Месяц магии, капели и любви. 20 рассказов выпускников курса Ирины Котовой «Ромфант для начинающих»

– Клара?

«Удивительно, как я вообще смогла перейти на второй курс».

– Клара??

«Такую немощь, как я, точно выгонят до конца семестра».

– Клара!

«Так куда же мне идти? На что жить? Кроме махания кулаками и ногами я мало что умею делать хорошо».

– КЛАРА! Всё, летучая мышка, ты меня вынудила.

«Я даже дырку в носке заштопать не умею…»

ХЛОП!

– Ай-й, – крикнула я и соскочила со стула.

Левая ягодица нещадно болела, в сторонке Альтер потирал правое запястье, а Ария встала к нам спиной и предпочла проигнорировать происходящее безобразие, уделив время более важным, по её мнению, вещам – расстановке пивных кружек.

– Альтер, ты что себе позволяешь?! – зло посмотрела я на друга, потирая поражённую филейную часть.

– От тебя тоской несло сильней, чем от некоторых умертвий у меня на практике. Сидишь как в воду опущенная, на имя не откликаешься, вот я и решил тебя таким способом растормошить. Лучше скажи спасибо, скоро сюда придут мои однокурсники, кто-то из них мог тебя принять за отличный материал для экзаменационной работы.

– Что, сюда нагрянут некроманты? – обернулась к нам гномка с глазами-блюдцами. – Передай им всем, – тут же сощурила она их в угрозе и ткнула зажатой в руке тряпкой в Альтера, – что в моём пабе никакие кишки и прочие внутренности не обсуждать, никаких трупов не таскать и тем более не утаскивать! Мне до сих пор в кошмарах снится, как ты один на пьяную голову чуть не устроил здесь вскрытие… живого человека! А что может устроить толпа пьяных некромантов, я боюсь спрашивать, нет, я боюсь даже представлять, тем более лицезреть.

– Тёмные силы, какого же низкого ты мнения о некромантах, – наигранно схватился за сердце тёмный эльф, свободной рукой хватаясь за край барной стойки. – Тем более обо мне! Это обидно, знаешь ли? Тот человек подавился, и я оказал экстренную медицинскую помощь. Без меня в стенах этого паба действительно мог бы завестись, как минимум, один труп!

– Ребята, хватит! У меня от ваших криков голова болит, а мне и так плохо, – перепалка друзей и увесистый шлепок от Альта сильно взбодрили меня и помогли на время отвлечься от неизбежности вечного проклятья.

«Кстати, откуда у Альтера столько сил? Насколько мне известно, некроманты ведут пассивно-сидячий образ жизни, не сильно отличающийся от того, что ведут их подопечные».

– В крайнем случае, ты всегда можешь отдать толпе пьяных некромантов самого Альта, – сказала я подруге и обернулась, чтоб полюбоваться вытянутым лицом тёмного эльфа.

– Я, значит, тебя от всеобъемлющей тоски спасаю, а ты в ответ предлагаешь сделать из меня жертвенного агнца? – неверяще похлопал он красивыми очами, а потом расхохотался. – Ну, раз вы планируете меня принести в жертву пьяным студентам-некромантам, то хоть откормите как следует! Эх, с утра ничего не ел, – сел он на ближайший барный стул, и я за ним следом. – Чего съестного есть?

– А ты не хочешь сперва закончить свою работу, – мотнула гномка головой в сторону погреба.

– Так я уже, – ответил дроу. – С первой партией покончено, а пока господин Тиль выбирает бочки для второй, у меня есть время на перекус. Чесночные гренки и пинту светлого грозового, пожалуйста.

– Эта рука, – продемонстрировала нам свою маленькую ладошку Ари, – никогда более не нальёт тебе, Альтер из Грозовой долины, ничего крепче чёрного чая! – на последних словах она повысила голос и потрясла перед лицом эльфа указательным пальцем. – Я два часа отскребала пол от пятен крови после тебя, так что придётся тебе подождать моего отца, чтоб получить своё пиво. И то, если он захочет после той антисанитарии, что ты устроил в тот раз. Но гренки я тебе принесу, – смилостивилась моя соседка, – их как раз должны были приготовить, – с этими словами грозная гномка прошла на кухню. Дверь за ней закрылась вслед с небольшим хлопком, что прошёлся эхом по пустынному, но совершенно не пыльному залу.

– Как там, не болит? – кивнул Альтер на мою пятую точку.

