Ведьмочка для лорда
- -
- 100%
- +
А ещё мне нравится, как он рассуждает. Я, честно признать, думала, что нам не о чем будет говорить, но ход его мыслей интересен. Он аргументирует, приводит примеры. Хорошо образован, уж не знаю, кто его учил. Будет забавно, если Рауль — лорд. Попал в немилость и вынужден скрыться среди простого люда.
Шли долго. Солнце начало садиться, а парк всё не заканчивался. Понемногу погружаясь в полумрак, узловатые ветви деревьев теперь напоминали длинные пальцы колдуньи.
Становилось прохладнее. То ли из-за того, что в лесу темнеет быстрее, то ли дело шло к дождю. Ветер скрипел деревьями активнее и страшнее.
— Мы точно успеем добраться до укрытия? — спросила я.
— Если по пути ничего не случится, да, — Рауль выглядел серьёзным. — Ничего не беспокоит? Голоса? Странные желания?
— Такие, как почистить твой жезл? — я сузила глаза, показывая, что всё ещё недовольна. — Уверена, с его обслуживанием справишься и сам.
— Уточнял, вдруг ты придумала что-то новенькое.
— Моя предрасположенность — кулинария, — напомнила я. — А значит, я сильна в нарезке на красивые кусочки. Интересует?
— Технически это может помочь в бою. Так что да, интересует. Хм, а как думаешь, возможно ли превратить в еду мясо монстров?
— Убивать я не могу. Так что в бою навыки неприменимы. Но насчёт мяса, — я задумалась. — Нужно попробовать. Я умею делать съедобным даже ядовитые вещества. Так что высока вероятность, что получится.
— Вот, интересный разговор. Надо будет обязательно поймать тебе кого-нибудь. Если и помирать здесь, так культурно. Ну и месть, конечно. Они нас жрут, время платить по счетам и восстанавливать равновесие.
— Только можешь кого-нибудь не очень милого, — я поморщилась. — А то жалко будет. И не человекоподобного. Мы же не каннибалы.
— Кэсси, мы в руинах. Единственное милое существо здесь — ты, но есть тебя я не стану.
Я собиралась возразить, но, смутившись, отвернулась. Это так странно. Я училась правильно реагировать на похвалу причёски или платья, а тут радуюсь обещанию, что меня не съедят. Рауль будто нарочно ломает правильные схемы общения.
— Странно, — неожиданно остановился Рауль, вглядываясь вглубь туннеля, образованного ветвями деревьев.
Я тоже присмотрелась, но ничего особенного не заметила. Магия не пахла ничем.
— Что?
— Место пустое, — объяснил он.
— Это хорошо?
— Не в этот раз, — Рауль уже оглядывался, выбирая, куда свернуть. — В руинах есть сложности. Бывает пусто, потому что нет монстров. Другое, потому что монстр есть, но поставил ловушку и втягивает в неё всё.
— В смысле? — я подошла ближе к нему.
— Прислушайся к магии. Она всегда какая-то. Нейтральная, с примесью неразличимых образов, а сейчас пустая. Попробуй сама, я не знаю, как объяснить.
Я удивлённо посмотрела на него. Нет, про магию я уже поняла, меня удивило то, что Рауль будто бы… Нет, он не должен чувствовать магию. Если бы охотник мог, его забрали бы в академию, как меня. Как же…
— Это не последние плохие новости, — вздохнул он, после чего обрушил топор на ветку дерева, и треск, казалось, содрогнулся весь парк. — Будет ливень, а раз мы не можем пойти напрямую по этой тропе, придётся искать место для лагеря в лесу. Не знаю, сколько времени это займёт.
— Х-х-хорошо… — пролепетала я.
Первые капли дождя упали только полчаса спустя. Рауль покачал головой и вытащил из сумки куртку, которую тут же надел на мои плечи. Я собиралась возразить, но мужчина пошёл вперёд, не став слушать.
