Попасть в кошку

Глава 7. Отчий дом

Инга. Клан Снежных барсов Северных лесов

Порог преступили мы с Арааном вместе, дом встретил нас красивой негромкой музыкой и мажордомом, который сухо поприветствовал нас, отчаянно пряча любопытство за отличной вышколеностью.

– Это мама репетирует в малой гостиной, отец наверняка найдется в кабинете, – подсказывала Наала, – дай мне контроль, я проведу тебя к матери.

– Веди, – согласилась я, – только как я буду с ней разговаривать в обличии зверя?

– Так же и будешь, ментальная связь между родственниками работает в любом обличии.

– Ох, мне бы уже перекинуться в человека, хочется нормально разговаривать, – вздохнула я.

– Доберёмся до нашей комнаты и будем там экспериментировать с оборотом.

– Сегодня был безумно тяжёлый день, боюсь представить твои эксперименты.

– Да не бойся, это уже не больно, – не разделила моих опасений Наала.

По дороге в малую гостиную Араан куда-то смылся, видно братец не хотел участвовать в сцене воссоединения семьи или же отправился менять облик. У меня же не было выбора, смена облика для меня сейчас проблематична и займёт долгое время, а таиться в собственном доме Наалы не получится.

Мы подошли к открытым дверям малой гостиной, из комнаты лилась спокойная и красивая мелодия клавесина, от звуков которой моя шерсть немного вздыбилась, когда как в человеческом облике я бы обошлась лишь мурашками, звериный облик определённо вносит свои коррективы.

– Ты готова? – уточнила Наала, и не дожидаясь моего ответа продолжила – тогда вперёд, – скомандовала она, возвращая мне контроль.

Я шагнула в красиво обставленную комнату и замерла на середине. Прерывать Наоми – хрупкую блондинку, обтянутую бордовой тканью платья как второй кожей, не хотелось. Она хорошо играет, по крайней мере, мой врождённый музыкальный слух не улавливал фальшивых нот. Белокурые волосы Наоми искусно собраны в высокую прическу, лишь несколько длинных прядей по замыслу мастера завитками ложились на открытую спину с белоснежной кожей. Спину мама, нужно учиться её так называть, держала прямо, ноги в туфлях цвета платья, не смотря на высокий каблук, порхали по педалям, вовремя переключая тональность.

Если честно, то я залюбовалась, родить троих детей, и сохранить свою фигуру как у молодой девушки для меня было чем-то из ряда вон выходящим. Взять, к примеру, мою родную маму, она родила только меня одну, а фигура расплылась, появился лишний вес, и уже к тридцати годам она была похожа… на меня она была похожа, на гусеницу в обмотках. Этот факт нисколько не влиял на мое отношение к ней, я люблю свою маму не за внешность, а за душу, за её доброе и чуткое ко мне отношение.

– Наала, дочка, ты вернулась! – воскликнула приятным голосом Наоми, развернувшаяся на своем крутящемся стуле ко мне лицом.

– Да, мама, я вернулась, – согласилась я, разглядывая правильные черты идеального "кукольного" личика матери.

– Но где ты пропадала так долго? Отец с братьями прочесали всю территорию клана, но тебя и след простыл возле Одинокой скалы.

– После ваших с отцом новостей мне нужно было всё хорошенько обдумать и принять решение.

– Мы с Парисом всё понимаем, мы не восприняли всерьез слова, что ты нам наговорила тогда. Это решение далось нам нелегко, но мир между кланами столь хрупок, что нужно заручиться поддержкой крупного сильного клана. Ты прости, детка, что миссия по объединению кланов выпала тебе, но дочка одна у нас, сама понимаешь, – объясняла мне Наоми, я же в её словах не чувствовала реального сочувствия.

Все что говорила мне мать чистой воды фикция, игра для одного зрителя, призванная убедить меня в необходимости самопожертвования ради благополучия клана.

– Хорошо, мама, я согласна.

– Да? Правда согласна? – не сразу поверила в услышанное Наоми.

– Я же сказала, что согласна.

