Частный детектив второго ранга. Книга 5

Воздух был пропитан тошнотворным запахом смерти, смешанным с формалином, и только боги знают, с чем ещё, вызывая рвотные позывы. Хотелось закрыть лицо платком, надеясь, что этот запах не пропитает одежду.

Три массивных стола притягивали взгляд, так же, как и разложенные чуть в стороне зловещие инструменты, и одновременно хотелось отвернуться и бежать отсюда не оглядываясь, стараясь побороть пронзивший тебя страх.

Но все эти чувства возникали, когда человек впервые приходил сюда. С каждым разом они притуплялись, пока не исчезали совсем, и вот уже ты начинаешь воспринимать всё вокруг как неприятную, но необходимую работу, и не смотришь на трудящегося здесь врача со скрытым ужасом.

Князь Первозванцев не впервые находился в прозекторской и довольно спокойно реагировал на окружающую обстановку. Он отошёл от стола, на котором лежало тело, и посмотрел на прозектора.

— Что скажете, Виктор Павлович? — спросил он, тяжко вздохнув при этом.

— Да что тут говорить, Данила Петрович, тем же оружием князя закололи, что и оружейника прирезали. У него характерные особенности имеются, ни с чем не перепутаешь.

— А значит ли это, что и убийца один и тот же?

— Вот этого сказать не могу, извините, — и прозектор развёл руками. — Это был точно правша, а вот тот же или нет, пускай сыщики додумывают. Характеры ранений-то разные. Оружейнику глотку перерезали, князя прямым ударом в сердце приговорили. Силу ударов и другие параметры по этим признакам не сравнить, сами понимаете.

— Вот же не было печали, — Первозванцев покачал головой. — Хорошо хоть Мишин успел отчёт в канцелярию отправить да запрос на детектива первого ранга послать. И всё-таки интересно, почему он его убил?

— Это точно не у меня надо спрашивать, — и прозектор в очередной раз развёл руками.

— Я тут подумал, — Первозванцев мельком глянул на тело Мишина. — А с жертвами предполагаемого маньяка у этих двоих есть какие-то совпадения?

— Понятия не имею, — прозектор поморщился. — Им не я вскрытие проводил, а Волков. Да и то, судя по тому, что мне об этом деле известно, не все трупы вскрывали, только на последних спохватились. Так что или мне эксгумацию проводить, чтобы выводы определённые сделать, или Волкова сюда пригласить, других вариантов нет.

— Тело оружейника ещё родственникам не отдали? — Первозванцев задумчиво оглядел прозекторскую городской управы.

— Нет, у нас ещё бедолага. Как раз хотел сообщать, что пора забирать, а тут Мишина привезли. Вот как чувствовал, что сравнивать придётся, — практически сразу ответил прозектор.

— Вот что, Виктор Павлович, — Первозванцев принял решение и посмотрел ему в глаза. — Вызывай Волкова. Если нужно будет, тех бедолаг выкапывайте. Делайте, что хотите, но найдите связь между убийствами.

— А если не найдём? — осторожно спросил прозектор.

— Это будет плохой вариант, — князь поджал губы. — Потому что вы только с убийством Мишина не сможете найти совпадений. А это значит, что наши немногочисленные силы придётся распылять, потому что император совершенно точно возьмёт это дело на личный контроль, шутка ли, в глухой провинции чиновника такого ранга убили. Так что вы уж постарайтесь, сделайте милость. Да, бумаги нужные не забудьте составить и мне на подпись передать, чтобы проблем никаких не возникло.

— Хорошо, ваша светлость, я проведу самое тщательное исследование, да и Волков, надеюсь, не откажется, — кивнул прозектор, направляясь обратно к столу с лежащим на нём телом, на ходу натягивая на лицо тряпичную маску.

— А я, пожалуй, отправлю вестника Громову. Пускай приезжает и полноценно включается в работу. Договор опять же подпишет, чтобы желания увильнуть не появилось, — последнюю фразу Первозванцев пробормотал себе под нос, выходя из помещения, в котором, казалось, даже дышать было трудно, и в голове постоянно мелькали мысли о скорой смерти.

