Активация пророка
- -
- 100%
- +
Станция вакупы в сфере третьего слоя жила своей жизнью. Люди спешили по делам, и только мим, завершивший представление пару минут назад, отдыхал перед следующим. Генри не двигался, спрятавшись за колонной по совету звонившего незнакомца. Он крепко сжимал нож, готовясь к худшему. Судя по выбранному способу связи, звонил человек из «Тоннеля» – в «Спеце» такие технологии не использовали. Генри покрутил в руке тяжелый телефон: «Интересно, на какой частоте он работает, вряд ли ее прослушивают».
Агенты «Спеца» приближались к Генри спокойно и уверенно, ему оставалось только ждать.
Вчера он заходил к своей жене Сидни в больницу, где та работала в отделении неотложной помощи. Она была занята пациентом, и Генри в ожидании наблюдал за ней через стекло в приемной. Не сводя с нее глаз, он радовался и гордился, как мальчишка, тем, что женился на ней. Мог ли Генри подумать, что, возможно, вчера он видел Сидни в последний раз.
«Надеюсь, она и правда в безопасности», – успокаивал он себя.
Его захлестнула волна тревоги. Для обычного человека такое состояние сопровождается потерей концентрации, но только не для тренированного оперативника «Спеца». Каждая нервная клетка его тела работала над поиском выхода из трудной ситуации. Казалось, время замедлилось.
В памяти всплыл диалог между двумя коллегами: руководителем одного из отделов Адау Александровичем и его близким другом Джейкобом. Происходило это во время застолья, когда оба уже изрядно выпили. Генри же к алкоголю не притрагивался и запомнил разговор во всех деталях.
– Думаешь, постоянная слежка – это будущее? – Адау Александрович изо всех сил старался совладать с заплетающимся языком.
– Да.
– И что, в туалете за мной тоже будут следить?..
– А там происходит что-то тайное?
– Не твое дело!
– Все как у всех. Люди привыкнут к наблюдению, – Джейкоб говорил уверенно.
– Не привыкнут! Те, кто стремится к свободе, всегда найдут способ обойти систему. Нет ничего хуже недоверия правительства к людям и наоборот.
– Не смогут они ничего обойти, это будет непрерывный и вездесущий надзор.
– Нет абсолюта! Как ты не понимаешь?! – Адау Александрович громко икнул.
– Все будет под контролем. Все преступления будут пресекаться еще до того, как произойдут.
– Никогда этого не будет! Думаешь, «Оракул»…
Мгновенно протрезвевший шеф изменился в лице. Он осмотрелся по сторонам, как будто опасался быть услышанным. Джейкоб попросил отвезти их домой, и на этом вечеринка закончилась.
Через неделю Адау Александровича неожиданно перевели, а Джейкоб занял его место. Самое странное было в том, что бывшего начальника в «Спеце» больше никогда не видели.
Генри нутром чуял связь между исчезновением руководителя, чем-то или кем-то под названием «Оракул» и сегодняшними событиями. Во-первых, случайно упомянутый «Оракул» был как-то связан со сбором информации и прогнозами преступлений. Во-вторых, люди из «Тоннеля» дали необычное задание задавать наводящие вопросы доктору Иске Увальски, пока тот не упомянет новый ресторан нулевой гравитации. И, наконец, звонок от неизвестного был спланирован с точностью до секунд.
«Они заранее знали, где и во сколько я буду находиться, – Генри пытался сложить части пазла. – Неужели люди из «Тоннеля» все подстроили?..»
«Брось нож, не дури», – хриплый бас Джейкоба звучал раздражающе.
Генри собирался ответить, но его отвлекли удар и звук бьющегося стекла. Мелкие осколки разлетелись во все стороны. Воздух со свистом заполнил вакуум тоннеля. Секунду спустя сильные взрывы подняли облака пыли. Потом был еще удар, более мощный. Взрывной волной сбило всех, кто находился на станции, и только Генри, машинально присев за колонной, удержался на ногах.
В ушах звенело.
«Тоннель! Надо уходить по тоннелю».
Рысью он рванул с перрона туда, где минуту назад останавливался вагон вакупы. Надетый портативный шлем агента «Спеца» со встроенной камерой позволял видеть сквозь пыль, противогаз – дышать, а вколотый коктейль из разной химии максимально ускорил.
