- -
- 100%
- +
На экране появился текст и внизу подпись Санчеса.
– Договор типовой, – продолжал комментатор. – Обязанности сторон, условия оплаты и всё такое, как везде. Если интересно, могу скопировать, в памяти твоего телевизора останется. Смотри, изучай, сколько влезет, только это делается до того как, а не после.
– Да уж, будьте любезны, почитаю, на что попал.
Тут же внизу экрана появился маленький значок – страничка с текстом.
– Только не пойму, какой у вас интерес, и какой у меня, кроме скидок по процентам?
– Это другое дело, – мужчина на экране удовлетворённо кивнул головой. – Выгода обоюдная. При коэффициенте обратной связи, который ты подтвердил – девяносто пять процентов мы видим и слышим всё, что происходит у тебя круглые сутки. Микрофон и камера в левом верхнем углу экрана, там, где буквы «ОС». Зачем это, я уже говорил, и повторять не буду. Это наш кусок хлеба с маслом, – комментатор усмехнулся.
– Что? Значит, всё, что происходило в этой комнате две недели, вы видели? – Санчесу даже жарко стало.
– Конечно, ты же сам разрешил. Нет, ты не беспокойся, условия конфиденциальности для нас дело святое. Без твоего разрешения ни, ни. Странный ты Александр Григорьевич, народ на ютубе готов показать всё что угодно, как угодно и просто так, чтобы лайки получить, а ты всё капризничаешь… Ты нам информацию о себе, и мы тебе информацию о тебе, к взаимной выгоде. Практически любую, по твоей просьбе.
– Тогда, тогда, – Санчес задумался на секунду, и спросил первое, что пришло в голову. – Почему была закрыта стоянка около торгового центра?
– Ах, да конечно, новостей ты не смотрел. Там неадекватный подросток угнал мусоровоз и смял сразу восемь автомобилей, из которых пять восстановлению не подлежит. К счастью, обошлось без пострадавших. Что-то ещё?
– Что за технические причины в цветочном магазине?
– И об этом в новостях говорили. Потребнадзор изымал санкционные цветы, которые поступили через третьи страны. Они были обработаны какой-то гадостью, вызывающей сильнейшую аллергию.
– Да?
До Санчеса постепенно стал доходить смысл сказанного. Получается, если бы он не стукнулся с перламутровым джипом, то запросто мог оказаться на стоянке под мусоровозом. А ведь у него даже нет полиса ОСАГО про КАСКО и говорить нечего. А если бы притащил домой эти злополучные розы, то пришлось бы вызывать скорую Маше. Ведь у неё с детства была аллергия на такую химию.
– А нагоняй на работе и этот несчастный лифт?
– Одну секунду, посмотрим, – комментатор заглянул в ноутбук, стоявший на его столе. – Ага, кажется есть. Я же говорю, не зря собрали всю информацию о тебе. Наши аналитики тоже работали над похожим отчётом, и нашли несоответствие в исходной информации, точнее в данных отдела маркетинга. Базовый показатель завышен в два раза, ошибка, понимаешь ли. Завтра в самом начале рабочего дня у тебя на компьютере будет исправленный вариант.
– Но это же влияет на выводы, которые я сделал.
– Конечно, они будут прямо противоположными.
– Вот это да! Если бы я сделал всё во время! Вот тогда был бы полный капец, как говорит сокамерник Толян.
– Правильно, это очень большие деньги, Александр Григорьевич, а ты обязан детально проверять исходные данные, или я что-то путаю? Потом судебные иски к твоей фирме и соответственно регрессные иски к твоей персоне. Как-то так. А что касается лифта и подарка, поверь, чистая случайность.
– Какая случайность? – Санчес всё ещё прокручивал в голове свой отчёт. – По сравнению с его ошибкой всё остальное выглядело просто шуткой.
– Я о том, что в интернет магазине служба доставки перепутала, и в твой адрес были отправлено лекарство.
– Какое ещё лекарство?
– Свечи от геморроя.
– ???
– Бывает, человеческий фактор, называется.
Воображение Санчеса мгновенно нарисовало весёлую картину. Он появляется в дверях в куртке, из кармана которой струйкой течёт майонез, без цветов и на три часа позже. Дарит своей Маше коробочку, которую она тут же открывает и… дальше картина, почему-то покрывается туманом.
