Сваровы против серых

Молодой человек отогнал машину, закрыл её и закидал разными ветками высокого, недавно скошенного им сорняка. Тихонько ступая, он подошёл к душу и постучал.

– Егор, входи, открыто.

Сваров отворил дверь. У крана стояла нагая Надежда и молодой человек искренне залюбовался её статной красивой фигурой. Девушка повернулась к нему лицом. Русые волосы, расплетённые из косы, прикрывали её грудь. Строение её тела напоминало ему гравюры и картины русских художников, где девушки стройные, но широкие в кости, участвовали в страде, убирались по дому и носили воду с колодца. Этот старославянский стиль женского начала всегда волновал и привлекал Егора.

– Егорушка! Скажи мне честно и откровенно: ты по-прежнему хочешь быть моим супругом?

– И ныне и присно и вовеки веков, – ответил молодой человек, сам удивляясь своим словам. Раньше он так никогда не изъяснялся.

– Тогда слушай и молчи.

Надя повернулась к нему боком и заговорила на старославянском языке, про который Егор читал, когда делал сайт для группы поклонников ведического направления. Тогда он не придал особого значения этому наречию.

– Матушка Лада, славим Твою любовь Всеобъемлющую! Творишь Ты лад во Всемирье, в Семьях Небесных и Земных, через них познаём мы суть Твою Святую и Правду Предвечную, Любовью и Согласием Ты наполняешь души наши, славим Тебя Великая Мати, как и Предки славили, прими благодарность нашу за рождение мира и утверждения мира Явного в красоте твоей! Слава Ладе и всем Родным Богам!

Надежда вновь повернулась к Егору.

– Суженый мой! Готов ли ты взять меня в жёны, любить меня больше жизни своей, во горе и радости, хранить верность мне, стать защитником и оберегом семьи нашей и заботится о нашем потомстве?

– Готов.

– Лада Матушка! Обращаюсь к тебе как дочь твоя. Прошу тебя, наполни меня любовью, нежностью, осознанием, мудростью. Лада Матушка, наведи Лад в роду моем. Призываю тепло твоё, мудрость твою женскую, Лад твой и любовь Твою. Войди всем твоим теплом, нежностью, любовью в душу мою. Я готова взять в мужья суженого моего – Егора, любить его больше жизни своей, хранить верность ему во горе и радости, поддерживать семейный очаг, воспитывать детей наших. В знак нашей любви и верности и перед лицом истинного бога любви славянского, дабы быть единой по крови мужу и детям нашим, обменяюсь с суженым кровью своей.

С этими словами Надя достала с полки маленький нож с костяной рукояткой и сделала аккуратный порез на своём левом запястье и такой же на запястье Егора.

– А теперь суженый мой, в знак своей любви и обетом данным нами обоими, прикоснись раной своей рукотворной к моей ране, дабы мы стали едины с тобой душой, телом и кровью общей, если решение твоё искренне и помыслы твои чисты.

– С превеликим удовольствием и с чистыми помыслами, супруга моя! – ответил Егор.

Они соединили свои запястья и кровь их смешалась.

– Вот и стали мы с тобой мужем и женой, Егорушка, – прижалась к его груди Надя. – А скажи, супруг мой, откуда ты ответ-то знаешь?

Егор молчал. Он ещё никак не мог понять, откуда у него возникло это непонятное чувство, что он уже проходил этот обычай, но это было так давно, наверное, в каком-то другом времени.

– Что случилось? – встревожено спросила супруга. – Тебе плохо?!

– Нет. Ничего. Всё хорошо. Честно говоря, я и сам не знаю откуда, а точнее эти слова возникли прямо из ниоткуда, как будто я их всегда знал. А теперь ты мне ответь, жена моя, откуда ты всё это знаешь и умеешь?

– Я же тебе говорила, что бабушка моя была знахаркой. Ладовы мы по фамилии. Наш род ещё от славянских ведов и ведуний путь свой имеет. И Лада – покровительница нашего дома.

– Нет… этого не может быть… ну, просто ни в какие ворота не идёт и не едет…

– Что случилось, милый?

