Малина для оборотня. Наследник Дома Волка

Глава 5

Оставил Алину в комнате, пусть придёт в себя и отдохнёт. Сам же переоделся и пошёл разбираться с дурацким приёмом.

Нервы не на месте. Алине придётся уйти? Это неправильно. Мы должны быть вместе.

Не понимаю, что не так. У мамы всё в порядке было. Насколько я помню, они с папой много путешествовали тогда, но всё равно я не слышал, чтобы ей говорили что-то подобное.

Слишком переутомляется, как так?!

Я не смогу бросить Мунис. Когда погиб мой предшественник, все с ума посходили. Князь держит в норме психическое здоровье оборотней в том числе. Если меня не будет здесь, грёбаный туман иного мира снова подберётся к городу и захватит наши охотничьи угодья.

Может, поговорить с прайдом? У старого князя было четыре львицы и трое сыновей. Нужно разузнать, как справлялись с лишней силой. Выкрою время, чтобы поговорить с Элеонорой. Кажется, после всего этого она купила дом где-то в Испании.

Званый ужин устраивали на заднем дворе. На лужайке расставлены длинные столы. В центре каждого желобки с углями, на которых можно было жарить кусочки мяса, от тарелок с которыми столы едва не падали.

Мне нравится, когда все культурно гуляют с бокалами шампанского. Меньше еды, больше приличия и серьёзности, но кто ж меня спрашивает? Можно было бы взяться за порядок, но перекраивать менталитет оборотней – занятие дурацкое. Нужно их хорошее настроение, чтобы они принимали решения без агрессии.

– Князь!

Ко мне подбежал Макс, младший из нашего поколения. С Алиной, впрочем, у них всего два года разницы.

– Там какой-то скользкий тип в холле мнётся. Про княжну спрашивает. Я его послал.

– Правильно сделал. Не знаю, спустится ли Алина, но к нему её не подпускай. Если пристанет, зови меня.

– Давай я шашлычок ей отнесу, и мы там посидим, – предложил Макс, схватив тарелку. – Как раз новый сезон «Призрака и демона» посмотрим.

– Блин, тоже хочу, – покосился на гостей. – Эх, ладно. Потом перескажете.

М-да, в жизни князя мало личной жизни. Немного нервирует, что Макс проводит с моей женой больше времени, чем я, но что делать?

Дурацкий титул. Мне он точно нужен? Может, передать Полю, да вернуться в семью?

Жаль, конечно, что Алина интереса к власти не проявляет. Может, спокойнее было бы. Элеонора от мужа почти не отходила, потому и проблем со взаимопониманием у них не возникало, я так думаю.

Хотя чего жаловаться? У нас тоже порядок… как мне казалось. А теперь вот моя «работа» вроде как мешает нам завести ребёнка. Наверное, Алина злится на меня.

– Тогда я побежал. И да, завидуй мне, князь, – задорно подмигнул мне Макс.

Поймал себя на мысли, что, родись он чуть раньше вполне мог погрузиться со мной за место альфы. Дерзкий, активный, ещё бы рациональности побольше, но темперамент не тот. Слишком эмоций много. Ещё немного и начнёт отпрашиваться во внешний мир искать уже себе невесту. И хорошо. Семья – это здорово.

Слишком активный… проклятье, что же мне придумать? Если Элеонора ничем не поможет, что предпринять?

Макс тем временем, наполнив две тарелки, вместительностью напоминавшие скорее кастрюли, умчался к Алине.

Почти сразу в сад вошёл Поль, возможно, они столкнулись с Максом, но вида скользкий тип не подал. Серый костюм в тон мёртвым холодным глазам и аккуратно уложенным русым волосам. Никогда бы не мог подумать, что настолько спокойный гость вызывает чувство тревоги.

– Марк, – он подошёл ко мне и протянул руку. – Благодарю за приём ещё раз. Хотел бы извиниться за утро. Я действительно не знал про нового князя и не совладал с эмоциями. Это не делает мне чести. Тем более, насколько я выяснил, вы соревновались с Домом Горилл. Победить столь сложного соперника непросто, но я рад, что дворец достался Волкам. Это правильнее, на мой взгляд, – на тонких губах мелькнула улыбка. – Да, считай меня немного консервативным в данном вопросе.

Судя по наклонностям, правлению горилл ты обрадовался бы куда больше, чем мне.

– Ничего страшного, – руку пришлось пожать.

Поль сдавил её сильнее положенного, и я подтвердил догадку, что легко с этим оборотнем жить не будет. Сейчас главное, чтобы он держался от Алины подальше.

