- -
- 100%
- +
В итоге сразу после обеда я неслась в библиотеку, чтобы успеть сделать километровые домашние задания и подготовить устные ответы на внятном норталианском.
Времени катастрофически не хватало, и порой на ужин не успевала. Приходилось ложиться спать голодной, поскольку покупать продукты в ближайшей деревушке для меня было непозволительной роскошью.
Выходных ждала как чуда: представители знатных фамилий предпочитали проводить свободное время с комфортом вне стен академии. А я могла за эти два дня отоспаться и хоть немного расслабиться.
В пятницу засиделась до одиннадцати в библиотеке: адепты разъезжались по домам.
Голодная и уставшая, я шла по коридорам к своей башне. Свернула не туда и заблудилась. Стала искать путь назад, как услышала чьи-то шаги. Резко обернулась, вскидывая палочку.
Ко мне приближались пятеро: три огневика и два мага ветра. Один парень с моего курса, остальные старше. Я стиснула покрепче единственное оружие, а по спине пробежал холодок.
– Посмотрите, это кто тут у нас ходит в темноте? – услышала веселый голос брюнета-огневика.
– Какая смелая девочка… – присоединился второй.
– Или глупая…
– Глупых девочек нужно наказывать, – продолжил брюнет, и парни гадко захихикали.
– Что вам нужно? – бросила высокомерно я, надеясь отпугнуть недоброжелателей уверенным тоном.
– Что нам может понадобиться от оборванки вроде тебя? – зашипел огневик, и у меня от его тона волоски на коже зашевелились.
– Вот и разобрались, а теперь я иду спать. Спокойной ночи, – произнесла с нажимом и попыталась их обойти, но маги не позволили.
– Спокойной ночи не обещаем, но до кроватки ты доберешься.
От этого намека меня стали грызть нехорошие такие предчувствия. Уже собиралась вскинуть палочку и атаковать первой, чтобы получить преимущество, как услышала ленивое:
– Что за ночная вечеринка, а я не в курсе?
Парни насторожились и даже как-то сжались, а Виктор обратился ко мне:
– Лисичка, ты что, заблудилась?
Неуверенно кивнула.
– Пошли, провожу.
Дважды повторять мне было не нужно. Я юркнула за спину Виктора. Он ухватил меня за руку и потащил за собой.
– Неужели мы ее так просто отпустим и этой нахалке опять все сойдет с рук? – услышала я перешептывания ребят.
У Виктора со слухом тоже проблем не было. Он затормозил, резко развернулся. В голубых глазах вспыхнуло пламя.
– Мне показалось, или вы чем-то недовольны? – холодно процедил мой спаситель, а маги побледнели и стали пятиться назад.
Адепты с грохотом сбежали вниз по лестнице, а Виктор потащил меня в обратную сторону, с силой сжимая запястье. Когда мы отошли на приличное расстояние, огневик остановился и раздраженно зашипел:
– Ты в своем уме – шляться по ночам в одиночку?! Те ребята из очень непростых семей. Отец Ферна вообще входит в состав попечителей, и на выходки его отпрыска смотрят сквозь пальцы. Хоть представляешь, что с тобой могло случиться, если бы я не проходил мимо?
От его тона и намеков вздрогнула, но постаралась ответить невозмутимо:
– Спасибо, но я бы и сама справилась.
– Справилась бы она, как же. Бродишь по ночам и провоцируешь всяких идиотов…
– Я никого не провоцирую, – обиженно засопела. – Сидела в библиотеке, а потом свернула не туда и заблудилась.
– Миранда, один твой вид – уже провокация. А ты еще и разговаривать умеешь. – Я открывала и закрывала рот, не зная, что на это ответить, меж тем Виктор продолжал: – Запомни, Лисичка, у тебя нет ни сиятельных родственников, ни влиятельных покровителей. А значит, нужно думать головой, чтобы не попадаться. И перестань сидеть допоздна в этой треклятой библиотеке!
– Как я могу перестать там сидеть, если преподаватели на меня взъелись?! Из-за ошибки в одном слове заставляют переписывать все доклады. И это даже по истории магического сообщества! Про более значимые предметы и говорить не хочу. На каждом занятии вызывают первой, и почему-то именно мне попадаются самые сложные вопросы и заклятия, – выпалила я на одном дыхании, будто внутреннюю дамбу прорвало. – Сегодня на боевой магии профессор Гриддек вообще без предупреждения запустил в меня смертельными путами. А этого даже в программе нет! Едва отбилась, используя чары из старого арсенала, но получила отповедь за то, что перешла на традиционную магию. Все как с цепи сорвались, выискивая новые способы продемонстрировать мою никчемность.
