(Не)чужая семья

ГЛАВА 3

Эми и сама не заметила, что уснула, свернувшись на противоположной стороне дивана. Проснулась Эми резко, стремительно.

Который час? Непонятно. Зато вместе с ней открыл глаза и Дымов.

Изменив положение тела, бандит тряхнул головой, точно зверь. Эми видела, что у мужчины слегка «поплывший» взгляд. Он словно все еще находился под действием обезболивающих препаратов.

А когда зрение прояснилось, он уставился на Эмилию.

— Надо же, — усмехнулся Дымов. — Думал, сбежишь.

— Куда бежать? Вы меня везде найдете, — сипло пробормотала девушка.

— И то верно, — кивнул Дымов, дотянулся рукой до стакана, все еще полного алкогольным напитком. Залпом осушив его, мужчина шумно выдохнул и взглянул на Эмилию. — Сюда иди.

Эми порывисто качнула головой. Нет, не хочет она идти в руки бандита. По своей воле — не хочет.

Впрочем, она ведь уже здесь. В его логове.

А между тем, мужской взор наливался бешенством. Эми опустила ноги на пол.

Бежать? Можно попытаться, да. Но за тяжелой дверью ждет охрана. А само здание огорожено высоченным забором, до которого еще нужно добраться.

Нет, вариантов у Эми нет.

Эмилии пришлось собрать всю храбрость и силу воли в кулак, чтобы встать на ноги. Один шаг — и она уже оказалась перед Дымовым.

Он откинулся на спинку дивана, с усмешкой принялся рассматривать девичью фигурку.

— Что в тебе такого? — будто не к ней обращаясь, произнес Дымов.

Мужчина резко качнулся вперед, выбросил руку, накрыл ладонью бедро Эми и подтянул к себе. Теперь Эмилия оказалась распластана поверх крепкого мужского тела.

— Не вздумай рыдать. Будет хуже, — пригрозил Дымов.

— Вы не увидите моих слез! — прошипела Эми сквозь стиснутые зубы.

Бандит лишь усмехнулся, хищно, будто оскалился. Эми смотрела Дымову в глаза. Видела, как в них плещется злость с отголосками боли. Ждала, что мужчина вот-вот набросится на нее и превратит ее жизнь в сущий ад.

Дымов сдвинул ладонь, обхватив ягодицу Эми. Сдавил, сжал пальцы сильнее. До боли. Эмилия ощутила, как в ее живот упирается твердая, кажется, гигантская плоть.

Черт, как «это» способно уместится в таком хрупком теле, как у Эми???

— Гарик! — рявкнул Дымов так, что на минуту у Эмилии зазвенело в ушах. Кажется, она оглохла. — Отведи девку наверх.

— Костя… Константин Ильич…, — тихо начал Гарик, а Дымов переключил все свое внимание не подчиненного. — Лады.

Дымов разжал руки, выпустив пленницу. Эмилия тут же подскочила на ноги и поправила одежду. Не оглядываясь, девушка поспешила к человеку, пожалуй, единственному, которой отнесся к ней если не положительно, то, как минимум, неравнодушно.

— Передайте моему отцу, что со мной все в порядке, — попросила вдруг Эми.

— Это вряд ли, — буркнул Гарик, вздохнул, выматерился негромко, — Не зли его больше. Просто сделай, как он хочет.

— Прекрасный совет, — нервно хохотнула Эми.

Гарик привел ее выше на этаж. Кажется, именно здесь жил Дымов. По крайней мере, просторное помещение-студия выглядело жилым. Имелась мягкая мебель в центре комнаты. А у дальней стены — огромная постель под рост Дымова.

Именно сейчас Эми подумала, что хозяин «Порока» выше среднего роста. Пожалуй, о таких говорят, гигант. И в плечах широкий, и ростом природа не обделила. И ни грамма лишнего веса. Это Эми подметила, когда увидела Дымова на столе, под скальпелем доктора.

— Ванная там, — кивнул Гарик куда-то в сторону кровати, — если что-то нужно, пацаны притащат.

— Как насчет пистолета?

— Зачем тебе? Застрелиться не дадут. А второй раз шмальнуть в Дымова тоже не вариант, — усмехнулся Гарик, вынул пачку сигарет из кармана и подцепил одну губами. — Удачи тебе, Ветрова.