Кажется, я начинаю привыкать к его молчаливой и не терпящей возражений заботе. На уроках этикета мадам Рэйко учила не принимать подобные знаки внимания, если их оказывает не муж или жених. С её слов, так мужчина усыпляет бдительность, чтобы позже склонить к близости, а значит, к позору.
И я снова возвращалась к мыслям о том, что не понимаю Рауля. Я столько раз нарушила заветы мадам Рэйко, более того, сама провоцировала его, а он до сих пор ничего не сделал. Если бы Рауль как-то показывал, что я ему неприятна и противна, многое объяснило бы, но нет. Он держит дистанцию. Помогает, как с этой курткой, и не просит ничего взамен.
Неужели я была права? Люди могут делать добро просто так!
Я закуталась, но почти сразу стало ясно, куртка мне не поможет. Не знаю, как далеко мы продвинулись, прежде чем робкие капли участились, а ветер набрал силу.
Рауль шёл быстро и настороженно. Я старалась не отставать, хоть это было и сложно. Юбка намокла и стала тяжёлой. В очередной раз наступив на неё, я чуть было не выругалась, а когда запуталась в мелких кустарниках, была готова снять её прямо здесь и надеть недопустимые для леди мужские брюки.
Рауль забрал у меня саквояж, вынужденно убрав руку с топора.
Мы вышли на край большой сильно заросшей поляны, но здесь ещё угадывались постройки. Беседки, лавочки. Надеюсь, монстры тоже не любят дождь, поэтому остались в своих логовах.
Поняла, что чувствую себя в меньшей безопасности и почти сразу почувствовала…что-то.
— Стой, — позвала я раньше, чем осознала. — Вкус магии. Здесь притаился кто-то! — я указала на поросшую плющом беседку, мимо которой как раз собирался пройти Рауль.
Он повернулся, и тут же из беседки вылетело нечто отдалённо напоминающее гигантский бумеранг, который просвистел как раз на том месте, где должен был оказаться Рауль, если бы продолжил идти.
Богиня! Если бы он сделал всего шаг, я бы потеряла его!
— Назад! — рыкнул охотник.
В какой момент в руке Рауля оказался топор, я не поняла. Охотник уронил саквояж и скинул с плеча сумку. Зачем-то закрыл глаза и чуть наклонил голову. Я попятилась, глядя на него. Дождь прибивал звуки крупными каплями. Я оглядывалась, но не видела, куда улетело существо, а потом Рауль резко замахнулся и швырнул топор прямо… в меня!
Я зажмурилась и приготовилась к трагическому концу. Услышала свист и резкий глухой удар прямо над моей головой. Боли не было. Я жива?
Медленно разлепила глаза и увидела подбегающего Рауля. Он выглядел встревоженным, схватил меня за плечо, что-то спрашивал, но из-за грохота в ушах я не разбирала слов. Он бегло осмотрел меня, зачем-то потрепал волосы, будто хотел снять с них паутину, потом взял за руку и одновременно с этим вырвал оружие. Ничего не понимая, я оглянулась и увидела, как на землю сползает нечто, напоминающее мотылька.
Я закрыла рот ладонью. Голова кружилась. Хотела поблагодарить Рауля, но обнаружила, что он исчез.
Что? Он же стоял рядом и держал меня за руку.
Я огляделась и успела заметить тёмный силуэт, убегающий вглубь зарослей на поляне. Рауль? Почему он убегает? Нужно за ним? Так безопаснее?
— Рауль! Рауль, подожди, пожалуйста!
Добежав до того места, где исчез силуэт, я оказалась перед входом в… лабиринт. Высокая трава образовывала желтоватый коридор. Тропинка выглядела на удивление ухоженно и чисто. Я видела, как разбиваются капли дождя о размякшую почву. Это ненормально. Всё такое заросшее, а тут так чисто? Ни травинки.
Оглянувшись, обняла себя за плечи и поняла, что потеряла куртку. Проклятье.
— Кэсси!— позвали из лабиринта голосом охотника. — Сюда!