В этот момент стоило бы остановиться, но меня уже несло.
– Даже мистер Хопс отказывается выдавать оборудование, ссылаясь на то, что не понимает мой акцент! А я сутками учу и новые формулы, и историю Норленда, и этот ваш бесовский язык, но за пару недель невозможно в совершенстве овладеть тем, что вы все знаете с рождения. Но и это ерунда, справлюсь со временем, – устало махнула рукой, а Виктор подошел поближе и странно на меня посмотрел. – Больше всего бесит то, что я невероятно хочу чаю с шоколадом, а не могу получить, потому что опоздала на ужин, – я коротко всхлипнула и отвернулась.
Было ужасно стыдно, что именно огневик стал свидетелем моего нервного срыва. Думала, что он сейчас уйдет, но Виктор взял меня за руку уже нежнее и тихо сказал:
– Пошли со мной.
Мы спустились по центральной лестнице на первый этаж, а потом свернули направо. Прошли вдоль широкого коридора, ведущего в столовую. Давно закрытую столовую.
– Куда мы идем? – поинтересовалась я шепотом.
– На кухню добывать тебе чай с шоколадом.
– Но уже поздно, и туда никого не пускают.
– А мы попросим, чтобы впустили.
Я удивленно посмотрела на Виктора, но больше задавать вопросов не стала.
Спустя пару минут маг остановился перед неприметной дверью, сильно напоминающей вход в подсобку. Потянулся к металлической ручке, но в последний момент замер. Бросил на меня косой взгляд через плечо, прищурился, будто что-то обдумывая, а затем прошептал:
– Слушай сюда, Лисичка. Что бы ни случилось, лучше помалкивай. Ясно?
– Ясно, – непонимающе заморгала я.
Удовлетворившись таким ответом, он открыл дверь – и мы оказались в просторной кухне. Там уже все было идеально вычищено и убрано. Даже свет горел только в одном месте. Судя по звукам, вернее, их отсутствию, все работники уже давно ушли к себе. В глухой тишине мы сделали еще пару шагов и увидели в тусклом свете лампады одиноко сидящую повариху, сверяющую смету. Женщина вскинула голову, заметив непрошеных визитеров, и недовольно прищурилась.
– Тетушка Фай, красавица моя, а вы все трудитесь? – сладко заворковал огневик, ослепительно улыбнувшись.
От неожиданности я уставилась на него во все глаза: не думала, что умеет так соловьем заливаться.
– С каждым днем все хорошеете и хорошеете… Новая прическа? Идет.
– Виктор, вот шельмец, – весело ответила мгновенно подобревшая женщина лет пятидесяти, и на ее пухлом лице расцвела смущенная улыбка. – Давненько сюда не заглядывал.
– Каюсь, но вот решил исправиться, – озорно подмигнул маг, а затем взмахнул рукой – и перед поварихой появились огненные розы. Прикоснуться к цветам она не могла, но жест оценила.
– Ох, была бы я помоложе… – кокетливо поправила прическу кухарка. – Ладно, хитрец, признавайся, зачем пришел. Опять захотелось пирожков тетушки Фай?
– А они у вас есть? – как-то плотоядно уточнил Виктор.
– Для тебя найдутся, – усмехнулась повариха, а затем помрачнела, переведя взгляд на меня. – А ей что нужно?
– Миранда, знакомься, это миссис Эппи, самый талантливый повар на свете. – Женщина хмурилась, пока Виктор нас представлял. Видимо, такое знакомство кому-то явно не импонировало.
– И зачем ее притащил?
– Нам бы горячего чаю и шоколадных конфет.
– Не положено, – холодно бросила миссис Эппи и вернулась к своим бумагам, а я поджала губы.
– Тетушка Фай, не будьте такой злюкой. Миранде и так достается. Вы же знаете, какие здесь учатся снобы, – перешел на заговорщицкий тон Виктор, а повариха глянула на него и снова подобрела. – А на ужин из-за большой нагрузки бедняжка не успела.
– Была бы помягче, так и не доставалось бы, – буркнула миссис Эппи, но уже не так сурово.
