Кому мешает ДНК-генеалогия? Ложь, инсинуации, и русофобия в современной российской науке

Предисловие

Слова «ДНК-генеалогия» вызывают массу комментариев в сетевых дискуссиях, в прозе и даже в современной поэзии[1] (должен сказать, что это «поэтическое приношение» по указанной ссылке принять никак не могу). Многие читатели относятся к новой науке приветственно, порой даже восторженно, но далеко не все отчетливо понимают ее основные положения. Огорчительно видеть комментарии, в которых так напутано, выводы настолько несуразные, наивные, искаженные, что могут скорее отвратить людей заинтересованных, чем привлечь их внимание. ДНК-генеалогию часто путают с генетикой, гаплотипы и гаплогруппы называют «генами», мутации в гаплотипах относят за счет «радиоактивного излучения», чего нет и быть не может. Некоторые не могут понять, в чем ДНК-генеалогия отличается от популяционной генетики, хотя там различия совершенно принципиальные, это разные науки, с разными методологиями. Поэтому первая часть этой книги – для тех, кто хочет разобраться в базовых понятиях ДНК-генеалогии. Но вместо того, чтобы объяснять «гладким текстом», как в учебниках, автор объясняет эти понятия на конкретных примерах заблуждений, и путем ответов на вопросы. Восприятие так происходит значительно лучше. Задача этого раздела очевидна – те, кто разобрались даже относительно поверхностно, уже смогут увидеть, где явная путаница и непонимание простейших вопросов ДНК-генеалогии.

Другая группа искажений в сетевых описаниях и дискуссиях – это злонамеренные искажения. По каким-то причинам, автору не очень понятным, определенная категория людей получает удовольствие от того, что умышленно перекореживает, фальсифицирует, передергивает вполне ясные положения ДНК-генеалогии и ее выводы. Таким людям помочь уже ничего не может, это определенный вид ментальной ущербности, и разъяснять им что-либо бесполезно. Но объяснить это заинтересованным читателям нужно, и даже необходимо, как и то, зачем это ущербные делают. У них, как правило, есть свои интересы, и порой их занятно разгадывать.

Еще одна группа непонятливых – это, как ни странно, многие профессиональные историки, археологи, лингвисты, популяционные генетики и просто генетики. У них, как правило, работает шаблонное мышление, довлеют весьма примитивные, «накатанные» представления. Они не могут на шаг отступить от своих профессиональных догм, они привыкли думать только в рамках уже известного. У них отсутствует гибкость ума, обязательная для настоящего ученого. Часто ими владеет профессиональная ревность, типа – как это так, я, историк (археолог, лингвист, генетик), не мог додуматься до такой-то версии, гипотезы, концепции, а тот, кто работает «на стыке наук», в моих понятиях – чужак, мне ее предъявляет. Не бывать этому! И вот такой историк-археолог-лингвист-генетик упрямо отрицает очевидные вещи, не желая признать, что неправ. В худшем случае он переходит в атаку, не гнушаясь откровенным очернением оппонента, не видя или не желая замечать, что это порой принимает уродливые формы. Характерные примеры тому – профессор Л. Клейн, Е. Балановская, О. Балановский, С. Боринская, А. Касьян и их тесный кружок, чему будет уделено место в настоящей книге. Этот небольшой кружок генерирует массированные фальсификации, рассылает лживые статьи в разные издания, раздувает «мою» страничку в Википедии (хотя не я ее писал и не мне её править) до уже несуразных размеров, где фактов уже почти не осталось – она вся заполнена измышлениями и инсинуациями, причем ссылки и прочие отнесения идут к цитатам и выступлениям членов того же кружка, как правило, выставленным в сети. В Википедии эти циклические лживые отнесения называются «авторитетный источник».

Как неоднократно подчеркивается в этой книге (и во многих моих статьях), ДНК-генеалогия вовсе не подменяет собой исторические науки, и такой задачи не ставит. ДНК-генеалогия показывает историкам и археологам новые направления и варианты интерпретации зачастую разрозненных данных, которые ранее интерпретировали по-другому. ДНК-генеалогия выявляет новые данные об истории древнего мира, которые ранее не были известны. Таким образом, ДНК-генеалогия вместе с историками, лингвистами, этнологами воссоздает более правильную картину древнего мира.