– Ты же моя умница, переменилась в лице мама, я знала, что ты не подведешь свой клан! Я должна первая рассказать эту прекрасную новость Парису! – засобиралась Наоми.

– Я пойду к себе, мне необходимо привести себя в порядок.

– Да-да, дорогая, конечно, иди, – Наоми меня почти не слышала, выходя из гостиной, все её мысли теперь занимали другие заботы.

– Наала, куда? – устало и разочаровано спросила я.

– Давай опять я проведу.

– Давай, – согласилась я, отстраняясь.

– Смотрю, наша мамочка тебя не впечатлила, – хихикнула Наала.

– Не ожидала от матери такого холодного приема после нескольких дней отсутствия.

– Для кошек это нормально, мы можем надолго пропадать в лесу, и никто не переживает, потому что мы сами можем позаботиться о себе.

– И всё равно, я не привыкла к таким отношениям.

– Ещё привыкнешь, – веселилась Наала, а я на неё за это даже не злилась.

По итогу моя комната находилась на втором этаже по правую сторону. Наала подошла к двери, выполненной из белой древесины, и встав на задние лапы приложила переднюю лапу к панели рядом с дверью, похожей на ту, что я видела в портальной комнате. Только на этой панели не было кнопок, а только два углубления: одно в виде отпечатка кошачьей лапы, другое в виде отпечатка человеческой руки. В двери тихо щелкнуло, и она приоткрылась, Наала нырнула вовнутрь, подула на стоящий у входа узкий металлический цилиндр, от чего комната осветилась мягким магическим светом, исходящим от светильников, плавающих под потолком. Затем опять привстала на задние лапы и снова приложила правую лапу к отпечатку кошачьей лапы на панели, но уже с внутренней стороны комнаты. Дверь тихонько закрылась, щёлкнул замок.

– Теперь мы дома, можешь осваиваться, – удовлетворённо пробормотала Наала, возвращая мне тело.

Я и начала осваиваться. Обстановочка комнаты производила впечатление кукольного домика, все в розовых тонах, рюшечках, салфеточках, мимимишных подушечках, цветочках и прочей девичьей дребедени. Огромный гардеробный шкаф во всю стену, выдавал в Наале ту ещё модницу, хотя… Что я знаю о настоящих принцессах, чтобы так с нахрапа судить?

Туалетный столик с большим овальным зеркалом, вставленным в резную воздушную раму из светлого дерева, заполняло огромное количество разных стеклянных флаконов и керамических баночек. Рядом пристроился мягкий розовый пуф, укрытый белой ажурной салфеткой. Широкое окно, почти во всю стену, выходило на внешнюю сторону дворца, из него открывался вид на ближайшие особняки и далёкие холмы, покрытые деревьями и снегом. Кровать, (вот кто бы сомневался!) с розовым покрывалом и балдахином стояла почти посередине комнаты, занимая львиную долю свободного пространства.

– Там уборная? – спросила я Наалу, кивнув на неприметную дверь.

– Ага, – без энтузиазма отозвалась кошка.

– Ладно, остальное изучу потом, давай начнем превращение! Командуй!

– Для начала лучше лечь на кровать.

Я подошла к кровати, но в последний момент вспомнила, что я бродила по лесу, ела сырого глипана прямо с земли, пачкать кровать не хотелось, поэтому я легла на ковер.

– Я готова.

– Хорошо, – теперь расслабься, закрой глаза и представь себя человеком.

Я послушно закрыла глаза и представила себя человеком:

Вот я стою перед зеркалом в коридоре своей квартиры. Округлое лицо, пухлые губы, русые прямые волосы до плечей, чуть вздёрнутый небольшой нос, россыпь веснушек на щеках. Ярко синие глаза. Бесформенная тёмно-синяя туника, большая грудь…

– Что-то не так! – ворвалась в мое мысленное воспоминание Наала, – ничего не выходит.

– Я все делала, как ты сказала, представляла себя человеком.

– Каким? – ехидно спросила Наала.

– Обыкновенным, как я себя каждый день видела в зеркало.

