Анжарская академия. Темный магистр исцелению не подлежит

Глава 2

Плотнее кутаясь в свой бирюзовый плащ, подбитый белым пером ташерской цапы, я взобралась на борт воздушного судна. Ахава Ахавой, но там, под самым Звездносводом, еще прохладно.

Общественный транспорт отходил из центра Анжара каждые два часа, и мне надо было подождать еще минут двадцать. Я уселась на боковую скамью рядом с поручнем, потеснив сонного студента. Продемонстрировала магу-контролеру транспортную карту, присланную из Хитаны, с позолоченной эмблемой двора. И он оформил мне поездку за счет короны.

С удовлетворенным вздохом я поправила перчатки, сложила руки на коленях и откинулась на спинку. Кто знает, может, Граймс прав и в столице от меня будет больше толку?

Время до отправления пролетело незаметно. Казалось, я только прикрыла веки, как тут же послышались взрывы темного топлива. Магия забурлила в желудке воздушного гиганта, отрывая того от земли. Фиксирующие тросы с хлестким щелчком отстегнулись, и судно взмыло в небо, прокладывая курс на сиятельную столицу Эррена.

По палубе гулял ветер, и я проверила волосы, готовые вот-вот рассыпаться вновь. Да что с ними сегодня такое? Словно они тоже сошли с ума из-за наступившей в Анжаре весны.

Хитана…

Лететь до северной столицы из южной провинции было прилично, даже на скоростном судне. Я понимала, что поездка в обе стороны займет почти целый день. Но голову все равно нужно было проветрить, а где, как не под золотыми облаками, это делать лучше всего?

Я поймала свое отражение на глянцевом поручне и не узнала. Совсем чужая девушка сидела на скамье с закушенной губой. Щеки впали, глаза поблекли… Как можно так измениться за каких-то полгода?

Отодвинувшись от дремавшего соседа, я сунула руку в карман и достала письмо. Предыдущие я сразу выкидывала. Во-первых, Кристиан Вейрон из тех мужчин, которым все средства хороши. Он не погнушался бы навесить на конверт плетение-маячок. Во-вторых, я боялась сорваться. И вновь ухнуться в этот изматывающий омут с головой.

Но в воздухе пахло весной, и внутри скребло когтями… Я все-таки раскрыла конверт, расправила бумагу и пробежалась глазами по хирургически ровным строчкам. Вейрон и надрезы делает так же, потому и «выдающийся».

Говорят, после его операций почти не остается шрамов. Раны затягиваются очень быстро. Все, к чему прикасается Кристиан, стремится к скорейшему выздоровлению. Все, кроме меня. А ведь ко мне лучший хирург Эррена прикасался тоже.

«Моя непослушная лисичка Лисси… Для целительницы ты слишком жестока. Изматываешь меня. Мучаешь. Думаешь, несколько месяцев в Хитане заставят меня забыть? А я помню. Помню, Лисс.

Ночь «весенних даров». Приемный покой. Твое ночное дежурство, моя сложная операция… Твои рыжие волосы пахли вялеными сливами. А губы были такими сладкими, что сводили с ума.

Я все помню. Я найду тебя, Алисса. Найду. Усажу перед собой на стол. Загляну в зеленые глаза и проверю, что помнишь ты».

Вейрон умел десятком фраз нагнать мурашек под коленки! Я судорожно сжала поручень. Задрала голову, уплывая взглядом в глубину Звездносвода. Облизнула горячие губы.

Это пытка. Невыносимая пытка. Почему он меня не отпускает? Почему не дает сбежать и забыть?

Без него было больно. Трудно. Непривычно. Но с ним выходило еще больнее. Софи после первой же моей ссоры с «таинственным хирургом из лечебницы» окрестила наши отношения «нездоровыми». Слишком бурными, слишком эмоциональными… Говорила, что такая страсть разрушает, а кого-то может и убить.

Но как истинный целитель я умела ставить диагнозы всем, кроме себя. И с лечением выходила та же ерунда. Так что в итоге я просто сбежала от сира Вейрона. Отказалась переезжать за ним в столицу, бросила перспективную работу в Тарлине и укрылась в Анжаре. А теперь просто ждала, что «оно само пройдет».

Должно же пройти? Когда-нибудь?

