- -
- 100%
- +
К главному вопросу, ради которого мы сюда заглянули на пару минут, а в довесок получили несколько чудесных часов, я подобралась уже поздним вечером, когда командир зычно скомандовал заканчивать посиделки:
– Шуляк, по округе вы поколесили, трофеев набили и теперь на базу возвращаетесь. А не возьмете ли попутчиков?
– До Запповедного? – почесал он мохнатую бровь и благосклонно кивнул: – Отчего нет, если вам охота два дня в компании упырятины в обозе ехать. Ребята только рады будут попутчицам, Лис так вообще не заткнется. Мы собираемся, как только рассветет, подходите.
***
Как же нам повезло наткнуться на Заппычей!.. Отзывчивые мужики крупно выручили нас сразу по нескольким пунктам. Во-первых, с интересными людьми приятно побеседовать на самые разные темы, начиная от рабочих особенностей (а их оказалась воз и маленькая тележка), заканчивая лучшими и худшими местами в Запповедном месте, путь до которого занял аж три с половиной дня.
Во-вторых, спасибо этим людям за сбереженные нервы в большом количестве! Как-то незаметно принялась качать свои права весна. Морозцы ещё случались, но лишь по ночам, а днем проталины на окрестных полях, лугах и пастбищах увеличивались с каждым часом. Леса ещё пока стояли голые и угрюмые, хотя то тут, то там пробивались из-под снега первоцветы. Бледно-синие крокусы, желтенькие примулы и белые подснежники радовали глаз. А вот проселок, ведущий от Урминок, своим видом вгонял в жестокую тоску, пусть даже жирная, напитавшаяся водой рыжеватая глина красиво поблескивала в пробивающихся из-за облаков солнечных лучах. Гнать и без того выбивающихся из сил лошадей не было смысла, потому и на дорогу ушло больше времени.
В-третьих, профессиональные охотники, живущие с разъездов по заказам и патрулирования территории, рассказали в общих чертах про географию местности. «Заппычи» вот уже несколько лет входили в число официальных «нечистиков» северного, лежащего вдоль Гналика региона Раси. Самым крупным городом области был Димнелл, но находился он у восточных границ, и тамошнюю администрацию больше занимали оживленные тракты из Либавы, Привары и Маруры. Так что отдаленным провинциальным городкам приходилось крутиться самим, и Запповедное место славилось именно обеспечением безопасности. По Северному тракту, проходящему через всю область параллельно границе, можно было передвигаться без опаски именно благодаря слаженной регулярной работе охотничьих команд. Об этом Шуляк рассказывал со спокойной, осознанной и обоснованной гордостью, так что я с чистой совестью выкинула нечисть из списка забот на дальнейший участок пути.
Куда этот путь будет лежать, мы пока не определились. Виэлла всю дорогу легкомысленно отнекивалась от попыток обсудить с ней дальнейший маршрут, наконец, прямо сказав, что в этом вопросе полностью мне доверяет.
Запповедное место на своих «нечистиков» полагалось целиком и полностью: дворы и огороды были привольно раскинуты между расходящимися в стороны дорогами. Ни стен, ни даже общего частокола, только одиноко стоящий у дороги столб с названием поселения. Чем дальше от окраин, тем меньше становились подворья, ровнее и однообразнее заборы, внушительнее дома. Здания из деревянных становились кирпичными, вырастали на этаж, накрывались светло-серой черепицей.
Народная популярность, заслуженная годами службы, была видна невооруженным взглядом: с самых окраин небольшой, абсолютно непримечательный отряд из пяти верховых и одной повозки вызывал восторженные крики детишек, приветственные возгласы взрослых, шаловливые шуточки высунувшихся по пояс в окна девушек.
Занимаемый Заппычами дом ожидаемо располагался в самом центре, выходя фасадом на площадь. Собственно, её и образовывали два здоровенных подворья: база охотников и «Облачная нега», самая лучшая в городке гостиница, про превосходную кормежку и уютные комнаты с мягкими перинами которой Лис прожужжал все уши.