«Как только коллеги придут в себя, они быстро поймут, где меня искать», – прикинул Генри.
Он бежал в сторону развлекательной сферы, на ходу оценивая ситуацию: «Восемь километров за восемь минут. Медленно. Тоннель успеют перекрыть».
Бежать быстрее физически невозможно: мышцы, связки и сердце работали на пределе.
Генри сосредоточился на дыхании.
«Сейчас агентов отзовут на решение проблем после взрыва, но Джейкоб из принципа отправит людей в погоню. Может, разрешит огонь на поражение».
Шансов отбиться ножом почти не было, но и выбора тоже.
Во мраке едва освещенной сцены женщина танцевала одна.
«Большой зал театра Мин», – догадался Иска.
– Кто выступает? – обратился он к соседу справа.
– Чего приперся, если не знаешь?
На сцене раздался грохот: солистка упала. Зрители хихикали, шептались и недовольно цокали языками. Иска вдруг осознал, что на сцене выступает его жена. Любовь всей его жизни, его красавица Джулия.
– Курица неуклюжая! – кричал кто-то из зрителей.
Раздался хохот.
Иска взбесился, хотел было рвануть к наглецу, но его как будто облили карамелью, которая тянулась и густела.
Теперь люди смеялись и над ним.
«Спокойно, это всего лишь сон», – сообразил доктор.
Надпись «Выход» светилась красным все ярче и ярче. Оркестр взорвался самым громким басом.
Шлеп!
Что-то ударило его по лицу. Под ногами валялся отвратительный кусок гниющего мяса, с которого на пол сползали копошащиеся черви. И вонь, ужасная вонь.
«Цветок-банан!» – смекнул Иска.
Он дернулся и с трудом открыл глаза, откинув кусок Титан Арума с лица.
Система противодымной вентиляции очистила воздух от пыли, а противопожарная – потушила очаги возгорания.
Огромный кусок бетона раздавил кресло Джулии. Иска пришел в ужас, но тут же вспомнил: «Ее там не было. Где же она?»
Виртуальный помощник отказался помогать в поисках: связь отключилась.
Перекат на живот вызвал боль и сдавленность в груди. Иска с трудом встал на четвереньки, поднял голову и, напрягая зрение, вглядывался в глубь зала.
Обессиленный, он уперся лбом в пол. Между колен валялась туфля официанта, а среди обломков слева без признаков жизни лежал ее владелец. Иска подполз ближе, потрогал шею – пульс есть. Парень пришел в себя.
«Скоро приедут спасатели», – успокоил его доктор.
Взяв всю волю в кулак, Иска встал на ноги, качнулся несколько раз влево и вправо, но поймал равновесие. Неуверенно ступая между обломков, он медленно продвигался по направлению туда, куда ушла Джулия. Голова гудела, ноги едва слушались. Соседний столик полностью раздавила часть бетонной плиты, под которой, судя по всему, были погребены сидевшие тут гости. Откинув негативные мысли, он продолжил поиски.
Возле стены лежал мужчина и едва слышно стонал. Девушка пыталась убрать внушительный фрагмент бетонного перекрытия с ноги бедолаги.
– Вы не видели мою жену?
– Помогите, пожалуйста. Не могу сдвинуть, – она старалась не плакать, но слезы текли ручьем.
– Давайте вместе.
Совместных усилий едва хватило, чтобы приподнять одну сторону. Мужчина взвизгнул и потерял сознание.
– Дорогой! – бедняжка зарыдала во весь голос.
Найденный неподалеку арматурный стержень отлично подходил в качестве рычага.
– Посмотрите на меня, – Иска коснулся ее плеча. – Я знаю, как помочь, но вы должны кое-что сделать.
– Что… мне… делать?
– Я приподниму камень, а вы просуньте этот прут под него.
Дело было сделано, и Иска сдвинул камень в сторону, надавив на конец арматуры весом своего тела.
Доктор снял с себя ремень, затем перехватил ногу выше раны и затянул так туго, как только мог. Пальцы его правой руки оказались испачканы кровью.
– Запомните время наложения жгута.
Внезапно голова закружилась, глаза застелила полупрозрачная муть. Иска присел на корточки и уперся руками в пол. Звон в ушах усилился, а затем со свистом прекратился. Зрение прояснилось.
