Шепот души

Глава 13. Нина

Она пришла домой и потрогала горячую трубу в ванной: без изменений. Все такая же холодная. Не то чтобы она надеялась, что труба прочистится сама собой, но никто не мешал ей верить в лучшее. И вообще, пора было начинать с этой трубой что-то делать.

Прежде чем вызвать мастера, она написала сообщение своему другу. С Михаилом они познакомились на обучении, потом даже какое-то время вместе арендовали помещение. Он часто писал ей, реже – звонил, но так или иначе с завидной регулярностью появлялся в ее жизни. Проявляя к Нине повышенный интерес, он всегда оставался в тени, и что скрывалось за таким поведением, она до конца не понимала.

Весь тот год, что они были знакомы с Михаилом, он посылал ей двусмысленные сигналы, которые, с одной стороны, можно было интерпретировать как знаки внимания, а с другой стороны – как ничего не значащие воздушные полунамеки. Как и все одухотворенные и загадочные личности, он вечно в чем-то сомневался, все время находился в каком-то подвешенном состоянии, и состояние это распространялось на все сферы его жизни.

Он сомневался в выборе работы, в своих отношениях, часто не знал, как поступить в той или иной ситуации. Кроме того, он выражал свою симпатию по отношению к Нине запредельно осторожно: так, что нельзя было разобрать, то ли это флирт, то ли стремление сохранить полезный контакт на будущее, а вдруг пригодится? По вечерам он писал ей разнообразные, изобилующие комплиментами сообщения, а встретиться почему-то не предлагал. За весь год они всего дважды выпили кофе после работы, хотя и работали в одном кабинете.

Михаил находился в вечном поиске идеальной клиники, где его услуги психотерапевта были бы оценены по достоинству, и чтобы он не переутомлялся. Внеурочная работа с клиентами его истощала и выматывала. Нина сочувствовала ему, так как он в одиночку тянул семью и детей: его жена не проработала ни дня в своей жизни, потому что ей это было неинтересно.

– Может, ты как-нибудь попробуешь поработать? – тихо спрашивал он, подкатывая глаза кверху.

– А зачем? – отвечала Элла, и разговор на этом заканчивался.

«Нет, ну я не понимаю, – жаловался как-то Михаил на свою жену, – как это можно прожить всю жизнь и ничем не интересоваться?» В ответ Нина тактично молчала и кивала головой: он неглупый человек, сам сделает выводы. В конце концов, что она могла ему ответить?

Отношения с Эллой было сложно описать конкретными терминами и дать им какое-то определение. Нина терялась в догадках: любил ли Михаил свою жену или из последних сил терпел ее присутствие в своем собственном доме? Испытывал ли он к ней глубокую привязанность, которая сформировалась за двадцать лет брака, или чувство благодарности, потому что она родила ему детей? Или мучился от безысходности, потому что не мог от нее избавиться?

Михаил часто изливал Нине душу, делился семейными тяжбами, и в такие моменты ей казалось, что они действительно по-настоящему близки, ведь только с друзьями обсуждают такие глубоко личные темы. Правда, иногда его поведение свидетельствовало в пользу того, что они с ним больше, чем друзья: он провоцировал Нину на откровенные диалоги о чувствах, о переживаниях, об отношениях, задавал наводящие вопросы. Несколько раз звал ее в кино – правда, в последний момент все отменял. Пару раз дарил цветы – и надолго пропадал, и так все время в течение года.

Все, что Нина знала о его семье, сводилось к тому, что Элла раздражает его, но бросить он ее не может из-за детей: Михаил не способен испортить им жизнь, не вправе лишить их внимания. Фактически он являлся для них и папой, и мамой – обеспечивал семью, всячески развивал детей, возил на их кружки, возился с сыном в гараже, сопровождал дочку на соревнованиях, а жена все это время занималась тем, что делала репосты конкурсов в соцсетях.

Нина догадывалась, что Элла не слишком уж интересна ему как личность и не слишком уж привлекательна как женщина. Возможно, она казалась ему необычной, интригующей дамой в самом начале, но потом интрига куда-то исчезла, как часто происходит в семейной жизни. Со стороны их брак выглядел как союз жертвы и паразита, хотя Михаил сам пожертвовал своим благополучием, счастьем и свободой ради семьи, и это был его добровольный и осознанный выбор.