– Отец мне в детстве рассказывал, что род Сваровых тоже существует со времён старославянской веры. Пращур мой, Ратибор, великим воином был, а нашему дому покровительствовал сам Сварог. Наш род – это его воины. И тут мы с тобой с одного окопа. Вот, как интересно наши судьбы переплелись.

Надя ошарашено смотрела на своего супруга:

– Егорушка! Ты это сейчас сказал… это точно твоя родословная?

– Да, а что?

– Егорушка! Лада и Сварог были мужем и женой, ты – от Сварога, а я от Лады. Ничего не улавливаешь?! Мы – потомки этих богов и они через нас соединились вновь!

– А это плохо или хорошо?

– Это какое-то знамение, знак. Я пока не знаю, что оно означает, но это что-то очень серьёзное. Таких совпадений просто так не бывает.

– Тук-тук! Кто здесь гутарит? – внезапно за дверью душа прозвучал хрипловатый бас.

– Ё-моё! Голос похож на дядь Гришин! Я сейчас! – Егор протиснулся к внутренней стороне двери душа – Дядь Гриш! Это ты?

– Ёлки-иголки! Егорка! Ты ли это?

– Я, дядь Гриш!

– А с тобой там кто?

– Жена моя.

– О! Тогда не буду вам мешать! Егор! А когда мне подойти? А то разговор надобно говорить, а я тут притопал в самый неподходящий момент. Молодое дело – оно такое!

– Ничего, дядь Гриш! Мы сейчас, скоро! – воскликнула Надя.

Спустя несколько минут молодые люди вышли из душа и вместе с участковым зашли в дом. Дядя Гриша был простым деревенским мужиком, казацкого вида, с пышными усами, широк в плечах и мало походил на человека предпенсионного возраста. Полицейская форма подчёркивала его выправку.

– Присаживайся, дядь Гриша, – пригласил его к столу Егор – в ногах правды нет.

– И то, верно.

– Я всегда говорил, что ты службу свою знаешь от и до. Мы только приехали, а ты сразу это срисовал. Поздороваться решил?

– Не только. Есть у меня ещё кое-какая новость.

– Слушаю тебя, дядь Гриш.

– Ну вот что, крестничек, – сказал участковый – не знаю, что ты там совершил и жинка твоя тоже, но ищут вас. Не далее как час назад Новоусманский РОВД получил странную ориентировку. Меня вызвали с участка и показали её, потому как адрес в ней – дом твоей тётки. И по приметам мне как-то сразу понятно стало, что ищут людей, одного из которых я хорошо знаю. По описанию ты как раз и подходил. А теперь вижу, что и жинка твоя тоже соответствует. Зовут-то тебя, девонька, как?

– Надеждой нарекли.

– Вот! «Егоров» и «Надежд» в России великое множество, но вместе и по одному адресу на этой улице в Новой Усмани – тут уж ошибки никакой нет, так что именно про вас обоих информация и прошла-то. Вот что ребятки… – сделал паузу дядя Гриша – …сказали мне вас не тревожить, просто понаблюдать за вами и при попытке отъезда не задерживать, а сообщить по одному московскому телефону. Пробили мы этот номерок с начальником. Мать честная! Это даже не ФСБ. Это… кхм… часть системы ГРУ и военной контрразведки. Не буду дознаваться, что там у вас получилось, но обещали они к вам завтра наведаться. Сказали, что поговорить им с вами нужно. Просто поговорить. Наверное, мою крёстную связь с тобой, Егорка, разнюхали, вот потому начальник отдела РОВД и попросил меня самолично, а не на уазике, да с половиной личного состава сходить, значит, посмотреть и если вы тут, то объяснить, что бояться не надо. Плохого ничего они вам как раз и не хотят. Даже, говорят, наоборот.

– Понятно, дядь Гриша. Ну, хоть ты нас успокоил. Посмотрим, что завтра будет. Утро, оно, как говорится, вечера мудренее.

– Ну и ладушки. Пошёл я заканчивать обход, а вам тут надо оборкаться8 до завтра, да прикинуть умом, чего делать и что говорить им в случае чего.

Когда участковый ушёл, Егор открыл бутылку прохладного кваса из холодильника и, наполнив две кружки для себя и супруги, стал смотреть в окно.

– Егорушка! Ты о чём думаешь?