Огороженный крепким высоким забором двор; на воротах выведены те же символы команды, что и на тележных бортах. Далее – угрюмый двухэтажный дом, из серого, позеленевшего от влаги кирпича, с подслеповатыми маленькими окошками, забранными полупрозрачным стеклом. За базой присматривали: из труб вился тонкий дымок, под стенами никакого мусора, жидкая грязь направлена в узкие, не забитые прошлогодними листьями и прочей дрянью сточные канавы. Дерево на площади росло лишь одно, зато какое! Многосотлетний дуб, обнесенный низенькой решеткой, раскинул голые узловатые ветви во все стороны. Брусчатка улиц не сливалась на этой площади в одно сплошное озеро, а уважительно обтекала дерево стороной.
«Облачная нега» выглядела полной противоположностью неприветливому охотничьему жилищу. Легкое, нарядное нежно-голубое двухэтажное здание с большими окнами, белыми наличниками, дверями и черепицей; глядя на него, можно было подумать, что мы очутились, по меньшей мере, в центре области, а то и в столице. Конюшни, сараи и прочие подсобки более темного и спокойного оттенка выгодно подчеркивали внешний вид главного дома.
Шуляк спешился у ворот первым и с удовольствием размял руки-ноги:
– Приехали наконец-то…
Все остальные с этим были согласны целиком и полностью: среди набирающих силу звуков обычной для прибытия из дальней дороги суеты отчетливо выделялись тихие вздохи облегчения. Я легко перемахнула через высокий борт, с наслаждением ощутив под ногами твердую брусчатку. Виэлла не мешкая всучила мне оба рюкзака, а сама принялась осторожно слазить, повернувшись к улице задом и нащупывая ногой колесо.
Ещё в пути охотники мягко намекнули, что полноценное прощание с многочисленными признательностями, заверениями в дружбе и предложениями отблагодарить им не по душе. Подбросить коллегу они всегда рады, денег за это не берут, так что можно ограничится кратким «до встречи!» и разбредаться по своим делам. Мы же вскинули на плечи рюкзаки и обогнули дуб, намереваясь проверить на своей шкуре хваленое качество «Неги».
В снятую нами непритязательную двухместную комнатушку я вернулась уже на закате и от двери смачно, с размаху, швырнула под окно объемистый сверток. По уму, прибарахляться нужно было перед возвращением в гостиницу, а не перед прогулкой по городку из конца в конец…
– Эса!.. Ну ёлы-палы, все в чернилах теперь!
– Если ты не додумалась брать в поход чернила-несмывайку, тебе работы на пять минут, – я полностью проигнорировала её возмущение и с наслаждением содрала нога об ногу ботинки в отведенном под это углу у двери. Куртка была расстегнута уже до того, оставалось лишь повесить её за капюшон на прибитые к двери крючки. Можно подумать, это первый раз, когда у нее протекали чернильницы! Школьную сумку чистила регулярно!
Кроме бурчащей под нос Виэллы, сейчас колдующей над пятнами, на кровати сидела ещё одна девушка – кудрявая шатенка с редкими крапинками веснушек по личику и забавно приподнятыми бровями над карими глазами. Эффектно пролетевший перед самым носом пакет присевшую на краешек кровати гостью впечатлил до немоты аж на целую минуту. Затем она все же отмерла:
– Привет, Эсал!
– Привет, – улыбнулась я в ответ. С Лараэлью мы уже познакомились. В обеденное время в общем зале было крайне сложно найти пару мест, и нам удалось пристроиться только в самом дальнем углу, по соседству с единственной симпатичной девушкой на весь зал. Та охотно подвинулась, ну и слово за слово мы разговорились. В ожидании заказа она, как добросовестная дочь, составляла письмо домой. Виэллу как раз начинали терзать муки совести за побег, а тут такой шикарный «знак свыше» подать-таки весть родителям.
– Чем вы тут без меня занимались интересным?
– А то ты не видишь?! – выпрямилась покончившая с уборкой Вил и выразительно обвела валяющиеся на полу скомканные листки неудавшихся вариантов. – Третий час пытаюсь составить что-то более-менее содержательное!.. Лара уже давно могла бы свое письмо отправить, а все меня ждет!
Сама Лараэль от этого ничуть не расстраивалась:
– Жду – ты же обещала с доставкой помочь. А пишется тебе так медленно, потому что мы вдобавок болтаем про всякое.