Как-то раз они с Ниной после работы зашли в кофейню. Весь этот вечер Михаил заказывал себе напитки еще и еще, как только заканчивалась предыдущая чашка кофе – ему несли следующую. Как будто пустая чашка кофе могла стать поводом для расставания: вдруг Нина сейчас вскочит и убежит, оставив его в одиночестве! А это одиночество словно было для него непереносимым испытанием, вечной мукой. Эта деталь не осталась незамеченной, и Нина подумала: видимо, дома ему настолько плохо, что он не хочет туда возвращаться.

– Ты не думал развестись? – в лоб спросила она, так как не любила всех этих расшаркиваний, недомолвок и намеков.

– А как я брошу детей? Я же с ними семь дней в неделю. Это невозможно, я не прощу себе.

Нина закрыла для себя эту тему и не желала поднимать ее в дальнейшем. Каждый человек сам делает выбор: жить для себя или для других. Михаил, конечно, являлся образцовым папой и примерным семьянином, и она уважала его за это. Кроме того, он был хорошим профессионалом, замечательным и чутким специалистом. Но поскольку он сам посадил себе на шею Эллу и сам принес себя в жертву, ей было его совсем не жаль.

Конечно, Михаил ей все еще нравился. Нравился как человек, как единомышленник – у них было много общего. Его внутренний мир казался ей чем-то безграничным, вроде Нарнии с временными порталами, заколдованными замками и извилистыми лесными тропами, окутанными туманом. Она ждала каждого его звонка и сообщения с восторгом и энтузиазмом, радовалась каждой встрече, как ребенок, которому подарили коробку с сюрпризом. После одной-единственной беседы за чашкой чая она выносила с собой множество инсайтов, которые осмысливала потом еще долгое время.

Вскоре такое общение стало для Нины незаменимым. Михаил нравился ей, но все свои эмоции она держала при себе и наблюдала, что из этого выйдет. В начале любых отношений она старалась занимать аналитическую позицию, и это уберегало ее от ошибок, ненужных влюбленностей, от преждевременного очарования людьми и от болезненного разочарования. К тому же она не теряла надежду, что, возможно, когда-то в далеком будущем он одумается и разведется, и тогда они смогут попробовать что-то построить вместе. Кто знает? Может, они бы стали отличной парой.

Вступать в отношения с женатыми мужчинами Нина не хотела и не могла. Запрет такого рода вовсе не был продиктован религиозным контекстом, чувством брезгливости или знаниями семейной психологии, хотя все эти соображения она находила в той или иной степени верными. Некий внутренний советчик указывал, что не стоит этого делать – и все, а может, она просто не хотела оставаться на скамейке запасных. Это бы противоречило ее логике, здравому смыслу и самоуважению.

Нина не хотела становиться громоотводом или костылем для спасения чужой семьи, не хотела быть использованной и выброшенной за борт после того, как у них с Эллой все наладится, – а у них с Эллой точно все наладится после того, как Михаил заведет роман на стороне. Для Нины это было очевидно как день.

Михаил оставался для нее хорошим другом, но серьезных планов относительно него она не строила. Весь ее восторг и воодушевление, как правило, оставались за кадром. Нина не торопила события – ей было рядом с ним хорошо и приятно. Они вместе погружались в разговорах на одну и ту же глубину, понимали друг друга с полуслова. Этого было вполне достаточно – по крайней мере, до того момента, пока не засорилась труба.

«Представляешь, мы с дочкой остались вчера ночью без горячей воды. Грела тазы, чтобы искупаться. Теперь надо вызывать сантехника», – поделилась она.

«Это не женская работа», – ответил Михаил и сменил тему.

Фраза «это не женская работа» мгновенно отрезвила Нину и избавила ее от лишних иллюзий. С тех пор очарования в ее друге заметно поубавилось, а его «магические свойства» день за днем таяли, как дым. Да, ей было грустно. Но все вышло так, как вышло, и она не видела смысла все это прокручивать в голове туда-сюда, как заезженную пластинку. Она действительно не понимала, как можно видеть в мужчине – мужчину, если он сначала осыпает тебя комплиментами, дарит букеты, а потом равнодушно смотрит на твои проблемы и самоустраняется.

