Живу тобой
- -
- 100%
- +
Я сдалась. Ладно, это всего лишь завтрак. В конце концов, мы не в спальне завтракаем, а в моем кабинете! За стеной дежурит расторопная Анна, а через приемную в нескольких метрах от двери моего кабинета – работает отец.
Одним словом, я понимала, что нахожусь в безопасности.
– Тогда вам не помешает двойная доза кофе, – кивнула я и на свой стакан с бодрящим напитком.
Молотов хмыкнул, но мою порцию оставил мне. А сам быстренько разобрался с едой. Я же без особого энтузиазма ковыряла ложкой кашу. Но зато булочку съела всю. Очень уж вкусной выпечка получилась у кондитера «Эйфории».
– Мне нравятся женщины с хорошим аппетитом, – возобновил Сэм беседу.
– Тогда что вы делаете здесь, Самуил Георгиевич? – усмехнулась я.
– Все просто, – ответил Молотов, его взгляд сделался тяжелым, обволакивающим, дерзким, – Я хочу тебя. На эту ночь.
Я бы подавилась, окажись во рту еда. Это шутка? Нет, Молотов оставался совершенно серьезным.
– Найдите более послушную собачонку, Самуил Георгиевич! – дерзко бросила я.
– Это всего лишь ночь, Тина Вершинская, – парировал Сэм.
– Вы не по адресу, Молотов! – прищурилась я, готовая швырнуть Сэму в лицо его же завтрак. – Думаю, найти шлюху будет не сложно. Отдайте приказ своим амбалам. Приведут любую на ваш вкус.
– Мне не нужна шлюха, Тина, – прищурился Самиул, раздражение мелькнуло во взгляде. – Мне нужна ты.
Я расхохоталась. Самоуверенный тип! Он что, действительно думает, будто я прыгну в его постель?!
– Рад слышать твой смех, девочка, – голос Сэма зазвучал с нотками хрипотцы, с намеком и обещанием. – Он у тебя, кстати, очень красивый.
– Послушайте, Самуил Георгиевич, – решительно проговорила я. – Давайте начистоту. Вы ведь можете получить любую, приложив при этом минимум усилий. Зачем вам девушка, у которой вы не вызываете симпатии?
– И даже так, Тина? – усмехнулся Молотов, скрестил руки на груди, и от этого движения мягкая ткань тонкого свитера натянулась, подчеркнула мускулистую фигуру моего оппонента.
– Именно так, Самуил Георгиевич, – кивнула я, дерзко глядя в карие глаза.
– И чем же я тебе не нравлюсь, Тина Никоновна? – вполне миролюбиво и равнодушно поинтересовался Сэм, но в его взгляде мелькнула сталь.
– Начнем с того, что вы – самоуверенный, жесткий, заносчивый, высокомерный, – перечисляла я, – Это только крошечная часть списка. Но самый главный аргумент в пользу того, что вы мне ни капли не интересны, Самуил Георгиевич, это ваш возраст.
Молотов вскинул брови, рассматривая меня все так же пристально, будто под микроскопом. Я мысленно упрекнула себя в прямолинейности. Взяла и обидела человека, а он меня вон, завтраком кормит уже второй раз за два дня.
Но совесть моя молчала. А я вернулась к своему стакану с кофе.
– Возраст, значит? – протянул Молотов.
– Так точно, – кивнула я, с трудом скрывая триумфальную улыбку.
– Между нами десять лет, Тина Никоновна, – парировал Молотов, – А вот Яшинский гораздо старше меня.
– Какое отношение наш маркетолог имеет к этому разговору? – фыркнула я, но застыла в ожидании.
Да сколько можно! Откуда этому гадкому Молотову известны мои тайны, даже самые крошечные?
– Прямое, – повел плечом Сэм, я отчетливо расслышала, как где-то в карманах завибрировал телефон, но Молотов не двинулся, так и смотрел на меня, изучая, – На прошлой неделе ты обедала с ним. Мило беседовала. Потом вы договорились встретиться вне офиса. И как тебе, Тина? Понравился Яшинский?
Я вздернула подбородок, поддавшись приступу упрямства. Яшинский? Нет, не понравился. Просто приятный собеседник. И да, он был лет на двадцать старше меня. Пусть и выглядел моложаво, уделял много времени своей фигуре, да и одевался стильно.
И пока я придумывала достойный ответ, Молотов поднялся из-за стола и в один шаг оказался передо мной. Я и пискнуть не успела, а крепкие руки уже крутанули кресло так, что я оказалась в ловушке.
Сэм легко обхватил мою талию своими ладонями. Секунда, и я оказалась прижата, расплющена на его груди. А обжигающие ладони накрыли спину и затылок.