– Александр Григорьевич, что с тобой, – к действительности его вернул голос из телевизора. Интернет магазин тоже входит в наш холдинг. Они уже пять раз отправляли тебе СМС с извинениями, и готовы компенсировать свою невнимательность. В качестве бонуса, – комментатор вновь стал вглядываться в экран ноутбука. – В качестве компенсации, коробка конфет, подарочная авторучка, визит в маникюрный салон, комнатные тапочки и цветы. Что выбираешь?
– А цветы нормальные?
– Эти? Да. У нас только сертифицированный товар и услуги.
– Тогда цветы.
– Сделаем, курьер доставит прямо к порогу квартиры, или как?
– Никаких «или как», домой.
– Да, день у тебя действительно был нелёгким, но мы тоже люди, поэтому на первый раз достаточно. Я гляжу, у тебя даже лицо немного осунулось. Не буду утомлять своим обществом, если не возражаешь, я удаляюсь.
– Отнюдь, пока, пока, – Саша «чиркнул» пальцем по экрану пульта.
Вместо хоккейного комментатора на экране появился текст договора. Чем больше вчитывался Санчес в текст, тем больше ему становилось ясно, что документ составлен так, что в подавляющем большинстве пунктов, он обязан, а фирма продавец – имеет право.
– Быть того не может, чтобы в договоре не было недочётов. Его тоже люди составляли. Поэтому – «Читай буквы Санчес, читай внимательно», и он ещё раз просмотрел текст.
– Ну, вот это другое дело,
«….Стороны не несут ответственности, и соглашение считается расторгнутым в случае форс мажорных обстоятельств, как то….»
А дальше следовал список на четверть страницы, который учитывал всё, даже падение астероидов, атаки террористов и поражение программного обеспечения вирусом космического происхождения, но самое интересное – «непреодолимые обстоятельства случайного характера, возникшие независимо от воли сторон».
Кажется, самое то! Саша почувствовал, что свет забрезжил в конце сегодняшнего серого тоннеля, и звонок в дверь, раздавшийся в этот момент, прозвучал для него словно гром среди ясного неба.
На пороге стояла Маша, с сумкой в руках.
– Ой, как хорошо, что ты дома! Саша, я уже волноваться начала, на звонки не отвечаешь, СМС возвращаются. Что случилось, на тебе лица нет?
– Машенька, всё нормально, сначала опоздал, потом телефон накрылся, в лифте, вот, застрял.
– А я-то думаю, до чего же голос похожий, – Маша улыбнулась. – Спускаюсь вниз, а кто-то твоим голосом в лифте разговаривает. Даже не подумала, что ты.
– Что с мамой? – Саша повесил её плащ в шкаф.
– Представляешь, тётя Валя, соседка, которая ей уколы ставила, сама в больницу попала, вот мне и пришлось их делать. Надо курс лечения заканчивать, доктор сказал, прерываться нельзя. Я на всякий случай у неё майонез взяла, вдруг ты не купишь.
– Купил, только в кармане случайно раздавил. Ветровку придётся стирать.
– Ничего страшного, поставим на ночную стирку и автоматическую сушку, и утром я тебе её отглажу, – Маша прошла в комнату. – Ты даже к еде не притронулся, – в её голосе прозвучало удивление.
– Без тебя аппетит пропал, – тут Санчес говорил чистую правду. – О, а это ещё кого несёт на ночь глядя? – в прихожей новь раздался звонок.
В этот раз на пороге стоял курьер в фирменной зелёно-голубой куртке и такой же бейсболке.
В его руках был большой букет белых роз и коробочка, перевязанная лентой.
– Лифт у вас не работает, – парень немного запыхался. – Два наименования по накладной, цветы, букет один, коробка в упаковке сто грамм – одна штука. Проверять будете?
– Да, обязательно, Маша, это тебе, – Санчес протянул коробочку, – открой, пожалуйста.
В этот раз там оказалось именно то, что и должно быть.
– Саша! Я, я так счастлива, – глаза жены светились от радости. – Ты не представляешь, как это замечательно! Цветы, как тогда, десять лет назад! Что же мы стоим в прихожей?!
– Действительно, по этому случаю шампанское! – Саша искоса глянул на телевизор. «Угол падения равен углу отражения». Школьную физику он помнил хорошо.
– Ой, я боюсь, – Маша заткнула уши.
Хлопок, пробка, ударившись в стену, срикошетила и легла точно в левый верхний угол телевизора. Тут же на экране пульта дистанционного управления замигали две красные буквы «ОС» и через секунду появилась надпись – «Коэффициент обратной связи = 0, свяжитесь с оператором, свяжитесь с оператором, свяжитесь с оператором….».