Разумеется, Михаил был вовсе не обязан ей помогать: для того, чтобы чинить сантехнику, у него имелся свой дом, а в этом доме жила его семья. Это были те люди, которым он должен помогать, а всем остальным он ничего не должен. Вот только Нина подсознательно ждала именно этого – что он предложит ей хоть какую-то посильную помощь. Не надо мчаться через весь город, засучив рукава, но можно хотя бы сделать вид, что тебе не все равно. «Видимо, такова моя ценность, что даже делать вид не нужно», – решила она.

Лежа в кровати и ворочаясь с боку на бок, Нина думала, почему Михаил выбрал путь жертвы? Он ведь мог выстроить свою жизнь совершенно иначе, он ведь хороший, хотя и несчастный человек. Кто ему виноват, что он несчастен?

Перерыв между рождением первого и второго ребенка у них с Эллой был достаточно большой, и за этот промежуток времени, при большом желании, они могли бы получше присмотреться к друг другу, сделать выводы и разойтись, если уж и правда все так плохо. Могли бы, но не хотели. Эллу устраивала такая жизнь – а Михаил оказался порядочным мужчиной и не мог ее бросить.

Итак: если вы слишком надежны, и на вас во всех вопросах можно положиться, если вы крайне ответственны и предельно благоразумны, то рано или поздно со всех сторон вас начнут облеплять люди-паразиты. Они будут убеждать вас, что теперь вы должны решать их проблемы. И пока вы не научитесь выстраивать границы, они будут гроздьями висеть на вас, высасывая все силы и всю энергию.

Удивительно, но факт – одни и те же люди могут грамотно выстраивать отношения на работе, не взваливать на себя лишнего, отказываться от переработок, но у себя дома превращаются в тряпку. Нина знала множество таких примеров, и Михаил красочнее всех иллюстрировал этот случай.

∞

Утром ветер ворвался в комнату и начал стучать рулонными шторами о стекла. Нина проснулась. Размешивая сахар в кофе, она просматривала сообщения и записывала дела в ежедневник. Михаил ничего не писал, и Нина почувствовала грусть, а затем – облегчение. В план на день нужно было втиснуть еще и сантехника. Ну что же? Она справится. Телефон дежурного мастера по дому у нее остался, надо только договориться о встрече.

Михаил самоустранился, хотя накануне пел ей дифирамбы: какая она уникальная, необычная, не похожая на всех остальных женщин… Месяц назад в кофейне застенчиво, как школьник, трогал ее руки. А когда пришло время выполнять мужские функции, он четко обозначил свою позицию – это не женская работа. Нина усмехнулась: просто это были не те мужские функции.

Таким образом, выходит, что у Михаила на работе с границами проблем нет. Да и с ней, с Ниной, он ловко расправился, можно только поаплодировать. Почему же он допустил такую ситуацию с женой? Потому что не мог на нее повлиять? А может, просто не хотел?

Сажая на шею таких персонажей, как Элла, он тоже удовлетворял свою какую-то глубинную потребность – быть нужным, быть важным в чьей-то жизни, быть незаменимым, быть значимым… Поэтому он с ней никогда не расстанется – ведь Элла делает его счастливым. Не в прямом, конечно, смысле, а в переносном. Он завел себе жену – хомячка с отрезанными лапками, который без него в буквальном смысле не выживет. Никому и никогда он не будет так необходим, как ей. Для нее он – боженька, светило, и пока Элла будет на него молиться, боготворить, изводить капризами, как третий ребенок в его семье, устраивать ему сцены ревности, он будет чувствовать, что живет полной жизнью.

Вскоре проснулась Илона, она сонно протопала на кухню, помахала Нине рукой и направилась в ванную. На кухне зашумел чайник, а в ванной из крана полилась вода. Нина достала из холодильника хлеб, сыр, колбасу, овощи и стала делать дочке бутерброды. К ее возвращению тарелка с бутербродами уже была готова.