Кровавые линии под ногами образовали неизвестный символ, напоминающий вилку без двух зубцов по центру. Доктор стер остатки крови с руки о пол и размазал рисунок, на объяснение появления которого не было времени.
– Вы не видели мою жену, блондинку в голубом платье?
– Да… ушла в туалет, – женщина сжала кулак и большим пальцем указала на кучу декоративных пластин и растений.
Вход основательно завалило. Доска за доской он медленно разгребал кучу обломков.
– Иска! – голос возлюбленной был едва слышен.
– Джу…
Закричать в ответ помешала невыносимая боль в груди: к его телу возвращалась не только сила, но и чувствительность.
Очистив проход под потолком, Иска прополз к туалетной комнате.
– Джулия!
– Я здесь, любимый!
Она находилась за дверью, прижатой потолочной панелью.
– Ты цела?
– Да. Ты как?
– Все хорошо.
– Что произошло?
– Пока не знаю, что-то взорвалось.
Борясь с болью, Иска освободил вход.
Джулия кинулась его обнимать и осыпала своего рыцаря поцелуями в подбородок, губы и нос.
Радость воссоединения пришлось отложить на потом: в пространстве над завалом показался мелькающий свет, а затем – мужчина. Судя по яркому фонарю на голове и белым отражателям на одежде, подоспели спасатели.
– Сэр, мэм, вы в порядке?
– Да, – в один голос ответили супруги.
– Идите за мной.
Все трое вернулись в зал, где уже было полно людей, оказывающих пострадавшим первую помощь.
– Сюда.
– Нам же в другую сторону?
– Людей спускают вручную, пассажирские лифты не работают. Мы поедем на служебном.
Иска с Джулией переглянулись, задавая друг другу молчаливый вопрос: «Почему остальные не пользуются служебным лифтом?»
Спасатель, заметив замешательство, добавил:
– Его только что запустили.
– Что вообще произошло?
– Крушение вагона вакупы.
– Кто бы мог подумать, что это возможно…
Мужчина вел пару темными петляющими коридорами.
Иска размышлял о символе, нарисованном кровью: «Появление законченного рисунка вполне объяснимо совпадением случайных линий, да и мало ли как полумрак аварийного освещения сыграл с фантазией недавно контуженного человека».
Доводы были вполне рациональны, но убедить себя в неважности увиденного доктор не смог.
– Ждем тут.
Открылись двери лифта, в кабине которого стоял седовласый мужчина в джинсах и красно-черной рубашке в клетку. Он приветливо улыбался.
– Владелец заведения вызвался помочь.
– Заходите, – пожилой мужчина пригласил их жестом.
Иска и Джулия поблагодарили спасателя и зашли внутрь.
– Целы?
– Почти, – Иска потер бок.
– Трещина в ребре, – предположил незнакомец.
– Возможно.
– Разве мы не должны подождать других пострадавших? – поинтересовалась Джулия.
– Они поедут на следующем, – мужчина нажал на верхнюю кнопку, и лифт начал ускорение.
– Мое имя – Коруф. У нас мало времени, я не буду ходить вокруг да около.
– Мало времени на что? – Иска пристально смотрел в глаза хозяина заведения.
– Вам многое предстоит понять. Начнем с того, что сегодня мы спасли Джулии жизнь.
– О чем вы говорите?
На мгновение перед глазами предстала картина сразу после взрыва: раздавленное огромным обломком кресло.
– Ваш клиент Генри установил одно хитрое устройство, чтобы вовремя увести ее из зала.
– Откуда вы… что происходит? Вы устроили этот взрыв?
– Нет, но мы, скажем так… в какой-то степени знали о нем заранее.
– Почему не предупредили остальных? Столько людей пострадало!
– Многих спасли, но, к сожалению, не всех. Я обещаю, что все постепенно объясню. Одна жадная до власти сволочь задумала разом убрать всех управленцев, министров и президента, находящихся в нулесфере. Орудием убийства должен был стать вагон вакупы, но мы вмешались и предотвратили хаос на всей планете. Вы поймете больше, когда встретимся с остальными.
– С кем?
– С другими членами организации «Тоннель». «Кротами», если угодно.
– Мы не хотим иметь ничего общего с преступниками.
– Разве я похож на преступника?
– Куда едет лифт? – Иска обратил внимание на затянувшуюся поездку.
– В безопасное место, где вам окажут первую помощь.
– Если мы не согласимся идти с вами?