– Тебе следует поменьше проводить времени с мёртвыми и побольше с живыми, Альт. Они, знаешь ли, более чувствительные и нежные, чем твои воскресшие умертвия. Серьёзно, ты так на стол к своим коллегам попадёшь неженатым.

– И не поруганным, – картинно вздохнул он и повернулся ко мне с уже более серьёзным лицом. – У тебя есть идеи, что делать дальше?

– Нет. Единственное, на что сейчас хватает моих умственны способностей – это напиться до беспамятства.

– Ну-уу, до беспамятства не стоит, – протянул Альтер. – Я слышал, у боевиков завтра будет марш-бросок. Не стоит приходить на такое мероприятие с похмельем, в твоём-то состоянии.

– В моём-то состоянии на этот марш-бросок и смысла нет идти. Прогуляю. Всё равно меня скоро исключат – за несоответствие нормативам, на радость магистру Бронксу, – с этими словами я взялась за оставленную без присмотра бутылочку мятного ликёра и налила себе ещё порцию. – И не будет у меня ни образования, ни работы, ни жилья.

– А может, ты всё же пойдёшь к платному проклятологу? – предложил Альтер спустя минуту тишины. – Ты знаешь, я уже второй год коплю на лошадь и успел скопить приличную сумму – твоё здоровье мне важнее коня, возьми эти деньги… Если тебе неудобно их брать, возьми в долг и возвращай мне по чуть-чуть, по мере возможности.

– Альтер! – воскликнула я, тронутая столь щедрым предложением. Тёмный эльф давно лелеял мечту купить коня, и не простого, а серебряного жеребца – помесь обычного с единорогом, что смог бы нормально жить под вечно грозовым небом его родины, и стоил такой метис целое состояние, но… – Я очень благодарна тебе за такое щедрое предложение, но та сумма, которую мне озвучил платный проклятолог, совсем не приличная! – призналась я и поделилась той страшной суммой с эльфом, отчего у него глаза чуть из орбит не вылезли.

– Сколько?! – не сразу поверил мне тёмный эльф и уточнил: – А ты точно что-то не перепутала? Или может – оговорилась, или он оговорился? Ну, не может это столько стоить! Такой ценник выставлять вообще законно?! – не на шутку завёлся эльф.

Я его как никто другой понимала – у самой была такая же реакция, когда тот хмырь усатый – частный проклятолог – назначил плату в размере годового дохода моей деревни, а мы не из бедных, поставляем высококачественное мясо и кровь в замок самого князя вампирского!

– Как такое вообще возможно? – не унимался эльф. – Ты же сама сказала, что твоё проклятье третьестепенное, а значит, его должно быть не трудно снять! Откуда такая заоблачная цифра?

– Как сказал мне тот хмырь усатый после магического сканирования, проклятье моё с блоком – Ванессе вплела в схему проклятья какой-то замо́к, из-за которого стандартным способом его может снять только она. Обходные пути есть, но они сложные, энергозатратные и поэтому такие дорогие! – вымучено выдохнула я и выпила ещё стопку прозрачного ликёра. Эльф сочувственно погладил меня по спине своей широкой тёплой ладонью. От его прикосновений мне стало чуточку лучше, даже расхотелось повторно впечататься лбом в столешницу.

– Знаешь, – тихо начал будущий некромант, – мой отец часто говорит: «Если есть проблема, то есть и решение этой самой проблемы». Допустим, – положил он локти на столешницу и сцепил пальцы в замок, – с образованием я могу тебе помочь: ты – вампир, есть природная склонность к некромантии, по знаниям я могу тебя подтянуть. И поверь, некромантам, а тем более умертвиям, и дела не будет до твоего «Чесночного дыхания». Кстати, – с улыбкой добавил он, – зря ты обнадёжила нашу будущую владелицу этого славного заведения – половина курса у меня конспекты списывает, а другая прячется за моей спиной на опросниках. Так что, в жертву они меня не примут, а наоборот, будут бороться за сохранность моего тела и чести.

На последних слова я не удержалась от смеха. Альтер всегда мог меня рассмешить, даже в самые тёмные моменты моей жизни. Ещё в нашу первую встречу в поезде, когда он и я из наших глухих деревень добирались до столицы Брансвии поступать в Королевскую академию магии, он покорил меня своим остроумием и тёмным юмором. Да и внешность у него откровенно привлекательная, очень даже в моём вкусе. Эх, если бы не эта история с принцем и проклятьем, я возможно и попыталась бы перевести наши отношения из дружеских в более «горизонтальную» плоскость, хоть матушка и наругала бы меня за совращение красивых юношей до окончания академии.