– Ну, конечно! Нужно представлять себя принцессой Наалой, а не Ингой!

– Как я буду себя представлять Наалой, если я её ни разу в жизни не видела?

– Логично, – протянула Наала, – тогда остаётся только один способ.

– Какой?

– Родовое кольцо, оно помогает котятам в их первых оборотах.

– И где это кольцо?

– Твоё должно быть у тебя в розовой шкатулке на столике, – отрапортовала Наала.

– Отлично, – пробормотала я, поднимаясь с ковра и направляясь к туалетному столику.

Я надеялась по-быстрому найти эту розовую шкатулку, но встав на задние лапы, и обозрев выставленные богатства, я растерялась.

– В какой шкатулке, Наала! Здесь практически всё розовое и шкатулок штук пять, не меньше. А у меня пальцев нет, каждую открывать!

– Успокойся! – осадила меня кошка, – вон та слева с цветочками у самого зеркала, оно должно быть в ней.

– И как я его достану? – вопила я, на грани паники.

– Лапами Инга, лапами.

– Как лапами?

– Ну что ты заладила!!! Я сама достану, дай контроль.

Я отдала. Наала не церемонясь, столкнула нужную шкатулку со стола, заодно повалив несколько флаконов и разбив какую-то баночку с густой жидкостью. Шкатулка рассыпала свое содержимое на мягкий ковёр, Наала зубами выхватила массивное кольцо с прозрачным камнем в середине.

– Это оно, перехватывай контроль, ложись и надави чуть сильнее на камень.

– Я легла и послушно сдавила зубами камень, переживая, чтобы он не раскололся.

Глава 8. Снова человек

Камень не раскололся, вместо этого я почувствовала, будто меня растягивают в разные стороны. Раньше пытали так – растягивали на дыбе. Не скажу, что было больно, но неприятно не то слово. Голова закружилась, перед глазами заплясали темные круги, тело продолжало растягивать, выворачивать и корежить. Это время для меня показалось вечностью, хотя Наала утверждает, что трансформация занимает около двух минут.

Постепенно все неприятные ощущения прошли, я осторожно подняла к глазам руку. Руку! Да! Теперь это была рука, миниатюрная, изящная, с длинными пальцами и нежной кожей цвета слоновой кости.

Во рту я до сих пор сжимала кольцо, но теперь я его могла спокойно извлечь тонкими пальцами человеческой руки и надеть на левый средний палец.

– Ты долго ещё будешь валяться на коврике? – подначивала меня Наала, – тебе разве не хочется взглянуть на свой человеческий облик?

– Хочется, конечно, – ответила я нахальной кошке, неторопливо поднимаясь с пола.

Большое зеркало в ванной комнате отразило мое новое тело во всей его нагой красе. На меня смотрела стройная, небольшого роста белокурая красотка. Длинные волосы спускались до живота прикрывая небольшие, по сравнению с моими прежними, холмики грудей. Узкая талия переходила в покатые аппетитные бедра. Прямые стройные ножки наверняка разбили не одно мужское сердце, впрочем, как личико – сердечком, небольшие пухлые губки и огромные голубые глаза, обрамлённые густыми ресницами.

– Вот ведь! – выругалась Наала.

– Что такое? – отвлеклась я от разглядывания новой себя.

– Глаза у тебя голубые, а у Наалы, как и у других представителей рода вожака, глаза серые!

– Не велика разница, – пожала я плечами, – с таким отношением ко мне родственников они даже и не заметят разницы.

– Родители и младший братец может, и не заметят, а вот Ваал подмечает самые незначительные мелочи.

– Тогда пусть Ваал, раз такой умный, сам и придумает, почему у меня глаза изменили цвет. Я же глупая принцесса, способная только облегчить родителям жизнь, вступив в политический брак.

– Старший братец прекрасно осведомлен о незаурядных способностях и хитрости Наалы, – развеяла мои надежды кошка.

– Но не думаю, что смена цвета глаз будет веским аргументом в пользу того, что тело его сестры занимаю теперь я. Никому эта идея даже в голову не должна прийти.