— Рауль! — я забыла о волнении и бросилась в проход, шлёпая по лужицам. В узком пространстве между высоких стен из сухих спутанных ветвей было неуютно. Я сомневалась, что идти сюда было правильно, но… я же обещала не спорить. В прошлый раз это закончилось очень плохо.
— Рауль!
За следующим поворотом я, наконец, снова заметила его. Охотник стоял под невесть откуда взявшейся аркой, увитой крупными, похожими на звёзды цветами. Дождевые капли на лепестках искрились как бриллианты.
Он улыбался мне. Так открыто и приятно, что я невольно улыбнулась в ответ.
Рауль протянул мне руку и когда наши ладони соприкоснулись, мир совершил оборот. Я зажмурилась, а когда открыла глаза, то увидела, что дождь закончился. И лабиринта из сухой травы и кустов больше нет.
Я стою в той же беседке и цветы-звёзды покачивает лёгкий ветерок. Вокруг идеально стриженный газон, чуть в стороне журчит ручей, поют птицы. Богиня, как же я соскучилась по щебету!
Улыбнувшись, я повернула голову и поняла, что мою руку сжимал…
— Лиам! — сердце забарабанило в груди. — Получилось? Путешествие через Руины было ненапрасным!
Любимый улыбался так открыто, как умел только он. Васильковые глаза казались украденными осколками неба. Как же я рада! Вот цель моего пути. Лиам стоил всех усилий и трудностей.
— Да как сказать, — он перестал улыбаться и поджал губы. Взгляд стал холодным. — Родить такого наследника лорду — это позор, Кассандра. И мы оба знаем, что это влияние руин Падших. Никто не должен видеть такого слабака. От него нужно избавиться, Кэсси. А потом я дам тебе шанс родить мне нового сына, нормального и здорового. Не справишься, — он выпустил мою ладонь и развёл руками. — Боюсь, мне придётся отказаться от тебя. Позволю лишь ублажать по ночам.
— Что?
Я подняла брови, не понимая, про какого сына он говорит. Хотела протянуть руку, но обнаружила что держу что-то. Опустила взгляд и увидела ребёнка.
Крошечный, худой. Сердце сжалось, когда я поняла, что его ножки изогнуты сильнее, чем обычно. Богиня… нужно показать его магу! Пока ему это не мешает, но потом ведь ходить учиться.
С запозданием нагнало осмысление слов Лиама.
— Не говори так! — я прижала малыша к себе. — Нужно показать его лечащему магу. Уверена, это можно исправить!
— С ума сошла? Никто не должен об этом знать, Кассандра,— он сдвинул светлые брови. — Никаких магов. Мы сделаем вид, что этого недоразумения,— Лиам покосился на ребёнка, — и не было. Расскажем, что он умер в родах. Это даже хорошо для карьеры. Сочувствовать будут. Поэтому давай его. У меня есть люди, которые знают, как решать подобные проблемы.
Я прижала малыша к груди.
— Нет.
— Да, Кэсси. Иначе, сама знаешь, мне хватит одного слова, чтобы твой отец лишился должности, а семья оказалась на улице без гроша в кармане,— Лиам подошёл ко мне, нависая, и вырвал сыночка из рук. — Тебе и так несказанно повезло, что стала моей женой. Учись соответствовать положению.
Малыш начал плакать
— Нет, пожалуйста! Не обижай его. Отдай. Не надо!
Беседка с красивыми цветами исчезла, и мы оказались на краю обрыва. За спиной Лиама стояла карета, запряжённая парой угрожающе больших чёрных лошадей. Небо из голубого стало серым с тяжёлыми низко висящими тучами. Неприветливые камни и сильный ветер пугали малыша. Я чувствовала.
— Отдать? Хорошо, — Лиам пихнул мне ребёнка и брезгливо отряхнул ладони. — Ты сама его сбросишь. Давай быстрее, скоро дождь начнётся, я не хочу заболеть из-за тебя.