***

Хитанский центр адаптации иномирян располагался в живописном парке близ королевского двора. Он представлял собой высокую башню из голубого заговоренного стекла и со стороны казался не слишком уютным.

Но внутри выяснилось, что стены вовсе не прозрачны, а пустовавшее приемное отделение наполнено мягкой мебелью. Диванчики разделяли пространство на укромные разноцветные зоны-островки. Каким-то седьмым чувством я поняла, что мне стоит пройти в зеленую.

– Целительница? Доброволец? – проорал незнакомый сир в длинном темно-синем халате до пят, едва я с комфортом устроилась в кресле.

– Алисса Лонгвуд, – попыталась придать себе серьезный вид, – из Анжара. Я присылала свое…

– Ага, да, пойдемте, – он нервно поманил меня рукой и, развернувшись, прошел в коридор. Вернув сумку на плечо, я посеменила следом. – Мы зашиваемся. Просто кара Вархова! Не успели ленточку перерезать, как они посыпались… Материя, сами понимаете…

– Понимаю… материя, – кивала, пытаясь уловить зерно истины в льющемся из мага сумбуре.

– Истончилась. И порталы, – вздыхал он, мучаясь одышкой из-за быстрого шага. – Спонтанные. Скоро будем такими же дырявыми, как Сеймур. Если готовы приступить немедля, я выделю вам подопечную. Нам не хватает рук. Мало кто откликнулся… на добровольных началах…

– Я готова, – набрала воздуха в грудь. – Немедля.

– Алисса? Лонгвуд? Из Анжара? – мужчина обернулся и прищурился, дожидаясь кивка. Дождался. И, остановившись у высокого шкафа, принялся вызывать плетениями ящики с самого верха. – Сейчас найдем… Секунду…

Две минуты спустя он вручил мне коробку и пакет. Я с интересом заглянула внутрь. Из пакета на меня смотрел нежно-бирюзовый халат, отмеченный золотой эмблемой двора. В коробке лежали магический круглый жетон с моим именем и начальным уровнем допуска, индивидуальная походная аптечка с минимумом необходимых принадлежностей и набор бланков.

– Дальше по коридору раздевалка для персонала. Выберете себе шкафчик, отметите ключом, – он кивнул на жетон. – Для «первого раза» найдем вам подопечную попроще.

Мы подошли ко второму стеллажу, широкому и низкому. Он был весь завален папками разных оттенков.

– Так… здесь серьезное ранение, хирурги уже работают. Ничего приятного – вывалиться порталом в логово голодных вирр, – маг пролистал несколько папок, красные отложил в сторону. – С гостями из Керракта вам рано общаться. Так, так… Вот, смотрите.

Он шлепнул передо мной бледно-голубую папочку с одним единственным листом внутри. Полупустой анкетой, заполненной всего в нескольких местах.

– «Вика, психиёлог. Портал со смещением, размер сдвига неизвестен. Прибыла из мира Энхарад. Мир изначальный – Хаврана. Мир приема – Эррен», – зачитал куратор нового центра. – Похоже на опытного проходимца. Есть небольшие повреждения, нужна легкая целительская помощь. Опрос, осмотр, анкетирование по форме, полный маг-протокол. Возьметесь?

Я поспешно кивнула. Я ведь затем сюда и приехала, и мне не терпелось познакомиться с девушкой из другого мира. С куда более интересной судьбой, чем у меня. Это чувствовалось даже по паре скупых описаний из ее досье.

***

Выбрав себе крайний шкафчик, я рассеянно проскользила взглядом по пейзажу за окном. Королевский двор ослеплял золотыми шпилями даже сквозь плотный заслон защитных чар. Здания в столице были намного выше, чем в Тарлине или, тем более, в Анжаре.

Потерлась лбом о прохладное стекло, бегло застегивая пуговицы халата. Прошлым летом Кристиан предложил мне переехать сюда. С ним. Точнее, не совсем с ним…

По отдельности. Он – со своей родовитой супругой, выдающейся репутацией и новой должностью. А я – с чемоданом пустых надежд.

Чемодан я действительно собрала. И в вояжер села. Только тот следовал не на север, а на юг. Подальше от глупого, болезненного чувства, распиравшего грудь. Только вот беда: чувство тайно пробралось в чемодан и уехало со мной. Да так прикипело к ребрам, что никакие снадобья не помогали.