Во время разговора с Наалой я смотрела на тело принцессы, свыкаясь с мыслями и ощущениями. Мне не было стыдно, хотя на теле не было ни единой нитки. Это я своего родного тела стеснялась, не могла смотреть на себя раздетой, чувствуя лишь отвращение и временами ненависть к самой себе.

– Пора бы одеться, – сообщила я кошке, – помогай выбирать то, что обычно надевала моя предшественница.

– С этим просто, – довольно хохотнула Наала, – наша принцесса редко одевала один и тот же наряд два раза. Поэтому левый шкаф – одежда новая, правый – один или два раза одетая.

– Так какой выбрать? – засомневалась я.

– Бельё в комоде, а одежду… одежду бери из новой, а то родственничкам сегодня и так потрясений хватит, – подсказывала мне моя вторая половина, а я чувствовала себя полнейшей неумехой.

Открыв ящики с бельем, я уставилась на многообразие форм, расцветок и тканей. Внешне нижняя часть женского белья очень сильно походила на привычную земную. Если учесть, что стрингов, танга и совсем крошечных прозрачных трусиков в составе содержимого ящиков я не обнаружила, то можно считать, что такая мода до этого мира пока что не доходила. Честно признаться, я откровенное бельё никогда не носила, сами понимаете, фигура не располагала. Так что нынче можно начать с миловидных кружевных трусиков цвета беж. Такой цвет подойдёт под большинство вещей, раз уж выбор гардероба я начала с белья.

Натянув трусики, я почувствовала себя чуть лучше, не привыкла я голышом расхаживать, пусть даже и в одиночестве. Моя внутренняя кошка молчала, предоставив мне полный выбор. Я не могла пока ей полностью доверять, мало ли что может быть у неё на уме, но и другого более близкого и достоверного источника информации у меня до сих пор ещё не было.

В своих мыслях я исследовала верхнюю часть женского белья, представляющую собой мини-корсет, застегивающийся на небольшие крючочки спереди. И там я подобрала кружевной лиф, больше всего подходящий к моим трусикам. Справившись с крючками и стянув свою грудную клетку, я переместилась к левому шкафу, где, по словам Наалы, размещалась новая одежда.

В шкафу на плечиках, выполненных в виде палки с крючком, размещалось не менее двух дюжин нарядов. Ярлыков, этикеток и других отличительных знаков новой одежды от не совсем новой, на нарядах не имелось. Среди них встречались всевозможные платья, блузы, юбки, брюки, туники и жакеты. Кошку беспокоить не хотелось, в конце концов, мне нужно учиться самой принимать решения, без оглядки на вторую часть, да и на саму принцессу. Первое время я, конечно, постараюсь максимально походить на Наалу, но постепенно стану самой собой.

Пробежав в десятый раз глазами и руками по нарядам, я остановила свой выбор на персиковой воздушной тунике с рукавами три четверти и коричневых облегающих брюках. Примерив, я осталась полностью довольна своим внешним видом, стоя перед зеркалом босиком. Обувь нашлась там же, в нижней части шкафа, она стройными рядами занимала две нижних полки. Туфли как на подбор имели высокий каблук или танкетку, обычных балеток, шлепок и тем более милых моему сердцу и ногам кроссовок не наблюдалось и в помине. Повздыхав над тяжкой участью попаданки, я выбрала босоножки на танкетке персикового цвета. Выбрать – это полбеды, страшнее это моя походка от бедра в непривычной обуви. В данной ситуации даже маленький вес тела не сильно помогал. Кошка пару минут честно пыталась приглушить рвущиеся смешки, но, не добившись успеха, таки расхохоталась в полный голос.

– Сама бы попробовала! – зло рявкнула я на Наалу, – кто только придумал эти ходули!?

– Я и пробовать не горю желанием! Наала на каблуках летала как птичка, будто их вообще не существовало. Но ты же, ты, Инга, как медведь! Тело одно и то же, а как разительно отличается наполнение…

– Я не выбирала куда попасть! – вскипела я от обидных слов, хотя в другой мир и правда переселиться хотела.