Я прижала малыша, пытаясь закрыть и согреть его. Ребёнок заливался плачем и уже хрипел. Одет он был плохо и наверняка замёрз.
— О чём ты? Лиам, это твой сын! Не говори такие страшные вещи.
— Это обуза. Или ты избавишься от него, или тоже станешь обузой, — безжалостно отрезал он. — Решай, Кэсси. И быстрее или, клянусь, я сброшу вас обоих.
Я не верила своим ушам. Это не похоже на шутку. И я знала, что если мужчина клянётся в чём-то, то исполняет. Неужели он… может так поступить с нами?
— Кассандра…
Я оглянулась на обрыв и неожиданно увидела Рауля. Охотник висел прямо в воздухе призрачным силуэтом. Я схожу с ума?
— Я жду, Кэсси!— рявкнул Лиам.
Захотелось плакать.
— Всё хорошо, — сказал Рауль, протягивая мне руку. — Иди ко мне. Я помогу.
К нему? Но там пропасть!
Малыш кричал, срывая голос. Сердце болело за него. Я не могла защитить, согреть и успокоить его. Не могла ничем помочь своему малышу.
— Я не могу! — крикнула я, обнимая ребёнка крепче.
— Тогда это сделаю я,— рыкнул Лиам, делая пугающе резкий шаг ко мне. — Давай сюда это демонское отродье!
Рауль тоже приблизился, ступая по воздуху, будто там было невидимое стекло. Его лицо было напряжённым.
— Не бойся, — сказал охотник. — Я помогу, никто тебе не навредит. Иди ко мне.
Я взглянула на лицо Лиама с чудесными васильковыми глазами, перекошенное от ненависти, и поняла, что упасть в пропасть вместе с сыном не такая уж плохая участь.
Звуки умерли. А может, я просто оглохла. Лиам схватил меня за руку, пытаясь отнять ребёнка. Я отступила, вырываясь и прыгнула в пустоту. Прямо в распахнутые руки Рауля.
Глава 10. Откровения
Кассандра
Едва я ощутила тепло Рауля, обрыв и Лиам исчезли. Всё исчезло. Я не сразу поняла, что стою посреди поляны, мокрая, замёрзшая. Голова раскалывается, сердце бьётся так, что рёбрам больно. Снова руины, парк и дорога.
Не сразу осознала, что всё ещё прижимаю руки к себе. Ребёнка, конечно же, не было, но ужас его возможной потери всё ещё сжимал сердце когтистой лапой.
— Тише, — охотник гладил меня по спине. — Уже всё. Это был кошмар, всё закончилось.
Я зажмурилась и прижалась лбом к его груди.
— Откуда они знают, что показывать? — прошептала я. — Это ведь не возможное будущее, да? Такого ж не может быть?
— Не может. Они находят слабости. Чувствуют, какой образ заденет тебя сильнее всего. К этому нельзя приспособиться. Если не будешь забывать, что это проклятое место пытается тебя убить всеми возможными и невозможными способами, будет легче.
— Да, — я предпочла согласиться. Боялась признать, что показанное мне могло стать правдой. Лиам ведь… он вёл себя так естественно. Говорил так же, как настоящий Лиам, даже интонации те же.
К тому же он из палаты высших лордов. Если такое и правда случится, малыш родится нездоровым, положение Лиама может покачнуться, а статус для него важнее всего. Даже жены и ребёнка.
Я медленно побрела за Раулем, чувствуя, как дождь припустил с большей силой.
— Мужчины ведь не привязываются к детям, верно? — спросила я, сама не зная зачем. — Это нормально? Мужчинам подобное в тягость. Жена и дети должны радоваться, что имеют добытчика в семье. Что он одаривает своим вниманием.
— Кто сказал такую чушь? — Рауль ухмыльнулся, как обычно делал, когда собирался язвить, но, увидев моё лицо, посерьёзнел. — В обществе людей мужчина в первую очередь защитник. Если продолжение рода ему в тягость, он нездоров. Головой как минимум.