Виэлла вдохнула-выдохнула и забралась обратно на кровать, опершись спиной о стену. Решительно раскрыла блокнот на чистом листе и занесла над ним металлическое перо:
– Значит, так: теперь все дружно помолчали и дали мне закончить! Я хочу-таки добить это дело, а коротенькой записки моей маме будет недостаточно…
– Ну, это ещё на три часа, – пробурчала я под нос, проходя вглубь комнаты и с наслаждением присаживаясь на кровать. Перины в «Неге» были и правда замечательно мягкие, постельное белье похрустывало даже под плотным покрывалом.
Лараэль к просьбе магички отнеслась серьезно и, спросив разрешения, перебралась ко мне, устраиваясь поближе к окну и очень удачно заслоняя меня от закатных солнечных лучей. Волнистая, натурально встрепанная шевелюра в таком освещении начинала отдавать яркой, сочной рыжиной.
– Я вижу, ты любишь проводить время активно и предпочитаешь валянию на кровати поход по магазинам, – внимание девушки привлек небрежно брошенный под окно сверток. – Эх, похоже, время для путешествий я неудачно выбрала: только до Запповедного доехала, а проблемы одна за другой возникают…
– Если проблему можно решить деньгами, то это расходы, – пожала я плечами. Сегодня пришлось прикупить пару ветровок, за обувью завтра выберемся. Но смена сезонов в пути меня заставала не раз и даже не десять. Хуже всего, когда теплая осень внезапно сменяется лютым морозом, а ты посреди голого поля… – Или у тебя ещё какие-то трудности? Сперли деньги и документы, кинули посреди дороги, застряла на три недели в глухомани на воде и лебеде?
– Да куда уж мне, – проворчала Лараэль, впечатлившаяся перечисленным, – я ещё пару дней назад дома была. Досюда мама проверенного попутчика подыскала, и надо бы к Шуляку подойти, что ли…
– Коршунец твой родственник? – коллег «нечистики» подвезли охотно, но и только. Помогать каждому встречному-поперечному они явно не настроены, у них и своих обязанностей по горло.
– Заппычи так часто заглядывали к нам по работе, что их можно счесть хорошими знакомыми, – дипломатично высказалась Лараэль с легкой полуулыбкой. Я довольно подозрительно уставилась прямо на собеседницу:
– Вам катастрофически не повезло с участком, если они бывали у вас не раз в несколько лет, а куда чаще.
– Тут, главное, учитывать, что наш участок – это все Глещины, их окрестности и здоровенный кусок леса в придачу, в котором Заппычам всегда находилось, чем заняться, – с досадой пояснила Лара.
– А вы что, за сбор заказов с этой территории отвечали? – подняла голову от блокнота Виэлла, заинтересовавшись разговором.
– Я – потомственная дворянка из рода Глещинских, – приосанилась Лараэль, но ненадолго: – За что мы только не отвечали, мда…
Вопросов лишь добавилось. Если поездка деловая – то она организована просто отвратительно, да и предыдущий разговор на это никак не указывал:
– И, надо думать, у тебя важная миссия, связанная с семейными делами? – предположила я, стараясь не думать, что ситуация отдает конкретным слабоумием. Отпустить молодую красивую девчонку в одиночку? Да, добираться из города в город с каждым годом безопаснее, но тем не менее… Охотно верю насчет истребленной вдоль тракта нечисти, но и без этого хватает мудаков и вообще нехороших людей. Даже в относительно безмятежной Либаве была специальная разрешающая пометка в уголовном кодексе насчет самозащиты вне населенных пунктов. Мол, если кто обидел, можно смело бить в челюсть, никто за превышение самообороны спрашивать не станет, но и на помощь не примчится.
Лараэль поджала губы, отчего широкий подбородок стал выглядеть ещё упрямее, и осторожно сформулировала:
– У меня есть некоторое количество времени, чтобы других посмотреть и себя показать.
– И мама сама в путь провожала! Всем бы такую! – с чувством высказалась Виэлла о наболевшем, незаметным касанием магии подсушивая дописанное-таки сообщение и складывая его. Затем призадумалась: – А далеко отпустила?
– Расстояние мы с ней не оговаривали, только сроки. Так что определенного маршрута перед выездом не строила, собиралась этим заняться в Запповедном.
– Ну что ж, самое время объединить усилия, – с намеком взглянула я на магичку, наотрез отказавшуюся обсуждать это раньше. – Ты, Лара, все-таки расеянка, рассказывай, куда у вас можно отправиться и что интересного глянуть. Столица в списке по умолчанию.
