Курс русcкой истории

Геологическое происхождение Русской равнины. Описанная форма поверхности страны объясняется геологическим ее происхождением. Почва плоской котловины, какую представляет наша страна, состоит из рыхлых наносных пластов новейшего образования, которые лежат на площади из гранита и других древних горных пород, покрывая сплошной толщей всю поверхность равнины и образуя холмистые возвышения, сообщающие ей волнообразный вид. Эти пласты, состоящие преимущественно из смеси глины и песка, в некоторых местах южной степной полосы лишены всякой плотности. Эта зыбучая почва имеет такое однообразное строение, какое возможно было только при одинаковом ее происхождении. В наносных слоях ее, представляющих морские осадки, находятся стволы деревьев и остовы допотопных животных, а по степи рассеяны каспийские раковины. Эти признаки заставили геологов предположить, что поверхность нашей равнины сравнительно нового образования и если не вся, то на большей части своего пространства была дном моря, обнажившимся в один из поздних геологических периодов. Берегами этого моря служили Уральские и Карпатские горы, чем объясняется присутствие обильных залежей каменной соли в этих горных хребтах. Воды, покрывавшие равнину, отлили в огромные водоемы, образуемые морями Каспийским и Аральским. Отлив произошел, вероятно, вследствие понижения дна этих больших впадин. Оба этих моря вместе с Черным признаются остатками вод обширного морского бассейна, некогда покрывавшего южную Россию и Прикаспийскую низменность. Осадки, отложившиеся от ушедшего моря, и образовали те правильные, однообразно расположенные глинисто-песчаные пласты, из которых состоит почва равнины на обширном протяжении. Севернее пространства, которое было покрыто этим морем, подобные пласты песку, глины и суглинка отложились при таянии от обширных ледников, покрывавших всю северную и большую часть средней России. Если бы возможно было с достаточной высоты взглянуть на поверхность русской равнины, она представилась бы нам в виде узорчатой ряби, какую представляет обнажившееся песчаное дно реки или поверхность моря при легком ветре. При всем однообразии, каким отличается природа нашей равнины, всматриваясь в нее подробнее, можно заметить некоторые местные особенности, которые также связаны тесно с геологическим образованием страны и оказали ощутительное действие на историю нашего народа.

Почва. По предположению геологов, море, покрывавшее некогда южную и юго-восточную Россию, отступило не сразу, а в два приема. Они находят следы, указывающие на то, что северный берег этого моря своим северо-восточным углом шел приблизительно на 55° северной широты, несколько южнее впадения Камы, далее, уклоняясь от него к югу. Потом море отступило градуса на 4, так что северным берегом его стал Общий Сырт, отрог, идущий от южной оконечности Уральского хребта к Волге в юго-западном направлении. Этим геологи объясняют резкую разницу в почве и флоре по северную и южную сторону Общего Сырта и особенно то, что уровень поверхности к югу от этого кряжа значительно ниже, чем к северу: от последних южных уступов Сырта в 40 саженей высоты местность быстро понижается до 0. Пространство между 55° и 51° северной широты, крайней южной линией Сырта, раньше освободившееся от моря, почти совпадает с полосой наиболее глубокого и сильного чернозема. Этот чернозем, как думают, образовался от продолжительного перегнивания обильной растительности, вызванной здесь благоприятными климатическими условиями: в составе тучного чернозема находят свыше 10 % перегноя. Напротив, пространство к югу от этого пояса, образующее степную полосу и позднее вышедшее из-под моря, успело покрыться лишь тонким растительным слоем, лежащим на песчаном солончаковом грунте, какой остался от ушедшего моря, и с гораздо слабейшим содержанием перегноя. Ближе к Каспийскому морю, в астраханских степях, почва лишена и такого тонкого покрова, и голые солончаки часто выступают наружу. Песчаные солончаки и соляные озера, которыми усеяна эта низменность, показывают, что она еще недавно была дном моря. Если южные понтийские степи еще обильны травой и производят даже хлебные растения, то на Прикаспийской низменности встречается только крайне скудная растительность в виде кустиков или пучков и ползучих порослей. Но даже и травянистая южная степь по тонкости растительного черноземного слоя и при постоянных сильных и сухих ветрах, в ней господствующих, не в силах питать значительной древесной растительности на открытых пространствах: в этом главные причины безлесья степной полосы. Таким образом, в южной полосе нашей равнины уцелели довольно явственные следы ее геологического происхождения и образования ее почвы. Вид и состав почвы прикаспийских степей, как мы уже заметили, дает возможность предполагать, что отлив моря с южной половины Европейской России завершился сравнительно поздно, может быть, уже на памяти людей, в историческую пору. Каспийское море вместе с Аральским, некогда составлявшим, вероятно, одно с ним целое, продолжает убывать и доселе. Не сохранилось ли смутное воспоминание об этом перевороте в сказании древних греческих и средневековых арабских географов о том, будто Каспийское море соединено, с одной стороны, с Северным океаном, а с другой – с Азовским морем? Это последнее по своему очертанию и характеру очень похоже на остаток пролива, быть может, соединявшего Каспийское море с Черным в довольно позднее геологически время, и даже считают Кума-Манычскую низину дном этого пролива. Что касается Северного океана, то, по соображениям геологов, между ним и Каспийским морем в пределах нашей равнины некогда проходил сплошной водный бассейн, параллельный Уральскому хребту, но только в очень отдаленные геологические эпохи.