Я потупила взгляд.
— Если он взял меня к себе в супруги — уже оказал честь и осчастливил. Я обязана до конца дней благодарить его и, конечно же, рожать наследников. Здоровых, — голос упал, меня вдруг осенило ужасное осознание, и внутри всё похолодело. — Рауль, если ты не вернёшься из руин, кто-нибудь будет ждать тебя, желать узнать, что с тобой случилось?
— Серхио может. Он любит байки. Прежде чем я спрошу, в честь чего вопрос, напомню: то, что ты видела после укуса белмоли, бред.
— Знаешь, почему я пошла к телу того юноши? — я посмотрела на Рауля. — Потому что меня может ждать такая же участь. Если я не вернусь из руин, никто не заметит. Совсем. Когда я написала родителям о выпуске, они ответили, что рады за меня. Вот так. Двумя словами. «Мы рады», на этом всё. Надеюсь, Лиам и правда меня ждёт.
Рауль открыл рот, чтобы ответить, но потом закрыл. Открыл снова, а после свёл брови.
— Там есть укрытие. Пойдём.
Мы свернули с тропинки и спустились с обрыва. Не представляю как, но Рауль разглядел крышу скатившейся с края и наполовину зарывшейся в землю беседки. Охотник показал жестом ждать, спустился осмотреться и, не обнаружив ничего опасного, подозвал меня.
Внутри валялся какой-то мусор, ветки, но была крыша и стена с одной стороны. Рауль бросил вещи, перехватил топор и стал расчищать место для лагеря. Я понимала, что нужно помочь, но не знала, за что взяться.
Охотник тем временем разгрёб небольшой клочок земли у дальней, защищённой стены. Затем вытащил из сумки полено и разломил на щепочки. Два щелчка огнивом, и появился огонёк.
— Иди сюда, — позвал он. — Грейся. Я пока от ветра избавлюсь.
Такие простые слова, а на глаза навернулись слёзы. Надеюсь, Рауль не заметил.
Присев у костерка, я протянула к огню ладонь, пытаясь успокоиться. Тепло. Почему-то это ощущение вызвало ещё больше волнения. Что же я за дурочка такая? Чуть что, реву.
Быстро смахнув слезинки, я решила приготовить ужин. Не хочу сидеть. И не хочу говорить. Порадую Рауля. Он так добр ко мне, не помню, чтобы кто-то раньше заботился обо мне. Покажу благодарность чем-то важным. Тем, что правда умею.
Я взяла продукты и схватила потоки. Странно. Если бы меня спросили, что именно я готовлю, не ответила бы.
Дело отвлекло от грустных мыслей. У меня получился грибной суп с сухарями, мясо с зеленью. Пирог с ягодами и шоколадом, ароматное какао.
Ужин искрился от магии.
— Надеюсь, тебе понравится, — я поставила перед Раулем все блюда. — Нужно восполнить твои силы.
Мужчина тяжело опустился на землю рядом с огнём и вытер руки тряпочкой. Я только сейчас заметила, насколько теплее стало в покосившейся беседке. Рауль закрыл все щели в нашем укрытии ветками и невесть откуда взявшимся лапником. С этим костерком стало совсем уютно.
Это точно не иллюзия? У меня ощущение, словно я опять оказалась в каком-то другом месте.
— Спасибо, — он улыбнулся. — Поешь тоже. Особенно пирог. Магия не просто так шоколад тебе подсказала. Самое то после иллюзий.
— Мне нельзя ни шоколада, ни пирога. Иначе могу не понравиться Лиаму, — я откусила небольшой кусочек яблока. — Этого мне вполне хватит.
— Такое лицо Лиаму тоже не понравится. Давай, Кэсси. Увидишь, станет легче.
Я устало кивнула, но есть не хотелось. Зато я почувствовала, что продрогла. Надо же.
Посмотрела на Рауля и вздрогнула.