– Скоро тебе надоест сопротивляться, девочка, – разобрала я приглушенное бормотание.
А мозг уже стремительно отключался, потому что пьянящий аромат мужчины забивался в ноздри, лишал воли, подчинял мое тело запретным желаниям.
– Не надоест! – заявила я дерзко.
Вместо ответа жадные губы прижались к моему рту. И это был уже совершенно другой поцелуй. Он отличался от того, что Сэм похитил позавчера.
Я бы рухнула на пол, потому что колени подкосились. Пришлось вцепиться руками в тонкую ткань свитера. Я чувствовала, как широкие ладони плавят кожу под одеждой, как мое тело упирается в напряженные мышцы этого нахала, более того, я вполне четко ощущала его возбуждение.
Поцелуй был жадным, диким, настолько эротичным и обещавшим так много, что мое сопротивление постепенно испарилось. У меня хватало сил только на то, чтобы не упасть к ногам этого мужчины.
– Сегодня в девять, Тина, состоится прием в «Эйфории», – хрипло проговорил Сэм, отстранившись ровно настолько, чтобы суметь произнести несколько слов, но жадные и твердые губы все еще касались моего рта при каждом движении. – Всеволод доставит тебя. Будешь хозяйкой.
– Самуил Георгиевич, это, млять, уже даже не смешно! – прошипела я в его губы.
– Тина Вершинская умеет ругаться матом? – усмехнулся Молотов, но рук не разжимал, я все еще практически висела на нем, прижата к напряженному и возбужденному телу, без возможности убежать или скрыться от проницательного карего взгляда.
– Послушайте, Молотов, – начала я, но мой рот тут же был запечатан поцелуем, не менее жадным, горячим, глубоким и выпивающим остатки моего бедного мозга.
– Сегодня. В девять, Тина! – хрипло припечатал Сэм, шумно втянул воздух носом у моего виска и пригрозил: – Ты приедешь в «Эйфорию», либо я приеду к тебе. И тогда все будет иначе.
Как именно «иначе» я не стала уточнять. Понятно и без слов. И во взгляде Молотова плескалось обещание выполнить свою угрозу.
В моих мыслях начали мелькать воображаемые картинки, как Сэм врывается в мою квартиру, разносит там все в щепки и добирается до моего безвольного тела.
На контрасте с грубоватым голосом, полным угроз, руки Молотова аккуратно удерживали мое лицо. Обжигающие, сильные пальцы поглаживали уголок рта и щеку. И это дезориентировало. Выходит, Молотов может быть грубым и одновременно внимательным и нежным.
Это подкупало.
– Хорошо. Я приду, но не буду заниматься с вами сексом! – упрямо вскинула подбородок.
По моей шее тут же прошлись кончики мужских пальцев, посылая миллиард мурашек по всему телу. И все они сосредоточились внизу живота, скрутились в сладкий и напряженный комок.
–Боюсь, сегодня на секс меня не хватит, Тина, – усмехнулся Сэм. – Но спать будем вместе.
Я задохнулась от столь самоуверенного заявления. Но Сэм уже отпустил меня, позволив скользнуть в кресло.
– Какой же вы невыносимый тип! – возмущенно воскликнула я. Так мне показалось. А на деле же пробормотала едва слышно.
– Заканчивай с это чертовой вежливостью, малышка, – грубовато велел Молотов, шагнул спиной назад, но все еще не сводил жадного взгляда с моего рта.
– Вам опять звонят! – подсказала я, пытаясь взять себя в руки.
– Еще раз «выкнешь» мне и я плюну на все планы, – Сэм сжал массивную челюсть и сверкнул недовольным взглядом. – Думаю, твоему отцу не понравится то, как ты будешь покидать этот офис, Тина. На моем плече, шикарной задницей кверху.
– Обязательно грубить, да, Сэм? – вспыхнула я.
– Я давно не мальчик, Тина, да и тебе сопляк ни к чему, – усмехнулся Молотов, а уже перед самой дверью смерил меня жадным взглядом, в котором все еще полыхало сексуальное желание, даже, я бы сказала, голод, и добавил: – К тому же, я тебе нравлюсь, малыш. Иначе ты бы вызвала охрану.
Дверь с тихим щелчком закрылась. Я осталась в кабинете наедине со своими мыслями. И тихим шепотом произнесла вопрос:
– Почему я не вызвала охрану?!
Это был крик моей дезориентированной и растерянной души. Ведь не было раньше вот так. Никогда еще так сильно мне не нравился мужчина, которого я невзлюбила при встрече. И немного боялась. Вернее, боялась я даже не мужчину, а свою реакцию на него.