– О тебе, солнце моё и о завтрашнем дне. Не нравится мне всё это. Как они могли достать нас здесь? Ведь ноутбук выключен, телефоны тоже, батареи из них вынуты, хотя такая контора, про которую дядя Гриша говорил, может нас из под земли достать. Хуже всего то, что они знают, что им от нас нужно, а мы – нет. И тут дело, как мне кажется, не сколько в этом эксперименте…

– А в чём?

– Не знаю. Кругом только одни вопросы. Нет пока информации, которая бы позволила нам за что-то зацепиться и сделать оргвыводы. Я по жизни не люблю быть пешкой в чужой игре, а здесь что-то такое крупное, о чём мы с тобой даже догадываться не можем. Сейчас мы похожи на загнанных зверей, только красных флажков не хватает.

– Ну и ладно, посмотрим, что они хотят от нас. Надо поужинать, ты пока телевизор посмотри, а я накрою на стол. Ой! А что ж мы дядю Гришу-то и не угостили?! Как мне стыдно! Вот он подумает, какая я плохая хозяйка.

– Не, дядь Гриша – мужик мировой, не будет он так думать. Его торопливость вызвана тем, что мы из душа вышли в неглиже. Подумал, что у молодых другое сейчас на уме.

– А что у нас должно быть на уме? – хитро спросила Надя.

– А вот что, – сказал Егор, увлекая супругу на постеленные на диван спальники и на ходу освобождая её от широкого полотенца…

Через пару часов молодой человек включил ноутбук и, установив в разъём usb-модем, зашёл на любимый сайт. Тема про корпорацию действительно существовала, а постоянно возрастающая популярность вывела её на главную страницу сайта. Судя по сообщениям, людей, получивших приглашение в испытательный эксперимент, становилось всё больше и больше. Пока Надежда мыла посуду, а потом наводила порядок в спальне, Егор успел посмотреть почту. От Влада пришло ещё одно сообщение. Привычно распаковав файл, молодой человек подозвал супругу, и они вместе прочли следующее:

«Егор!

Мне сообщили, что ты теперь не один. Поздравляю! Обстоятельства изменились – грядут большие перемены. Я очень сильно ошибался по поводу данной конторы. Этих людей не стоит бояться: они не причинят вам зла. Кстати, мне тут показали, через скан-копию, результаты биопсии моего бренного ныне тела. Её проводили сразу после ДТП. У меня была злокачественная опухоль, да ещё в серьёзной стадии развития. Так что шансов тогда у меня не было вообще никаких. Сейчас пообещали новое тело. Жду. Завтра с вами свяжутся сотрудники… в общем, сам всё узнаешь. Пока ничего не могу больше сказать, но там идёт ОЧЕНЬ СЕРЬЁЗНАЯ ИГРА. Даже не межправительственная. Прошу, как друга – дождись их. Не сваливай в неизвестность. И да, насчёт сваливания – вас отследили и вели прямо до этой… как её… Усмани, что ли. Так что это пустое дело – скрываться от них.

Влад»

– Ну, теперь мы точно здесь, как в западне, – с болью в голосе произнесла Надя – и ничего поделать уже нельзя. Как же тяготит эта неизвестность.

– Не нервничай, солнце моё, не надо! Нас всё равно, как сказал Влад, будут «вести», куда бы мы ни пытались уехать. Лучше уж здесь, на месте, узнать чего хотят от нас эти люди.

– И что мы будем делать дальше?

– Мы? Пока мы будем наслаждаться жизнью, проведём супружескую ночь, а утром посмотрим, с каким предложением к нам явятся эти угрюмые и серьёзные дядьки.

– Первая половина твоей фразы мне ОЧЕНЬ нравится, а вот вторая часть – вселяет страх.

– Ну, Надюша, я просто реалистично смотрю на создавшуюся ситуацию.

– А я очень переживаю за нас. Ведь жена – хранительница семейного очага.

– А я муж – воин и её защитник. Мне ещё тяжелее осознавать неизвестность. Но нужно смотреть в будущее с надеждой: пока нам не сделали ничего плохого. Реально они могли сотворить любую пакость, даже ДТП устроить, как Владу, но не сделали.