— Ты ранен. Кровь на плече. Надо обработать.
— Обязательно, — кивнул он и ухмыльнулся. — Как только ты поешь. Так что моя жизнь в твоих руках.
— Я могу помочь. Нас учили работать с ранами, — я неуверенно улыбнулась.
— Ладно. Но я всё равно настаиваю, чтобы ты поела. И переоделась, судя по всему. Простынешь.
С ним трудно было спорить. Особенно после того, как Рауль наполнил миску супом и подал мне. По этикету я не вправе была отказывать ему, и просто подержала чашку. Охотник покачал головой, забрал её и подал мне пирог.
— Ты тоже весь мокрый, — я всё же смогла впихнуть в себя немного, но вкуса почти не чувствовала. — Тебе нельзя болеть.
— Тогда давай приводить себя в порядок, — Рауль отставил тарелки и стал выбирать тёплые вещи. — Снимай мокрое. У огня сидишь, не чувствуешь, насколько холодно. Но всё равно мёрзнешь.
Я взяла свёрток с тёплым платьем и отошла в угол.
— Ты не мог бы отвернуться? — я смутилась.
— Без проблем.
Рауль уже сидел ко мне спиной и стягивал с себя мокрую куртку, а затем и рубашку. Я на миг замешкалась, изучая его широкие плечи, так же расчерченные шрамами.
Как всё быстро меняется.
В первую ночь в доме Рауля я не спала. Боялась, что он воспользуется уязвимостью и статусом хозяина. А сейчас я с ним практически в шалаше. В округе ни одной живой души, а я чувствую такое доверие, что позволяю себе переодеваться. При чужом мужчине.
Рауль сильный и ловкий. Легко может взять что захочет, даже не заметив моего сопротивления, но я отчего-то уверена, что он не сделает больно.
Его душа гораздо тоньше и чувствительнее, чем он позволяет себе признать. В нём есть благородство. Не напускное, а истинное. Врождённое.
Что же заставляет его скрывать это под славой охотников?
Переодевшись, я присела рядом с Раулем.
— Прости за вопрос, но мне отчего-то кажется, у тебя аристократическая кровь. Неужели ваша семья из обнищавших?
Охотник замер. Это значит, я правильно догадалась? Подумала уже, он не ответит, но Рауль скрыл эмоцию за улыбкой.
— Моя мать была аристократкой, попавшей в немилость знати. Я родился уже после, так что жизни в достатке не видел, поэтому не назвал бы себя аристократом.
— Зная, насколько высшее общество жестоко, — я опустила голову. — Мне жаль твою маму. Но уверена, сейчас она искренне гордится таким сильным и красивым сыном, каким ты вырос.
— Увы, она умерла много лет назад. Она прожила жизнь, недостойную леди, и ребёнку в ней места не было. Но ей всё же удалось научить меня, что единственный человек, которому ты по-настоящему можешь доверять и о ком должен заботиться — ты, в первую очередь. Не думай, речь не про эгоизм. Когда ты в порядке, ни в чём не нуждаешься, тебе легче помогать другим людям. Защищать своих детей, близких, друзей.
— Даже если про эгоизм Рауль, это нормально, — я взяла его за руку. — И всё же трудное детство не заставило тебя очерстветь душой. Лишь научило выживать. Могу я сказать, насколько ты замечательный? — поддавшись порыву благодарности, я обняла Рауля.
Он обнял в ответ и неловко похлопал по спине.
— Я не знаю ни Лиама, ни твоих родителей. Но я думаю, что мы с тобой разные. Меня никто не ждёт, но тебя просто не могут не ждать, если они, конечно, не полные тупицы. Ты другая, Кэсси. Я ещё не видел никого, похожего на тебя. Наивного, неопытного, но искреннего и доброго. Если этого не видят, значит, им стоит проверить зрение. Не трать слово «замечательный» на меня, оно твоё по праву.
— Тогда сделаем его нашим общим. Одним на двоих.