– Если спускать нападки, то совсем затравят девчонку. Вы же мудрая женщина и должны понимать такие вещи. Совсем одна в чужой стране, без друзей и поддержки… – умасливал огневик. – Тяжело выживать. А еще все травят. Представляете, сегодня профессор Гриддек запустил в нее без предупреждения смертельными путами…
– Так она же дитя совсем, – возмутилась повариха, а потом прищурилась. – Ай, хитрец, умеешь уговаривать… Ладно, дам вам шоколад.
Миссис Эппи отошла к полкам, открыла какой-то ящичек и стала в нем шурудить. Замерла, а затем обернулась, решив уточнить:
– Что, правда смертельными путами?
Я кивнула, а она нахмурилась и снова вернулась к ящичку. Наконец достала увесистую плитку шоколада и положила на стол.
– Спасибо, – благодарно прошептала я, с жадностью глядя на угощение.
– Тетушка Фай самая лучшая, самая добрая и понимающая, – поддакнул Виктор.
– Ай, подлиза! И такой красавец. Эх, если бы не мои годы… – грустно вздохнула женщина. – Ладно, заварю вам чай. А профессор Гриддек завтра получит недосоленный завтрак: нечего детей обижать.
Виктор хмыкнул, а я смущенно улыбнулась. Спустя пару минут к нам на стол приземлились пузатый чайничек, чашки с малиновым чаем и корзинки с пирожными и пирожками.
– Как вкусно пахнет, спасибо! – с наслаждением протянула я, склонив голову пониже и вдыхая густой ягодный аромат. Зажмурилась от удовольствия, когда кожу лизнул горячий пар, и стала потихоньку расслабляться.
– Пейте и идите спать, – шутливо погрозила пальцем миссис Эппи. – Виктор, ключ оставляю на столике, запри потом. А ты, девочка, выше нос и, если опять останешься без ужина, прибегай. Тетушка Фай всегда будет тебе рада.
– Она славная, – тихо сказала я, когда повариха ушла.
– Да. Кажется суровой, а на самом деле очень добрая. Одно время меня подкармливала, пока с финансами было туго. И советы давала хорошие.
– Как ты вообще попал сюда?
– Как и все, по приглашению, – лениво отмахнулся огневик, а я решила не лезть. – Лучше скажи, не жалеешь, что поступила в академию?
– Жалею иногда, – ответила честно. – Но назад дороги нет. Больше всего не хватает общения. Друзья пишут, и я их послания перечитываю по нескольку раз, но это не то. Смешно сказать, но ты единственный, кто нормально ко мне здесь относится.
– Лисичка, я в тебя файерами кидался. Это ты называешь нормальным отношением? – хмыкнул Виктор.
– Да, – улыбнулась в ответ. – Я ведь по заслугам получила.
– Ты что, меня совсем не боишься?
– Нет, – тихо сказала я, делая очередной глоток. Странный вопрос. – А что, должна?
– Меня все боятся.
– Почему? – непонимающе переспросила я.
Виктор нахмурился и ответил серьезно:
– Доминион.
– И? – Я по-прежнему не улавливала сути.
– Вспыльчивый я.
– Я тоже. И что с того?
Он покачал головой, но пояснять не стал.
– А как ты оказался летом на турнире? – задала давно мучивший вопрос, а маг вскинул брови, будто спросила, водятся ли в Норленде вейлары.
– С Уиллом приехал.
– Попросили исполнить роль надсмотрщика над принцем или ты его куратор?
Виктор молчал, очень внимательно разглядывая мое лицо. Подумала, что опять ляпнула что-то не то, но он криво улыбнулся и весело ответил:
– Надсмотрщик я. Нельзя принцев оставлять без присмотра.
Посмеялись. Виктор уплетал пирожки с мясом, а я потянулась к пирожному с клубничной глазурью. Откусила кусочек – и блаженно застонала. Как же это вкусно!
– Ты уже видела списки принадлежностей на второй триместр?
От этой новости я поперхнулась и зашлась в приступе кашля.
– Какой список? – уточнила, приходя в себя. – В начале года ведь выдавали уже.
– Тот был на первый триместр. Обычно во втором и третьем нужно что-то докупать. И лучше это делать пораньше, пока магическое оборудование и спецодежду не разобрали. Тогда нужен спецзаказ, а с этим мороки…
Видимо, весь мой ужас отразился на лице, потому что огневик хмуро спросил:
– Что такое?
– Ничего. – Я махнула рукой, мысленно прикидывая, где раздобыть денег.
Тех золотых, что дали с собой бабушка с дедушкой, вряд ли на все хватит. А писать им письмо с просьбой выслать еще ужасно не хотелось.