***
Глава 10
И опять все покатилось к чертям собачьим!
Сам дьявол дернул меня, притащиться к Тине в кабинет еще до начала рабочего дня. Мог бы поспать час-другой, настроиться на очередной безумный день и гребаный прием на моей территории. А вышло все иначе.
Зато позавтракал и прощупал девчонку.
Дерзкая она, боится меня. Это видно. Но не пасует. Не убегает, увидев меня, не прячется.
А вот это как раз очень плохо, потому что с каждой встречей затягивает эта девочка все больше.
И ведь решил все давно, думал, хватит пару побрякушек в подарок, пару ночей и опять станет скучно.
Да хрен там. Тина – другая. Непохожа ни на кого. С ней хотелось забыть о проблемах, смотреть на нее и думать о том, как она ладно и грамотно вписывается в мою жизнь.
Уже сидел в машине, когда Никита привез тот самый кейс, который я ждал.
На память подобрал код, открыл замок, поднял крышку.
Зелень изумрудов прекрасно подойдет к цвету глаз Вершинской. Знал бы мой постоянный клиент, для кого именно я выдернул обещанный ему заказ, удавился бы.
Но плевать. Тине эти камни пойдут больше, чем новой любовнице Волчка. Старик-депутат переживет, а взамен получит скидку на новый заказ, который мои люди уже к вечеру доставят по нужному адресу.
Игра стоила свеч. И я уже представлял Тину в этом колье, голой с камнями на тонкой шее.
Это будет убойное зрелище. Без сомнений.
– В офис! – скомандовал я Никите, а сам прикрыл глаза.
Жутко хотелось спать, но сон подождет. Предстоит уладить довольно много вопросов.
Никита уже знал мои привычки, и в салоне тачки меня ждал крепкий кофе.
Уже черт понять, какая кружка по счету за это утро. Но иначе мозги не соображали.
Щелкнул зажигалкой, затянулся горьким дымом, отпил остывающий кофе.
–Передай Всеволоду, – кивнул Нику на кейс, лежавший рядом со мной на сиденье.
Никита выполнил приказ, и уже через пару минут мы мчались в офис.
Рабочий день давно начался. Совещания, встречи, поставщики, местные клиенты – все это ждало моего вмешательства. Но прежде придется уладить еще один вопрос. Денис Молотов – мой младший брат и генератор вечных проблем на мою голову – уже оборвал мой телефон, а секретарь извела на брата кучу чашек кофе и собственных нервов.
Дэн был избалованным сыном второй жены моего отца. И только наше родство и память об отце не позволяли мне вышвырнуть щенка из бизнеса.
В приемной меня встретила секретарь. Вера Геннадьевна выглядела взъерошенной, но старалась невозмутимо улыбаться.
– Доброе утро, Самуил Георгиевич! – вежливо кивнула девушка, а потом, понизив голос, добавила: – Велел принести ему виски. Однако я сказала, что ваш бар заперт на ключ.
Промолчал. Но прекрасно представлял недовольство брата. Он привык к тому, что любая его прихоть исполняется мгновенно. Приходится все чаще показывать ему, что не все и не всегда срастается так, как хочется.
– Мне кажется, он уже немного пьян. Я пригласила охрану, на всякий случай, – коротко докладывала Вера.
– Разберемся, – кивнул я и вошел в кабинет.
Вера Геннадьевна оказалась права. Младший Молотов появился в моем кабинете не в самом трезвом состоянии.
– Чем обязан? – уточнил у брата.
Денис уселся в мое кресло, закинул ноги на стол и смотрел за тем, как я медленно приближаюсь к нему.
– Мимо проезжал, дай, думаю, братишку проведаю, – язвил Денис, но алкоголь, очевидно, задурманил его мозг, мешая думать.
Первым делом схватил брата за шкирку, вытряхнул из кресла, заставил выпрямиться в полный рост. Подрос, гаденыш. Но до меня ему не достать.
– Эй, ты чего! – возмутился брат.
– Зачем приперся? – потребовал я ответа, сильнее сдавил шею так, чтобы братец почувствовал всю мою «любовь» и степень недовольства.
– Мать сказала, что ты «подрезал» ее подарок, – тут же выложил Денис. – Говорит, она Волчка обрабатывала насчет тех изумрудов.
– И? – прищурился я.
– Ты же ее знаешь, – продолжил Денис, – Весь мозг склевала. Хочет пойти сегодня на прием именно в колье «Каприз императрицы».
– Передай матери, что «Императрица» ей не пойдет. Волчку я уже пообещал другое колье!
Выпустил шмотки брата из захвата. В принципе, именно такого расклада я и ожидал. Мачеха любила изумруды. И очередного любовника обрабатывала именно для того, чтобы их получить. Ведь своих финансов у нее не хватило бы на такую дорогую игрушку.
