел в темноту, пытаясь угомонить свои лопающиеся легкие и колотящееся сердце. К своему стыду он описался от страха.

Ну ничего, сейчас он немножко придет в себя и тряпкой все уберет, да и вообще, если что придумает, как все объяснить, главное сейчас родителей и Лею не разбудить.

Дезмонд поднялся с пола, и разувшись, поплелся на негнущихся ногах в ванную. Там он зажег лампаду, разделся и решил сразу же застирать вещи, чтобы уничтожить все следы произошедшего. Бросив грязную одежду в раковину, он глянул в висящее тут же зеркало. Оттуда на него смотрел взлохмаченный, грязный как бродяга, рыжий перепуганный звереныш, с застывшей маской страха на лице.

Дезмонд опустил взгляд.

«Я убил человека…»

Мальчик похлопал себя по щекам.

«Потом, все потом, сначала приберусь»

Застирав вещи, он бросил их отмокать, а сам залез в ванну и принялся обтирать себя губкой, смывая с себя грязь, пот и кровь. Как вдруг, окружающуюся тишину прервал громкий и настойчивый стук в дверь.

Сердце Дезмонда остановилось от ужаса.

Стук повторился. За ним последовал легкое поскрипывание лестницы, ведущей со второго этажа.

– Что такое? – прозвучал сонный голос мамы.

– Да это Дезмонд, наверное, дуралей, время уже за полночь. Остался бы уже там ночевать, чем в такой час по улицам ходить, – ответил ей папин голос.

Дезмонд выскочил из ванной и кинулся в прихожую, но поскользнулся на плитке и упал на живот.

– Не открывай!!! – заорал он, что было сил.

Мама – худенькая, красивая брюнетка, закутанная в пышный халат, реагируя на крик, выглянула в коридор, придерживая съехавшие с носа прямоугольные очки.

Но было уже слишком поздно, папа – лысеющий добродушный толстячок, открыл дверь.

Короткий топор с хрустом вгрызся в череп отца Дезмонда.

Мама не успела даже крикнуть, как тут же получила сильный удар кулаком в лицо, от которого упала на пол, потеряв сознание.

Двое высоких мужчин зашли в дом.

Один сразу же увидел Дезмонда и бодрым шагом направился к нему.

Второй наступил папе на грудь и с хрустом вытащил топор из его лба.

У Дезмонда в глазах поплыло.

Со стороны лестницы раздался визг.

Мальчишка перевел взгляд туда.

Кричала Лея – его старшая сестра.

Он попытался подняться, но его взор заслонила тень мужчины. Дезмонд поднял голову и тут же получил удар ногой в лицо. Крики сестры смазались и растаяли в звенящей темноте.

***

Очнулся мальчик в грязной клетке, похожей на собачий вольер. Голова гудела, в ушах застыл противный звон, а из рассеченной брови слегка сочилась кровь.

Дезмонд поднялся на локте и оглянулся по сторонам, пытаясь сообразить, что вообще происходит.

Место, в котором он очнулся было похоже на пещеру. Сверху, из темноты, свисали скользкие на вид, влажные сталагмиты, на холодный каменный пол был небрежно брошен отдающий гнилью стоптанный ковер, а мутные стены были заваленные различной утварью и мебелью, начиная от кресел, заканчивая посудой и полуразвалившимися деревянными ящиками. В воздухе медленно ползало зловонное дыхание влажности и спертого воздуха.

В ушах еще звенело.

Дезмонд провел взглядом по разбросанному хламу, на контурах которого поплясывал тусклый свет от свечей, тлевших где-то за его спиной, и зацепился за поразительно знакомую лампадку.

В памяти вспыхнула вечеринка, рыдающая Кана, погоня, ванна, топор, крики Леи и грязная подошва тяжелого ботинка, стремительно затмевающего горизонт. Одновременно с воспоминаниями, в его сознание просочилось осознание происходящего. Звон в ушах стих, на смену ему пришли звуки сдавленного плача, мольбы и грубые смешки.

Дезмонд обернулся к свету. То, что предстало перед ним тогда, навсегда будет являться к нему в кошмарах, заставляя просыпаться в холодном поту.

В пещере было четыре бандита. Один стоял в сторонке и, намотав на кулак длинные пепельные волосы Леи, прижал её к себе спиной, с удовольствием и нескрываемой похотью трогая везде, где только хотелось, попутно наблюдая за основным шоу.

Двое других ублюдков повалили мать Дезмонда спиной на широкий деревянный стол, придавили её, содрали с неё халат и нижнее бельё, и, вцепившись ей в лодыжки, развели ноги в стороны.