Некоторая проблема в том, что парадигмы ДНК-генеалогии и истории несколько различаются, что неудивительно – разные науки и направления наук различаются методологиями, поскольку именно методологии получения данных и их интерпретации фактически формируют науки. Соответственно, различаются и парадигмы, то есть совокупности терминов, представлений, установок, характера описаний предметов и явлений в научных статьях и книгах. Парадигмы вырабатываются поколениями исследователей, и по характеру описаний, например, в научной или популярной статье, специалист сразу видит, написана она человеком «со стороны», или принадлежит к привычной специалисту парадигме. Если «со стороны», то вызывает реакцию от недоверия до полного отторжения. Это – совершенно распространенное явление в науке, и оттого такая трудность работы на стыке наук и восприятия результатов и интерпретаций специалистов с обеих сторон. Причем чем более закостенелы специалисты, чем меньше гибкость их мышления и восприимчивость к новым идеям и положениям, тем более выражена негативная реакция, вплоть до полного отторжения «чужаков» с их концепциями. При этом концепции зачастую и не рассматриваются, достаточно того, что их воспринимают как нечто чуждое, не вписывающееся в привычную парадигму.

Это в значительной степени и явилось причиной резкого негативного отношения небольшой, но крикливой группы специалистов в истории, антропологии, лингвистике, этнологии к ДНК-генеалогии и к ее творцам. При этом сама ДНК-генеалогия даже не расматривалась, ни ее расчетный аппарат, ни интерпретации или выводы. Реакцию можно выразить коротко – «нэ трэба». Но так написать в коллективном письме было недостаточно, надо было дать «субстанцию», которой опять же не было, для этого надо было разобраться в методологии ДНК-генеалогии и в ее результатах и выводах, а на это у авторов письма не было ни сил, ни желания. Поэтому все пошло по накатанной схеме пасквильных писем не столь далекого прошлого – несколько «активистов» подготовили текст, в котором надергали несколько «неправильных» терминов, забыв о том, что они относятся к парадигме ДНК-генеалогии, а не к их парадигмам, остальное исказили, придумали, солгали, а остальные «попутчики», которые вообще не имели понятия о ДНК-генеалогии, подписали. Это, конечно, позорное явление в науке.

Например, к упомянутому крестовому походу против ДНК-генеалогии присоединились несколько антропологов. Это – А. Бужилова, С. Дробышевский, А. Соколов, Н. Дубова, М. Герасимова, Е. Година, А. Козинцев, Д. Пежемский, И. Перевозчиков, В. Хартанович, Ю. Чистов, В. Кашибадзе. В этой книге будут рассказано, чем их не устраивает ДНК-генеалогия. Иногда ответ будет совершенно банальным – например, В. Кашибадзе, специалист по одонтологии, то есть зубочелюстным вопросам, обиделась, что ДНК-генеалогия показала, что она, Кашибадзе, активно занималась подтасовками и манипуляциями в поисках «аланских предков» современных кавказцев. Об этом тоже будет рассказано в этой книге, с примерами и иллюстрациями.

В данной книге разбирать всю эту ложь смысла не имеет. Но некоторые примеры будут представлены, просто, чтобы показать «технологию лжи» в данном конкретном случае. Читателей эта «технология», конечно, не удивит, все помнят часто цитируемые слова Геббельса «Чтобы в ложь поверили, она должна быть чудовищной». На самом деле Геббельс, как специалист по лжи, дал своему тезису более глубокое обоснование: «Чем чудовищнее солжёшь, тем скорее тебе поверят. Рядовые люди скорее верят большой лжи, чем маленькой. Это соответствует их примитивной душе. Они знают, что в малом они и сами способны солгать, ну, а уж очень сильно солгать они постесняются. Большая ложь даже просто не придёт им в голову. Вот почему масса не может себе представить, чтобы и другие были способны на слишком уж чудовищную ложь. И даже когда им разъяснят, что дело идёт о лжи чудовищных размеров, они все ещё будут продолжать сомневаться и склонны будут считать, что, вероятно, всё таки здесь есть доля истины…»

И вот показательный пример. Некто В.П. Лебедев, который представляется «журналистом», видимо, потому, что уже 20 лет выпускает интернетовский сайт «Лебедь» в Бостоне, США, а до того, в СССР, преподавал философию в одном из московских вузов, до Геббельса, конечно, не дотягивает, но старается. Правда, «чудовищной» лжи про меня все равно не получится, именно потому, что Лебедев не дотягивает. Но старается. Вот, что он пишет в недавней дискуссии на сайте «Троицкий вариант»:

Когда Клесов был в CEO двух компаний его иногда приглашали на корпоративы. Привозили на личных самолетах куда-нибудь в горы на Западное побережье. Там поместья, куда никак нельзя приехать: даже мосты через горные реки и ущелья снесены. Только воздухом и только «свои». Одним словом, мультимиллионеры и миллиардеры.