Эми обхватила себя руками за плечи. В присутствии Гарика ей было боле-менее спокойно. Но все это фикция. Эми прекрасно понимала, что помощник Дымова — не ее союзник. Более того, он точно так же опасен, как и сам Константин Ильич.

— Спасибо, — все же поблагодарила Эми.

Гарик усмехнулся, окинул ее пристальным взглядом и направился к двери.

Эми осталась одна на территории Дымова. Ей было все так же страшно. Девушка уже устала от неизвестности. Пусть чертов Дымов придет и сделает те жуткие вещи, которые обещал. Плевать! Пусть что хочет, то и творит с ней. Только бы это уже закончилось.

Эми не воспользовалась ванной. Так и стояла посреди комнаты, когда открылась входная дверь.

Дымов, едва заметно шатаясь, перешагнул порог. Рубашка на груди была расстегнута, обнажив белоснежную повязку. Волосы на голове взъерошены. А взгляд затуманенный.

Дымов был пьян. Эми это четко видела.

— Сюда! — процедил бандит.

Эми послушно приблизилась. Бандит положил на ее плечи свою огромную ладонь. Эми с трудом выдержала вес тела Дымова. Пришлось подстроиться под него и сделать шаг вперед. Так они и добрались до постели.

Дымов грузно осел на матрас. Эми замешкалась.

— Ненавижу эти тапки, — пробормотал Дымов и попытался сбросить ботинки.

Эми решила, что чем быстрее мужчина окажется в постели, тем быстрее уснет. Наверно. Потому и принялась помогать.

Избавив Дымова от обуви, Эми выпрямилась в полный рост.

— Сиськи у тебя, что надо, — разобрала она бормотание, а в следующий миг ощутила, как ее грудь больно сжали мужские пальцы. — У меня никогда целок не было. Ты первая.

— Угу, дико горжусь, — прошипела Эми беззвучно.

Дымов рухнул на спину. Эми перехватила затуманенный взгляд и нервно сглотнула. Спи! Так и хотелось выкрикнуть. Но Эми молчала.

Высшие силы смилостивились над девушкой. Дымов закрыл глаза и провалился в сон. А Эми, секунду постояв рядом, все же отправилась в ванную комнату. Ной

Спустя полчаса, девушка вернулась в спальню. Дымов все еще спал. В его карманах не обнаружилось ни телефонов, ни любого другого гаджета. Никакого средства связи Эми не нашла и при поверхностном обыске квартиры.

Вздохнув, девушка устроилась на диване, накрылась пледом и долго лежала, глядя в окно. Уже занимался рассвет. Начался новый день. Но Эми нала, что он не принесет ей ничего хорошего.

***

Ветрова проснулась от звука шагов. Кто-то ходил по комнате.

Эми открыла глаза. И тут же крепко зажмурилась.

Дымов пересек расстояние от постели до кухонной зоны и открыл холодильник. Выудив из его недр бутылку с водой, мужчина принялся жадно пить. Это все было понятно Эми. Перед сном Дымов выглядел изрядно выпившим. Ясно, что наутро у него похмелье и дикая жажда.

Но как объяснить то, что сейчас бандит был абсолютно нагим? Эми этого не знала. И, разумеется, не собиралась уточнять. Предпочла сделать вид, что все еще спит.

Эми, лежа с закрытыми глазами, вслушивалась в каждый звук и пыталась понять, что сейчас происходит.

— Хреновая из тебя актриса, — раздалось очень близко от Эми.

Пришлось открывать глаза.

Дымов усмехался, глядя на нее. Девушка невольно, всего на секундочку, манула взглядом по той части тела мужчины, которая вызывала массу вопросов и которую Эми боялась больше всего. Впрочем, Ветрова никогда прежде и не видела мужское достоинство настолько близко, четко, в мельчайших подробностях.

Дымов вернулся к постели, сел на край, расставив ноги, словно его ничего не смущало в эту секунду.

— Пора отдавать долги, девочка, — ухмыльнулся бандит, а Эмилия судорожно выдохнула. — Подойди!