– Всё случилось слишком быстро. В Мунисе пришлось наводить порядок как можно скорее, поэтому не все успели принять участие. В общем-то, мы не подозревали, что вообще придётся. Приемник был достоин править.

– Да, смерть молодого льва князь не пережил, – Поль вздохнул. – Сколько Виктор протянул после гибели сына? Кажется, год или около того. Ужасно. Ты, конечно, только планируешь стать родителем, но теперь должен осознавать, насколько важна защита потомства и пары. Она сможет без тебя выжить. Ты без неё – нет. Такова суть оборотней. Особенно верных, как в случае волков.

– Виктор оставил нас через месяц после гибели… нет, убийства сыновей. Можешь не сомневаться, свою семью я сумею защитить.

Мне не нравилось направление разговора, так что я окинул взглядом собравшихся. Подобные приёмы мы проводили четыре раза в год, чтобы помочь Домам договориться. Сами по себе они редко находили общий язык, а здесь, в доброжелательной обстановке, спокойно заключали сделки и делили территории.

У дальнего стола мелькнула рыжая шевелюра Арса. Наверняка помогает с поиском компромисса. Заметил отца, пьющего за столом с кабанами. Несколько старших волков. Мне бы тоже следовало пойти заняться делом, а не слушать завуалированные угрозы.

– Каковы твои планы на предстоящий период? – попытался вернуть Поля в нейтральную тему.

– У тебя хотел спросить. Я ведь по-прежнему состою на службе. Хоть князь и сменился, – снова усмешка. – Обычно я решал те вопросы, на которые не могли повлиять ни авторитет князя, ни уловки Арса. Мои же методы всегда результативны, хоть и мало привлекательны.

– В последний год у меня не возникало таких вопросов, – я честно пошарил в памяти, но ничего особенного не вспомнил.

– А как же твой соперник, – Поль наклонил голову. – Я немного поспрашивал.

– Живёт жизнью простого человека в большом мире, – выдержал его взгляд. – Силы альфы он лишился. В наказание.

– Жестоко. Впрочем, бывают решения более аморальные. Не поверишь, но я слышал о князьях, которые в угоду себе лишали любви родного брата. Взамен оставляя лишь пустоту, которую те заполняли алкоголем и другими веществами. Но, уверен, благородные волки до такого не опускаются.

Похоже, он узнал обо мне чуть больше, чем мне хотелось бы. Но это слухи. Мой брат ничего не принимает, хотя эмоциональное состояние у него и правда так себе. Зря я пожелал именно этого. Нужно было как-то иначе усмирить его увлечённость моей женой.

– Жуткие истории. Я таких не слышал.

Общение с этим психопатом силы выжимает. Пять минут разговора, а кажется, что работал без сна несколько дней.

– Князь! – к нам подошёл взволнованный Ян, один из старших волков. – На пару слов. Это срочно.

– Конечно, – стоило больших усилий не улыбнуться в ответ. Я посмотрел на Поля. – Извини. Желаю хорошего вечера и отдыха. Возможно, мы ещё поболтаем. Позже.

– Это будет честь для меня, князь, – холодная улыбка, пропитанная ядом, заставила подняться невидимую шерсть на загривке. И откуда он на меня свалился, блин?

Оказывается, расслабился я рано. Начались разборки из-за давнего спора о территории между Тиграми и Медведями.

Между альфами Домов разве что искры не сверкали.

Я подошёл, чтобы снова выступить в роли няньки, как вдруг дом буквально содрогнулся от резкого звука, сопровождаемым звоном стекла.

На мгновенье все просто замерли, не понимая, что произошло, а после я услышал испуганный крик Алины:

– Марк! Марк, сюда!!!

Глава 6

Я смотрела на корчащегося от боли Макса и до сих пор не могла понять, что произошло.

Вот он кричит из-за двери, чтоб я открывала, потому что его руки заняты шашлыком. Я подошла к двери, но едва коснулась ручки, как та раскалилась. Мгновенно! Меня отшвырнуло назад непонятной волной, не хило приложив спиной об пол.

Я сразу вскочила. Подумалось, что это как волна от взрыва, а значит, основной источник поражения был в коридоре, где Макс!

От двери осталась лишь обугленная дырка, которая дымилась, кое-где её облизывали язычки пламени.

Какого хрена, блин?

– Максик, – я рванула в коридор, где, свернувшись клубочком, лежал Макс.

Белая футболка с изображением зелёных крыльев на спине, разорвана и пропитана кровью.

– Божечки, Макс! – я упала на колени перед ним и тут же громко позвала. – Марк! Марк, сюда!!! – одновременно, с этим тронула Макса за плечо. – Ты как? Максик, что случилось?