– Я же вижу, что-то не так.
– Все нормально, просто не рассчитывала на дополнительные расходы, – беззаботно улыбнулась я, а Виктор прищурился.
– Обучение в академии тебе не по карману, верно?
– Да, – устало выдохнула я, и весь показной запал с меня мигом слетел.
– А как тебя вообще сюда зачислили? Вступительный взнос неслабый, да и за один год обучения сумма набегает немаленькая. А тебе нужно отучиться три…
– Лэр Максимилиан дей Штеллем выделил деньги из академического фонда. Через три года их нужно либо выплатить, либо отработать.
На лицо Виктора легла тень.
– Зря ты с ним связалась.
Я хотела что-то сказать в защиту лэра, но маг меня остановил.
– Не надо. Максимилиан умеет очаровывать людей, но под маской добродушия скрывается расчетливый жесткий ум. Если он предложил обучение на таких условиях, значит, ему что-то от тебя нужно. Постарайся при первой возможности выплатить долг. Отработка тебе точно не понравится.
Посидели еще немного, а затем Виктор проводил меня до комнаты, в которой, к счастью, никого уже не было. Соседки разъехались, и все это пространство было в моем полном распоряжении.
Я устало забралась в кровать, но сон долго не шел: в голове стояли слова Виктора. Что может понадобиться королю Максимилиану дей Штеллему от обычной девчонки вроде меня?
Глава 10
Ранним утром меня разбудил настойчивый стук в дверь. Перевернулась на другой бок и накрыла голову подушкой. Лежала так в надежде, что непрошеный визитер решит, что никого здесь нет, и скроется.
Но нет.
Стук продолжался, и я, недовольно скатившись с кровати, вяло поплелась к источнику шума. Нехотя дернула ручку.
За порогом стоял Виктор, одетый, причесанный, бодрый. Сонное оцепенение спало мгновенно.
– Классные единороги, – криво улыбнулся маг, осмотрев меня с головы до ног. В голубых глазах плясали смешинки.
Сначала я не поняла, о чем он, а потом сообразила и резво отскочила в сторону, прикрывшись дверью. На мне была любимая пижама с веселыми единорожками, которую прятала даже от соседок. Осторожно высунула голову из укрытия и мрачно на него уставилась.
– Скажешь кому, убью.
Отстраненно подумала, что и на голове кавардак, но спрятать ее от внимательного взгляда огневика было попросту некуда. А он, воспользовавшись моим секундным замешательством, прошмыгнул внутрь.
– Эй, ты что творишь! Я не одета, между прочим, – возмущенно заголосила.
– Поэтому закрой дверь, пока не пошли слухи, что ты, неодетая, привечаешь парней у себя в комнате.
От такой наглости я не нашлась, что сказать, но дверь быстренько захлопнула.
– Беги в душ, а потом одевайся. На все двадцать минут.
– Что? – взвилась я. – Сейчас шесть утра, дай поспать.
– Шевелись, Лисичка, и не рычи. Тебе понравится. Не успеешь собраться к моему возвращению, одену тебя сам.
С этими словами маг невозмутимо вышел из комнаты, а я от такой угрозы понеслась в ванную. Собралась в рекордные сроки и поджидала Виктора, хмуро косясь на часы.
– Отлично. Пошли, – бодро отозвался Виктор, и мы направились к гардеробу.
– Ничего, что я есть хочу, а столовая откроется только через час?
– Не волнуйся. Я взял нам кофе в стаканчиках и бутерброды. – Огневик потряс рюкзаком перед моим носом.
Значит, голодная смерть мне не грозит. Хоть что-то хорошее.
С этими мыслями я достала одежду из гардероба. Застегнула куртку, надела шапку, шерстяные перчатки и обернулась к Виктору. Он стоял в черном драповом пальто, по-мужски притягательный и уверенный в себе, и я невольно залюбовалась этим зрелищем.
– А где твоя шуба? – спросила первое, что пришло в голову, просто, чтобы не молчать.
– Висит где-то, – безразлично пожал плечами маг. – Но мне и так тепло.
– Здорово… – буркнула завистливо я.
Виктор на это лишь хмыкнул и с энтузиазмом потащил меня в сторону центрального входа.
Оказавшись на улице, я втянула морозный воздух. Поморщилась и посильней вжалась подбородком в широкий шерстяной шарф.