– Этим же лифтом поедете обратно в свою сферу.
Коруф нажал желтую кнопку, заблокировав управление лифтом. Иску взяла мелкая дрожь.
– Это было то самое?! – глаза Коруфа сверкнули от восторга.
– Иска, как он узнал?
– Кто, черт побери, вы такой?
– Это произошло и перед катастрофой, правда?
– Объясните уже хоть что-нибудь! – Джулия выглядела растерянной.
– Доктор Иска способен чувствовать изменение хода событий.
– То есть?
– Вы ощутили вмешательство, но о его результате знать не могли.
– Хорошо, но сейчас-то кто и как вмешался? – размышлял доктор.
– Я знал, что вы хотите нажать на стоп, и предотвратил это.
– Правда, дорогой? – удивилась Джулия.
Иска молча кивнул.
Лифт затормозил и беззвучно остановился.
Глава четвертая
Агенты «Спеца» не могли похвастаться успехами в поимке «кротов». Технология нагревания грунта, ускорившая строительство ходов, лежала в основе их неуловимости: постоянно меняющийся лабиринт на подступе к подземным поселениям выигрывал достаточное для побега время. При этом тоннели не поддавались сканированию благодаря специальному покрытию, маскирующему пустоту под грунт. Попытки достать скрывающихся партизан с помощью бурильного оборудования СГЗ сводились на нет многочисленными стражами-роботами, которые выводили из строя любую неугодную технику.
По долгу службы Генри изучал деятельность людей из организации «Тоннель»: раскрытие экономических преступлений, безвозмездная юридическая поддержка нуждающихся, обличение взяточников – вот неполный список того, чем занимались «кроты». В целом их работа была направлена на устранение несправедливости тех или иных масштабов, что восхитило агента и явилось причиной переоценки его взглядов. Однако многие должностные лица из правительственных организаций выступали против внесистемного, а потому бесконтрольного вмешательства в дела Соединенных Городов Земли.
Генри присоединился к «кротам», модифицировал виртуальный помощник и с тех пор тщательно скрывал изменившиеся убеждения от глобальной системы наблюдения, но давалось это нелегко. Все агенты предоставляли полный доступ к функциям виртуального помощника, который мог подслушать внутренний диалог носителя с самим с собой. Только тотальная дисциплина ума, которую тренировали в учебных залах «Спеца», позволила агенту скрываться.
Его раскрыли за несколько дней до визита к доктору Иске Увальски. Так двойной агент оказался в бегах в прямом смысле этого слова.
Половина пути до развлекательной сферы была преодолена.
Со спины послышался нарастающий гул.
«Ну конечно. Дроны!»
Теперь тоннель был наполнен воздухом, а значит, пропеллерные «насекомые» могли летать и тут. И хотя вооружать дроны запрещалось даже правительству, агенты «Спеца» обходили это ограничение, превращая сами дроны в оружие.
– Генри, ты был одним из лучших, – Джейкоб отвлекал разговорами. – Как ты мог предать дело всей своей жизни?
– Совсем наоборот: я все еще ему верен.
Шлем оперативника проецировал силуэты противников на стекло: дроны пролетели вперед метров сто, не пытаясь атаковать со спины, на мгновение зависли и рванули обратно.
Ближайший дрон летел в ноги, второй – в лицо. Генри поднял руки вверх и, согнув их в локтях, завел назад за голову. Затем, как будто бросал сразу два мяча, выставил руки вперед и одновременно выпрыгнул вверх, прижимая колени к груди. Дрон, оказавшийся под ним, попытался скорректировать направление атаки, но было поздно – гигантское «насекомое» пролетело мимо.
Второй успел среагировать и вовремя снизился. В этот момент оперативник был на середине акробатического трюка, находясь головой вниз. Удар винтами пришелся на хорошо защищенный композитами затылок, зацепив прозрачную часть шлема и ухо. Завершая сальто, Генри успел толкнуть электромеханическое «насекомое» вверх, оно взвизгнуло, зашаркало винтами о свод тоннеля и после нескольких ударов о бетонный пол затихло.
Стекло шлема треснуло, но быстро восстановилось.
Царапина на ухе кровоточила, но никакой опасности для жизни не представляла.
Оставшийся дрон зашел на второй круг и безуспешно атаковал сзади. Неугомонное «насекомое» пролетело вперед по прямому участку тоннеля.