Четвертая мразь спустила штаны.

Мать Дезмонда вырывалась и плакала, пока урод насиловал её, а Лея дрожала всем телом и бормотала все известные ей молитвы.

Мальчика переполнила ярость, он закричал и забился в своей клетке как раненый зверь, кидаясь на прутья. Страх куда-то ушел, осталось лишь жгучее желание убить их, этих тварей.

Но все, что Дезмонд мог, это кричать от злости и бессилия. И больше ничего.

Бандит-насильник, услышав вопли мальчика, повернулся к нему в пол-оборота и издевательски заржал.

– Смотри, сученыш, смотри! – гаркнул он и продолжил.

Лея тоже услышала крики брата, и от безнадёги заплакала. Её бормотание превратилось в какую-то словесную кашу, она сбивалась, лепетала что-то невнятное, давясь рыданиями, умоляя хоть кого-нибудь их спасти. Она просила всех богов подряд, каких только знала, но никто не ответил ей.

Бандит дернул её за волосы и грубо схватил за грудь.

– Плачь-плачь, сучка, ты следующая, – ухмыльнулся он.

Насильник тем временем продолжал. Он вошел в какой-то безумный раж, стал отвешивать женщине увесистые пощечины, разбивая губы в кровь, а потом и вовсе вцепился ей в горло и стал душить, ударяя её затылком об стол, получая какое-то совсем звериное удовольствие, рыча и постанывая.

Мать Дезмонда хрипела и дергалась в судорогах, пытаясь схватить хоть немного воздуха. Её взгляд мутнел, сопротивление слабело. Жизнь с каждой секундой покидала её тело.

А Дезмонд лишь рыдал, вцепившись в прутья, не в силах отвести взгляд.

Спустя несколько минут все закончилось.

– Эй, ну блин, Гарри, а нам? – сипло возмутился один из тех, кто держал женщину.

Гарри удовлетворенно потянул носом воздух и натянул штаны.

– Да вон, следующую хоть все разом берите, – махнул он на Лею.

Мальчик просто не мог поверить происходящему. То, что творилось было за гранью человеческого восприятия, он словно угодил в раскаленный до бела ад, наполненный демонами и их жертвами. Дезмонд уже просто не понимал, что происходит, его разум отталкивал то, что ему показывали глаза. Его бездыханную маму смахнули со стола, как какую-то грязную скатерть. Она с тусклым звуком упала на холодный пол.

– Давайте молоденькую сюда! – захохотали двое, отодвинув тело ногой, чтобы не мешалось.

Державший Лею, потащил её к столу, пока двое других ругались, кто первый начнет.

– Такого… такого просто не может быть… – прошептал Дезмонд.

Его руки безвольно опустились, зрачки в широко распахнутых пересохших глазах расширились. Сестру Дезмонда медленно тащили на тот же алтарь зла, прямо на ходу обрывая на ней ночнушку.

– Кто-нибудь!!! По-мо-г-и-и-и-те!!! – изо всех сил закричала Лея, вложив в этот крик всю свою веру и все отчаяние.

Звонкий голос девушки несколько раз отразился от стен пещеры и затих.

Бандиты рассмеялись.

– Да кричи сколько хочешь, никто тебя не… – начал Гарри.

Внезапно, где-то позади клетки Дезмонда прогремел взрыв. В пещеру ворвался лунный свет вперемешку с желтыми искрами и деревянными щепками уничтоженной двери.

– Всем на пол! Говорит Командующий Легиона Марсель Сэлтер! – прогрохотал голос так громко, что аж своды пещеры, казалось бы, задрожали.

В пещеру ворвались пятеро. В авангарде был обладатель голоса – Командующий Легиона, мужчина в черной кожаной броне с ярким, живым изумрудным взглядом.

Дезмонд забился в угол клетки. Шум вернул его к реальности и ужас накатил с новой силой.

Бандиты дернулись к оружию, но одного из них с треском ударила яркая желтая молния, отшвырнув в стену, как кеглю.

Одаренный по правую руку от Командующего, встряхнул кисти рук, готовясь к следующему разряду.

В пещере завоняло паленым мясом.

Второй и третий бандит послушно попадали на землю, дрожа от ужаса.

А убийца и мучитель мамы Дезмонда, Гарри, смекнув, что у него есть секунда передышки, схватил с земли тот самый топор, которым он убил отца мальчика, и с размаху швырнул прямо в Командующего Сэлтера.