***
Мы долго брели по заснеженной дороге куда-то в лес. В утренних лучах норталианского солнца, белесый и игольчатый, он выглядел, как рождественская игрушка. По сугробам идти было нелегко, но сегодня хотя бы вьюги не было.
Адептам разрешалось выбираться только на опушку или недалеко в лес, но под присмотром преподавателя. Любителей своевольничать ждало наказание. Мы же более получаса уже шли по тропинке, уводящей вглубь запретного леса. В самую чащу. Я немного отстала, а Виктор все энергично шагал вперед.
– Ничего, что нам нельзя здесь находиться? – остановилась отдышаться и недовольно бросила ему в спину. Все еще злилась, что разбудил и потащил невесть куда.
– Не думал, что ты такая зануда, – весело выкрикнул огневик, не замедлив шага и даже не обернувшись.
– Я не зануда! – решительно потопала следом, пытаясь его догнать.
Наконец мы вышли на небольшую, укутанную белоснежной вуалью поляну возле замерзшего озера. В золотистых рассветных бликах голубовато-зеленая корка переливалась алмазными гранями. На берегу лежало поваленное дерево, и Виктор указал на него рукой.
– Садись сюда. Надо подождать.
Я смахнула ладонью снег с шершавой коры и тихонько устроилась на самой широкой части ствола. Посмотрела на Виктора. Он спустился поближе к хрустальному озеру, положил что-то на выступающую корягу у берега. Затем вернулся, порылся в рюкзаке и протянул мне стаканчик горячего кофе с бутербродом.
– Зачем мы здесь? – Я сделала глоток и довольно улыбнулась.
– Скоро узнаешь, – хитро прищурился маг. Достал и себе стаканчик, сел рядом.
Сегодня небо было чистое, с голубовато-розовым отблеском, а мороз мягче, чем обычно.
– Красиво здесь, – выдохнула я чуть слышно.
– Да. И спокойно. Прихожу иногда, когда нужно подумать.
Молча сидели и смотрели вдаль. Каждый думал о своем. Но робкое щебетание оставшихся на зимовку птиц создавало атмосферу особого единения.
Я ощутила исходящие от тела Виктора потоки тепла и придвинулась ближе. Горячее питье и еда придали заряд бодрости, и я повеселела.
Могла ли я еще пару месяцев назад представить, что буду вот так просто сидеть на стволе дерева посреди заснеженного леса с лидером моей любимой рок-группы, пить кофе и наслаждаться тихим очарованием морозного утра?
Улыбнулась своим мыслям и посмотрела на огневика.
Его глаза в утреннем свете отливали бирюзой. Рельефные скулы, нос с горбинкой – аристократический профиль, породистый. Думала, он старше, а оказалось, всего двадцать. Все дело во взгляде, серьезном, проницательном. Где-то я уже видела такой, но вспомнить не могла. Интересно, что у него за семья.
– У тебя брат или сестра есть?
Виктор повернулся, прищурился, обдумывая ответ.
– Оба. Кэти еще совсем кроха, младше тебя на семь лет. Пока обучается на дому, но мечтает поступить в академию. Давненько ее не видел. Когда приезжаю к своим, постоянно забирается на спину и просит покатать. Воображает, что летает на драконе. – Лицо Виктора стало мягче и даже засветилось. Сразу видно, что обожает сестренку. А я усмехнулась, представив себе это семейное воссоединение. – Красавицей будет, когда вырастет. Папа боится ее от себя отпускать: от ухажеров не отобьемся.
– А брат?
– Тоже хороший. Горжусь им, но все равно стараюсь время от времени приглядывать.
– А родители чем занимаются?
– Мама что-то вроде общественного деятеля. Но всю свою любовь и свободное время отдает семье. Папа у меня мировой, в Кафре работает.
От этой новости я подобралась и уставилась на него во все глаза.
– Ты шутишь? В самой Кафре?
– Да. А что такое?
– Это же суперсекретная организация! Даже не представляю, чем они там занимаются. Одна сплошная тайна, и пробиться туда нереально… – Я покусала губы, смущенно добавив: – А чем они там занимаются?
Огневик рассмеялся и щелкнул меня по носу.
– Понятия не имею, – и сказал с таким видом, что сразу стало ясно: он-то точно знает, но ничего не расскажет.
Я досадливо поджала губы, а затем оживилась, вспомнив вчерашнее чаепитие.
– А почему тогда у тебя были проблемы с деньгами? – решила задать другой интересующий вопрос, раз с Кафрой не получилось. – Помнишь, ты вчера обмолвился?