Дискуссия, правда, была про ДНК-генеалогию, но Лебедев в ней ничего не понимает. А сказать ему что-то хотелось, причем негативное. Так Лебедев устроен. Поэтому он очень хотел придумать «чудовищную ложь», так, чтобы все в ужасе отшатнулись. А получилось смешно. Во-первых, СЕО (это английское сокращение, Chief Executive Officer, в русском языке аналога, наверное, нет, в общем, верховный руководитель) я никогда не был, ни в одной компании, ни в двух сразу, да и не моё это. Я всегда наукой занимался, поэтому мое место в компаниях было вице-президент по исследованиям и разработкам. Но дело даже не в этом, а в том, что «корпоративов» в США нет, во всяком случае я об этом за 25 лет никогда не слышал, да еще чтобы летать куда-то в горы и неприступные поместья хоть на какое побережье. Лебедев в какой-то экзальтации придумал, видимо, свою заветную мечту, и приписал ее мне. Короче, кроме как бредом это назвать трудно. Но для Лебедева это часть технологии лжи. Ни дня ни работав в США за все свои 25 лет жизни там, живя исключительно на социальные пособия и влача по сути нищенский образ жизни, он ненавидит людей состоятельных, и, видимо, полагает, что, представив меня этаким богачом, он вызовет такую же ненависть у читателей. Это – задача, которую он перед собой ставит.

Еще подобный (по сути) пример. В той же дискуссии на «Троицком» Лебедев пишет, про меня, разумеется:

… в ноябре 2008 г… звонит и говорит восторженным голосом: Знаешь, я получил несколько писем от двух женщин из России. Они пишут, что являются внучками чудом уцелевшей великой княжны Анастасии. Я попросил прислать их соскобы. Отослал в FamilyTreeDNA. По личным каналам получил их ДНК. Бегло просчитал гаплогруппы, мутации. Точно – все совпадет с романовскими. О! Они же наследницы колоссального состояния!

Задача та же – представить меня неким стяжателем. Причем здесь, казалось бы, ДНК-генеалогия, о которой была дискусссия? Нет, не при чем. Но это для него неважно, важно – составить некий негативный образ. Лебедев так устроен. Но получилось тоже смешно. Сюжет он взял из моего рассказа «Умереть за княжну», который опубликован в книге «Интернет. Заметки научного сотрудника» (Изд. Московского университета, 2010, стр. 379–385). Только там всё наоборот – ДНК претенденток не совпала с ДНК Анастасии. Вот и цитата из рассказа: «Ответ (из ДНК-тестирующей компании) мне пришел через обещанные три дня. Мое послание в Белоруссию: «Должен вас разочаровать – мтДНК Вашего отца не совпадает с мтДНК Анастасии. Это означает, что она не его мать».

Зачем Лебедеву надо было лгать? Ведь рассказ мой опубликован и широко известен. Ну как зачем? Обычная технология лжи, чем больше, тем лучше. Может, кто рассказ и не читал.

И вот так у Лебедева всё, ложь громоздится на лжи. И что якобы на меня заведены судебные дела в США в отношении моих якобы «финансовых махинаций», причем он приводит и номера судебных дел и имена юридических компаний, которые якобы мной занимаются… Тоже смешно. Только это не про меня. Технология лжи по Геббельсу.

И знаете, самое интересное – что недавно В. Лебедев был введен в состав Комиссии Президиума РАН по борьбе с лженаукой. Представляете? Патологический лжец – и он же официальный «борец за правду». Первое же дело в составе Комиссии для Лебедева – он написал текст для профессора Клейна – как Клейн выразился, «составил для меня нарезки», и Клейн под своим именем опубликовал это в недавнем (2015) сборнике Комиссии по борьбе с лженаукой. И там же у Клейна – и про якобы мои судебные дела… Ну, не подлость от Клейна? Правда, в предисловии к статье Клейн несколько дистанцировался от Лебедева, наверное, понимал, что это противно, написав про «нарезки» Лебедева, но под статьей подписался. Туда вошло и то, что выше. Так Комиссия и Клейн с Лебедевым нынче «борются с лженаукой». Технология лжи.