– Хоть это вселяет оптимизм. Тогда я пошла стелить нам кровать: от тётки, в шкафу, осталось чистое постельное бельё. Я его уже проветрила и просушила на солнце. Теперь им можно пользоваться.

– Вот сейчас я вижу, что моя супруга, ДЕЙСТВИТЕЛЬНО, хранительница семейного очага.

– Спасибо за комплимент, любимый!

Рано утром к крыльцу дома подъехал чёрный джип. Из него вышли трое штатских и направились внутрь. Егор уже не спал, а только дремал, лёжа на спине, а на его груди тихо посапывала супруга. Когда скрипнула щеколда входной двери, он аккуратно переложил Надю на подушку и, накинув камуфляж, вышел навстречу незваным гостям.

– Здравствуйте, Егор Иванович!

– Ничего себе! Вы и отчество моё знаете? Ну, здравствуйте, если не шутите.

– И ваше отчество знаем и с отчеством вашей девушки знакомы. Нам вообще про вас обоих много чего известно.

– А с кем имею честь?

– Заместитель начальника одного из отделов подразделения СВР, подполковник Баев, Алексей Викторович.

– СВР? Служба Внешней Разведки?!

– Она самая Егор Иванович.

– Давайте без отчества, а то я начинаю себя считать этаким дедом-пенсионером.

– Вообще-то привыкайте, ну а пока, если желаете, будем без отчества.

– Тогда вопрос номер один: чем мы обязаны таким пристальным вниманием к нашим персонам?

– Егор Ив… э-э-э… Егор! По нашим данным, вам с Надеждой предстоит сыграть ключевую роль в одном очень серьёзном, запутанном и опасном деле.

– Какую и где?

– Не сейчас, Егор. Не сейчас. Я понимаю, что вы оба удивлены, можно сказать, шокированы…

– Это ещё мягко сказано.

– Так вот. Нужно решить несколько вопросов. Первый. Нам поручено подписать с вами обоими межправительственный контракт. После этого вам будет открыта полная информация, вы будете задействованы в работе над проектом, и вам будут выданы соответствующие удостоверения.

– Гм… тут не всё так гладко… э-э-э… Алексей Викторович.

– Причина?

– Мы с Надей решили пожениться. Нет, даже не так. Нам осталось оформить документы в ЗАГСе. И уж тогда мы оба, как семья, будем обсуждать ваши межправительственные предложения.

– Тогда наш вопрос номер два снимается.

– Простите?!

– После подписания контракта мы хотели попросить вас, Егор, повнимательнее… э-э-э… присмотреться к Надежде и попытаться завязать семейный союз. Но мы, к счастью, так сказать, уже «опоздали» с этим предложением. Что ж, это сильно меняет расклад в лучшую сторону. Мы поможем вам в получении свидетельства. Думаю, что через пару часов оно будет готово.

– И нам не нужно ждать целый месяц?!

– Вы ещё не поняли, с кем имеете дело? Николай! – обратился Баев к подчинённому.

– Слушаю, Алексей Викторович!

– Сейчас отправляешься в ЗАГС и оформишь им документы. Егор! Паспорта у вас обоих с собой?

– Обижаете. Конечно с собой!

– Можете разбудить вашу… э-э-э… невесту?

– Могу. Только мы вчера обручились по-старославянски, так что она мне уже законная супруга. Осталось только оформить гражданскую запись в ЗАГСе.

– А по-старославянски – это как?

– Обет на крови.

– Серьёзно?!

– Вполне.

– Скажите, Егор, а кто вас обоих надоумил провести этот обряд?

– Не знаю, – молодой человек заметил волнение подполковника – более всего здесь подходит мысль о голосе крови.

– А вы оба знаете корни своей родословной?

– Безусловно.

– Тогда это сильно меняет дело. Нам потребуется намного меньше времени доводить до вас некую информацию. Будите вашу супругу, и мы будем разговаривать с вами серьёзно и уже как с семьёй.

Пока Егор ушёл в спальню, чтобы разбудить Надю, третий штатский, до этого не принимавший участия в беседе, подключился к разговору:

– Алексей, а вы точно уверены, что это те люди, которых мы ищем?

– Да, уважаемый Тверк. Все данные полностью совпадают.