Девушка на какое-то время задумалась, но довольно быстро оживилась:
– Я бы вот в Димнелл хотела заглянуть! Центр области, куча интересностей! Едва ли не крупнейший в стране рынок – неделю можно ходить, на диковинки глазеть! А ещё там здоровенный яблоневый сад есть, весной, весь в цветах – просто потрясает! Для влюбленных сделать там предложение святое дело! Да и просто познакомиться многие приезжают. По центральным улицам пройтись: там такой ансамбль архитектурный – на соседние страны знаменит! И башня гранара надо всем этим, как вишенка на торте!
– Чья башня? – недоуменно переглянулась я с Виэллой. Лараэль забавно выгнула правую бровь и прищелкнула пальцами несколько раз, пытаясь подобрать определение.
– Ну, вообще гранар – это глава области, которого король назначает, но в Димнелле в башне гранара сидит главный городской маг, поэтому она и переливается… или светится… или все разом, тут смотреть нужно.
Виэлла слезла с кровати и засунула ноги в ботинки. Затягивать шнурки не стала, но заправила внутрь, чтоб и не болтались, и ногам так жарко в зимней обуви не было:
– Вот видишь, Эса, а ты все переживала, куда же нам податься! Нам насоветовали прекрасную цель! Прорабатывай маршрут, пока мы прогуляемся и отправим-таки письма!..
Лараэль легко вскочила с кровати и вприпрыжку покинула комнату.
– Вестника лепить будешь? – лениво уточнила я у магички, задержав её в дверях. Вил отрицательно покачала головой:
– Ай, обычной почтой отправим. Колдовать буду, только чтобы письмо точно дошло и по дороге не размякло – не потерялось.
– Не долетят? – с легкой издевкой уточнила я, имея в виду магического вестника, доставляющего письма. У подруги заклинание держалось километров пятьдесят, а потом рассыпалось. Даже для непрофильного мага это был так себе результат.
Виэлла посчитала ниже своего достоинства отвечать на такие выпады и с гордо поднятой головой вышла на коридор. Я же с облегчением вздохнула и полноценно растянулась на кровати, закинув ноги повыше, на спинку.
Необходимость выдвигаться в путь на следующее же утро с рассветом отсутствовала, и это замечательно! Можно было вдоволь выспаться не в спальниках под елкой, а в приличной кровати.
***
Сладко дреманув пару часов, я все же решила прогуляться вниз: развеяться и Виэллу заодно поискать. Общий зал «Неги» занимал большую часть этажа, ярко освещался многочисленными свечами, и людей в нем было порядком. Обычно посетители собирались поесть, выпить, поговорить, рассказать или послушать байки, сыграть в азартные игры или познакомиться с прицелом на продолжение общения в приватной обстановке. Тут присутствовал весь этот набор без исключения, хотя бы на примере знакомой команды «нечистиков». У расположенной в простенке между окнами невысокой сцены восседал на высоком барном стуле Лис в обнимку с пивной кружкой. История показалась мне знакомой, но полностью обновившийся состав слушателей играл рассказчику на руку. В левой части зала, ближе ко входу, столы были заняты более или менее голодными людьми; среди них уминал ужин чернобородый Казим, с которым мы когда-то обсуждали добычу упырей. Напротив сцены подпирали барную стойку Тхор и Кунь, темноглазые близнецы, отличающимися только боевыми шрамами, а рядом терлись недвусмысленно хихикающие девушки. Писарь Нежиц, чей острый нос был заметен издалека, этот вечер коротал в дальней от входа части, где столов не было видно из-за плотной толпы любопытствующих. Скорее всего, там собрались любители игр. Странно, что в той же толпе выделялся и небрежный золотистый хвост, очень похожий на Виэллин…
Пробиться в первые ряды к подруге не получилось: зашипели со всех сторон. А раз так, пришлось вытаскивать её, причем в прямом смысле, за шиворот. Та на бесцеремонное обращение не обиделась, напротив, весело захихикала:
– О, Эса, а я уже стала бояться, что ты всё веселье пропустишь!..
Румяная Виэлла выглядела веселой, расслабленной и полностью довольной жизнью, то есть находилась в состоянии легкого алкогольного опьянения, а в руке сжимала высокий глиняный стакан с торчащей оттуда соломинкой. Довольно неожиданно: обычно в трактирах маленьких городков коктейлей не предлагают. С другой стороны, именно поэтому их наличие в меню может приносить солидные деньги и бешеную популярность.