Первым порывом Эми было спрятаться, затрясти головой, убежать. Но колючий предостерегающий взгляд не позволил ей этого сделать.

На трясущихся ногах Эми прошла от дивана до постели. Кутаясь в плед, замерла перед Дымовым.

— На колени! — четкий и хлесткий приказ прозвучал раскатисто, будто приговор.

Эми послушно опустилась на мягкий ковер.

— С чего ты такая послушная сегодня, а? — все еще усмехался Дымов, пока Эми старательно отводила взор. Смотрела куда-то в стену над кроватью. На потолок. Куда угодно. Главное, не встречаться глазами с Дымовым.

Девушка услышала рваный вздох. А следом ощутила, как цепкие пальцы перехватили ее подбородок.

Дымов заставил смотреть ему в глаза.

— От шмоток избавься, — приказал мужчина.

Пальцы Эми дрогнули, выпустили плед, под которым было белье и футболка, в которую Эми переоделась после душа ночью.

Колючий взгляд заскользил по ее плечам и груди, когда Эми стянула с себя футболку.

— У меня к вам единственная просьба, — выдохнула Эмилия, — сделайте это быстро.

— Срать мне на твои хотелки, девочка, — пробормотал Дымов, — я буду драть тебя как захочу, и сколько захочу.

Эми сморгнула непрошенные слезы. Посмотрела в глаза Дымову.

— Зря я не прострелила твое чертово сердце, Дымов! — прошептала Эми.

***

ГЛАВА 4

Костя курил, сидя за кухонным столом в своей берлоге. Взгляд то и дело возвращался к женщине, спавшей в его постели.

Или же баба претворялась. Плевать. Дымов взял, что хотел. Шлюха отработала свои бабки.

— Встала и съебалась! Живо! — зло процедил Дымов и затушил сигарету в пепельнице.

Он бы не вспомнил имени женщины. Впрочем, было плевать на нее. Как и на любую другую.

Сколько времени прошло? Он намеренно не считал. Было и было. Но взгляд дочки Ветрова будто преследовал его с того дня, как Гарик ее отвез.

А в ушах стоял судорожный всхлип.

Нет, Дымов не жестил в тот раз. Он вообще сам себя считал размазней. Но списал все на пулевое ранение. С дырявым плечом сложно трахаться в полную силу.

Но было классно, да. Он вообще был под кайфом тогда. То ли док загнал ему дозу обезбола больше положенной. То ли все дело в бухле, что Дымов влил в себя. Теперь уже хрен разобрать. Костя только понимал, что в девочку он кончил дважды. А такого, чтобы увязнуть в сексе без оглядки, с Дымовым прежде не было. Только Эми Ветровой удалось провернуть с ним подобный трюк.

Блондинка сползла с койки, принялась одеваться.

Блондинка, блядь! У него ведь прежде были разные бабы. А теперь Дымову было принципиально, чтобы волосы длинные и светлые. Его будто другие и не заводили.

— Гондоны собери, — зло приказал Дымов и ушел в ванную.

Встав под теплый душ, Костя уперся руками в стену и закрыл глаза. Чувство, словно перепачкался в грязи, не исчезало. У него вообще было стойкое ощущение, что он увяз в дерьме.

А мысли уносили Дымова совсем не туда, куда нужно.

Эмилия, мать ее, Ветрова. Какого, спрашивается, хера она сотворила с ним? А ведь трахает, все что движется. Пацаны исправно привозят баб к нему в берлогу. Но после каждой, Костя бежит мыться. И что самое хуевое, стоит закрыть глаза, а там эта вредная девка. Сводит его с ума взглядом своим. Вздернутым кверху подбородком.

Костя помнит, какая она была в то утро. Охуенно красивая. Голая. Под ним.

Дымов прокручивал в голове каждую секунду тех событий. Он ведь уже с пустыми яйцами. Шлюха профессионально сделала ему минет, да и после Костя основательно вытрахал бабу.

И вот, вспоминая Ветрову, Костя опять на взводе.

— Ведьма ты, Эми, — цедит он сквозь зубы и обхватывает член ладонью.

Почти месяц прошел, а он, как пацан сопливый, сохнет по девке.

Мать ее за ногу!