– Да вот, – он улыбнулся, но губы подрагивали от сдерживаемой боли. – Понял, что шашлыка недостаточно и решил поджариться для тебя сам.

– Дурак совсем? – я пыталась убрать крупные клочки одежды из его раны. – Какой от тебя толк-то? Одни кости. Будто не знаешь, что я пожирнее люблю.

В этот момент я дошла до рёбер и меня едва не вывернуло от их вида. Похоже, основной удар пришёлся именно туда.

– Ну, копчёные рёбрышки ты тоже уважаешь, – выдавил Макс, но судя по расфокусированному взгляду, он терял сознание.

– Нет-нет-нет, Максик, не закрывай глаза! Ты меня пугаешь!

Глаза парень открыл, но смотрел бездумно в потолок.

Как же страшно это выглядит!

В этот момент подбежали все: Ян, ребята из охраны, но первым, и это было главным, – Марк.

– Марик! – я протянула к нему руки. – Надо в больницу! Срочно!

За что я обожаю Волкова, так это за то, что он сперва делает, а потом эмоционально реагирует. Другие волки, подбежав, застыли, осмысляя, что происходит, и как это случилось. Что греха таить, я и сама не сразу включилась.

Марк за мгновение всеобщего замешательства, успел тронуть шею Макса, осмотреться и сверкнуть глазами, видимо, проверяя силой князя, нет ли здесь ещё кого-то, а ещё приобнять меня за плечи, даря тем самым такую важную опору и чувство реальности.

– Найти, – коротко рыкнул князь и осторожно поднял молодого волка на руки. – Мы в главную больницу. Ян, найди Арса или отца, пусть перенесут Баренцева, он не на смене. Алина, встань ближе.

Прижалась к мужу, и мир растянулся. Переноситься куда-то с Марком было немного иначе, чем с кем-либо ещё, уж не знаю, по какой причине. С ним тело становилось немного вялым, но эффект проходил через минуту-две.

Мы появились посреди пустой палаты. Возможно, это комната для осмотра, я не разбираюсь. Марк положил Макса на кровать, снова тронул шею и поджал губы.

– Я приведу врача. Побудешь тут?

– Конечно, – я кивнула, но едва глянула на Макса, как Марк прорычал над головой.

– Проклятье.

– Что такое? – тут же оглянулась я.

– Ты ранена, а я и не заметил. Голова в крови.

– Да? – я приложила ладонь к затылку, а когда убрала, пальцы были измазаны красным. – Ну, я тоже не заметила. Наверное, когда спиной назад полетела. Вроде кровать зацепила немного.

– Сейчас, – Марк уже подкатил кресло-каталку. – Садись. Не хочу, чтобы ты упала. Потерпи, ладно? Я мигом.

Не став слушать возражения, он плавно усадил меня в каталку и вылетел за дверь, где с поистине пугающим рычанием потребовал всех врачей, не занятых вопросами жизни и смерти. У несчастных не было времени не то, что обдумать, как этот здоровенный накачанный мужик оказался в палате, но и сформулировать возражения.

Всё вокруг замельтешило. К нам с Максом ворвалась целая армия медсестёр, врачей. Меня откатили в сторону, сперва не обратив внимания на раны, но властный рык Марка заставил пару худеньких девушек сосредоточиться на мне. Здесь им явно было неудобно, так что каталку вместе со мной выкатили из палаты и повезли по коридору.

Мать моя, это внимание меня пугает больше, чем прилёт по затылку.

– Да, всё в порядке, я не…

– Быстро на МРТ, – распорядился голос выбежавшего следом врача, и меня куда-то покатили.

Когда я проезжала мимо приветливо распахнутого окна, появилось желание туда выскочить. Этаж первый, а значит, свобода близко, но медсестра, видимо, почувствовав мои флюиды, ускорилась и мы почти влетели в кабинет.

– Я просто ударилась головой. Ничего страшного, – в очередной раз попыталась возразить я.

После «просветки» эти предатели-камикадзе прямо при Марке выдали:

– Сотрясение мозга средней тяжести.

Увидев лицо мужа, я развела руками, пытаясь разрядить ситуацию:

– Хорошие новости. У меня есть мозг.

– Не волнуйтесь, – робко вмешалась одна из медсестёр. – Природа травмы такова, что человек выздоравливает практически в любом случае.

Глаза моего мужа налились красным. Ой-ой…

– Она уже в больнице, – вмешался врач. – Если что-то пойдёт не так, мы экстренно скорректируем лечение.

– Хорошо, – князь немного остыл. – Что дальше? Симптомы? Последствия?