– Поздравляю! – Саша поднял бокал.
О вреде курения
Байка эта обросла многометровой бородой и бродит по просторам нашей необъятной Родины и не только нашей вот уже не один десяток лет. Совсем недавно краем глаза смотрел сериал «Кости» а там…. Зашёл водитель-дальнобойщик в уличный туалет, да и закурил. А зря. Не надо было. Рвануло так, что он вылетел через закрытую дверь. Метан, говорят, взорвался, который образуется при разложении органических отходов.
Впервые я услышал об этом от своей соседки – Юльки. Она тогда училась в медицинском институте и подрабатывала на скорой помощи летом. Вышел я как-то вечером подышать свежим воздухом на улицу, а на лавочке перед подъездом сидит она – Юлька.
– Юль, ты чего такая сегодня не весёлая?
– Да, знаешь, день выдался суматошный какой-то. Бывает же так, дежуришь – и всё нормально, где-то и отдохнуть даже успеешь. А тут, как прорвало. За смену даже чаю попить не успели толком. То женщина прямо в машине родила, то военный звезду проглотил, то мужик зад себе поджарил.
– Юля, с женщиной всё понятно, а вот зачем звезды глотать?
– Это, оказывается, у них, у военных есть такой обычай, чтобы служилось, как положено, надо очередную звезду тоже обмыть, как положено. В стакан наливают водку по самые края и бросают туда звёздочку. Виновник торжества должен выпить весь стакан до дна и зубами ухватить свою звезду.
– Сурово, однако.
– Ну да, – продолжала Юлька – выпить-то он выпил, но или поперхнулся или икнул не вовремя. Короче, звезда застряла в горле. Сначала они хотели вытащить её плоскогубцами, но не получилось. И только потом вызвали нас, скорую. И вовремя. Лор из травматологии потом сказал, что лапка этой самой злополучной звезды была в нескольких миллиметрах от сонной артерии. И могла её проткнуть. Так что незадачливый офицер был в буквальном смысле в нескольких миллиметрах от своей смерти, точнее она от него в виде той самой звёздочки.
– Да, Юля, круто. Не повезло служивому, а зачем голым задом садиться на раскалённую печку – не понятно.
– На печку никто и не садился. Так получилось. Ты же знаешь, где посёлок лесозавода, и кто там живёт?
– Конечно, знаю. Живут те, кто работает на этом заводе. И там частные дома безо всяких удобств.
– Нет, с удобствами, но во дворе. Вот из-за этого всё случилось. Только собрались мы возвращаться на станцию, как вызывает диспетчер.
– Бригада… вы где находитесь?
– Около переезда, возвращаемся на станцию. – Ответила врач.
– Разворачивайтесь и следуйте в посёлок лесозавода улица… дом… Мужчина получил ожёг.
– Какой ожёг?
– Не знаю, не сообщили, приедете – разберётесь на месте. – Ответила диспетчер.
Минут через десять мы уже подъезжали к дому, – продолжала Юлька. – Во двор не заехать, перед воротами свалены дрова, видимо хозяин не успел убрать. Возле калитки нас встретил мальчишка лет двенадцати.
– Пойдёмте, папка на кухне. Собаку я в сарае закрыл. Она вас не тронет.
В небольшой кухне, прямо на лавке на четвереньках и без штанов стоял мужик и матерился, на чём свет стоит.
– Убью, зараза-а-а! Вот только поправлюсь и точно голову оторву-у-у-у!
– Больной, прекратите орать, и скажите что произошло. Иначе сейчас развернёмся и уедем. Понятно?! – оборвала врач.
– Понятно-о-о-о! У, это всё она. – Обожжённый мужик кивнул головой в сторону женщины, что стояла здесь же, возле печки.
– Я комбинезон постирал в бензине, а она, у-у-у-у …. вылила эту мазуту в туалет и мне не сказала. Я ничего не почувствовал, потому, что нос у меня заложило, ну и бросил окурок пока газету читал. Как дало! Я даже не понял, как на грядке оказался без штанов. Вот только зарастёт всё, я тебе покажу!
– Как зарастёт, так сразу и покажешь, а сейчас молчи и стой смирно, как стоишь. Понял? – Рявкнула врач.
– Ага, понял.
