Календарь понедельников

– Может маску снимешь? Или стесняешься своих веснушек? – подначила я паренька, теперь уже не сомневаясь, что эдакий дылда всего лишь подросток.

– Откуда ты знаешь? – пацан аж остановился. – Видела меня на рынке?

Оказалось, что ярко рыжие волосы и куча веснушек – довольно-таки редкое для этих мест явление. Окружающие с подозрением относились к оранжевому цвету вообще, как к чему-то иномирному, поэтому мальчишку все шугали. Друзей не было, подработать не давали – не доверяли даже донести покупки в сопровождении хозяев. А у него на руках две младшие сестренки и заболевшая мать. Отец месяц назад уехал в соседний город на заработки и ещё не вернулся.

Меня заинтересовало всеобщее странное отношение к определенному цвету. Есть причина какая-то? Надо выяснить, прежде чем что-то предпринимать. А помочь мальчишке я уже точно решила.

Так потихоньку мы шли, беседуя: я пыталась выяснить, что за фрукт мой грабитель, он, заинтересовался нашей компанией, а точнее трехголовой её частью. Пока я только выяснила, что пацана зовут Егорушкой, ему 14 лет, он действительно рыжий-рыжий и конопатый (но ни дедушки, ни лопаты никогда не было). А ещё то, что в этом мире трехголовые щенки могут быть только у иномирян, которых местные почему-то побаиваются.

Довольные прогулкой щенки с ходу влетели в пещеру, не замеченную мною за разговорами, я, естественно, рванула за ними, как привязанная. А пещера оказалась сквозным проходом, через который мы попали в дивный сад. Рассмотреть его красоту я толком не успела, потому что щенки припустили, что есть мочи, почувствовав близость дома и видимо обеда. Так что, когда мы примчались к дверям двухэтажного особняка, я еле дышала. Зато Егорушка и собачки ещё и довольно подпрыгивали – мол круто пробежались.

Так вот же идеальный вариант – Егорушка! Видно за этим тут я и торчу: поймать трехголовых за хвосты и обеспечить жаждущего работой.

– Наконец-то! Нашёлся!

В смысле? Кто-то нас заждался? А почему именно “нашёлся”?

– Правильно, такой как раз и нужен! Хорошо, что мы за помощью обратились, сами бы еще тысячу лет искали.

Ничего пока не поняла, в том числе и откуда доносятся голоса, так что надо поскорее брать бразды правления в свои руки.

– Здравствуйте, хозяева. Собачки ваши в целостности и сохранности. В дом можно зайти? Угостите нас чаем или кофе?

Двери дома гостеприимно распахнулись, но никто нас встречать не вышел. Раз дополнительного инструктажа не было, я так со всеми собачками и пошла. Проём двери вспыхнул зеленым светом и сразу погас. Я обернулась посмотреть на Егорушку, на него среагировало аж всеми цветами радуги. Короче, чем дальше в лес, тем всё загадочнее.

Прошли мы в просторный зал, здесь можно было бы запросто устраивать средневековые балы. Светло, потому что окна в пол, потолки высоченные, люстры обалденные – как в нашем театре оперы и балета, красота, да и только. Полюбовалась я и тут же замерла в ступоре.

Два огромных дерева заглядывали в высокое окно и разговаривали. Посмотрела бы я на своё лицо в этот момент – наверняка челюсть моя отвисла чуть ли не до пола от удивления.

Деревья (не знаю, как правильнее их назвать) заметили мой взгляд, переглянулись, наклонились ещё ниже.

– Спасибо, что вы откликнулись сразу на нашу просьбу. И отдельная благодарность за то, что так быстро нашли нам Избранного.

Егорушка – Избранный? Чего только не бывает на белом свете… Про то, что я откликнулась или не я, спрашивать не буду. А мальчишку просто так не могу тут оставить. Пусть объяснят сначала, что в нем особенного и зачем им нужен.

Сам Егорушка, не отвлекаясь на всякие мелочи в виде разговаривающих деревьев, самозабвенно играл с щенятами.

Оказалось, его рыжая шевелюра и веснушчатость действительно один из признаков потомков иномирян, некогда посетивших этот мир. Второй признак проявился, когда парнишка заходил в дом – радужное свечение. Дом уже давно пустует, а принадлежать он может только конкретному человеку, вернее магу, и слушаться его же, умный ведь домик, непростой.

Осталось всего ничего – найти у мальчишки блокиратор магии. Да, все гостившие тут много лет назад иномиряне поголовно были магами.

– Егорушка, иди сюда на секунду. Надо выяснить кое-что. Мама и папа тебе про детство обычно много рассказывают, вспоминают?

– Да не, я приёмный. Родители говорили, как нашли меня, сам я ничего не помню. Они как раз гостили у дальней родни в деревне. Однажды ночью сгорел дом, стоявший на отшибе. Сказывали, там жил нелюдимый дед, травник и врачеватель, тоже рыжий. Вроде одинокий был. А по утру на пепелище нашли меня. И всё, больше ничего не знаю.