***

Я смотрел в окно, наблюдая за тем, как из машины выходит приехавшая Алина Князева. Рядом стоял невозмутимый Валерьян и почему-то Константин Беркутов. Из-за случившейся с графом Макеевым истерики мы так и не смогли нормально поговорить, и я так и не нашёл для него никакого задания. Скорее всего, довольно деятельная натура парня требовала действий, и он нашёл себе занятие самостоятельно — решил встретить сестру своей невесты. Ну а почему бы и нет? Хоть какое-то развлечение. Вообще, это был довольно разумный поступок: Костя сейчас мог у Алины узнать, что происходит и с чем связано нашествие в замок Князевых. Молодец, что сказать, возможно, из него ещё выйдет толк.

— Я не хочу умирать, — глухой голос за спиной заставил поморщиться и отвернуться от окна. На диване в синей гостиной, где мы сейчас находились, лежал Макеев с мокрым полотенцем на голове.

— Никто не хочет умирать, это вполне нормальное человеческое желание, — отметил я, присаживаясь на подоконник.

— Ты не понимаешь, — Макеев говорил, не глядя на меня, продолжая разглядывать потолок, словно пытался найти на нём ответы на все интересующие его вопросы.

— Да где уж мне, — я усмехнулся, пристально разглядывая его. — Я только одного не понимаю: к чему была эта безобразная сцена? Да ещё и при вдовствующей графине?

— Ксения Сергеевна на своём веку чего только не повидала, так что её никто ничем не удивил, — ответил Макеев, не отрывая взгляда от потолка. — Андрей, пойми, я не боюсь смерти, действительно не боюсь, но я не хочу умирать вот так!

Он рывком сел на диване, полотенце упало на пол, но Александр не спешил его поднимать. Наши взгляды встретились, и я вздрогнул, отведя глаза, хотя прекрасно понимал, что бушевавшая во взгляде Макеева ярость предназначалась вовсе не мне.

— Не смотри так на меня, это не я вас проклял, — наконец я нарушил воцарившееся молчание.

— Ты бы и не смог, — Макеев встал и прошёлся по комнате. — Хотя бы потому, что эту дрянь может наложить исключительно женщина. Но я понятия не имею, какая женщина могла на это пойти.

— Та, что ненавидит одновременно и тебя, и Наталью? — подсказал я. — Только не говори, что таких не существует в природе.

— Ну почему же, — Макеев усмехнулся. — Вот только малефиков среди них нет. Это очень своеобразный и редкий дар. И да, им владеют все Беркутовы без исключения, но кроме них, я не знаю больше проклинателей.

— Ксения Сергеевна не была Беркутовой в девичестве, — напомнил я ему. — Кроме того, жёны братьев Беркутовых тоже пришли в семью из других родов. Да и за Ириной Князевой я не замечал ничего подобного.

— Так они и не являются малефиками, — фыркнул Макеев. — Даже вдовствующая графиня. Удивлён? — он перехватил мой недоумённый взгляд и усмехнулся. — Ксения Сергеевна хорошо разбирается в проклятьях. Может их идентифицировать, и даже некоторые снимать, хотя обычно это может сделать только тот, кто проклял. Но сама она малефиком не является.

— Почему же её все боятся? — спросил я вслух, не надеясь получить ответа.

— Потому что она очень сильная личность и та ещё змея, — Макеев подошёл ко мне и посмотрел в окно. — Чтобы держать в узде Беркутовых, ей пришлось научиться разбираться во многих вещах, не только в проклятьях. И я даже в чём-то понимаю её и сочувствую где-то в глубине души. В этом бешеном и неадекватном семействе по-другому никак нельзя. Думаешь, почему вокруг Натальи или Насти толпами не крутятся поклонники? Девочки Беркутовы очень красивые, и вот такая незадача.

— На балу я не заметил, чтобы Наталья скучала в одиночестве, — заметил я, повернувшись, чтобы видеть его лицо.

— Это была молодёжь, которой хотелось пощекотать нервы, — Макеев негромко рассмеялся. — Дальше пары танцев там дело не пошло бы. А так я знаю всего двух человек, которые не опасались Беркутовых. Это Марк и ты.

— Марк Минаев был как минимум странный, так что это не показатель, — я отошёл от окна и сел в кресло. — Ну а я просто не знаю, чего бояться. К тому же, мне известен ещё один бесстрашный тип — это ты.