– Потом я обработала место вокруг ожога и поставила обезболивающий укол. – Продолжала Юлька. – Однако мужик сам идти не может, а тащить его до машины, у нас сил нет. Хорошо, что в доме напротив, жили родственники хозяина. За ними и отправили мальчишку. Минут через пять на пороге появились два здоровенных хмурых мужика. Страдальца перед их приходом кое-как поставили на четвереньки, на носилки и под живот положили подушки. Зад накрыли простынёй, что дала хозяйка.
– Взяли! – Скомандовала врач. – Да головой вперёд несите, а не задницей! Он ещё живой.
Кое-как носилки развернули на кухне и вынесли во двор.
– Петь, ты, где так влетел? – поинтересовался один из добровольных санитаров.
– У-у-у! Это всё она!
И наш пациент в двух словах рассказал и про бензин и про газету. Лучше бы он молчал. От услышанного, санитары заржали, как ненормальные. И со смеху уронили носилки прямо перед открытой дверью машины. Точно говорят, что беда не приходит одна. Человеку и так плохо, а тут ещё головой об задний бампер.
– Не повезло мужику, – констатировал я. – Наверное, инвалидом остался.
– Нет, там всё нормально. Облезет, и по новой обрастёт. – Продолжала Юлька.– Только вот в носу у меня от запаха палёной шерсти до сих пор свербит.
– Да, Юля, ну и работа же у тебя….
– Работа как работа. Ну ладно, я пошла. Вон, Сашка идёт, билеты в кино, наверное, купил.
На горизонте появился Санёк, Юлькин бой-френд.
Да, действительно – работа, как работа, только отчего-то и я тоже почувствовал запах палёной шерсти. Может Юлькин рассказ впечатлил, а может просто, кто в соседнем дворе мусор сжигал.
О ТеБе
Предупреждаю сразу, никакой лирики. Сплошная физика. И даже не физика, а техника, и причём, техника безопасности, так и называется ТеБе. Читатель спросит – а что же там смешного, ведь речь идёт, как правило, о вещах более чем серьёзных? О здоровье и жизни людей. Но и там бывает и страшно и смешно. О страшном, говорить не буду, не люблю. Мастеров пугать людей и без меня хватает. А вот о казусах, то есть о том, что невозможно предусмотреть никакими правилами или инструкциями собственно и пойдёт речь.
Когда я рассказал одному из своих знакомых, байку о вреде курения в туалете, он сначала рассмеялся, а потом сказал.
– Повезло мужику, что …. не обуглился, а то бы собственная жена уволила без выходного пособия, хотя и пострадал не по своей вине.
– А что, бывает по своей?
– Бывает и так. Ты был на нашем химзаводе?
– Конечно, нас туда на экскурсию возили. Показывали, что такое современное химическое производство.
– Ну и как?
– Впечатляет. Десятки гектаров территории, трубы, трубы какие-то установки, резервуары, факелы.
– Это ещё не всё. У нас был собственный тепличный комбинат и не только он. Так вот, иногда диву даешься, тому, что люди умудряются сотворить по глупости своей. Каждый первый вторник месяца на нашем предприятии проводились дни ТБ для административного персонала и там разбирали все случаи. Кто и что сделал выдающегося за месяц, для того чтобы мы, начальники всех рангов, следили внимательно за исполнением инструкций по охране труда. Но в правилах не всё может быть предусмотрено.
– Даже на вашем особо опасном производстве?
– И у нас тоже. Нельзя, например, запретить бить друг друга огурцом по голове.
– Да ладно…
– А чего ты улыбаешься? В объяснительной записке бригадира на тепличном хозяйстве так было и написано – «удар по лбу рабочему Иванову был нанесён рабочим Сидоровым тупым и тяжёлым предметом (огурцом) в то время когда они играли в догонялки, после чего Иванов был доставлен в медпункт с лёгким сотрясением мозга».
– Это как – огурцом?
– А так. Семенной огурец у нас на теплицах длиной почти метр и кожура у него такая, что её иногда разрубают топором, чтобы достать семена. Два великовозрастных балбеса поиграли в догонялки. Один другого треснул в лоб огурцом да так, что тот получил сотрясение мозга.
– Странно, что там, в голове у него могло стряхнуться?
– Не издевайся. Или, к примеру, нельзя спать в калорифере.
– Где, где?