– Что? – как-то смущённо покосился на меня тёмный эльф. Оказывается, я уже давно перестала смеяться и молча смотрела на него пристальным взглядом. Так долго, что ему успели принести чесночные гренки да в зале прибавилось народа – судя по их внешнему виду, сюда нагрянули обещанные некроманты.

– Просто любуюсь тобой, – сорвалось с моего языка, прежде чем я осознала, что и кому именно это говорю. – Ты очень красивый, Альтер, ты знаешь об этом? Такой обаятельный и привлекательный, даже сдружился с местными кладбищенскими воронами, а у них ух какой скверный характер… Если бы не твоя любовь к разговорам о кишках и всём таком прочем, то ты бы легко смог сместить принца с пьедестала «самого популярного парня академии».

«Тёмная Мать и Отец, что я говорю?!! Неужто меня так опьянило от парочки рюмочек? Или не от парочки?»

Обернувшись, я увидела, что бутылка мятного ликёра, которую тут держали исключительно ради меня, так как другие посетители данного заведения не притронулись бы к этой, как говорит Ари, жиже, опустела вполовину от прежнего объёма. Неужели я выпила столько и даже не заметила этого?

– Так, на чём мы остановились? – бодренько прервала я возникшую тишину, пытаясь перевести разговор в прежнее, не такое неловкое, русло. – Так ты говоришь, что на факультете некромантии мне найдётся место? Неплохой вариант, хоть и я никогда не питала страсти к точным наукам, – протараторила я, стараясь смотреть куда угодно, только не в сторону тёмного эльфа. Тёмная Мать, как же язык заплетается! – А насчёт жилья у тебя есть какие-нибудь мысли? Так сразу я не смогу поступить на некроманта, в общежитии мне не дадут остаться, тем более после историй с орущими котами. Да и домой мне нельзя, сам знаешь, – продолжила я мямлить что попало, как у доски на занятиях по этикету.

– Можешь пожить пока у меня.

– В каком смысле, у тебя? – удивлённо обернулась я к другу лицом, на что он спокойно ответил:

– В смысле пожить в доме моих родителей, в Грозовой долине. Ты же уже гостила у нас на летних каникулах, помнишь?

А как не помнить? Я по гроб жизни буду благодарна родителям Альтера за то, что они приютили меня после того, как мои родственники более не могли выносить этот проклятый запах чеснока. Сколько бы душистых трав мы не развешивали по дому, как бы я не пыталась пореже открывать рот, всё равно аромат чеснока просачивался на свободу и добирался до них. Мне очень повезло, что семья Альтера живёт в соседней деревне и питает какую-то особую любовь к чесноку, вплоть до засева целой грядки этим сильно пахнущим корнеплодом.

– А ты уверен, что они согласятся? Я и так вас тогда сильно стеснила, нам аж одну комнату пришлось делить.

– Да матушка специально так сделала – рассчитывала, что ты, как всякая приличная вампирша, обесчестишь меня, а потом принудительно в мужья возьмёшь. Уж очень ты ей понравилась, да и дочку она всегда хотела, а уродились у неё одни только сыновья, – спокойно признался этот любитель чеснока и принялся хрустеть своими любимыми гренками, пока я в шоке взирала на него.

– Передай мои извинения своей матушке, что так разочаровала её, – нашлась я, что сказать, когда до меня дошло, что всё сказанное – это очередная шуточка Альтера. – Уж больно слабенькой я стала, а за твою честь, да и тело в целом, по твоим же словам, будет бороться целый курс будущих некромантов – с таким препятствием я, увы, не справлюсь. Да и сил на надругательства у меня тогда не останется, – подняла я руки в отступающем жесте.

Минуту мы молчали, а потом одновременно расхохотались. От сильного смеха лёгкие заболели, а рот растянулся в настолько широко улыбке, что я забеспокоилась, а не порвётся ли он, но в этот момент, в эти секунды безудержного веселья я позабыла обо всём плохом, что произошло и произойдёт в моей жизни.

– Ты мог бы хоть намекнуть, – продолжила я, когда первая волна смеха стихла, – что рассчитываешь на растление. Надел бы, не знаю, ночную рубашку с оборками или что-то в этом роде.