Я отловила трубочку и нагло присосалась к остаткам напитка. Такого… девчачьего, сладенького: карамель, тонко смолотые орехи в холодном молоке и настоянный на дубе самогон, навскидку – один к одному:
– Вкусный коктейльчик. Но он все равно плохо объясняет, отчего ты в компании картежников и при этом босиком.
К стакану (или даже нескольким) выпитого у меня претензий не возникало. Все-таки абсолютно трезвый образ жизни – довольно скучное занятие. Но вот если Вил, насмотревшись на опытных шулеров, решила сунуться в игру или просто сделать ставки и проиграть единственную пару обуви…
Магичка недоуменно уставилась на собственные ступни в полосатых носочках, словно увидела их впервые:
– А! Так ботинки под столом остались, жарко же. Надо их достать, они где-то возле Лары должны стоять…
– Подождут, – я бдительно перехватила Вил, уже приготовившуюся принять удобное устойчивое положение на четвереньках и пробиваться под стол. – А Лара там тоже коктейли пьет?
– Она играет! И как! Их команда четыре последних партии в «чешуе» выиграла, а одну вообще всухую сделала! Ей пить некогда, она все мне отдает.
Успокоившись насчет такой важной вещи, как обувь, я привстала на цыпочки и вытянула шею. «Чешуя» и в самом деле впечатляла размахом: несколько сдвинутых столов, колод пять, не меньше, три команды участников и обступившие их зрители. Традиционного банка, денежного, не было; вместо этого неподалеку крутилась одна из официанток с блокнотом. Когда под радостные и разочарованные возгласы в равной пропорции определился победитель, она тут же обошла толпу, помечая, кому какого напитка и за чей счет приносить. Через несколько минут игрокам обновили пиво, единственной девушке принесли ещё стакан молочного коктейля.
Состав команд после этой игры стал обновляться. Толпа забурлила, пришла в движение. Кто-то поднимался со стула, считая, что ему уже пора, кто-то, напротив, устраивался на нагретом месте поудобнее и самоуверенно объявлял, что сейчас раскатает всех противников. Менять игру не собирались, поэтому сложная система жеребьевки распределяла участников по командам. Я с такой никогда ещё не сталкивалась и заинтересованно прищурилась, пытаясь понять принцип.
Впрочем, быстро отвлеклась, заметив приметную яркую шевелюру Лараэли. Улыбающаяся, довольная прошедшими играми девчонка выбралась из толпы немного в стороне и забавно закрутила головой, осматриваясь. Затем заметила меня и подошла:
– Ой, Эсал, привет ещё раз!.. А Виэллу ты видела? Она ж где-то тут была…
Подвыпившая магичка, которую я выпустила и из рук, и из вида, таки полезла за ботинками. Круглая, аппетитная филейная часть теперь интригующе торчала между стульями, прям-таки упрашивая приложить что-нибудь. От ладони восхищенного мужчины до моего пинка. Додумалась же!.. Всегда же можно попросить людей подать, а то и телекинезом подманить!
– Мда, – виновато потупилась девушка, пряча за спину свой коктейль, – наверно, не стоило предлагать ей все выигранные стаканы…
– Четыре? – припомнила я слова Вил о количестве выигранных партий.
– Э… Я не считала. Партии были довольно напряженные и очень динамичные, так что если мне хотелось пить – стакан мой, не хотелось – её. Вот закуска точно кончилась к третьему разу!
Есть с молочным коктейлем можно либо булочки, либо печеньки. Но как звучит-то! Закуска!..
Какое-то время мы молча наблюдали, как из-под стола благополучно выползала задним ходом Виэлла, сжимая в кулаке шнурки ботинок. Зрители нехотя расступались: кто бурча под нос, а кто – и одобрительно присвистывая.
– Ладно, сделали дело – гуляйте смело, – публика в зале была вполне адекватная, обижать девчонок при наличии в зале всей компании суровых охотников точно никто не станет, так что мои мысли сами собой переключились на аппетитные запахи, доносящиеся из кухни и тарелок ужинающих.
– Вил, а ты, чисто случайно, не отправила письма? – на всякий уточнила Лара у балансирующей на одной ноге магички. Та промямлила что-то невразумительное, явно прося обождать, пока она закончит обуваться, но выглядывающие из-за пазухи конверты уже все объяснили.