Дымов выползает из душа. Злющий, как сотня волков.

Сменив полотенце на шмотки, вернулся в комнату. Отвлекся на телефонный звонок.

— К тебе гости, Костя, — сообщает Гарик.

— Кто?

— Она уже поднялась. Я велел пропустить, — вместо ответа доложил Орлов.

Наверное, это Моника. Впрочем, сестра никогда не стала бы сообщать о своем появлении. Свалилась бы, как снег на голову.

Костя напряженно ждал, пока распахнется дверь.

Что-то затормозило его. Он просто стоял и смотрел.

Ведьма она, это девчонка. Определенно, ведьма.

Эмилия Ветрова, одетая в черное платье ниже колен, выглядела неприступной и высокомерной. Будто снизошла до него, простого смертного, Костю Дымова.

— Мне нужно с тобой поговорить, — спустя минуту игры в гляделки, произнесла девушка.

Дымов в очередной раз затянулся сигаретой. Молчал. Считаал, сколько шагов до нее. И на сколько минут его выдержки хватит.

То, что он разложит Эми по матрасу, он даже не сомневается. Она же сама сейчас пришла к нему. Значит, готова к повторению.

— Дым! У нас гости! — парни задолбились в дверь. Хреново. Походу, реально не все в порядке.

— Здесь жди! — обронил Дымов и прошел мимо девчонки.

А там — облава. Причем качественная, по всем процедурам. Неместные. Так бы Дымову сообщили.

***

— Какой расклад?

Дымов выпустил сигаретный дым в воздух. Адвокат с кислой миной сидел напротив. У Кости было два желания: послать мужика на хер и подкинуть бабла. Дымов понимал, что выбор невелик. Его по сути вообще нет. Но полгода — это максимально хорошая сделка с учетом всех обстоятельств.

— Я все уладил, Константин Ильич, — отчитывается Шмольский, — все будет, но для этого нужно время. Четыре месяца. Максимум, полгода.

— Хрен с тобой, — цедит Дымов. — Организуй мне условия. Полгода. Не больше. Иначе зарою тебя на твоем же балконе. Людей у меня хватает.

— Знаю, Константин Ильич, — торопливо кивает адвокат и собирает свои бумажки со стола. — Орлову что передать?

— Привет, блядь, — усмехается Дымов.

***

— Какие новости?

— Полгода.

— И что теперь делать?

— Все что можно, уже сделали, девочка, — скривился Орлов и перевел взгляд на нетронутую тарелку. — Ешь, чего замерла?

— Нет аппетита, — скривился Эмилия.

— Ты мне это дело брось, — нахмурился Гарик.

Эмилия послушно взяла в руки вилку. Телефон, оставленный на столе, завибрировал. На экране появилось короткое и лаконичное «Папа».

— Хочешь, я пообщаюсь? — предложил Орлов.

— Нет, не стоит, Игорь, — покачала головой Эмилия. — Что он может сделать?

Девушка провела пальцем по экрану, ответив на звонок. На протяжении нескольких минут, Эми выслушивала весьма бурный поток фраз, подкрепленных крепкими бранными словцами.

— Нет, папа, — только и ответила Эми и разорвала вызов.

Во время разговора отца, Эмилия неосознанно держала одну ладонь на животе, оберегая и защищая. Гарик это видел, но комментарии оставил при себе. Эми была ему благодарна за молчаливую поддержку. Впрочем, поддержка Орлова не ограничилась молчанием. Если бы не он, Эми давно бы уже… Об этом не нужно думать.

— Есть предложение, девочка, — задумчиво произнес Игорь, а Эми продолжила елозить вилкой по тарелке. — Пока Костя в СИЗО, будешь под моей защитой.

— Да я и так как бы… уже…, — улыбнулась Эмилия, обвела взглядом квартиру, в которой живет почти две недели. Жилплощать по документам принадлежала Орлову, правда сам он в то время находился в «Пороке», либо в берлоге Константина. Можно сказать, что Эмилия была единственным жильцом уютной квартиры Орлова.