Ботанические поясы. Таким образом, в связи с геологическим строением Европейской России можно различить в ней, не входя в более дробное деление, две основные почвенные области, особенно важные исторически: северную область супеси и суглинка с большей или меньшей примесью подзола и область южного чернозема. Этим почвенным областям соответствуют, впрочем, не совпадая с ними, два ботанических пояса, лесной и степной, которые имели сильное влияние на историю нашего народа. Отлив моря с южной части равнины произошел по склону, какой она делает к морям Черному и Каспийскому. Юго-восточным направлением этого склона обозначилось географическое очертание и степного пространства, созданного этим отливом. Здесь степной характер почвы усиливается в том же юго-восточном направлении: чем позднее известная часть этого пространства вышла из-под моря, тем менее бывшее морское дно успело покрыться новыми почвенными образованиями. При юго-восточном направлении склона северо-западный край этого дна должен был обнажаться раньше северо-восточного, так что северный берег отступившего моря наклонялся к югу в западной своей части более, чем в восточной. И степная полоса имеет такое же очертание: она имеет вид треугольника, основание которого обращено к Уралу; имея наибольшую ширину в северо-восточной своей части, она постепенно суживается к юго-западу, упираясь клином в низовья Дуная.

Степь. Степь не представляет безлесного пространства, однообразного по составу почвы и характеру растительности. В обоих этих отношениях ее можно разделить на две полосы, северную, луговую, и южную, дерновую. В первой – дерновой покров, луг, сплошь покрывает почву и чернозем отличается наибольшей тучностью; во второй – среди дерна остаются обнаженные прогалины и чернозем к югу становится все тоньше и скуднее перегноем. И леса в первой полосе рассеяны частыми островами, за что ее и характеризуют названием лесостепной, а во вторую они забегают кое-где отдельными клочками, ютясь в долинах или на горных склонах, где им благоприятствуют условия местности. И в этих местных изменениях сказывается зависимость южнорусской почвы и флоры от направления морского отлива, раньше обнажавшего северо-западные части южной России.