Возвращаемся к тем, кому еще мешает ДНК-генеалогия. Это – очередная группа профессиональных деятелей науки – те, концепции которых не выдержали испытанием ДНК-генеалогией. Как пример можно привести приверженцев «норманской теории», согласно которой некие «скандинавы» стояли у истоков русской государственности. По их представлениям, древние славяне были ленивы и бестолковы, да, впрочем, и остаются такими и в наше время. Они не были способны ни к ремеслам, ни к делам военным, ни к управлению городами, княжествами, государством, и всем этим занимались «скандинавы». «Скандинавов» на Руси по их представлениям было видимо-невидимо, и это число росло вместе с развитием и укреплением норманизма – от начальных нескольких тысяч человек, потом десяти тысяч, потом пятидесяти тысяч, и это число в работах того же Л. Клейна выросло до полумиллиона человек, если пересчитать его цифры в масштабах Руси (цит. по статье профессора В.В. Фомина «Клейн как диагноз»). Но ДНК-генеалогия в один ход показала, что потомков скандинавов практически нет ни в России, ни на Украине, ни в Белоруссии, ни в Литве. Дело в том, что у скандинавов есть характерные метки в Y-хромосомах, так называемый «скандинавский субклад R1a-Z284», и эти метки «толпятся» в Швеции, Норвегии, Дании, Англии, Ирландии, Шотландии, а вот в наших славянских странах их нет. Не ходили скандинавы на восток, только разве что военными экспедициями, типа печально известного сражения Карла XII под Полтавой, или сидением в военных крепостях на севере Руси. Но потомков они там, видимо, не оставили, а если и оставили, то во всяком случае ниже статистически детектируемого минимума. Не скандинавы были ремесленниками и военными в древней Руси, а местные, свои, славяне. Возможно, повоевавшие в Европе, и возвратившиеся с боевым опытом.

Но норманистов это явно не устраивает, они страстно хотят, чтобы это были скандинавы. Ну, не любят они славян, русских. Если называть вещи своими именами, то русофобы они. И вот их ДНК-генеалогия просто бесит. Потому что всех остальных они могут переговорить и перекричать, а вот с ДНК-генеалогией не получается, там данные наглядные и неопровержимые. Вот и пошли норманисты крестовым походом на ДНК-генеалогию. Среди них – Л. Клейн, В. Волков, О. Губарев, Е. Пчелов и другие. Примеры – в этой книге. Пошли крестовым походом и некоторые лингвисты, которые всю жизнь ищут прародину индоевропейцев, а ДНК-генеалогия ясно показывает, что такой прародины нет и быть не может, и все «прародины», что предлагались за последние 150 лет – на самом деле просто транзитные пункты долгой миграции носителей индоевропейских (ИЕ) языков через Анатолию, Балканы, понтийские степи, Иран, Индию, Месопотамию… Как написал автору этой книги один лингвист – «Получается, что я всю жизнь потратил зря на поиски прародины ИЕ языков? И хотите, чтобы я с этим согласился? Никогда не соглашусь». Ясно, что он пополнил собой состав недругов ДНК-генеалогии. Еще лингвисты, которые присоединились к крестовому походу против ДНК-генеалогии – А. Дыбо и А. Касьян. В этой книге будет проведено рассмотрение их некоторых работ, и высказано предположение, чем этих авторов не устраивает ДНК-генеалогия, вплоть до коллективного подписания лживого доноса, чего в научной жизни на постсоветском пространстве, видимо, вообще не было. Вот они позорно и отметились.

Еще недруги ДНК-генеалогии – ряд российских популяционных генетиков и генетиков. Они недовольны, что ДНК-генеалогия тут же вскрыла их примитивные и в корне неверные методы расчетов «времен жизни общих предков», которыми они заполняли академические издания на протяжении многих лет, а поскольку их никто не проверял, статьи они сами свои рецензировали, а здесь – вот такая незадача. ДНК-генеалогия показала, что десятки их публикаций – по сути дела мусор, не имеющий никакого научного значения. Это в первую очередь мать и сын Е. и О. Балановские. Они не просто пошли крестовым походом на ДНК-генеалогию, а возглавили этот поход, вместе с Л. Клейном. Об этом тоже будет немало в этой книге. В их крестовом походе – также генетики С. Боринская, Л. Епископосян, О. Курбатова, Е. Тетушкин, а также начинающие попгенетики, с квалификацией ниже среднего – это Веренич и Запорожченко. Их безграмотность зашкаливает, и об этом мы тоже поговорим. Да и цитируемость их научных статей либо отсутствует, либо ниже среднего кандидата наук. Об этом мы в этой книге тоже поговорим. Недопустимо, когда упомянутые посредственности собираются в кланы и пытаются диктовать свой уровень ниже среднего. В этом – драма российской современной науки, и если их не пресечь – доживем до трагедии.