– Демоны преисподней, – картинно воскликнул эльф, хлопнув себя по лбу, – матушка же мне говорила, что вампиры падки на оборки и рюши, – парень осмотрел свою простую белую рубаху с плотным тёмно-синим жилетом и вздохнул. – Нет у меня для тебя оборочек, греночка ты моя чесночная, но есть что-то повесомее, – с этими словами Альтер соскочил со стула и полез за барную стойку в нижние ящики.

– Вот, прошу, – вытащил тёмный эльф из своего рюкзака, что держал в руках, бутылочку с красной жидкостью и продемонстрировал мне на манер сомелье в ресторанах. – Выдержка двадцать четыре года, свежего разлива.

– Спасибо, – искренне поблагодарила я и потянулась к заветной бутылочке. Альтер был любимым учеником преподавателя некромантии и пользовался предоставляемыми им привилегиями, в том числе и возможностью втихую сцеживать для меня свежую, магически обогащённую, кровь. Та, что вампирам выдавали по квоте, была не самого лучшего качества, да ещё и смешанной в общем котле, фу. Может, кому-то такая кровь и нравилась, но точно не мне, так ещё и с моей «фирменной» приправой.

С каждым мелким, осторожным глотком алкогольный туман и боль в голове постепенно рассеивались, но был этому и минус – кровь смывала остатки мяты во рту, из-за чего меня снова начинал мучить этот дважды проклятый чеснок. Как мне объяснили целители, проклятье что-то сделало с моей слюной, делая её «чесночной», поэтому, что бы я ни пила, ко всему примешивался привкус этого демонова корнеплода. Схожая история и с моим обонянием, я носом уже более двух месяцев ничего, кроме чеснока, не чувствую и не раз попадала по этой причине в неудобные ситуации.

– Как же хорошо, что профессор позволяет тебе дополнительную практику в некромантской, – сказала я на выдохе, стоило моим губам оторваться от горлышка.

– И не только это, – завёл свою любимую шарманку Альтер, смотря с неким умилением и блеском в глазах на то, как я пью. – Профессор Тьюсдей много чего знает и часто рассказывает то, чего нет ни в одном учебнике или пособии. Вот ты знаешь… – и далее пошла череда интересных и анатомически подробных фактов о некротической магии, умертвиях и всему такому прочему. Пиво ему всё-таки налили, поэтому увлекательные речи прерывались на глоточек пенного, а потом вновь продолжались с новой силой.

Паб успел заполниться посетителями, и не только однокурсниками моего друга-некроманта. Опасения Ари, что опьяневшие студенты устроят тут внеурочную лабораторную работу, были напрасными. Они мало чем отличались от остальных завсегдатаев «Золотого поросёнка», разве что песенки пели чуть пошлые и местам мрачные.

– Альтер, вот ты где! – подошла к нам однокурсница тёмного эльфа. Внешность у неё была примечательная – огромные очки с круглой оправой и толстенными стёклышками в сочетании с буйным облаком каштановых тугих кудряшек нисколько не умаляли её красоту. Как раз благодаря этой необычной внешности она смогла осесть в моей памяти, в отличие от большинства однокурсников Альтера.

– Я везде тебя искала – в лаборатории, библиотеке, общежитии и даже на конном рынке, – принялась перечислять места своего поиска девушка и повисла на плечах моего… друга. – Как хорошо, что я встретила наших и они сказали, что ты будешь здесь. О, Клариссия, здравствуй, я тебя не сразу узнала. Как дела?

– Пока не родила, – грубо ответила я.

– О, значит, слухи не врут. Ты действительно в положении? – на этих словах тёмный эльф поперхнулся, а из его носа пошла струйка пенного.

– Чего-чего?! – шокировано воскликнул Альтер, прикладывая близлежащее полотенчико к своему носу.

– Какое такое положение ты имеешь в виду? – не сразу достиг меня смысл слов девушки.

– Ну, ТО САМОЕ положение, – выпучила на меня глаза собеседница, из-за чего её и так немало увеличенные линзами глаза стали ещё больше. Спустя мгновение до меня дошёл смысл.

– Что за вздор?! Откуда у тебя вообще взялись такие мысли? – шокировано и, по правде говоря, слишком громко воскликнула я, да так, что в нашу сторону обернулись несколько адептов.

– Да об этом весь второй курс боевиков судачит! По их словам, ты уже несколько месяцев болезненно выглядишь, быстро устаёшь, потеряла в весе да постоянно пропускаешь практику ради визитов к целителям. Сама ты ничего и никому не рассказываешь, даже преподавателям, вот парни и построили своё предположение.