Хитана меня давно манила. Ведь где-то тут жил он. Может, даже шел этим утром по широкой улице внизу. Пил крепкий альта-цитроновый взвар из термоса, шагая в сторону Королевской лечебницы.

Я поправила верхнюю пуговицу, давившую на шею. Прислушалась к себе. Хмм…

Странно: мысль о том, что я могу случайно столкнуться с Крисом, не вызвала во мне былого трепета. Скорее, панику. Даже лоб покрылся ледяной испариной! Кажется, мой случай был все же не безнадежен.

Смогу ли я работать с Вейроном в одном городе? Приходить в центр реабилитации «попаданцев», помогать заблудшим в Эррен душам и не срываться на поиски хирурга моей мечты? К прискорбию, женатого, ревнивого и с весьма тяжелой рукой.

***

– Кто вы? – цепкий настороженный взгляд, что встретил меня в двадцать третьей палате, вполне мог проделать пару лишних отверстий. В моем, между прочим, теле.

Девушка, переодетая в ярко-синюю рубашку, сидела на кровати, поджав босые ноги. С черными-черными пятками.

Едва я сделала шаг внутрь, она хищно сгруппировалась, и я на всякий случай прикрылась чемоданчиком целителя. Не Вархом данная защита, но хоть что-то. Вдруг она правда огонь метает из голубых глаз?

– Мисс Алисса Лонгвуд, младшая целительница, – представилась, косясь на свой именной жетончик, прицепленный к халату. Он светился зеленым, подтверждая мои слова. – Я обработаю ваши раны и задам несколько вопросов. Вы только не паникуйте… В-вика?

– Виктория, – сощурившись с подозрением, поправила меня пациентка. Покусала красную губу и отбросила с плеча несколько темных слипшихся прядей.

– Психиёлог? – я помахала ее досье. – Тут так написано. Это ваш дар? Чем занимаются психиёлоги?

– Лечат психов. Иногда подручным средствами. Теми, что потяжелее, – сердито пробубнила девушка, вновь завесившись темными волосами так, что только нос выглядывал. – Давайте-ка сразу начистоту, мисс Лонгвуд…

Она резко поднялась, прошлась по палате, подергивая плечами. Выглянула в окно, открыла шкаф. Закрыла. Я растерянно мялась в проеме, не рискуя внести себя в комнату целиком.

– Давайте начистоту, Виктория, – согласилась я, осторожно ставя чемоданчик на пол.

– Рассказывайте: что у вас тут страшного? Мои нервы и так ни к черту, поэтому давайте без выкрутасов, – она обернулась через плечо и сделала во мне еще пару дырок своими цепкими водяными глазами. – Драконы? Демоны? Рабство? Гаремы?

– Это Эррен! – возмутилась я, обидевшись за свой родной мир. – Какие, к гхаррам, драконы?

– Такие, мисс Лонгвуд… знаете ли… с крыльями. В полноценном, чтоб их всех, размахе!

– Но демоны?..

– Демоны, демоны. С вот такими, чтоб их всех, рогами! – она махнула рукой над своей черной макушкой и опасно оскалилась.

Бешеная… Одержимая. Ничего себе «простенький случай на первый раз»!

– Нет у нас… ничего такого, – сглотнула, припоминая самых опасных тварей Эррена.

По приблизительным прикидкам первым выходил сир Райс. То еще пахучее чудовище. А потом уже дети изнанки, выпрыгивающие из разрывов.

– Значит, Эррен, – иномирянка покомкала во рту название и с ужасом отпрыгнула от окна, пригнулась к кушетке. – Нет драконов, говоришь?!

– Нет!

– А это что тогда летит?

– Воздушное судно, – я проводила взглядом испугавший пациентку корабль. – Я на таком сюда прибыла. Здесь рядом гавань.

– Судно. Воздушное. В смысле, летающий корабль, да? – покивала она задумчиво. Со столь обреченным видом, будто давно смирилась с собственной паранойей.

– Общественный магический транспорт. Работает на темном топливе и крепких подъемных чарах, – отрапортовала факт, известный даже выпускницам пансиона мэтра Сайлэ.