Очередные недовольные ДНК-генеалогией – некоторые российские антропологи, часть которых поименована выше, которых возмутили выводы ДНК-генеалогии, что «выход современного человечества из Африки» вовсе не доказан. В этой когорте – и генетик С. Боринская. Занятно то, что сами они никакого научного вклада в «теорию выхода из Африки» не делали, они просто по-пугайски повторяют то, что прочитали у других. Но у них, людей в науке по сути посторонних, крайнее возмущение вызывают те, кто с догмами не согласны, и пытаются сами найти ответ на проблему. Эти боринские, «по сути посторонние в науке», с догмами всегда согласны, и несогласные их очень раздражают.

Это же относится и к этнологу В. Шнирельману, который активно выступал против русского патриотизма, и занял откровенно русофобскую позицию. Естественно, патриотизм был замечен в работах по ДНК-генеалогии, более того, назван научным патриотизмом – и всё, еще один недруг новой науки в лице Шнирельмана обрисовался. ДНК-генеалогия ведь по сути наука патриотичная, она описывает древние корни славян и современных русских, а Клейну и Шнирельману – это как нож по сердцу. Туда же и Н. Маркина, с лживыми статьями против ДНК-генеалогии, туда же – этнолог Ю. Юсупов и археолог Л. Яблонский. Им всем мешает ДНК-генеалогия. Об этом – тоже эта книга. Большинство из перечисленных – авторы и подписанты так называемого «письма 24-х», лживого, путаного, полного передергиваний и подтасовок. Это – новое явление в российской науке, казалось бы, уже забытое, а именно коллективные письма-пасквили из прошлого. Но, как сказал поэт – «мы поименно вспомним тех, кто поднял руку».

Для того, чтобы понять, что могло подвигнуть людей, называющих себя учеными, на подписание позорного коллективного пасквиля, что есть поступок в науке совершенно нетривиальный и недопустимый, который всегда покрывал подписантов несмываемым позором, мы и рассмотрим этот вопрос, чем им так неприемлема ДНК-генеалогия? Чем они сами занимаются, что им так мешает ДНК-генеалогия? Ответ оказался во многих случаях весьма неожиданным, интересным, поучительным.

Наконец, отдельная глава в книге посвящена находкам, которые уже успела сделать ДНК-генеалогия, дополнить, а то и изменить наши представлениях о древнем и современном мире. Таких находок уже несколько десятков, поэтому описания их будут краткими, хотя буквально каждую из них можно развернуть в отдельную книгу. Возможно, так и сделаем в будущем.

Как сообщалось в статье «Вызываю огонь на себя»[2], автор этой книги обратился в Комиссию по борьбе с лженаукой и фальсификацией научных исследований при Президиуме РАН с настоятельным предложением провести сравнительную научную экспертизу ДНК-генеалогии и популяционной генетики – по тем вопросам, по которым была организована кампания против ДНК-генеалогии. Я предложил план экспертизы по следующим разделам:

1. По расчетному аппарату в отношении временной дистанции до общих предков популяций, что важно для хронологии древних миграций и прочих ДНК-генеалогических расчетов (включая семейные генеалогии).

2. По терминологии и понятийному аппарату ДНК-генеалогии (только не в рамках лингвистики, а в рамках именно ДНК-генеалогии как другой области науки).

3. По интерпретации результатов расчетов в отношении исторических наук.

По моему предложению, экспертиза должна была включать как опубликованные данные и интерпретации со стороны популяционной генетики и ДНК-генеалогии, так и предлагаемые с обеих сторон примеры (серии гаплотипов для интерпретаций и расчетов). При выборе опубликованных данных было предложено в первую очередь рассматривать научные статьи, и только во вторую очередь – научно-популярные.