Лес. К степной области с севера и северо-запада примыкает широкий пояс леса, образовавшегося здесь вследствие более раннего выхода этого пространства из-под моря или ледника, что дало время накопиться здесь более сильному растительному слою. Впрочем, трудно провести раздельную черту между обоими поясами: так постепенно и незаметно перемешиваются и сливаются между собою их климатические, почвенные и ботанические особенности. В лесном поясе являются окруженные лесами степные острова, а среди степей выступают леса разорванными участками и даже сплошными округами. Теперь первобытного сплошного леса в средней России уже не существует; лесной пояс вследствие вырубки и распашки значительно отступил с юга, и степь начинается севернее, чем начиналась прежде. Киев теперь находится почти в степной полосе, а летопись помнит его еще совсем лесным городом: «И бяше около града лес и бор велик». Но думают, что некогда степь шла на север дальше теперешнего и была отодвинута к югу распространявшимися с севера лесными породами, а потом рукой человека возвращена к прежней границе. Начинаясь приблизительно между Пермью и Уфой, довольно узкой полосой вьется все в том же юго-западном направлении по нижней Каме, минуя с юга Нижний Новгород, Рязань, Тулу, Чернигов, Киев и Житомир, переходная почва, близкая к чернозему, суглинистая с значительной примесью перегноя от лиственного леса и потому называется лесным суглинком. Пролегая между суглинками и песчаниками северной области и обыкновенным степным черноземом и часто ими прерываемая, эта полоса является раздельной чертой между лесным и степным поясом: здесь встречаются и борются супесь и суглинок с черноземом, лес со степью. Этот лесной пояс по составу почвы и по характеру растительности делят на две полосы: чернозем и лесной юге питают лиственный лес, суглинок и севере производят лес хвойный. Москва возникла, по-видимому, в ботаническом узле этих полос или близко к нему. Впрочем, лиственные породы так перемешались с хвойными, что речь может быть только о местном преобладании одних над другими, а не о точном географическом их разграничении. Несмотря на деятельность человека, притом русского человека, не привыкшего беречь леса, лесная площадь Европейской России до последнего времени еще сохраняла значительные размеры. По официальным данным 1860-х годов, здесь из 425 миллионов десятин лесом было покрыто 172 миллиона, т. е. около 40 %. По сведениям Центрального статистического комитета, собранным в 1881 г., из 406 миллионов десятин лесная площадь Европейской России без Финляндии и привисленских губерний занимала 157,5 миллиона десятин, или почти 39 %.

Главнейшие водоразделы. Процесс образования поверхности нашей равнины, действие которого так заметно в климате страны, в строении ее почвы и в географическом распространении растительности, не менее деятельно повлиял и на распределение вод текучих и стоячих. Здесь имеют значение некоторые черты рельефа нашей равнины. Не нарушая общего равнинного характера страны, внутри нее выступают отдельные подъемы, которые по местам складываются в сплошные плоские возвышенности или гряды холмов со значительным протяжением, но довольно умеренной высотой, в наивысших точках не выше 220 саженей над уровнем моря. Недавние гипсометрические исследования Тилло показали, что внутренние возвышенности Европейской России следуют более меридиональному, чем широтному направлению. Таковы так называемая Среднерусская возвышенность, начинающаяся в Новгородской губернии и протягивающаяся почти меридионально более чем на 1 тысячу верст до Харьковской губернии и Области Войска Донского, соприкасаясь там с Донецкою плоскою возвышенностью, идущею по Северному Донцу до Дона; Приволжская возвышенность, следующая в том же направлении от Нижнего Новгорода по правому берегу Волги и продолжающаяся также на юге рядом холмов – Ергеней; Авратынская, которая, начинаясь в Галиции, но совершенно отдельно от Карпат, проходит несколькими ветвями по Волынской и Подольской губерниям, наполняя своими отрогами соседние губернии и образуя днепровские пороги. Эти возвышенности отделяются одна от другой низинами, из которых наиболее важны исторически Юго-Западная низменность, идущая из Полесья по Днепру до Черного и Азовского морей, и центральная Московская котловина, или Окско-Донская низменность с долинами Оки, Клязьмы, Верхней Волги и Дона. Названные возвышенности со своими разносторонними разветвлениями служат водоразделами главнейших речных бассейнов средней и южной России, а по низменностям текут главные реки этих бассейнов, и, таким образом, эти возвышенности и низменности связаны с гидрографией Европейской России.