– Офонареть. У вас нет витаминок каких-нибудь, мисс Лонгвуд? Таких, от которых галлюцинации пропадают?

– Все снадобья только после осмотра. А вы с Хавраны, верно? – я все-таки вошла, и дверь с мягким щелчком захлопнулась, отрезая меня от спасительного коридора.

Да может, и не буйная она, а я уже нафантазировала! В крайнем случае я всегда могу применить чары оцепенения или плетение мгновенного сна. Какая-никакая самозащита. Хавранки не владеют магией, это я знала наверняка.

– С Хав… с нее, да, – резко выдохнула девушка, затягивая пояс на рубашке потуже и очерчивая тонкую талию.

Она примерилась взглядом к столовым приборам, так безрассудно разложенным вокруг тарелки с остывшей едой. Матерь Вархова! А вот холодным оружием хавранки, судя по всему, владеют…

– И у вас там совсем ничего не летает? – уточнила дрогнувшим голосом.

– Летает. Птицы. Самолеты. Разорившиеся брокеры. Кораблей… Нет, кораблей у нас не летает, – она лаконично плевалась словами, потирая ушибленный локоть.

Рукава синей рубашки были закатаны, и я успела оценить крепкие, рельефные мышцы, какие не у всякой сирры с боевого факультета будут. На запястьях иномирянки виднелись красные отметины, на шее несколько свежих царапин убегало под воротник.

Ей действительно требовалась помощь целителя, и я подхватила с пола чемодан, вспомнив о миссии. Если я буду бояться к ней приблизиться, то от меня и в Хитане не будет толку.

– И часто психиёлоги используют тяжелые предметы? Те, что под руку попадутся? – уточнила с опаской, усаживаясь на самый краешек стула.

– Зависит от психолога. Многие ограничиваются витаминками. Но толку от них… – она кинула тоскливый взгляд в окно, на уплывавший вдаль хвост корабля. – Сами видите.

Робость не была мне свойственна, да и пациентов в Тарлине я видывала всяких. Что тут говорить: я даже с Райсом, стабильно заявлявшимся на мои ночные дежурства в нетрезвом виде, справлялась. Но с иномирянками я до сих пор не общалась. И не хотела спугнуть эту Вику, наматывавшую темный локон на грязный палец.

Она как раз уселась напротив меня и уставилась своим тяжелым взглядом.

– Плохой день, да? – предположила я.

– Плохие «много дней», – поправила она ворчливо, постукивая обломанным ногтем по блестящей вилке. – Настолько плохие, что временами хочется убивать.

– Я тут добровольно, – пробормотала, косясь на нож, к которому подбирались тонкие пальцы хавранки.

– Это не меняет дела. На опыты я не дамся, – отрезала «попаданка», рядом с которой начинало казаться, что из нас двоих больше попала я. Причем очень крепко попала.

– Вам надо поесть, – я придвинула к ней тарелку с фруктами. – Смотрите, это альта-цитрон. Он очень вкусный, когда спелый.

– А потом я снова очнусь в какой-нибудь клетке? – насмешливо уточнила девушка, прожигая глазами пространство вокруг меня. Уничтожая его, взрывая прямо-таки.

– Мне надо заполнить форму, – я сосредоточенно наморщила лоб, игнорируя глупые вопросы. Нет более сильного оружия, чем невозмутимость. – И обработать ваши раны. А потом я уйду.

– А я? – она резко вскинула брови. – Уйду?

– Эррен хороший мир. Спокойный, благополучный… по большей части, – пробубнила, раскладывая на столе бланки. – Здесь вас никто не обидит, Вика. В-виктория.

– Я не это спрашивала, – ее севший голос отдавал металлом.

Я поерзала на жердочке, которой ощущался неудобный стул. Будто на «беседе с пристрастием» в маг-гвардии, ей Варху! Я там сама не бывала, но Мег, моя соседка, по ночам рассказывала жуткие вещи.

– Ваш портал был со смещением, – выдохнула, крутя голубую папку в руках.

– Так…

– Наши сиры активно осваивают сеймурские технологии. Они научились прокладывать коридоры в иные миры и возвращать случайно заблудшие души, – выдала то, что сама не так давно прочитала в «Хитанской правде». – Но ведь чтобы вернуть, надо точно знать, куда, так?