– Мааам, – сонно протянула Илона, откусывая бутерброд и запивая его чаем, – а воду скоро починят?

– Не знаю, надеюсь, что сегодня. Буду звонить им.

– Да че-то холодно умываться. Брр.

– Угу. Сколько уроков сегодня?

– Шесть.

– Что тебе сегодня снилось?

– Не помню. А тебе?

– Работа…

Дочка убежала в школу, а Нина созвонилась с сантехником. Он пообещал приехать к 16:00, и она решила, что это хорошо: если ему придется потом идти докупать какие-то запчасти, все магазины будут еще открыты.

Перед работой ей захотелось принять ванну и помыть голову. А для этого, хочешь не хочешь, надо греть тазы. Она вскипятила электрический чайник, затем нагрела три кастрюли и вылила все это в ванну с пеной, разбавив холодную воду из крана кипятком.

Лежа в горячей воде, Нина перебирала в памяти лица людей, которыми она больше всего дорожила, и которым ей сложнее всего было отказывать. Пара близких подруг, мужчины, которых она любила, и, конечно же, родители. Если человек вам дорог и вы не хотите его ранить и тем более испортить с ним отношения, вы будете продавливать свои границы, наступая себе на горло, пока не научитесь их держать. Легче всего выстраивать границы с теми, кого не жаль потерять.

Нина поняла, что Михаил никогда особо не боялся потерять ее – пусть так, но, в конце концов, это можно пережить. И тут она с удивлением обнаружила, что тоже готова его потерять. Как и он ее, без сожаления.

Причиной их размолвки стали границы17. Границы – вообще штука странная, и пару веков назад, например, такого понятия даже не существовало. И, чтобы ощутить их, прежде всего нужно учиться осознавать, как с вами можно обращаться, а как – нельзя. Но даже осознание и обретение навыка говорить об этом не избавит вас от всех проблем.

На первый взгляд, границы выстраивать трудно потому, что здоровые они далеко не у всех, и, встречая на своем жизненном пути разных людей, можно столкнуться с неадекватной реакцией на абсолютно, казалось бы, естественные вещи. Например, вам больно, потому что вам уронили утюг на ногу, и вы просите человека больше так не делать, но это может как-то глубоко и лично задеть его, а также вызвать у него бурное возмущение: «Какой утюг? О чем вы говорите?», «Вы все драматизируете!» или даже так: «Вам просто показалось!».

Нина была уверена: скажи она Михаилу о том, что чувствует, что она ждала его помощи и нуждалась в нем, он бы даже не понял. Или притворился бы, что не понял. Иногда очень выгодно не понимать.

А вторая трудность выстраивания границ заключается в том, что их не существует в голом виде. Границы выстраиваются всегда в отношениях с другим человеком. Имея слишком жесткие границы, вы рискуете остаться одни. К тому же некоторые виды отношений, например, детско-родительские, любовные (в частности флирт), а у многих – даже отношения с начальством и коллегами по работе, переполнены теми или иными скрытыми или явными манипуляциями. Соответственно, с теми, кто имеет высокую чувствительность к нарушению личных границ, все эти манипуляции не сработают. У начальника не получится подарить вам подарок и за это эксплуатировать вас в нерабочее время. У поклонника не получится наобещать золотые горы, провести с вами ночь и исчезнуть. Но зато вполне удачно получится впихнуть ложку каши в рот несговорчивого ребенка, припугнув его бабайкой.

Поскольку у Нины эмоциональная чувствительность была сильно развита, и она давно вышла из того возраста, когда ее можно было припугнуть бабайкой и заставить делать что угодно, она хорошо понимала, что происходит. Михаил держал свои психологические границы под контролем и в свой мир никого не впускал. Однако для Нины общение с понравившимся ей мужчиной теперь заканчивалось быстро, если он поступал не по-мужски.

Само собой вышло так, что ситуация с засорившейся трубой развела пути Нины и ее друга в разные стороны, и после того случая они не пересекались. Как-то раз Михаил предложил ей поучаствовать в проекте, провести вместе обучающий курс, Нина отказалась, а затем их общение сошло на нет.