— Этого мало, — качнул головой Гарик, — предлагаю пустить «утку» о том, что мы с тобой поженились. В брак между тобой и Дымовым никто не поверит, сама понимаешь. А так Ветров от тебя отстанет. С бывшим твоим я тоже попедалю. Да и не полезет никто. Короче, я все сделаю. Главное, вечером в клубе поторчим. Там фотка, там парой слов перекинемся с народом. И все схвачено.

— Точно другого выхода нет?

— Хочешь вернуться к папаше?

— Нет, — вздрогнула Эми, вспомнив тот самый день, когда приехала домой после затянувшегося девичника. — Ты прав. Давай попробуем.

***

— Ну че, поздравляю со свадьбой, блядь!

Дымов вломил Орлову сразу же, как только за ним закрылась дверь. Конвоир сделал вид, что не услышал. За это Дымов ему предварительно закинул бабла.

Злость в Косте клокотала настолько сильная, что места в камере не хватало.

Гарик, сука, пытался что-то мычать. Но Дымов с особым удовольствием повторил удар в челюсть.

Орлов отключился. Костя молча устроился на стуле, закурил. Спустя пару минут, Гарик очухался. Как раз закончилось время посещений.

— Откинусь с зоны, лучше тебе исчезнуть, Гарик, — процедил Дымов свою угрозу. — С Ветровой лучше сразу разведись.

Орлов что-то невнятно промычал. Костя переступил через придурка и вышел вслед за конвоиром.

Злость не улеглась. Перед глазами все еще стояла та фотка, где Эми в обнимку с Гариком.

Свадьба у них, блядь?! Он на зоне чалится, а у них там идиллия семейная!

Суки, блядь! Предатели!

***

— Господи! Игорь, что случилось?!

Эми всплеснула руками, ошарашенно глядя на Орлова. Мужчина отмахнулся от ее заботы, прошел к холодильнику, вынул пакет со льдом и приложил тот к лицу.

Небольшой кабинет, который прежде принадлежал главному бухгалтеру Дымова, был разделен на две равные части. В одном разместилась Эмилия, второй заняла ее начальница — главный бухгалтер клуба «Порок» — Клавдия Матвеевна.

Кабинет был просторным, с небольшим количеством мебели, но вдоль стены имелся диван, на котором Эми часто отдыхала. А в углу стояла новый кофейный аппарат — единственное требование Клавдии Матвеевны. С давней подругой бабушки Эми договорилась сразу же, как только Гарик обмолвился о необходимости поиска нового бухгалтера. Человек нужен был проверенный и толковый. А поскольку с прошлым специалистом расставаться пришлось быстро, времени на поиск новых кадров не было.

По каким-то своим каналам Орлов «пробил» биографию Клавдии Матвеевны. Впрочем, Эми и не сомневалась, что добродушная старушка с цепким орлиным взором поверх очков, что-то скрывает. И специалист баба Клава была прекрасный. Пусть уже на пенсии, но хватка у женщины была прежней.

— А я говорила, нечего одному ходить по темный переулкам, — заметила Клавдия Матвеевна, не отрываясь от изучения бумаг и документов. Вздохнув, женщина посмотрела на Гарика поверх очков: — Перелом никак?

Игорь неопределенно пожал плечом, осел на диван, откинулся на спинку и пристроил пакет на подбородке.

— Одним льдом не срастется, — вздохнула Клавдия Матвеевна. — Звони-ка врачу, Эми. А лучше, вези-ка нашего орла в травматологию.

— Не! — хмуро качнул головой Гарик, но Эми уже выуживала из-под вороха бумаг на рабочем столе связку ключей от машины. — Док придет.

Слова, произнесенные Гариком, были малопонятны. Эми скорее догадалась по смыслу. Виктор, конечно, сделает все, что в его силах. Но сделать снимок здесь, на территории клуба, невозможно. Элементарно, нет здесь такого оборудования.

Вот если бы у Игоря был «огнестрел» или ножевое ранение — это уже другой вопрос. И тогда Эмилия доверилась бы Доку. Даже потерпела бы присутствие стервы-Моны. Но не в этот раз.

— Едем! — твердо заявила Ветрова.

Гарик бросал на нее тяжелые взгляды. Но, удивительно, не спорил.

Уже на парковке, где стояли автомобили всех работников клуба, Эми немного растерялась. Вспомнила, куда именно собирался съездить Игорь.