«Бросить нож вслед? Не вариант. Удар будет слабым. Бросок во время движения навстречу? Увернется».
Оставался один-единственный шанс: атака во время разворота. Дрону придется на мгновение зависнуть, чтобы изменить направление.
«Тебе не может везти вечно», – прохрипел начальник.
Генри безотрывно следил за скоростью и расстоянием.
Сзади послышались хлопки, характерные для оружия людей из «Спеца». Судя по динамично нарастающей громкости выстрелов, агенты быстро приближались. Джейкоб отправил в погоню отряд на флайбиках, небольших одноместных аналогах флайкера.
«Попался», – злорадствовал начальник.
Дрон набирал скорость, когда перед ним внезапно закрылась аварийная заслонка.
Генри замедлил бег. Сердце бешено колотилось, в висках пульсировала кровь, препараты еще действовали. В таком состоянии остановка почти наверняка приведет к повреждениям сердечно-сосудистой системы. Он развернулся и побежал, но тоннель был закрыт и в обратном направлении.
Зашипели насосы, откачивающие воздух. Портативный шлем оперативника обеспечивал небольшой запас кислорода, которого при обычных обстоятельствах хватило бы минут на пятнадцать, но при активной работе мышц потребление ускорялось в разы.
Генри стоял перед выбором: либо вколоть отменяющий препарат, успокоиться, дождаться коллег и почти наверняка проиграть в неравном бою, либо бегать по кругу, надеясь на скорое открытие секции тоннеля, и попытаться сбежать.
«Генри, сдавайся», – давил на психику начальник.
Шлем сообщил о критически низком уровне кислорода. Похоже, не все повреждения были устранены автоматически. В глазах потемнело, агент с трудом дотянулся до шприца с препаратами отмены стимуляторов и успел вколоть их в ногу до падения. Перед тем как потерять сознание, Генри почувствовал, как кто-то схватил его под руки и потащил волоком.
Когда аварийные заслонки тоннеля были открыты, отправленные в погоню агенты ничего, кроме исцарапанных останков дронов, не нашли. Начальник выпалил все нецензурные выражения, какие только знал, но Генри его уже не слышал.
Кабинет Джейкоба мало чем отличался от других в головном офисе «Спеца»: белые стены, пустые серые стеллажи, такой же серый стол и старомодный плоский монитор на нем, массивное черное кресло босса, вид из окна на закрытый дворик с лавочками и курилками, устроенный для своих на пятидесятом этаже внутри небоскреба. Лишь фотография в настольной рамке выделялась на фоне обезличенного интерьера.
Два агента, которые недавно преследовали предателя, замерли в ожидании упреков начальника, развалившегося в кресле.
– У вас в распоряжении самые передовые технологии, лучшее оружие, подготовка, как вы его упустили?! – лицо Джейкоба раскраснелось от злости.
– Никто не знал, что ему помогут, – безразлично оправдывался один.
– И люк не был отмечен на схемах. Когда мы открыли его, тоннель уже был завален.
– Все это я знаю! – начальник хлопнул ладонью по столу.
Агенты даже не моргнули.
– Джейкоб, через две минуты зайдите к Сенатору, – роботизированный голос прозвучал, как свой собственный, через виртуального помощника.
– Чтобы через час отчеты были у меня!
– Есть! – салютовали агенты.
– Свободны, – прохрипел начальник.
Подчиненные спешно покинули кабинет. Джейкоб вытер испарину со лба платком и посмотрел на семейную фотографию на столе: он, жена и двое детей на фоне озера у дома. Как бы он хотел сейчас оказаться там, забыв о сегодняшних трудностях, и наслаждаться обществом близких людей и, конечно, лошадей.
В подростковом возрасте будущий агент «Спеца» подрабатывал в конном питомнике, где научился верховой езде, полюбил этих свободолюбивых животных и образ жизни заводчика. Так родилась мечта о собственной лошади, но, после того как поверхность планеты стала непригодной для жизни, содержание крупного животного было бы ему не по карману.
Как человек ответственный за внедрение системы слежки за коллегами Джейкоб знал, как и когда можно обмануть виртуальный помощник. По просьбе Сенатора, руководителя головного офиса «Спеца», он несколько раз принимал сомнительные решения при назначении должностных лиц, а взамен получил хорошую скидку при покупке подходящего под лошадиную ферму участка земли и беспроцентный кредит на него.