Виктор хитро улыбнулся, прищурился.
– Вот лиса. Ничего не упускаешь. А я с тобой слишком много болтаю.
– Я ведь все равно никому не расскажу… А если умру от любопытства, то тебя потом совесть замучает, – скорчила грустную мордаху.
– Ладно, – усмехнулся маг. – Пару лет назад не сошелся с дедом во взглядах по одному вопросу. Он остро отреагировал и заблокировал мои счета. Но я сумел продержаться и теперь зарабатываю сам. А у него больше нет надо мной власти.
– А родители?
– Мама была на моей стороне. Отец был недоволен, но мой выбор принял. Мог бы воспользоваться их помощью, но не стал: не хотел лишний раз стравливать с дедом.
– Неужели и за обучение пришлось платить самому?
– Да, чуть насобирал на вступительный взнос, – хмыкнул своим мыслям Виктор. – Специально для меня сделали это нововведение. Только тогда и понял, насколько непомерные суммы требуют здесь за один год. В других учебных заведениях оплата намного ниже. Тратил деньги и не задумывался… Но все к лучшему.
– И как ты протянул?
– Крутился, – безразлично пожал плечами Виктор, делая очередной глоток. – Останавливался у Лесты, но чаще у Марка. Остальные приятели как-то перестали радоваться моим визитам. Открыто отказать боялись, но пускали нехотя. Я не обижался, но выводы для себя сделал. Подрабатывал в деревеньке, создавал заклятия, патентовал и продавал тем, кто больше заплатит. Насобирал на обучение, а потом стало легче. И группа как раз прогремела. Выступления, фотосессии стали приносить неплохой доход.
– Еще бы, с такими грабительскими ценами на билеты… – вырвалось как-то само собой.
– Что? – осекся Виктор и изумленно на меня посмотрел.
– Ничего, – брякнула безразлично и постаралась вернуть разговор в прежнее русло: – Так что ты там говорил о фотосессиях?
– Лисичка, ты что, была на моем концерте? – спросил огневик с хитрым прищуром и такими тягучими интонациями в голосе.
– Нет, – выпалила я слишком быстро.
– Точно, ходила. Признавайся когда.
– Прошлой весной, – буркнула нехотя.
– Думал, ты невысокого мнения о моих музыкальных способностях… – произнес Виктор с хорошим таким намеком и издевательски изогнул бровь.
И вот что на это ответить? Я уже несколько раз отпускала недвусмысленные комментарии по поводу его творчества. А теперь признаться, что фанатка «Зова»? Изначальные, да у меня даже в шкафу имеется маечка с названием его группы, и страницы одной из тетрадей заложены билетиком с того памятного концерта. Надо будет все припрятать, пока не увидел.
– А из-за чего с дедом поссорились? – решила я перевести тему в более безопасное русло.
Виктор тяжело вздохнул, и выражение его лица тотчас стало серьезным.
– Хотел быть музыкантом, а он видел меня кем-то вроде политика-оперативника.
Услышала это и поняла, что тогда на занятии случайно угодила в больное место. Хотя деда его понимала: похоронить такой дар – преступление. Но и поет Виктор так, что за душу цепляет.
– Армия твоих фанаток полностью на твоей стороне.
Огневик рассмеялся задорно и как-то легко.
– А что ты скажешь по этому поводу? – посмотрел он на меня как-то странно. Вроде бы и шутливо, но в то же время серьезно, будто мой ответ был ему важен.
– Люди, которые занимаются тем, что любят, живут дольше, – пожала плечами я. – А стишки у тебя не такие уж и паршивые.
– Ты ужасное создание, – покачал головой маг, посмеиваясь, а потом, заметив что-то, взял меня за руку и прошептал, кивком указывая на пространство перед собой: – Смотри.
Глава 11
Я повернула голову в указанном направлении, но ничего не увидела. Все те же белоснежные сугробы, то же замерзшее озеро. Разве что снежинки стали падать. Уже собиралась сменить позу, как взгляд зацепился за траекторию их движения. Они извивались, будто повторяли контуры чьего-то тела. Пригляделась – и чуть не ахнула.
То, что Виктор оставил на снегу, исчезло. Зато на том месте поток снежинок усилился, и подул ветер.
Огневик поднялся со своего места, достал из сумки печенье и направился к озеру. Выставил вперед руку – и из ветра и снежинок сформировалась огромная голова и гибкая извилистая шея.