– И откуда, позволь спросить, у них могло появиться такое предположение, что я именно в положении, а не просто больна?

– Ну-уу, у тебя же был неприятный эпизод с принцем Уильямом? И проблемы у тебя начались как раз после того, как он… отказался от твоей компании.

«Фантастика. Мало того, что я страдаю от проклятья и нахожусь на грани отчисления, так я ещё, оказывается, беременна от принца! Мы с ним даже не целовались, что это за чудо непорочного зачатия?!»

– А ещё говорят, что чисто женский коллектив – серпентарий, – возвела я глаза к небу. – Эльна, – вспомнила я имя некромантки, – эти же парни судачат, что некромантки делают себе маски для лица из человеческой печени. Я, конечно, знала, что мои сокурсники недалёкие, но я не думала, что они ещё и заядлые сплетники. Спешу тебя заверить, что в Брансвии я нашла целую кучу более интересных общественных мест, чем панталоны местного высочества. И честь моя остаётся при мне, так что, ТО САМОЕ положение мене пока не грозит.

– Ладно, так и передам, – согласилась некромантка и тут же перевела своё внимание на тёмного эльфа. – Альт, пожалуйста, выручи – дай списать конспекты! Профессор Тьюсдей меня повторно закопает, если я снова не сдам зачёт по географии некролиний.

– Эльна, мне бы твою наглость, я бы уже в золоте купался, – швырнул некромант уже ненужный кусок ткани на стойку и недовольно уставился на девушку. – Только что ты меня ошарашила возмутительными и, что главное, ложными слухами о моей дорогой подруге, а теперь выпрашиваешь у меня конспект? Вот вечно тебе что-то от меня надо. Дай то, дай это, может, мне тебе и свои штаны отдать?! – завёлся Альтер с пол-оборота.

Вот не знаю, что меня возмутило больше – то, как расцвёл румянец на лице девушки от перспективы лишить моего тёмного эльфа сего предмета гардероба, или то, что Альтер вообще додумался подобное предложить левой магине!

– Ну, если тебе так хочется… можешь дать ещё конспекты по поведенческой психологии умертвий, – стеснительно улыбнулась некромантка и скромно опустила глаза в пол. И сделала это так натурально, что я б ей поверила, если бы только что не лицезрела её истинный характер.

– Невероятно! – воскликнул Альтер. – Вы такими темпами меня вообще голым оставите! – обратился он к группе адептов, что сидели недалеко от нас. – Я конспекты так-то для себя писал. Мне тоже нужно готовиться к сессии, как и вам, неучи! На, – обернулся он к Эльне и принялся копошиться в своём рюкзаке, доставая нужные тетради, – бери географию, бери психологию. Да хоть штаны мои забирайте, но оставьте мне хоть панталоны и кружку пива! Я с прекрасной дамой время провести хочу. Наедине! – с отчаяньем потряс некромант руками и отвернулся от пристыженных им однокурсников.

– Вот поэтому я не поруганный, вот так они мою честь и берегут. Даже выпить спокойно в приятной компании не дают, всё конспекты у меня клянчат, а я же добрый, – посетовал Альтер и сделал большой глоток из своей пинты. Ему понадобилось выпить ещё две такие, чтоб вернуть прежнюю весёлость духа. Но это не остановило поток жалоб некроманта на «безголовость» сокурсников.

– …а ещё сегодня на вскрытии профессор Тьюсдей рассказал нам об одном особом растении, что иногда прорастает в «подснежниках», а эти увальни вместо того, чтобы слушать, тыкали в раздвоенную селезёнку усопшего и вопрошали «что это такое?». «Подснежники» – это такие тела, которые находятся в лесах, когда снег начинает таять, сейчас как раз их сезон, – пояснил мне Альтер и сделал глоток из кружки. – Так вот, это редкое растение называется Подснежник Подснежный, или Подснежник Трупный. По словам профессора, этот цветок так пропитывается энергией Жизни и Смерти, что превращается в мощный живой артефакт, и при помощи него можно исполнить любое самое заветное желание.

– Любое, говоришь, – задумчиво проговорила я, – Альт, как думаешь, а моё проклятье этот цветок сможет снять?