— Андрей, ты видел мою жену не в самом отвратительном настроении, — Макеев интенсивно протёр лицо руками. — У тебя есть ещё вопросы по этому поводу? Кстати, знаешь, почему я не рассматривал в качестве невесток ни одну из дочек Князева? — я отрицательно покачал головой, и он продолжил. — Они дальние родственницы Ксении Сергеевны по материнской линии, и у обеих есть все шансы в будущем стать на неё похожими.

— А, то есть Беркутова — это лучше, чем потенциальная вдовствующая графиня? — я пытался понять логику Макеева, но у меня не получалось это сделать. — Тебе не кажется, что ты в своё время с Марком переобщался?

— При чём здесь Марк? — поморщился Александр. — Беркутовы довольно предсказуемы. Так что лучше уж Анастасия, чем девушка, от которой не понятно, чего ждать в будущем.

— Так, ладно, оставим девушек, — я поспешил сменить тему, чтобы не увязнуть в обсуждениях прекрасной половины человечества. — Что ты собираешься делать с Натальей?

— А что я могу сделать? — Александр стиснул зубы. — Я могу только повторить, что не хочу умирать, не имея даже призрачного шанса покарать эту мерзавку, которая подвела меня под такую позорную смерть. Ты же понимаешь, что это только начало? Очень скоро я не смогу сдерживаться, как и Наталья, и тогда вас всех будет ждать незабываемое зрелище.

— На что это будет похоже? — спросил я, потерев подбородок, прикидывая, к чему нам нужно будет готовиться.

— Как будто мы случайно выпили афродизиак, — и Макеев стукнул кулаком по подоконнику.

— Я передам охране, чтобы тебя больше не пускали сюда, — сказал я, поднимаясь на ноги. — Как ты сам говорил, Ксения Сергеевна умеет держать Беркутовых в повиновении, так что с Натальей проблем не возникнет.

— О да, отличный выбор: сдохнуть не от реализации проклятья, а от невозможности реализовать безумное желание, — Макеев закрыл лицо руками и расхохотался. — Андрей, я очень прошу тебя, найди эту дрянь. Я на многое готов пойти, чтобы остановить это. Давай заключим контракт, да что угодно, только помоги снять с нас проклятье.

— Саша, у меня сейчас очень сложное дело, я не смогу разорваться, — попытался я увильнуть от его предложения. — Мне очень жаль, но…

— Андрей, если тебе плевать на меня, то не должно быть плевать на Наталью. Она как-никак твой вассал, и ты обязан о ней заботиться, — напомнил мне граф. — Кроме того, обдумай моё предложение с будущими перспективами: если я умру, то тебе придётся иметь дело с Генкой, а отношения у вас, мягко скажем, не складываются. Это кроме того, что он всё ещё молодой остолоп, который в первое время будет отвратительным соседом.

— Да, вариант такой себе, — пробормотал я.

— А я, кроме всего прочего, буду тебе благодарен, — продолжил Макеев. — Так что обдумай как следует моё предложение, не отказывайся сразу.

— Саша, я уже сказал, что у меня вряд ли найдётся время, чтобы заниматься чем-то ещё, кроме предстоящего дела, — я покачал головой. — Там всё очень серьёзно…

— Здесь замешано проклятье, детектив даже третьего ранга не подойдёт, — упрямо перебил меня Макеев. — Андрей, пойми, я не смогу сделать это сам. Нужен посторонний человек, способный оценить ситуацию со стороны. Беркутовы тоже заинтересованная сторона, так что, сам понимаешь.

— Понимаю. Я вообще довольно понятливый парень, — глянув в окно и отметив, что Алины уже на улице нет, я повернулся к двери. Надо, наверное, пойти её встретить, а то как-то странно получается, словно хозяину плевать, кто у него в доме обитает. — Я подумаю. Время у вас ещё немного есть. Судя по тому, что мы все недавно видели, вы пока друг друга убить готовы и вовсе не в порыве страсти, так что подожди немного: как только я пойму, в чём будет заключаться моя роль в предстоящем расследовании, сразу же дам ответ.

— Не затягивай, — Макеев вместе со мной пошёл к двери. — Такие вещи лучше не доводить до действий, о которых все в последствии будут жалеть.