— Видишь, даже словом делишься, — он усмехнулся. — Всё будет хорошо, Кэсси. Если кому-то на той стороне придёт в голову воротить нос, скажешь мне. Я зайду и покажу на плохом примере, что такое нежеланный гость.
— Ты ведь уйдёшь. Тебя дома Серхио ждёт, с байками, — я посмеялась, а после придала лицу как можно больше грозности и скопировала голос Рауля. — Так, а теперь приготовься к мести и давай мне свою рану.
— Ой, да пожалуйста, — усмехнулся он, поворачиваясь плечом и снова расстёгивая пуговицы на сухой рубашке. — Только эротично стонать я не умею.
— Да я тоже, — я вконец осмелела. — У меня вообще опыта в подобном и на каплю нет.
— Ты на правильном пути.
Рана оказалась неглубокой, но в руинах все царапины опасны. С некоторой долей злорадства я полила на неё обеззараживающий раствор, охотник не обратил внимания. Или сделал вид.
— Может, мне тоже следует тебя споить, а после приказать раздеться? — я хихикнула в ладонь.
— Давай вне руин, хорошо? — он повернул голову. В пронзительно серых глазах искрилось веселье. — Если я тут в разгул пойду, всех монстров распугаем, и уже им придётся психику лечить. Сомневаюсь, что у них есть шоколадки.
— А ты когда выпьешь, становишься чрезмерно агрессивным?
Мадам Рэйко уже влепила бы мне затрещину. Я позволяю себе дерзить и провоцировать мужчину. Недопустимо!
И всё же мне нравится это общение.
— Нет. Но мне страсть как хочется приключений. Нормальных, человеческих, а не вот этого всего, — он неопределённо кивнул в сторону выхода. — Сам не знаю, почему всё время сюда лезу.
— Очень часто человек идёт туда, где ему было хорошо, — я задумалась. — Где есть цели. Может, если найти себе что-то интересное в обычном месте, то и в руины тянуть не будет?
— Или я именно этим и занимаюсь, — задумчиво отозвался он. — Иду искать то хорошее, что было. Призраков.
— А нужно найти то хорошее, что есть, — я снова позволила себе вольность и погладила Рауля по плечу. — Не дадут призраки живому человеку того тепла и цели, которые ему необходимы. Скажу глупые женские слова, но думаю, тебе нужно, чтобы дома дожидались не только иратшики.
— Вот от них я бы с радостью избавился, — Рауль усмехнулся и дотянулся до кружки с какао. — Нет, Кэсси. С моим образом жизни возможны только призраки. Слишком жестоко оставлять кого-то дома, если лезешь в руины с заказом на очередной коготь, сердечную мышцу или шкуру.
— Да, — опустила голову. — На месте супруги я бы или не отпускала тебя, или шла с тобой. Лучше умереть вместе, чем потерять навсегда.
— Кто б тебя взял, — хмыкнул он. — Волноваться ещё. Вдруг покусает кто? Или увидишь в насланных парком иллюзиях не меня, да и решишь, в пекло этот кошмар, найду нормального мужика. Не ты, конечно. Жену имел в виду, не подумай.
— Значит, я бы тебя никуда не пустила, — развела руками и тоже смутилась. — На месте супруги, само собой.
Он улыбнулся, но как-то грустно. Мне отчего-то тоже стало тоскливо.
Такой хороший мужчина и так одинок. Если наложить то немногое, что я знаю о Рауле, на его слова, получается, он заходит в руины ради шанса снова встретить девушку с глазами разного цвета. Может, её и вовсе нет? Привиделась ему, раненому, но возможно, она единственная, кто проявил к нему заботу. С другой стороны, тот юноша тоже её видел… непонятно.
А после настигла пугающая мысль.
— Рауль, на обратном пути… ты позволишь, чтобы Лиам заплатил за билет на корабль? Хочу, чтобы ты добрался по морю, в безопасности. Столько делаешь для меня. Он согласится, уверена… Точнее, должен.