– Допустим, – она откинулась на спинку и поджала губы.

– Я не большой специалист в этих делах. Видит Варх, вообще никудышный. Вот Грегори, муж моей подруги, он все о порталах знает. И о мирах…

– И все-таки, мисс Лонгвуд? – она собрала пальцы в замок и уложила их перед собой на стол. Демонстрируя, что пока за нож хвататься не собирается.

Но это не мешало мне почувствовать себя стрекозой, насаженной на булавку. Этой бы девице – да в маг-гвардию, допрашивать всяких скользких торговцев мраком.

– Грегори рассказывал как-то, что смещение – это очень плохо. Трудно найти исходную точку во времени и пространстве. Если бы знать, какой был сдвиг… или хотя бы понимать, что привело к ошибке…

Я тяжело вздохнула, не решаясь поднять на иномирянку глаза. Как объяснить потерянной душе, что шансов вернуть ее домой – очень мало? Наши маги-ученые так далеко пока не продвинулись. Все-таки мы не Сеймур.

– Дайте мне бумагу, мисс Лонгвуд. И ручку. Ручки у вас хоть есть? – она нервно закусила губу, и ее напряжение просочилось сквозь кожу, заполняя палату. – Впрочем, я и кровью могу. Если понадобится.

Я протянула ей пустой бланк и письменные принадлежности, и Виктория принялась выводить загогулины. Так старательно, словно сдавала экзамен на первом курсе академии. В конце ее трудов передо мной лежали две картинки, практически идентичные.

– Это было сначала, – она ткнула пальцем в правый лист. На нем было изображено заковыристое портальное плетение, из тех, что покорялись лишь избранным. – Такое вот висело в воздухе и сияло золотым. Но один больной ублюдок, которому уже ни психологи, ни тяжелые преметы не помогут…

– Кхм-кхм! – я закашлялась, прикрывая рот ладонью.

– Словом, он как-то изменил рисунок. Вот эта «завихрень» завернулась так, – ткнула во второй лист, едва отличающийся от первого. – Это может быть то смещение?

– Не знаю, – призналась честно. – Я в портальных плетениях разбираюсь, как крикетка в полетах. Но мне знаком один маг, который…

– Помогите мне, мисс Лонгвуд, – она так сильно прикусила губу, что на подбородок стекла капля крови. – Алисса. Хмм… Ваше имя как-то сокращается?

– Друзья зовут меня Лисси.

– Лисси. В стране, в которой я жила до… вот этого вот всего, вас звали бы Элис, – она шумно вздохнула, поднялась и подошла к окну. Потерла губы, размазывая красное пятно. Замотала темные волосы в узелок на затылке. – Так зовут мою младшую сестру. У нее должен был быть девичник. Это такая вечеринка перед свадьбой, когда обмасленные мужики вылезают из тортов и крутят своим…

Я вспыхнула, накрывая щеки ладонями. Стремясь к новому знакомству, я совсем не такие знания о Хавране надеялась получить.

– Неважно. Я не приехала. Все хорошо вовремя, да, мисс Лонгвуд? – наши взгляды снова пересеклись. – Но я уже и на «не вовремя» согласна. Это ведь очень паршиво – прогулять свадьбу сестры в другом мире, да?

– Хуже только в другой реальности, – согласилась, грустно улыбнувшись. – Я покажу Грегори ваш рисунок. Но сначала вы сядете, Вика. Съедите все, что вам принесли. Дадите мне обработать ссадины и заполните анкету.

– И все?

– И расскажете мне еще о Хавране, – со вздохом попросила у «попаданки». – Только не про торты, ладно? Это весьма неловко.

Глава 3

С наступлением темноты вояжер доставил меня из Анжарской воздушной гавани к воротам академии.

Всю дорогу до парадного крыльца меня преследовал розовый вихрь прилипчивых лепестков. Я чихала, как заведенная, размахивая чемоданчиком и с трудом переставляя ноги от усталости. Со стороны, видит Варх, я смотрелась комично. Но, слава винторогим гхаррам, никому это зрелище не было интересно.