– В калорифере. Это целая установка. Стоят водяные обогреватели, через которые огромные вентиляторы прогоняют воздух. Этот нагретый воздух идёт в цех. Получилось так, утром дежурный электрик включил вентиляторы, а оттуда полетели лохмотья. Мужику плохо стало с сердцем. Это значит, что тот, кто был в калорифере, превратился в фарш. Крыльчатка больше двух метров в диаметре и моторы очень мощные. Однако обошлось. Только матрац в пять секунд превратился в ветошь, которую разнесло по цеху. Виновник торжества, тот, что работал в третью смену и в это время отошёл по нужде. Потом он объяснял, что всегда там спит, ведь ночью никто отопление не включает! Но то, что произошло в нашем цехе, заставило рыдать весь наш коллектив, особенно его прекрасную половину.
– Да, конечно, женщины у нас добрые и всегда более эмоционально воспринимают чужое несчастье.
– Вот именно, только они-то и больше всего хохотали!
– Как же так?
– Ты давно с людьми работаешь и заметил, наверное, что в каждом коллективе обязательно есть свой Казанова.
– Согласен и не только он. Обязательно есть свой Ришелье – серый кардинал, обязательно есть Пиночет, он же директор, обязательно – свой Жириновский, то есть, оппозиция. И обязательно есть «засланный казачок», то есть обратная связь между коллективом и начальством. Есть свой клоун, есть карлы, буратины и ещё много кто. Все роли распределяются автоматически.
– Вот именно. В нашем цехе Казановой был Гошка. Мужичок и росту не великого, и умом не блистал, а, поди, же ты, успех у женщин имел потрясающий. Или гипнозом брал, или чувствовали они в нём силу мужскую. Надолго, конечно, его не хватало, и Гошка получив своё, быстро терял интерес к предмету недавнего обожания. Он как-то похвалился в курилке, что может уговорить кого угодно. И доказал это на практике. Пока ехали на автобусе со смены домой, уговорил женщину, которая стояла на задней площадке с сумками. Вышел не на своей остановке, проводил её до дома, донёс сумки.
– И что?
– А то, что на следующий день появился на работе с шишкой на лбу. Супруга у него была женщина серьёзная, Гошкины слабости знала, и держала его в ежовых рукавицах. Значит, всё получилось как надо. Шишка тому свидетельство. Так вот, из другого цеха к нам перевелась женщина, дежурным техником. Гошка сразу заходил кругами вокруг неё. Я не сторонник блюсти чужую нравственность, мне и так забот хватает, но только не на производстве и не в рабочее время!
– А почему?
– Потому что опасно для здоровья. Я же говорил, что Гошка мог когда угодно, с кем угодно, где угодно, и из любого положения. Вот именно эти два последних качества сыграли с ним очень злую шутку. Договорился он со своей подругой о встрече в третью смену. Нашли они место в цехе, там, где людей практически не бывает, и занялись любовными утехами. Но, то ли в раж вошли, и слишком увлеклись, то ли вешалка оборвалась у куртки, что висела сзади на трубе. Но в какой-то момент Гошка прилип голым задом к фланцу этой трубы. А там температура далеко за сто градусов! От неожиданности и боли наш сексуальный гангстер взвыл не своим голосом, затем закричала его подруга. Видимо уже от экстаза, да так, что их вопли услышали слесаря ремонтники, что в другом конце цеха меняли задвижки на оборудовании. Народ у нас тренированный на аварийные ситуации и поэтому рабочие быстро натянули противогазы и кинулись на помощь людям, попавшим в беду. То, что они увидели, прибежав на место, их повергло в истерику. Мужики сдёрнули противогазы и попадали от хохота. Гошка стоял почему-то на коленях. Одной рукой он судорожно пытался натянуть штаны, а другой отбивался от разъярённой подруги. Когда же ему, наконец, удалось прикрыть свой зад, он опять с криком сдёрнул брюки. Ниже поясницы у него чётко отпечатались шесть болтов фланца и название фирмы производителя химического оборудования перевёрнутое на сто восемьдесят градусов. Фельдшер из медпункта потом сказала, что за двадцать лет она видела всякое, но чтобы рекламу серьёзной фирмы и в таком месте…
Народ у нас на язык всегда горазд. К Гошке этого случая сразу и намертво приклеилось прозвище Гошка – W…n.
– А что, звучит вполне благородно…
Незваные гости
Достоверность баек такая же, как и анекдотов, то есть – никакая. Однако если придать закону сохранения энергии, так сказать, всеобщий философский характер, – в смысле ничего из «ничего» не берётся и никуда бесследно не исчезает, то и анекдоты, и байки тоже не на пустом месте рождаются.