– Мы не должны совершить ошибку, для вашей планеты она будет роковой.

– Прежде, чем разговаривать с объектом, в нашем ведомстве заводят на него анкету.

– Что такое «Анкета»?

– Это полный перечень данных об объекте, его действиях, передвижениях и изменениях статуса, начиная с детства. Если объект должен работать с нами, то составляются и полные биометрические данные о нём, вносятся его привычки, пристрастия и социальная направленность. Словом всё то, что можно собрать. Пусть некоторые данные на первых порах и не пригодятся, но они могут понадобиться в будущем.

Заспанная Надя никак не могла взять в толк, почему она должна срочно одеваться и куда-то идти, пока Егор не сказал, что гости уже приехали.

– Егорушка! Они тебя не тронули?! Что они говорят и чего хотят?

– А, – махнул он рукой – ерунду какую-то. Бормочут какую-то неправдоподобную информацию о нашей особой миссии, обрадовались тому, что мы с тобой поженились и заинтересовались нашим обрядом. Кстати! Паспорта с одним из них уже уехали в ЗАГС!

– А как же мы теперь без них?! Что они хотят с ними сделать?!

– Сотрудник этой конторы уехал в Воронеж, чтобы привести нам из ЗАГСа документы о бракосочетании.

– Правда?! Нет, ты меня обманываешь! Поклянись, что это так!

– Клянусь! Намерения у них больно серьёзные. Во всём. Так что скоро будешь Надеждой Ивановной Сваровой.

– Ну, а я теперь и есть супруга потомка Сварога – Сварова жена. Пусть пока без штампа в паспорте, но в действительности так оно и есть.

– Давай не будем касаться этого вопроса при них.

– Хорошо. Я постараюсь. А вообще, пока ты с ними будешь разговаривать, я просто помолчу и понаблюдаю за ними: кого они из себя представляют и что хотят. Всё это можно узнать по характерным признакам поведения.

– Договорились.

Молодые пришли в зал и сели за стол, напротив гостей.

– Здравствуйте Надежда Ивановна Ладова… м-м-м… теперь уже в скором времени Сварова. Наверное, так правильней будет говорить. Надеюсь, что ваш муж вкратце рассказал вам о нас.

– Здравствуйте! Ко мне можно обращаться без отчества. Не такая я уж и важная персона. Про разговор он сказал, только из рассказа Егора мне мало, что понятно.

– Вот что ребятки… – Баев замялся – …мне нужно, чтобы вы оба подписали межправительственный контракт на работу. Именно на работу, а не эксперимент, как написано в объявлении.

– Алексей Викторович! А с какой это поры российская СВР работает на несколько правительств? Или времена борьки-пьяницы вернулись?

– Нет, Егор, не вернулись. Произошло много чего такого, во что бы я сам раньше не только не поверил, да что греха таить – даже слушать бы не стал, назвав всё это бредом умалишённого. Но времена меняются. Скажу кратко: мы на пороге планетарной катастрофы и она будет вызвана не самим человечеством.

– Вот, те раз! А кем же?

– Разрешите мне, Алексей? – старательно выговаривая слова, произнёс второй собеседник в штатском.

– Да, пожалуйста.

– Вы – Егор, а вы – Надь или Надя, как говорят в вашем мире. Вы, может быть, не знаете своей истории рода до конца, хотя по рассказу Егора – вы что-то об этом слышали.

– Мы знаем больше, чем вы думаете, – заметила Надежда.

– Я так не считаю. А теперь у меня вопрос к Егору: скажите, вас сны о прошлом не мучают?

– А откуда вы об этом знаете?! – опешил он.

– А вас, Надя?

– Мне иногда снятся сны о какой-то деревне ещё в старославянские времена, сны были очень разрозненные и расплывчатые… до сегодняшней ночи. А сегодня такой сон опять приснился, но всё было как наяву. Меня и Егор сразу не смог поднять с кровати, поскольку я ещё до конца осмысливала это сновидение.

– Тогда ещё один вопрос, но уже к вам обоим: как звали воина в ваших снах и можете ли вы сказать имя ведуньи из его поселения?

– Ратибор и Надь! – почти одновременно воскликнули супруги.