Во мне вдруг поднялась застарелая обида на всех, кто считал меня недостойной, толстой и некрасивой. Пусть я теперь совершенно в другом мире и выгляжу как модель с глянцевой обложки, душа всё помнит и продолжает переживать.

– Вообще меня никто не спрашивал, прежде чем вытащить из своего тела и зашвырнуть черт знает куда! – зло бросила я.

– Ты чего? Я тоже не выбирала, чтобы Наалу заменила ты, но я же не ору как потерпевшая, а наоборот, помогаю тебе, – попыталась вразумить меня Наала.

– Но это не ты попала совершенно в чужой мир, в чужое тело и чужую семью!

– Ты права, не я. Но я считала тебя сильной и мудрой, а ты истеришь, как маленький котенок на первой охоте.

Слова кошки охладили мой пыл быстрее, чем ведро ледяной воды, заставив прекратить упиваться своей слабостью и прийти в рабочее состояние.

– Нервы, – попыталась спокойно улыбнуться я, глядя в зеркало, – сегодня слишком странный и насыщенный событиями день. Быть может, я завтра проснусь в своей кровати и всё произошедшее посчитаю нереально красочным и интересным сном.

– Пока ты не проснулась, придется играть роль принцессы. Соберись и попробуй ещё раз пройтись, не перенося весь свой вес на пятки. Представь, что идёшь на носочках с крутой горки, и она постоянно попадает тебе под пятки.

– Любопытное сравнение, попробую.

Я собрала всё своё мужество, выбросила мысли об усталости из головы, сосредоточилась и пошла … Не как птичка точно, но и не как слон или гиппопотам.

– Гораздо лучше, – подбадривала меня кошка, попутно давая своевременные и нужные советы.

– А ты очень даже ничего, когда рядом нет огромных котов, мы с тобой могли бы подружиться, – искренне отметила я.

– Вот ещё, – вдруг фыркнула кошка, – много ты обо мне знаешь! Я, не имея выгоды, не стала бы тебе помогать.

– Ага, точно, – подтвердила я, вспомнив наш уговор, – только мне почему-то не верится.

– Верить – не верить, это твоё дело, меня это не трогает.

– Ладно, недотрога, где взять расчёску?

Глава 9. Семейный ужин

К ужину я спускалась, как настоящая принцесса, пусть не в бальном платье со сверкающей диадемой в волосах, но с прямой спиной, высоко поднятым подбородком и маской надменности на лице. Моя так называемая семья в полном составе собралась в малой гостиной, где маман изволила недавно репетировать. Поэтому у моего провального шествия, когда я, зацепившись каблуком за ступеньку, чуть не полетела вниз со скоростью звука, свидетелей не было.

Немного задержавшись и восстановив ритм сердцебиения, я гордо процокала по каменному полу к собравшимся.

– Вот и наша потеря в целости и сохранности решила почтить свою недостойную семью присутствием! – язвительно возвестил старший брат Ваал, держа в руке почти пустой бокал с остатками янтарной жидкости.

– Наала! – теперь отец отвлекся от интересного разговора с маман, – ты всех нас заставила волноваться, где ты была?

Мне показалось или в его голосе действительно прозвучали нотки беспокойства?

– Это долгая история, отец, – только и ответила я.

– Нам всем очень хочется услышать твою долгую историю, предлагаю приступить к ужину, – отсрочила немного допрос маман.

– Всех прошу к столу! – распорядился на правах хозяина дома отец.

Первым прошмыгнул на выход из гостиной молчаливый Араан, за ним чинно процокала каблуками Наоми в сопровождении отца. Ваал нарочито небрежно поставил прозрачный пустой бокал на инструмент, неуловимым движением взял меня под локоток и потянул на выход.

– Ты пахнешь по-другому сестрёнка, – прошипел он мне на ухо, втянув мой запах у шеи.

От его низкого голоса пробежали мурашки, и моя кожа покрылась гусиными пупырышками.

– Вздор! – нарочито весело сказала я, – где ты видел, чтобы запах можно было поменять? Или ты хочешь сказать, что я не твоя сестра?