– Признаки могут быть разнообразными, – начала медсестра, одновременно помогая мне пересесть в каталку. – Чаще всего спутанность сознания, головная боль, тошнота, головокружение. Иногда нарушение концентрации внимания, потеря памяти, раздражающая реакция на яркий свет и звуки, проблемы со сном, перепады настроения.

– Потеря памяти? О, а давайте просто забудем обо всём этом? – я оглянулась на мужа. – Я в порядке, правда.

Но Марк моего веселья не разделял.

– Голова очень важный орган, малинка. Без него никак.

– Мы немного понаблюдаем за ней, – сказал врач. – Если восстановление пойдёт хорошо, то отпустим домой.

– Спасибо, – выдавил князь. – И простите за резкость. Мне не стоило грубить.

Девчонки-медсёстры заулыбались, а меня кольнула ревность. Он, блин, только что рычал на вас и едва не сожрал, а теперь, когда он снова милый, глазки ему строите, курицы?!

Меня завезли в шикарную палату и переложили на роскошное ложе. На Марка нацепили халат. Клянусь, эта дрянь чуть не застонала, когда прикоснулась к широким плечам моего оборотня. Вы бы полегче клеились к мужу девушки, которой диагностировали перепады настроения!

На моё счастье, Марк был слишком встревожен, чтобы заметить знаки внимания. А может, и сознательно их игнорировал. Он подтащил кресло к кровати и гладил мою руку.

– Марк, правда, не стоит. Всё нормально, – улыбнулась я, когда в палате стало посвободнее. Все побежали за какими-то штуками с трудно выговариваемыми названиями.

– Стоит, – поморщился он. – Вас с Максом ранило у двери нашей спальни. Во дворце с охраной. Нет, Алина, это не нормально. Когда я найду виновника, то устрою публичную казнь. Я пытался быть добрым и справедливым князем, но, кажется, все забыли, что зубы у меня тоже есть.

– Марк… – я потянула его к себе обняться, но он не поддался. – Это твоя спальня тоже. Может, они тебя хотели…

– А ранили Макса, это хуже.

– Нет! В смысле… Никого не должно было ранить!

– Я разберусь, Алин, – он нацепил на морду выражение, с которым решал все неприятности мира, но в глазах можно было заметить усталость. – Не думай об этом. Твоему сотрясённому мозгу нужен отдых. Попрошу не давать тебе шахматы и сканворды.

– Тиран, – улыбнулась я.

В этот момент в палату ворвались врачи с таким видом, будто они маньяки, у которых всё тело зудеть начинает, если никого не вылечат. Князя Муниса оттеснили к двери.

– Марк! – крикнули из коридора, а после в палату влетел ещё один врач, а следом Владимир Волков, отец Марка. – Твой парень с множественными ожогами?

– Мой.

– Идём, это срочно!

– Марк! – воскликнула я, пытаясь вскочить, но кто ж меня отпустит.

– Я разберусь, – он уже выходил из палаты, но задержался и поднял ладонь. – Всё будет хорошо. Узнаю, что там, и сразу тебе скажу, не волнуйся. Люблю.

– И я тебя, – ответила я, оставаясь с лечебными маньяками один на один.

Зачем они потащили его туда? Это, видимо, тот врач, за которым Марк послал. Надеюсь, Макс не…

Глава 7

Долго сидеть не получилось. Слишком волновалась за Макса. Врачи перевязали мою голову, вкололи не пойми что и наконец оставили в покое.

Выждала, когда коридор опустеет, и сама туда выскользнула. Голова гудела и кружилась. Вот ведь, пока не узнала, что сотрясение, чувствовала себя нормально. А теперь невольно обращаю внимание на такие мелочи.

Спустилась по лестнице к стойке администратора, но едва находящаяся за ней девушка меня заметила, как тут же подняла крик:

– Алина Сергеевна, немедленно в палату. Вам назначен постельный режим

– Да, я только про Макса узнать. Что с ним?

– Им занимаются врачи, – очень «развёрнуто» объяснила она. – Вам позже всё сообщат. Пройдите в палату.

Это блин, что? Тюрьма?

Я поплелась обратно к лифту, а потом в пустую комнату. Иронично, но сейчас я была бы не прочь оказаться в муниципальной больнице, где, кроме меня, есть четыре-пять человек, с которыми можно перекинуться парой слов, пожаловаться на персонал, больницу, и свою жизнь в целом.

Читать мне вроде как нельзя было. Телек смотреть тоже. Просто сидеть и отдыхать. Кошмар какой. Не делать ничего – это как? Вот и я не представляю как. Голова разболелась сильнее.