Один из Легионеров – высокая мускулистая женщина, моментально шагнула вперед. На её шее вздулись вены, а через стиснутые зубы показался рвущийся наружу алый свет. Женщина издала громкий гортанный крик и топор, который в этот момент пролетал аккурат мимо клетки Дезмонда покраснел, вздулся и взорвался снопом раскаленного металла.

Мальчика в грудь ударила тугая взрывная волна, от которой его голова мотнулась назад и ударилась об железные прутья.

Мир погас.

***

– Дезмонд…Дезмонд… – шептал голос.

Мальчик открыл глаза.

Перед ним, на коленях, сидела женщина. Подол её изумительного алого платья боязливо трепетал на ветру. Её огненно-рыжие волосы взмыли вверх, плескаясь в золотистом пламени.

Дезмонд ошеломленно смотрел то на неё, то по сторонам. Повсюду, от того места где сидел мальчик и до самого рдеющего горизонта его окружал лишь желтоватый песок, мягко перебираемый ветром, словно чётки. Тускнеющее голубое небо было пустым, на нем не было абсолютно ничего, ни облаков, ни звезд, ни птиц, только утопающее в кровавом закате плоское солнце. Небо казалось таким огромным и необъятным, оно даже как будто было выгнуто, словно кто-то накрыл Дезмонда гигантским куполом.

– Дезмонд, посмотри на меня, – снова прошептала она.

Её голос был очень нежный, не таил в себе даже малейшего намека на вражду, но вместе с тем, что-то в нем заставляло Дезмонда трепетать, ощущать какое-то непостижимое благоговение и покорность. Он чувствовал нутром, что её слова будут очень важны, возможно даже судьбоносны для него.

Мальчик послушно повернулся.

– Дезмонд, мой дорогой, – заговорила она, – Я не смогла уберечь его, моего милого Амун-Ра.

Когда девушка произнесла это имя, песок на мгновение вздыбился, как от могучей поступи. В небе сверкнула вспышка.

Дезмонд вскинул голову.

Тысячи огненных вспышек пронзили небосвод, разодрав и располосовав его бурыми и оранжевыми когтями. Огненный дождь, пламя с небес, Армагеддон. Песок взметнулся. Землю покрыли вихри и смерчи, сдирающие с неё кожу и плоть.

– Тебе нужно спасти его, и всех, кто тебе дорог от беды, которая постигнет этот мир, когда ярость переполнит его потерянную душу.

Дезмонд ошеломленно посмотрел на незнакомку.

По её правому бедру заструилась кровь, которую песок с жадным чавканьем стал пожирать.

– Но… Кто ты? – пролепетал мальчик.

Девушка аккуратно вложила свои руки в его и твердо сжала ладони Дезмонда.

– Меня зовут К’шатри, я та, что была обманута, и та, кто распалил гнев в сердце божества, – печально улыбнулась она, – Используй эту силу с умом, и не давай ему и его слуге – солнцу, её увидеть, до того, как ты решишь ей воспользоваться.

– Силу?

Девушка улыбнулась, её глаза зажглись золотым светом.

– Сейчас будет немножко больно, но ты сильный мальчик, так что потерпи, – сказала она.

К’шатри впилась ногтями в ладони Дезмонда и пламя с её волос поползло по плечам, перетекая на руки, и дальше к ладоням. Как только золотой огонь коснулся пальцев мальчика, все его тело пронзила жуткая, неописуемая боль, от которой его выгнуло в дугу.

Дезмонд закричал от боли, огонь словно пожирал его, медленно и мучительно сжигая каждый его мускул и миллиметр кожи, а окружающий его мир погибал под натиском божьего гнева.

– Не показывай солнцу, не показывай солнцу, не показывай солнцу, – раскачиваясь в трансе, шептала К’шатри.

– Отстань, отпусти меня!!! – заорал Дезмонд, корчась от боли.

На его предплечьях сама собой появилась выжженная надпись: «Не показывай солнцу», после чего буквы, стали плавится от огня и растекаться, складываясь в причудливые узоры и символы.

– Прочь!!! – рявкнул Дезмонд и с его рук сорвалось пламя.

Запах влажности, затхлости и смерти ввинтились ему в голову, а перед глазами возникла пещера. Сестра трясла его за плечо. Все что было в пустыне растворилось, как мираж.

Все, кроме ревущего пламени, ринувшегося с его рук.

Огненная волна оскалилась смертоносными клыками и с ревом поглотила Лею, выплюнув наружу лишь дымящееся обгоревшее тело.

– Найра, выключай его, живо! – закричал кто-то.

Голоса, топот, выкрики… все смешалось и исковеркалось, поглощенное пламенем.

Не было необходимость применять к Дезмонду какой бы то ни было дар, мальчик упал в беспамятстве.