Согреваясь в ванне, Нина похвалила себя: если бы она продолжила с ним общаться, получилось бы нечто подобное, как с Валерой. Брак научил ее многому, и границам в том числе. Любить в одностороннем порядке, страдать и мучиться она больше была не готова.

За наличие здоровых границ люди порой платят своим дискомфортом, конфликтами, чувством тревоги и даже иногда одиночеством, и это нормально. Главное, не перегнуть палку и не превратиться в изгоя. И в этом Нина тоже видела зерно истины – кому нужны ваши границы, если вы в конечном итоге останетесь одни? Во всем нужен здравый смысл.

Глава 14. Алиса

Здравый смысл подсказывал ей, что не стоит безрассудно тратить деньги, но как только на пороге появлялся Коленька, она забывала все данные себе обещания. Алиса старалась покатать сына на всевозможных аттракционах, покупала ему все игрушки, которые он пожелает, а когда он уезжал, считала копейки до зарплаты.

Сегодня выдали аванс, пусть небольшой, но это хорошо. Пока Коленьки не было рядом, Алиса решила спланировать расходы. На пустой полке над старым советским секретером она разложила наличные по кучкам: на оплату коммунальных услуг, на развлечения для сына, на еду и… на один сеанс психолога. Как она будет оплачивать следующий, она не представляла: аванс уйдет на необходимые нужды, а зарплата – на аренду жилья.

И все же, несмотря на свою финансовую беспомощность и эмоциональную уязвимость, Алиса чувствовала прилив сил. Эти силы понемногу стали возвращаться к ней после переезда на съемное жилье. Правда, первые недели оказались для нее самыми тяжелыми: каждый день ее окружала пустота, бессмысленность и беспросветная тьма. Но, похоже, сейчас тьма стала рассеиваться, а впереди забрезжил рассвет.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

1

Центральная гетерохромия глаз – это редкое состояние, при котором центральная часть радужной оболочки имеет отличный от окружающей ее части цвет.

2

Супервизор в психологии – это опытный специалист, который оказывает профессиональную наставническую поддержку другим коллегам.

3

Тень в психологии – часть личности, представляющая собой совокупность неприемлемых, осуждаемых или порицаемых качеств.

4

«Она» – художественный фильм С. Джонза, выпущенный в 2013 г.

5

Ресурс в психологии – это совокупность позитивных явлений в жизни, личности и окружении человека, которые питают его позитивное самоощущение.

6

Слияние – защитный механизм психики, при котором человек теряет свои границы в отношениях с другим и начинает жить чужими потребностями, чувствами и ожиданиями, забывая о своих собственных.

7

Расщепление в психологии – защитный механизм, возникающий в результате психотравмы, вследствие которого человек делит объекты или людей на «хорошие» и «плохие», «черное» и «белое», «друзей» и «врагов».

8

Термин «достаточно хорошая мать» ввел американский педиатр и психоаналитик Д. Винникот.

9

Абьюзер – тот, кто осознанно или неосознанно использует приемы насилия (психологического, физического, эмоционального, финансового, сексуального, интеллектуального и др.).

10

Соматизация – термин, обозначающий процесс преобразования психологического конфликта или эмоционального состояния в физические симптомы.

11

Сепарация – процесс эмоционального отделения ребенка от родителей, приводящий к тому, что отношения трансформируются из иерархически неравных, детско-родительских, в отношения взрослого со взрослым.

12

Слияние – защитный механизм психики, при котором человек теряет свои границы в отношениях с другим и начинает жить чужими потребностями, чувствами и ожиданиями, забывая о своих собственных.

13

Созависимые отношения в психологии – это тип межличностных отношений, в которых один партнер (или оба) испытывает чрезмерную привязанность к другому, что приводит к нарушению эмоционального баланса, истощению и дисфункции.

14

Поле в психологии – жизненное пространство, совокупность всех факторов, влияющих на человека в данный момент. Концепцию поля ввел основоположник современной социальной психологии К. Левин.

15

Дерьмо случается (англ.).

16

Анимус – термин, введенный К. Г. Юнгом, означающий мужскую часть в психике женщины.

17

Границы – это осознание собственного «я» как отдельного от других людей, а также признание других людей носителями собственного «я».