Воды. Среднерусская возвышенность северной своей частью образует Алаунское плоскогорье и Валдайские горы. Эти горы, поднимающиеся на 800–900 футов и редко достигающие тысячи футов, имеют наиболее важное гидрографическое значение для нашей равнины: здесь ее центральный гидрографический узел. Речная сеть нашей равнины – одна из выдающихся географических ее особенностей. За четыре с половиной века до нашей эры она бросилась в глаза и наблюдательному Геродоту; описывая Скифию, т. е. южную Россию, он замечает, что в этой стране нет ничего необыкновенного, кроме рек, ее орошающих: они многочисленны и величественны. И никакая другая особенность нашей страны не оказала такого разностороннего, глубокого и вместе столь заметного действия на жизнь нашего народа, как эта речная сеть Европейской России. Форма поверхности и состав почвы русской равнины дали ее речным бассейнам своеобразное направление; эти же условия доставляют им или поддерживают и обильные средства их питания. Наша равнина не обделена ни почвенной, ни атмосферной водой сравнительно с Западной Европой. Обилие тех и других вод в ее пределах зависит частью тоже от формы ее поверхности в связи с ее геологическим образованием. В углублениях между холмами северной и средней России остались от древнего ледника обильные скопы пресных вод в виде озер и болот; соляные озера Астраханской и Таврической губерний, остатки отлившего с южной России моря не имеют значения в ее речной системе. Озера, озерки и болота встречаются почти на всем пространстве северной и средней России. Верхневолжские губернии Тверская, Ярославская и Костромская усеяны болотами и озерками: там они считаются сотнями. В Моложском уезде Ярославской губернии одно из многочисленных болот еще недавно занимало до 100 квадратных верст. С каждым годом, впрочем, это царство озерков и болот умаляется. На наших глазах продолжается давний процесс исчезновения этих водных скопов: озера по краям затягиваются мхами и водорослями, суживаются, мелеют и превращаются в болота, которые, в свою очередь, с вырубкой лесов и понижением почвенных вод высыхают. Несмотря на то, площадь озер и болот в Европейской России все еще очень обширна. Озерами, которых в ней насчитывают свыше 5 тысяч, и болотами особенно богаты два края: это так называемая Озерная область и Полесье. В первом краю, в губерниях Новгородской, Петербургской и Псковской, не считая Архангельской, Олонецкой и Тверской, которые по обилию озер также могут быть к ним причислены, болота, – только болота, не считая озер, – занимают до 3 миллионов десятин. В Полесье, т. е. в смежных частях губерний Гродненской, Минской и Волынской, площадь болот исчисляли почти в 2 миллиона десятин. Как трудна борьба с болотами, показывает ход осушки Полесья. В 1873 г. для этого составлена была особая экспедиция. В 25 лет работы она успела осушить до 450 тысяч десятин, т. е. около одной четверти всего болотного пространства Полесья. С открытыми надземными водами тесно связаны воды подземные, грунтовые: первыми питаются последние или их питают. Общий закон их распределения в Европейской России: по направлению с севера к югу грунтовые воды постепенно углубляются. В северных широтах они очень близки к поверхности и сливаются с открытыми водами, образуя болота. В средней полосе они уходят вглубь уже на несколько саженей – до 6, а в Новороссии залегают на глубине 15 и более саженей. Они держатся в глинистых, песчанистых и известковых породах, образуя по местам в средней полосе могучие жилы прекрасной воды, бесцветной, прозрачной, без запаха и с ничтожной минеральной примесью, какова, например, мытищинская вода, питающая водопроводы Москвы. Чем далее к югу, тем минеральная примесь в составе почвенной воды увеличивается. Почвенные воды деятельно поддерживаются атмосферными осадками, распределение которых много зависит от направления ветров. Летом, с мая до августа, в северной и средней России господствуют западные и преимущественно юго-западные ветры, наиболее дождливые. Урал задерживает облака, несомые к нам этими ветрами со стороны Атлантического океана, и заставляет их разрешаться обильными дождями над нашей равниной; к ним присоединяются местные испарения от весеннего таяния снегов. Летом в северной и средней России выпадает обыкновенно больше дождей, чем в Западной Европе, и потому Россию считают вообще страною летних осадков. В южной степной России, напротив, преобладают сухие восточные ветры, которым открытая степь при ее непрерывной связи с пустынями Средней Азии дает свободный сюда доступ.