– В теории, да, – с опаской ответил друг, видимо, он сразу понял, какая мысль пришла мне в голову, – но в реальности его может и не быть. Растение редкое, ему нужны особые условия для роста… Прошу тебя, не пытайся его найти. Даже если он где-то и пророс, могут уйти недели на его поиски, – некромант с беспокойством сжал мою ладонь. – Я понимаю твоё желание избавиться от проклятья, знаю, какие мучения ты из-за него испытываешь, но ты можешь погибнуть в тщетных поисках этого подснежника. Не рискуй, пожалуйста.

– Думаю, мне пора идти, – встала я со стула и направилась к выходу.

– Клара…

– Увидимся позже, – махнула рукой на прощание и вышла наружу.

– Клара! – было последнее, что я услышала до того, как закрылась дверь.

Альтер из Грозовой долины

«Тёмные боги, почему она такая упрямая! Вобьёт себе что-нибудь в голову, и всё, пиши пропало, – как и всякого боевика, только смерть или близость к ней сможет переубедить эту девчонку. Или не сможет. Идиот, зачем только рассказал ей об этом Подснежнике Трупном, зная её ситуацию и гонор!»

Устало вздохнув, опрокинул в себя оставшееся в кружке пиво. Даже вкус любимого напитка из родных краёв не смог смыть горечь, что оставила после себя одна неуёмная вампирша. И твердолобая. И красивая. И аппетитно пахнущая.

– Кто там аппетитно пахнет? – внезапно вывел меня из раздумья голос господина Тиля. Гном стоял за баром, прямо напротив меня, с вопросительно изогнутой кустистой бровью.

Достопочтимый господин Тилион был чуть выше своей дочери и спокойно выглядывал из-за барной стойки. Мужчина имел достаточно невзрачную для гнома внешность – карие глаза и тёмные волосы, что контрастировали со светлой кожей. Только борода выделяла его из толпы. Даже для гнома она была очень густой и пышной, как принято говорить, роскошной. И за этой роскошью господин Тиль ухаживал как заправский модник – укладывал и заплетал самыми разнообразными способами. Вот и сейчас передняя часть бороды была заплетена во множество кос и косичек, что складывались в сложный узор, в то время как сзади борода была распущенна, служа фоном для всей этой красоты. На конце борода завязывалась шнурком в единое целое, для удобства носки.

– Клара, – тяжело вздохнул я. Не было смысла отнекиваться, господин Тиль давно просёк мои безответные чувства к этой девушке.

– Когда же ты ей признаешься? – с лёгким раздражением спросил достопочтимый владелец паба и начал наполнять мою кружку новой порцией пенного. – Уж сколько месяцев ты у меня подрабатываешь, столько я и слушаю твоё нытьё. Возьми себя в руки, секира тебя разруби! – на этих словах гном со стуком поставил передо мной пинту.

– Если бы Клариссия испытывала ко мне хоть толику того, что я чувствую к ней, то так бы и поступил. Но для неё я просто верный друг… Да и она так и не оправилась от разрыва с принцем.

– Что за чушь ты мелешь, парень! – вкинул руки Тиль и эмоционально потряс ими. – Я собственными ушами слышал, как она час назад соловьём пела о том, какой ты красивый, умный и так далее! Что ты лучше этого павлина-принца! Когда моя пышечка сказала, что у меня роскошная борода, – на этих словах гном провёл рукой по самой большой, центральной косе в своей бороде, – я потёк пуще кусочка сливочного масла на стопке свежих блинчиков. Тогда я понял сразу – всё, моя, это любовь, и через месяц мы обвенчались.

– Искренне рад за вас, но Клара это спьяну сказала, – отмахнулся я от слов мужчины.

– Я как владелец паба вот что скажу тебе – пьяные часто говорят то, что у них на сердце, что они не рискнули бы сказать трезвыми… Короче, соберись, парень, не будь соплёй, – мощно похлопал меня по плечу господин Тиль. – Прихорошись там, как вы, эльфы, умеете. В этом я тебе совет дать не смогу. Эх, была бы у тебя борода… Приоденься, что ли? Хотя нет, лучше разденься, продемонстрируй любимой женщине свои богатства, я знаю, они у тебя есть, – с этими словами достопочтимый гном поднял вверх правую руку и напряг её. Господин Тиль сегодня был облачён в безрукавку, поэтому я с лёгкостью увидел игру мышц и сухожилий, что перекатывались и лоснились под кожей в мягком свете свечей. Проходящая мимо жена Тилиона – вышеупомянутая рыжеволосая пышечка – игриво стрельнула глазками в сторону мужа и скрылась за дверьми в кладовую.