Инструкции от Сенатора приходили в виде описания действий и времени с точностью до секунд. Джейкоб не мог и представить, как эта новая система «Оракул» может знать все наперед, и чувствовал себя школьником, подглядывающим ответы на последней странице учебника.
Он поднимался по лестнице, чтобы размяться и успокоиться, по пути остановился возле окна на площадке между этажами и, прислонившись к стеклу плечом, разглядывал город с высоты птичьего полета.
Из отчета службы безопасности следовало, что «кроты» взломали центральную инженерную обслуживания тоннелей и перехватили управление вакупой.
«Какая неуклюжая попытка сорвать праздник. Проникнуть в одну из самых защищенных сетей, чтобы что? Повредить несколько тоннелей и станций? Ерунда. Есть более простые способы. Что-то здесь не вяжется…»
До встречи оставалась минута. Джейкоб поднялся на этаж и проследовал в небольшой зал человек на тридцать. За ним вошел Сенатор, что-то мысленно проверил и закрыл дверь.
– До сегодняшнего дня мы безоговорочно доверяли «Оракулу», и, пока ученые работают над поиском недоработок и ошибок, мы не можем полагаться на его инструкции. Анализ данных с виртуальных помощников также под вопросом. Правда, Джейкоб? – Сенатор смотрел в глаза подчиненному холодным прямым взглядом.
– Правда, – Джейкоб встал, поворачиваясь к коллегам лицом. – Люди из «Тоннеля» модифицировали виртуальный помощник одного из наших агентов, в результате «Спец» утратил над ним контроль.
Сенатор положил руку на плечо Джейкоба, надавил сверху, приказывая занять свое место, и тот послушно сел.
В кабинете находились руководители всех отделов и специальные агенты. Лучшие из лучших. Каждый из них сотни раз рисковал жизнью и преодолевал страх смерти, но перед Сенатором они чувствовали себя детьми.
Бывают люди, которые одним своим видом внушают страх. Часто с таким человеком достаточно познакомиться ближе, чтобы ощущение опасности исчезло. Сенатор же придерживался сугубо профессиональных отношений, никого к себе не подпускал и друзей не заводил. Его не ограничивали эмпатия и желание узнать кого-то за пределами офисов «Спеца». Он учился понимать и имитировать различные социальные ритуалы и мог произвести впечатление хорошей шуткой или красивым жестом, но не только для того, чтобы понравиться. За этим всегда стояло желание заполучить что-то взамен. И, как правило, его интересовали власть или расположение людей, ею обладающих.
– С сегодняшнего дня работаем по старинке. Виртуальные помощники агентов заменим, после этого каждый пройдет через допрос.
В зале возмущенно шептались.
– Я понимаю ваше недовольство, но у нас экстренная ситуация.
– Это позор! – выкрикнул худощавый мужчина в последнем ряду.
– Встать! – рявкнул Сенатор. – Сейчас это необходимо, чтобы вернуть доверие граждан.
– Он прав, – подтвердил широкоплечий пожилой мужчина с первого ряда.
– Да, – поддержали еще несколько человек.
Возмущения поутихли.
– День СГЗ пройдет по плану. Отзовите всех из отпусков. Свободны.
Джейкоб собирался встать, но Сенатор жестом приказал остаться.
– Ты связался с бригадой обслуживания?
– Да, их уже доставили.
– Кто они и в каком состоянии?
– Почти пенсионер, студент-практикант и старший инженер. Напуганы и сбиты с толку.
– Старшему инженеру грозите увольнением и изъятием имущества в пользу пострадавших. Будем работать с ним.
– Какой у вас план?
Сенатор все глубже и глубже затягивал в свои грязные игры.
– Ты задаешь ненужные вопросы.
– Извините.
– Ты извини, – выдохнул Сенатор. – Ты должен знать. Это прогноз «Оракула».
– Но я думал… – Джейкоб осекся.
– «Оракул» пропустил важное событие. Крупно ошибся, но не потому, что сломан. Ученые считают, что существует второй «Оракул».
– Кто создал? Кто-то из наших?
– «Кроты».
– Эти отщепенцы?!
– Хитрые и изворотливые отщепенцы. Поймать хоть одного, придушил бы голыми руками, – Сенатор сжал кулак с такой силой, что костяшки пальцев побелели.