Условие экспертизы были сформулированы следующие: в ней должны принять личное участие все, подписавшие письмо, опубликованное на сайте «Троицкий вариант». Таким образом, ожидалось получение 24 текстов Экспертизы по всем трем разделам. Со стороны ДНК-генеалогии текст экспертизы должен был представить я. Далее тексты экспертизы рассылались бы всем участникам для второго раунда – комментариев. Результаты экспертизы – тексты и комментарии участников – по моему предложению публикует академический российский журнал, выбранный и согласованный Экспертной комиссией. Если «ответы 24-х» не поступят в течение срока, определенного Экспертной комиссией (желательно не более 30 дней), избранный Комиссией академический журнал публикует мой текст экспертизы в том формате (дискуссионный, статья, письмо в редакцию), который сочтет нужным редколлегия журнала. Этим, по моему заявлению в Комиссию, будут расставлены окончательные точки над 1 в предпринятой атаке на ДНК-генеалогию, и в «легитимизации» ДНК-генеалогии в российской научной системе.

Я прекрасно понимал, что толку от Комиссии не будет. Даже тот факт, что среди членов Комиссии с недавних пор, как отмечено выше, находится «журналист» В. Лебедев, в прошлом в СССР – доцент истории, с начала 1990-х годов сидящий на социальных пособиях в США, и специализирующийся на «жареных фактах» и откровенно лживой журналистике, страстный русофоб и ненавистник всего, что происходит в России, даже одно это делает Комиссию недееспособной. Так оно и оказалось. Номера телефона Комиссии в доступных материалах РАН нет. Факс не отвечает, и письма не принимает. «Официальный сайт» Комиссии никакого телефона для связи не сообщает. Судя по сайту, ученым секретарем Комиссии является к.б.н. Бабак Елена Владимировна, но связаться с ней невозможно, ни телефона, ни электронного адреса на сайте нет. Редактор сайта А.Г. Сергеев (algen@yandex.ru) на запросы не отвечает. Показатель эфективности работы РАН?

В итоге, не ответив на мой запрос, Комиссия опубликовала сборник «В защиту науки», в котором поместила лживый пасквиль Л. Клейна, подготовленный, как сообщает Клейн, на основе «нарезок» В. Лебедева. О том, что они собой представляют, было упомянуто выше.

В ответ на это экспертное расследование проведу я сам, в этой книге. Помогу Комиссии. Результаты направлю Президенту РАН и ведущим членам Академии. А для читателей станет более ясно, что за «наука» популяционная генетика, кто те люди, кто подписали «коллективный донос 24-х», чем они сами в науке занимаются, и чем их не устраивает ДНК-генеалогия.

Отвечать непосредственно на их ложь – это дело пустое, тем более от них сразу же следует очередная атака – «смотрите, он оправдывается». Технология лжи у них отработана. Поэтому обстоятельно отвечать на их фальшивый «компромат», на их лживые заявления, дело совершенно лишнее, хотя его авторов – всего несколько человек, в первую очередь Клейн и Балановские, а также их ассистенты Боринская, Касьян, Лебедев, Веренич, Запорожченко. Во-первых, кому это интересно? С их стороны идет откровенная информационная война, в которой все лживые средства хороши. Я лучше отвечу новыми книгами, статьями в научных журналах, участием в кинофильмах и телепередачах. Сторонников у ДНК-генеалогии много, с открытием Академии ДНК-генеалогии в России пошла волна желающих стать членами Академии и кандидатами в члены Академии, и это говорит само за себя.

В России много раз поднимались лживые кампании против людей науки, причем, как правило, с самыми плохими последствиями для оболганных (потому что система была командной, административной), но потом обычно все восстанавливалось. Я часто получаю письма и советы в ходе сетевых дискуссий, что, мол, не обращайте внимание на ложь и фальшивый «компромат», мы же ведь не обращаем внимания… Собаки лают, а караван идет. Да, с этим можно согласиться, если бы дело касалось одного меня. В конце концов, я живу за рубежом, карьера в России меня не интересует, у меня сотни статей и десятки книг на разных языках, и никакие потоки лжи на это повлиять не могут. Но речь сейчас о продвижении новой науки, ДНК-генеалогии, для которой ложь и попытки фальшивой дискредитации могут являться некоторым тормозом. Далее, не ставить преграду на пути норманнизма и русофобии, смириться с этим – тоже ведь не может быть приемлемым, это в немалой степени предательство по отношению и к науке, и к России. На это тоже не обращать внимания? Тогда информационная война может быть проиграна, и это – плохой знак.