– Ты что, издеваешься? – выпрямилась Виэлла и провела рукой по волосам, приглаживая растрепавшийся хвост. – Сердобольные соседи, конечно, подсказали, что почтарь после работы любит здесь отдохнуть, но ты чуть ли не от входа ломанулась в компанию картежников и меня за рукав потащила…
Крайне ленивые препирательства прервал все так же восседающий на высоком стуле Лис, закончивший рассказ и громогласно потребовавший любимую гитару. А пока инструмент несли, объявлял исполняемое произведение: «Лирическое отступление о прекрасной Шалиске и горбатом страховидле». Естественно, девчонки немедленно собрались пробиваться в первые ряды.
Я притворно вздохнула, театрально закатывая глаза при виде ударившихся в развлечения девушек. Такими темпами канитель растянется надолго, и письма отправятся хорошо если через неделю. Так что пришлось взять дело в свои руки – в первый и последний раз, – и направиться к стойке. Пару изрядно помятых уже конвертиков я без спроса вытащила у Вил, и теперь похлопывала ими по бедру в такт зазвучавшему перебору.
Свободных мест в зале не прибавилось, но у стойки оказалось достаточно свободно, даже стул под мое седалище освободился буквально сразу же. По другую сторону массивной потемневшей столешницы, кроме разливающей по кружкам напитки девушки, находилась и хозяйка заведения. Сухопарая пожилая женщина в старомодном темно-коричневом наряде, с белоснежным кружевным платком на убранных в узел волосах, стояла практически неподвижно, но цепкий взгляд, обшаривающий зал, не упускал ни одной детали.
В итоге за те несколько минут, пока в недрах кухни готовился мой ужин, с ней удалось договориться и об отправке весточек домашним (почтовый служащий, подпирающий дальний конец стойки и расслабленно притопывающий в такт песне, моментально получил на руки два отправления, стандартную плату и кружку пива вдобавок), и узнать, где выгоднее будет завтра в дорогу закупиться. Больше никакие дела не мешали и мне наконец расслабиться и все свое внимание уделить надрезанному по всей длине запеченному хлебу, начиненному ветчиной, сыром и свежей зеленью. Несложная и не слишком пристойная песенка служила отличным фоном. Припев был прост и незатейлив, так что ему нестройно подпевала большая часть слушателей, куплеты приходилось слушать.
– Хорошо горланят, – раздался за спиной бас Шуляка, когда на пятом куплете горбатое страховидло уже подобралось к Шалиске вплотную. Рыжих на сцене теперь было двое, пела Лара вполне достойно, и даже слова не путала. Виэллин альт подключался только на припевах, выгодно выделяясь среди остальных подпевал точностью попадания в ноты. – Гляжу, Лараэль и Виэлла быстро спелись.
– Угу, – отстраненно кивнула я, дожевывая кусок и ожидая, когда же на сцену взберется и магичка. Выбралась – развязка песни и повторяющаяся концовка исполнялись в три голоса под бурные аплодисменты и одобрительные выкрики толпы. – Девчонки вырвались повеселиться. Ничего удивительного, что они нашли друг друга.
Командир охотников неопределенно хмыкнул и прислонился к стойке:
– Определились уже, куда дальше двинетесь?
– Вроде как на Димнелле остановились, – я, внезапно осененная мыслью, прищурилась, глядя в непроницаемое, заросшее бородой лицо главного Заппыча, – и с учетом того, что главная проблема Лараэли сейчас – это отсутствие проверенного попутчика, начинаю догадываться, чью кандидатуру ты хочешь предложить.
– А почему бы нет, если вам по дороге окажется?
– Да мне не сложно, – пожала я плечами. И в самом деле, с общительным и веселым спутником любая дорога кажется короче, а Лара с этим справится на отлично. Вон как с Вил распевают. – За одной и без того уже присматриваю.
– По найму? А так и не скажешь, в пути вы общались, как закадычные подруги.
– Там сложная и запутанная ситуация, – отмахнулась я, не желая вдаваться в подробности, – но у нас на самом деле прекрасные дружеские отношения. Меня вот слегка смущает, что Лараэль отправилась путешествовать вроде как в одиночку, но при этом в каждом населенном пункте ищет, к кому бы прибиться. Это как, нормально?