Я в этот момент открыл дверь и вышел в коридор. Что-то ответить не успел, потому что в этот самый момент со стороны кухни раздался грохот и чьи-то отборнейшие маты.

— Что там происходит? — пробормотал я, быстро разворачиваясь в сторону шума. Мимо меня пробежал Валерьян, и я поспешил за ним, кивнув Макееву, намекая тем самым, что скоро дам ответ.

Грохот раздавался не с кухни, а со склада, где хранилась злополучная гречка. Когда мы с Валерьяном ворвались внутрь, то обнаружили сидящего на полу слугу, который пытался выпутать ногу из довольно хитроумной ловушки. Рядом с ним валялась миска. К счастью, нагрести гречку он не успел, попавшись в ловушку, а то бы здесь ещё и пройти невозможно было из-за просыпавшейся крупы.

— Что, вашу мать, здесь творится? — процедил я, разглядывая натянутые верёвки. Они были хорошо замаскированы и сразу не бросались в глаза, особенно когда заходишь в полутёмное помещение из хорошо освещённого коридора.

— Ага, попался! — дверь распахнулась, и на склад ворвался взъерошенный Савелий. Увидев нас, он затормозил, плюхнулся на задницу и спросил: — А вы что здесь делаете?

— Сава, тебе надоело уговаривать Ксению Сергеевну пожертвовать неизвестным артефактом в пользу одного наглого кота? — ласково спросил я, делая шаг в его сторону.

— Она девочек Князевых сейчас воспитывает, — буркнул Савелий. – А у меня ловушка сработала, вот я и побежал проверить. Так вот кто, значит, гречку таскает? — и он указал лапой на слугу, которого Валерьян уже освободил из верёвок.

— Как ты умудрился всё это установить? — процедил я, обводя склад рукой, игнорируя при этом его тупой вопрос. — Только не говори, что сам сплёл подобные силки. Никогда не поверю хотя бы потому, что у тебя лапки!

— Нет, ну почему сам, — Савелий отодвинулся от меня подальше, продолжая бурчать. — У Олежки одолжил. Точнее у Селина. У них таких штуковин много…

— Ты спёр ловушки у охотников? — я почувствовал, как дёрнулся глаз. Вот только тика мне не хватало! Ну что за наглое животное!

— Почему сразу спёр? — возмутился кот. — Говорю же, одолжил. Что ты вечно из всего трагедию делаешь? Ещё не полнолуние, поэтому спросить я бы, конечно, у Селина или у Олежки мог, но они меня вряд ли поняли бы. И вообще, Андрюша, тебе что совсем не интересно, кто же таскает нашу гречку?

— Нет, не интересно, потому что я знаю, кто это делает! — и я ударил кулаком по раскрытой ладони. — Это та самая мышь, которую ты мне когда-то в постель притащил. Валерьян Васильевич оказался очень добрым человеком и приютил эту проклятую мышь. Так что можешь идти и разбираться с ней, только прекращай уже портить людям жизнь вот этим! — и я схватил одну из ловушек и потряс ею перед носом у кота.

— Ты меня сейчас нагло обманываешь, Андрюша, — заявил Савелий, отодвигая лапой верёвки от своей морды. — Это не мышь, потому что мышами здесь не пахнет. Но, если не хочешь говорить, не надо, сам выясню.

— Сава, ты… — меня прервало серебристое сияние, и перед лицом возникла яркая птичка.

— Князь Мишин убит. Немедленно приезжай в Дубровск, — сообщил вестник голосом князя Первозванцева. — Рассчитывай на то, что придётся несколько дней пожить в городском доме, пока не приедет детектив первого ранга.

Вестник рассыпался снопом серебристых искр, а на складе воцарилась гробовая тишина. Я с минуту смотрел на то место, где только что находился вестник, и пытался осознать, что же только что услышал.

— Как это убит? — я помотал головой и повернулся к Валерьяну. — Свяжись с Дерешевым и найди Свиридова. Передай, что через полчаса выезжаем, скорее всего, на несколько дней. Я пойду вещи пока соберу.

— Да, но… А как же ваши гости? — Валерьян шагнул за мной, пытаясь что-то возразить, но я его уже не слышал, быстро идя по коридору и стараясь не сорваться на бег.