Граймс уже покинул кабинет, оставив целительский корпус на попечение опоздавшей дежурной. Я сняла плащ, бросила сумку на пол и с разбегу упала на ближайшую кушетку. Лицом в подушку.

Ох, Лисси, еще пара поездок до Хитаны – и эта добровольческая миссия тебя доконает. Вот бы маги научились настраивать недорогие порталы между городами?

– Мммм… – промычала в голубой хлопок, утрамбовываясь в него щекой.

Волосы, почувствовав свободу, расстелились по подушке. Но не было никаких сил собрать их обратно гребнем. Немного отдохну – и потом сделаю тугой пучок. Очень тугой. Попозже.

Если не отступать от правил, то и жизнь обретает порядок. Такова была философия Софи, моей ближайшей подруги. Она всегда очень аккуратно следовала законам Эррена. За мной же повсюду следовал бардак…

Он окружал меня в спальнях, разваливался вальяжно на кроватях, обустраивался в шкафах. Форменный хаос имени Алиссы Лонгвуд! Немудрено, что в личную жизнь он пробрался тоже.

Единственное место, куда я бардак не допускала – работа. Мой последний оплот стабильности, в котором все ясно и понятно. И всегда на своем месте.

Все, кроме меня.

– Когда-нибудь, Лисси, ты станешь хорошим целителем, – промычала, уговаривая себя не отчаиваться. – И от тебя будет толк. Где-нибудь. Осталось только найти то место.

Порой казалось, что Граймсу, светилу магической медицины, ассистентка нужна только для красоты. По статусу положена. Ну и еще бумажки разгребать да кофе ему в термосе перед обходом заваривать. С остальным сир Альвар прекрасно справлялся сам.

Но работать с Граймсом мне нравилось. За черствой броней прожженного циника скрывался умный, проницательный мужчина. Он видел во мне что-то, временами допускал до практики, позволял проявить себя. Поддевал, конечно, как и прочих. Давил на больное. Но лишь затем, чтобы вскрыть нарыв и сцедить терзающий яд.

Магистр Райс оказался прав: в Хитане я нашла душу, потерянную даже сильнее, чем я. Но легче от этого не стало.

Я не чувствовала себя в Эррене чужой, нет. Напротив, раньше казалось, что я четко знаю свое место. Стремлюсь к нему, изучая ночами целительские плетения и высекая из пальцев первичные ученические пульсары. С тем, чтобы после выпуска из пансиона мэтра Сайлэ попасть не в благоухающие лапки Темоны тэль Равинь, хозяйки тарлинских партэлей, а на стажировку в лечебницу.

План удался. Дальше была вархова бездна практики, ночи дежурств в приемном покое… Страстный, сбивающий с ног роман с лучшим магическим хирургом города. К прискорбию, обладавшим законной супругой, видами на карьеру в столице и крайне взрывным нравом.

Когда у нас все закрутилось, я не знала ни про один пункт из трех. Но Крис довольно быстро открылся мне с новых сторон.

Потом Вейрон исчез из моей жизни, продолжая раздразнивать, расковыривать рану своими письмами. Не позволяя истерзанной коже зарубцеваться. Софи вышла замуж, готовилась стать матерью и в гости заходила редко. И показалось, будто я уперлась носом в стену.

Я словно одеревенела. Тенью передвигалась по академическим коридорам. Мои придирки к формальностям были скорее от скуки и безысходности: я не представляла, куда еще себя применить. Странное чувство чего-то забытого отравляло существование. Похоже, я умудрилась забыть, как жить эту жизнь.

Крошечной бесполезной мошкой я застыла в джантарике, не зная, куда двигаться дальше. Заблудилась, потерялась среди анжарских лесов. Замерла в ожидании чего-то, что должно неминуемо случиться. Со мной.

Но за летом наступила осень, за ней последовала зима, а после той пришла весна… А оно, то самое, все не случалось и не случалось.

По диагностическому отделению расползались запахи теплого весеннего вечера. Ахава пришла в Анжар и бесстыдно взорвала воздух ароматами цветов. Любви. Заронила в сердце надежду на судьбоносную встречу. Заразила желанием взять свою жизнь под контроль…

И много ли их еще, тех, кто захочет этой значимой ночью изменить судьбу? Вряд ли Элодия Хаммер была единственной.