Спец. мед. служба. Название какое-то страшное и непонятное. Вроде как мед. служба только какая-то специальная. И чем и это она занимается? На самом деле, всё гораздо проще. Спец. мед. служба – это просто другое название вытрезвителя, и всё. Работа как, работа, только грязная, тяжёлая и вредная для здоровья. Но кто-то и этим тоже должен заниматься. Не всем же стихи писать или танцевать в Большом Театре. Однако в обязанности этих людей входило не только вытрезвление не в меру пьяных почитателей Бахуса, но и доставка граждан, так сказать, почивших, в морг. А как же. Скорая приехала, посмотрела, констатировала, и скорая уехала. А тело осталось, и его надо увезти туда, где ему, и положено быть.
Вот и этим тоже занимались работники вытрезвителей. Врач скорой сообщал дежурному в милиции адрес и координаты умершего гражданина, а тот передавал их экипажу СМС (спецмедслужбы). Дальше всё просто – на место приезжают милиционеры с носилками загружаются и доставляют усопшего к месту назначения. Так было и в тот раз. Дежурный наряд получил задание и прибыл по адресу. Этим самым адресом оказался пятиэтажный дом в спальном микрорайоне на окраине города. Панельные пятиэтажки начала семидесятых. Все как китайцы – на одно лицо.
Кое-как водитель нашёл нужный дом и подъезд. Дело было летом. Время позднее и на улице уже никого. А в подъезде только одна лампочка, и то на втором этаже. Уже тогда народ экономил электроэнергию вовсю. Люди сознательные были. А может, просто, кто лампочки выкрутил для личных нужд. Милиционеры с носилками поднялись на пятый этаж. А там тьма, хоть глаз коли. И только одна дверь чуть приоткрыта. Звонок, как обычно, не работает. Для порядка, старший наряда постучал в дверь. А в ответ – тишина. Да и кто может ответить, если хозяин скончался. Милиционеры зашли в квартиру, положили на пол носилки в коридоре.
Дальше я попытаюсь реконструировать события со слов одного из участников.
В комнате под потолком тускло горела только одна лампочка Ильича. Видимо хозяин был человек не из обеспеченных. Старенькая мебель, дырявый половик в прихожей, и в углу облезший от старости чёрно-белый телевизор с комнатной антенной. Тело лежало тут же, на диване, полностью накрытое простынёй.
– Нет, ты посмотри, а?! А мужик-то явно был не промах. Скапустился явно в самом лучшем расположении духа. – Сказал старший наряда своему напарнику.
– Это почему?
– А ты гляди сюда. – И конец резиновой дубинки указал на середину дивана.
– Помер, а эрекция такая, что и живой позавидует. (Умышленно употребляю литературные выражения, ибо сказано было явно по-другому). Первый раз за десять лет вижу такого жмура. Ну, это мы сейчас исправим. А ты иди, постучи по соседям, чтоб за квартирой присмотрели, Хотя тут и тырить-то нечего.
Напарник повернулся, чтобы открыть дверь, а дубинка проехала по мужскому достоинству, чтобы оно, наконец, заняло положение, соответствующее, трагической ситуации. Но тут произошло нечто такое, что бравые милиционеры никак не могли ожидать. Тело с воплем взвилось над диваном. От неожиданности, милиционеры в ужасе метнулись к дверям, но запнулись за носилки и повалились друг на друга, тем самым окончательно отрезав самим себе путь к отступлению. По комнате с дикими воплями и матерками носился здоровенный мужик в одних трусах и майке.
– Вы чё творите такое, мать вашу? А!? Совсем оборзели?!
– Так ты же помер! – Не нашёл ничего лучшего сказать старший наряда, пытаясь выбраться из под упавшего на него сослуживца.
– Тьфу, на тебя! Это ты у меня сейчас помрёшь!
Крики и мат было слышно на весь подъезд. Однако когда напряжение немного спало, выяснилось, что наряд ошибся адресом. Или скорая неправильно передала, или дежурный чего-то перепутал. Только вместо 19/1 экипаж прибыл к дому №19. Эту квартиру снимали супруги совсем недавно. Они ещё не успели обжиться, как положено. Женщина пошла выносить мусор, как она сказала, дверь закрывать не стала потому, что – «на пять минут», ну и зашла к соседке. Её муж в это время уснул на диване, пробуждение которого оказалось неожиданным для всех. И для него, и для незваных гостей. Как говорится – незваный гость хуже…. Да уж куда хуже-то? Но и такое бывает.