***

– … испепелил…огонь… да… – проникли в уши Дезмонда обрывки фраз.

Голоса звучали приглушенно, словно сквозь толщу воды. Мальчик медленно открыл глаза.

– Погодите, он вроде бы очнулся… Да, дайте мне пару минут. Найра, ты останься.

В этот раз голос звучал уже яснее.

Взгляд Дезмонда расплывался в голубоватом свечении гестиловой лампы под потолком.

– Мама… папа… – беззвучно, одними губами прошептал он.

Кто-то легонько коснулся его плеча. Мальчик сморгнул слезы и повернул голову. Справа от него на деревянной табуретке сидел Командующий Легиона Марсель Сэлтер. За Сэлтером, прислонившись к стене стояла та самая мускулистая женщина, которая взорвала топор Гарри.

– Ты сын Фаери? Дезмонд?

Мальчик кивнул.

– Как ты себя чувствуешь?

– Что с теми, из банды? – слабым голосом спросил Дезмонд.

На лице Командующего проступили скулы.

– Мы их схватили. Сейчас они находятся в темнице, ожидают справедливого суда…

– Почему… – перебил его Дезмонд.

Мальчик посмотрел Марселю Сэлтеру прямо в глаза. Зрачки Дезмонда расширились от гнева.

– Почему вы не убили их на месте!? Они заслужили смерти!

– Это не тебе решать, – холодно отрезал Сэлтер.

– Да!? А кому, тебе!? – зарычал Дезмонд.

С кончиков пальцев мальчика стали срываться искры.

Найра нахмурилась и встала прямо, готовая поумерить пыл Дезмонда, в случае чего.

– Да, мне и еще двум судьям.

Мальчик сел в постели.

– Но они же убийцы! Они заслужили смерть! Все убийцы заслуживают смерти! – сорвался на крик Дезмонд.

– Не все убийцы заслуживают смерти, Дезмонд Фаери. Ведь ты тоже убийца.

Мальчик хотел продолжить, но воздух застрял у него в горле.

– Я… убийца? – не веря своим ушам, произнес он.

Командующий встал с табуретки и подошел к окну.

– Да, Дезмонд, убийца. Ты убил Рэнди Книфза, его тело нашли возле дома твоего одноклассника. Девочка нам все рассказала.

– Он… – Дезмонд зажмурился и стиснул зубы, – Он заслужил это!

Сэлтер повернулся к мальчику.

– Еще ты убил Лею Фаери, свою сестру.

– Я… – Дезмонд распахнул глаза.

Он хотел было что-то возразить, но в памяти вспыхнули воспоминания о женщине в алом платье и пламени, сорвавшемся с его рук и поглотившем его сестру.

– Я… Я только хотел…

Губы мальчика задрожали.

– Я… Лея…

Дезмонд закрыл лицо руками и зарыдал.

Сила. Сила, о которой он так молил, и которая была ему так нужна, которая позволила бы ему спасти папу и маму. Она появилась слишком поздно, и обошлась ему слишком дорого.

Сэлтер махнул рукой Найре. Женщина кивнула и вышла из комнаты, тихонько прикрыв за собой дверь.

Вскоре сил у Дезмонда на рыдания попросту не осталось. Он молчал и смотрел куда-то в пустоту. По щекам текли безмолвные слезы.

– Дезмонд, послушай меня, – обратился к нему Командующий, – В тебе открылся дар. Теперь ты обязан вступить в Легион.

Мальчик молчал. Ему было на все наплевать. У него ничего не осталось, ни места куда он мог вернуться, ни близких. В его душе зияла дыра с обугленными краями. От его жизни осталось пепелище.

Командующий говорил что-то еще, но Дезмонд его не слышал. Он смотрел на свои забинтованные до локтей руки. Сквозь бинты едва заметно проступали черные символы, покрывшие его предплечья.

– Не показывай солнцу… – тихо бормотал он.

***

Дезмонд вынырнул из воспоминаний. Нахмурившись, он еще раз измерил шагами приютившую его лачугу.

Второй Легионер тоже очнулся, и теперь оба горе-преследователя сидели смирно. Дезмонд подошел к окну и выглянул на быстро завоевываемую ночным мраком улицу.

– Так, детишки, когда доберетесь до мамочки Стивена, скажите ему, что Амун-Ра похитили ублюдки с красными треугольниками на спине, и что я иду за ними. А еще…

Одаренный повернулся к Легионерам. Его глаза испускали тусклый золотой свет.

– … Скажите, что дядя Дезмонд очень-очень злой, и красным треугольникам охрененно не повезло.