Потому количество летних осадков в средней и южной России увеличивается от юга и особенно юго-востока к северу и северо-западу. Годовое количество их в прибалтийских и западных губерниях – 475–610 миллиметров, в центральных – 471–598, восточных – 272–520, южных степных, астраханской и новороссийских – 136–475: minimum западных губерний – maximum южных.

Реки. У подножия валдайских возвышений из болот и озер, залегающих между холмами и обильно питаемых осадками, которых здесь выпадает всего больше, дождями и снегами, берут начало главные реки Европейской России, текущие в разные стороны по равнине: Волга, Днепр, Западная Двина. Таким образом, Валдайская возвышенность составляет центральный водораздел нашей равнины и оказывает сильное влияние на систему ее рек. Почти все реки Европейской России берут начало в озерах или болотах и питаются сверх своих источников весенним таянием снегов и дождями. Здесь и многочисленные болота равнины занимают свое регулярное место в водной экономике страны, служа запасными водоемами для рек. Когда истощается питание, доставляемое рекам снеговыми и дождевыми вспомогательными средствами, и уровень рек падает, болота по мере сил восполняют убыль израсходованной речной воды. Рыхлость почвы дает возможность стоячим водам находить выход из их скопов в разные стороны, а равнинность страны позволяет рекам принимать самые разнообразные направления. Потому нигде в Европе не встретим такой сложной системы рек со столь разносторонними разветвлениями и с такой взаимной близостью бассейнов: ветви разных бассейнов, магистрали которых текут иногда в противоположные стороны, так близко подходят друг к другу, что бассейны как бы переплетаются между собою, образуя чрезвычайно узорчатую речную сеть, наброшенную на равнину. Эта особенность при нешироких и пологих водоразделах, волоках, облегчала канализацию страны, как в более древние времена облегчала судоходам переволакивание небольших речных судов из одного бассейна в другой. Выходя из озер и болот с небольшой высотой над уровнем моря, русские реки имеют малое падение, т. е. медленное течение, причем встречают рыхлый грунт, который легко размывается. Вот почему они делают змеевидные изгибы. Реки горного происхождения, питающиеся таянием снегов в горах и падающие со значительных высот среди твердых горных пород, при своем быстром течении наклонны к прямолинейному направлению, а где встречают препятствие в этих горных породах, там делают уклон под прямым или острым углом. Таково вообще течение рек в Западной Европе. У нас же вследствие малого падения и непрочного состава почвы реки чрезвычайно извилисты. Волга течет на протяжении 3480 верст, а прямое расстояние от ее истока до устья 1565 верст. Потому же главные реки своими бассейнами захватывают обширные области: Волга, например, со своими притоками отекает площадь в 1216460 квадратных верст.

Вешние разливы. Отметим в заключение еще две особенности русской гидрографии, также не лишенные исторического значения. Одна из них – это полноводные весенние разливы наших рек, столь благотворные для судоходства и луговодства, оказавшие влияние и на побережное размещение населения. Другая особенность принадлежит рекам, текущим в более или менее меридиональном направлении: правый берег у них, как вы знаете, вообще высок, левый низок. Вам уже известно, что около половины прошлого века русский академик Бэр объяснил это явление суточным обращением Земли вокруг своей оси. Мы запомним, что эта особенность также оказала действие на размещение населения по берегам рек и особенно на систему обороны страны: по высоким берегам рек возводились укрепления и в этих укреплениях или около них сосредоточивалось население. Припомним местоположение большинства старинных укрепленных русских городов по реке Волге. Ограничимся приведенными подробностями и попытаемся свести их в нечто цельное.