Не знаю, прошёл час или вечность. За окном совсем стемнело. Кажется, я настолько привыкла к сумраку Муниса, что уже даже чувствую себя в темноте лучше. За окном зажигали фонари, но мне они не нравились. Дома, в мире оборотней, свет душевнее как-то.

В коридоре зашумели, а потом в палату ворвалась мама.

– Доченька! – она швырнула сумочку в кресло и подбежала ко мне. Как же так? Что случилось?!

– Ну… почуяла запах шашлыка и не заметила двери, – попыталась я отшутиться, а после вздохнула. – Там какой-то взрыв был. Макса ранило, а никто не признаётся, что с ним.

– Господи, эта семейка меня с ума сведёт! Ты должна вернуться домой. Сегодня сотрясение, а завтра что? Убьют?!

– Меня могут убить и дома, – возразила я. – К тому же это вообще непонятно что. Вдруг это на Марка покушались. Спальня ведь наша с ним.

– Тем более! Ох, малинка, ну как так? Если на него покушаются, то и тебя заденут. Нет, не нравится он мне. Проблемный очень. И я сейчас не только о том, что Марк… они все животные.

– Как говорят у нас: «Поздняк метаться», – я развела руками, а после посмотрела на маму. – Он мой муж. И я его очень люблю. А Марк меня. Сама вспомни, как ты поначалу меня за него сватала. Что случилось? Ну, облажался разик. С кем не бывает? Я тоже чудила. Даже флиртовала с его соперником.

– Ой, ты девочка, тебе можно перебирать, – мама махнула рукой. – А этот что? Сама не видишь, как на него бабы вешаются? Говорю тебе, ну его. С красивым мужиком проблем не оберёшься. Сейчас всё в порядке, а через десять лет начнёт на юбки поглядывать. И, главное, эти юбки только рады будут! С его-то деньгами и внешностью.

Совершенно некстати вспомнились медсёстры, которые при Марке даже дышать переставали.

– Он – волк, – напомнила я, хотя старалась касаться темы оборотней как можно меньше. – А они очень верные. Да и кто кроме него, сама подумай? Главный механик в нашей деревне?

В этот момент зазвонил телефон, и я увидела входящий видеозвонок с незнакомого номера. Хм, кто бы это мог быть?

Когда ответила, на экране возникло лицо Поля.

– О, – не смогла сдержать удивления я. – Это ты… в смысле, вы? Неожиданно.

– Доброй ночи, княжна, – оборотень улыбнулся, но вышло пугающе. – Надеюсь, я не помешал? Хотел спросить про ваше здоровье и самочувствие.

– Спасибо, за беспокойство. Я в полном порядке, – ответила я быстрее, чем собиралась. – А вы как? Как дела, жизнь? Как жена поживает, дети. Семье привет передавайте, все дела.

Блин, понимаю, что бред, но просто не знаю, о чём с этим мужиком разговаривать. Я видела его всего-то раз и то мельком.

– Рад это слышать, – снова эта пугающая улыбка. Понимаю, почему Марк дёргался. – Хотел занести цветы, чтобы порадовать, но стая оцепила территорию и скалится. Может быть, вы повлияете на них? Я всё ещё на улице.

Он вытянул руку и повернулся, показывая, что за его спиной больница, а потом опустил камеру, указывая на огромную корзину цветов.

О, блин. Что делать-то?

– Понимаете, – я решила быть честной. – Марк сказал, чтобы я никуда не выходила и не общалась с чужими.

– Он утомительно ревнив, верно? – усмехнулся Поль. – Пожалуй, даже раздражающе. Присматривайте за ним, Алина. Марк – мальчишка, выросший без матери и слишком ревностно охраняющий то, что считает своим. Он уже причинял боль самым близким и я, право, беспокоюсь. Не хочу, чтобы он перешёл черту с вами.

– Совсем неревнив, – возразила я. – Ну, в пределах разумного, да. Ладно, я даже докажу. Выйду и Марк ругаться не будет.

– Я буду ждать хоть до утра. Девушку, похожую на вас, можно ждать вечность.

Да, за такой тон Марик, конечно, бы рычать начал.

Я прокашлялась и посмотрела на маму. Та задумчиво рассматривала Поля. Заметив мой взгляд, отрицательно мотнула головой и дёрнула кистью, мол, заканчивай с ним.

– Хорошо, я сейчас, – быстро проторила я и сбросила звонок. И тут же спросила. – Так я не иду, да?

– Конечно нет, – мама потёрла ладони. – Нельзя позволять мужчине думать, что ты прилетишь к нему по первому зову. С Марком мы это упустили, и вот. Ты лежишь в больнице с сотрясением мозга.