Судя по разбитой челюсти, съездил. Так?

Эми заняла водительское место. Гарик устроился рядом.

— Это Дымов так тебя? — осторожно спросила Эмилия.

Гарик отвернулся к окну. В его руке все еще был зажат пакет со льдом.

— Он не стоит этого, Игорь, — хмуро покачала головой Ветрова. — Ты предан ему. Разгребаешь его дела. Ты сделал для него немыслимые вещи! А он? Он сволочь и скотина, Орлов.

Эми даже не вздрогнула, когда Игорь перехватил ее ладонь и сжал своей большой рукой. Ветровой пришлось посмотреть на мужчину, сидящего рядом.

— Я права, — твердо произнесла Эмилия.

Гарик отрицательно покачал головой и выпустил ее пальцы. Эми больше не сказала ни слова, но внутри у девушки все кипело от ярости и гнева.

Какое право этот чертов Дымов имеет?! Гарик — настоящий друг. А этот кретин сломал ему челюсть! Идиот!

— Успокойся, — промычал Орлов.

Эми лишь фыркнула. Она спокойна. Спокойна, как никогда.

***

Жизнь Эмилии Ветровой разделилась на «до» и «после». Банально, да. Но так оно и было.

В том беззаботном и счастливом «До» все было понятно и ясно. У Эми был жених, подруги, перспективы, отчий дом, семья.

А в «После» не осталось ничего. Все разрушилось чужим и грубым вмешательством в ее жизнь. Эми до сих пор помнила то утро, когда вернулась домой.

Отец ждал ее в холле. Эми никогда прежде не видела такого выражения на его лице. Злость и разочарование источал взор разгневанного родителя.

В тот день отец впервые поднял на нее руку. Синяк долго не сходил с лица Эмилии, будто напоминал о ее позоре.

А дальше события завертелись еще быстрее.

Жених «случайно» узнал все подробности. Более того, знал о каждом ее шаге на территории клуба. Уже после стало ясно, кто именно обо всем доложил.

Эми помнила, как уговаривала Эльдара просто выслушать ее. Но бывший жених оказался глух к ее просьбам. А сейчас бывший жених Эми женится на ее бывшей лучшей подруге. Как предположил Игорь, Светка заранее все продумала. Построила свой брак на трагедии Эмилии.

Предательница, а не подруга. И Эльдар тоже получается предатель. Эми очень хочется забыть этих двух людей из ее жизни «До». Но пока не выходит.

Впрочем, Эми вообще хочет забыть все, включая Дымова. Хочет вернуться в то время, когда самой большой трагедией в ее жизни был сломанный ноготь. А теперь Эмилия Ветрова привыкает к новой реальности и пытается выжить в ней.

Притормозив на светофоре, Эми неосознанно устроила ладонь на животе.

И это тоже ее новая реальность. Ее ребенок. Ее малыш. Именно он заставляет Эмилию просыпаться каждое утро, улыбаться своему отражению, приезжать в офис, где все, каждая мелочь, напоминает ей о ее позоре.

Это ее ребенок. Ее собственный. Только ее. И никому, ни отцу, ни Дымову, ни любому другому человеку, Эми не позволит его обидеть.

***

— Как дела у Гарика?

— Все в порядке. Спасибо.

Эмилия мысленно считала до десяти и обратно, чтобы не сорваться. Присутствие Моники в рабочем кабинете Эми крайне напрягало. Это ведь территория Эмилии, ее вотчина и владения. Потому Ветрова не боится, даже оставшись наедине с этой двинутой на всю голову дамочкой.

— Была б моя воля, — процедила Мона, скрестив руки на груди, — вышвырнула бы тебя отсюда!

— К счастью, ты этого сделать не можешь, — Эми все же отвлеклась от чтения бумаг и взглянула на гостью, — половина этого офиса, как и всего клуба принадлежит Игорю. Уволить меня может либо он, либо твой брат лично.

— Дыму еще три месяца зону топтать! Будто ты этого не знаешь, стерва! — пренебрежительно скривилась Мона.

— Попридержала бы ты язык, дорогуша, — флегматично произнесла Клавдия Матвеевна, а Эми с трудом скрыла улыбку.