– А была ли при тебе какая-нибудь вещица – браслет, часы, цепочка, случайно не рассказывали?

– Не, ничего не было. Только шрам на плече остался. Деревенские божились, что у деда такой же примерно был.

– Ясно, что ничего не ясно. Ну пойдём по дому прогуляемся что ли.

Специально, с умыслом, но не злым, конечно, пустила парнишку вперёд. К моему удивлению, он довольно-таки уверенно пошагал на кухню. Там мимоходом, по-моему, сам не замечая, что делает, пооткрывал какие-то ящички, коробочки, сначала достал и покидал вкусняшки собачкам, радостно увязавшимся за нами, потом, вытерев руки полотенцем, хватанул откуда-то по куску пирога, себе и мне. И это на ходу, с интересом рассматривая всё, что встречалось на пути. Из кухни напрямую, не заруливая ни в какие соседние двери и арки, мы пошагали куда-то на задворки.

И нашли… секретный вход в библиотеку, где хранилась книга истории прихода пришельцев в этот мир. Почему никто о ней не знал – а кому бы знать-то? Говорящим деревьям или трехголовым щенятам?

Ну всё по порядку.

Дошли мы прямиком до чулана. Что кроме кладовки может быть в отдаленном тупике? Только склад вещей или банок, не нужных сиюминутно. Егорушка, ничуть не сомневаясь, поднял руки и начал подпрыгивать, пытаясь достать до висящей почти под потолком картины. Я уже и так с открытым ртом за ним шла, а тут вообще зависла. Молчу, естественно, боюсь спугнуть парня. Все-таки допрыгнул, вертанулась картина кругом. Стена перед нами со скрипом вместе с неприметной дверью отъехала вбок. Вот тут мальчишка и пришёл в себя, начал озираться – как это мы тут оказались?

– Мы так быстро пришли. Не понял, ты мне предлагаешь книжки почитать?

– Егорушка, смотри, на верхней полке что-то блестит, может достанешь?

– Там? – он протягивает руку в сторону книжных полок, а сам смотрит на меня. Поэтому я вижу, а он нет, как сверху к нему в руки плавно спускается светящаяся большая книга.

И что у нас получается? Не было никакой блокировки? Или в этой библиотеке что-то эдакое, наконец, признало парня своим, вернуло способности. Как-то все просто и сомнительно. Вот выйдет, например, Егорушка из этого дома и все – пропадет вся магия?

Пока я задумчиво гоняла мысли в своей голове, юный маг рассматривал картинки в мерцающей книге и … сам будто пропитывался светом. В один момент на него из-за повышенной яркости даже стало невозможно смотреть.

Когда я проморгалась, на месте Егорушки стоял дедушка.

– А где Егорушка?

– Это я! Сейчас вам подробно все, девушка, объясню, только не перебивайте, времени мало. Вы, пожалуйста, передайте мне… то есть Егорушке, поддержите мальца. У него память проснётся, но позже.

Протараторил все скороговоркой, померцал и исчез, вернее вернулся в тело паренька, бессильно привалившегося к ближайшей стене.

Да, дед был иномирянином, не захотел уезжать из такого гостеприимного (нельзя так сказать про всех людей, но всё же) мира, остался жить, как простой деревенский знахарь. Многие жители недоверчиво, а главное, завистливо поглядывали на мага. А он просто жил с удовольствием, наслаждаясь красотой и спокойствием.

И вот пришло его время перерождения, но он тихо-размеренно живя среди людей и позабыл подготовиться. Почему он остался в деревне, а не в этом доме – как раз понятно, не хотел выделяться. А вот почему на родину не захотел возвращаться – до таких глубоких причин сейчас не докопаться, дед сослался на нехватку времени и не объяснил. Да и цель у меня другая – помочь Егорушке, его семье, трехголовым озорникам, волшебному дому и говорящим деревьям. Не многовато ли на одну меня?

Сказать, что парень удивился новому повороту жизни – это не сказать ничего. Выпученные глаза по пять копеек только надо было видеть! К его чести, надо сказать, не было и в помине никаких “я им покажу теперь”, “отомщу за то, что меня обижали”. Это радовало!

Вовремя Егорушка вспомнил свою прошлую жизнь, магические навыки и лекарское дело. Послал поисковик в виде почтового голубя за названным отцом.

Оказалось, что на обоз, идущий из города, где подрабатывал его отец, напали разбойники. Побили всех, утащили деньги и добро, раненных бросили на дороге и сбежали – мда, ничего нового и необычного. Благо это случилось недалеко от города, стража нападение увидеть-увидела, но пока собрались, пока вышли, разбойников и след простыл. Спасибо, что, вообще, вышли.

Отец живой, но без сознания, уже который день лежал неопознанным бродягой в местном госпитале для бедняков.

Юный маг, не размениваясь пока на исследования и размышления о своей жизни до и после, поступил по-взрослому. Переселил сестренок и мать теперь уже в свой дом, подлечил и временно усыпил, чтобы не пугались слишком резких перемен, и перенесся за отцом, благо открытие портала для него стало сущим пустяком.