– Млять, Сэм! Ты же знаешь, если мать чего-то хочет, то лучше…, – начал Денис, но я перебил его тяжелым взглядом.
– Я все сказал, – кивнул брату на выход, а сам отправился в противоположную сторону.
За потайной дверью скрывались личные апартаменты с ванной, удобной кроватью и сменным гардеробом. Сейчас кроме кофе мне нужен был бодрящий душ. Не помешает привести мозги в порядок. А еще придумать, чем надавить на мать Дениса и сделать так, чтобы она не устроила скандал сегодня вечером.
Ведь женщина обязательно увидит изумруды на точеной шейке Тины. Мне было плевать на реакцию всего бомонда, а вот расстраивать Тину не хотелось. Признаться, так и думал, что Эмилия будет в гневе. А когда представил выражение лица мачехи, то настроение немного подскочило.
Нет, за Тину я не переживал. Девчонка не из глупых и серых мышек. Она даст сдачи любому, кто «наедет» на нее. Но я не собирался давать мачехе шанс подобраться к моей Тине.
После душа нацепил деловой костюм и галстук, который ненавидел больше, чем манную кашу в детстве. Что ж, пора разгребать остальные проблемы. Хорошо, что все заботы по организации приема легли на плечи проверенной компании во главе со Скулкиной. И, если верить словам Веры, то в ресторане уже все готово ко встрече званых гостей.
– Вера, пригласи ко мне Никиту, – распорядился я, как только занял свое место.
Спустя пару минут, в кабинете появился Ник.
– Распорядись, чтобы парни усилили охрану на приеме сегодня вечером. И в идеале, не пускать бы Дэна, – решил я.
– Самуил Георгиевич, понимаешь ведь, что он все равно там окажется, – вздохнул Ник.
И был прав. Дэн умел находить лазейки. А стрелять на поражение мои ребята не станут. Не тот случай. Без прямой угрозы для моей жизни – точно нет. Денис знатно трепал мое терпение, но никогда еще не пробовал замахнуться настолько далеко.
– Ладно, передай Всеволоду, чтобы внимательнее охранял Тину, – на всякий случай решил подстраховаться я.
– Уже, – усмехнулся Ник, на миг нарушив субординацию, – После твоего подарка, Сэм, придется приставить к ней целую армию.
Сделал вид, что пропустил намек друга мимо ушей. Но да, Никита прав, Тина и без изумрудов притягивала внимание окружающих, а с «Капризом императрицы» никто не пройдет мимо.
Когда Ник ушел, у меня мелькнула мысль, что зря я все это затеваю. Появятся подозрения, что не зря Тина Вершинская вдруг появилась рядом со мной, а на ней – изумруды, еще и она же хозяйка приема. Слишком много внимания притягиваю к девочке. И Никон не поймет. Ведь теперь я обязан присматривать за его дочкой, а не втравливать ее в разборки.
Появилось желание все отменить, вломиться к Тине домой и обосноваться там до самого утра. Но к черту такие желания! Потом все будет. А сейчас нужно заинтересовать девочку так, чтобы не думала даже свалить от меня.
***
Глава 11
Почему не вызвала охрану….
Еще долго после того, как Молотов скрылся из «Вершины» именно этот вопрос мучил меня. Я понимала, что мои родители всегда поддержат меня, и даже если между мной и Молотовым начнется нешуточное противостояние, то папа встанет на мою защиту.
Я вспоминала поцелуй с Сэмом. И губы до сих пор горели, а тело охватывало напряжение.
Нет, будет лучше для всех, если сегодняшний вечер окажется последним, когда Сэм управляет моей жизнью. Я готова была прямо сейчас по совету папы умчаться в отпуск и поваляться на берегу лазурного моря, либо побродить по городу, в котором ни разу не была. Но ведь обещала Молотову.
Черт! Кажется, я совершенно и окончательно запуталась.
Что ж, раз уж вышло все именно так, то нужно появиться сегодня вечером в «Эйфории». Опять же, возможно, новые знакомства помогут мне в будущем.
Отцу я ничего не сказала. Пусть папа и интересовался причиной того, почему я выгляжу задумчивой и не сразу отвечаю на его каверзные вопросы.
Предпочла пропустить папины замечания мимо ушей, а вот с работы убежала пораньше. Мне нужно было успеть к стилисту, чтобы навести красоту на своей глупой голове. И в итоге к восьми часам вечера я была дома. Оставался час на то, чтобы сменить наряд и добраться до «Эйфории». С транспортом проблем не было. Меня по-прежнему сопровождал и неотступно следовал за мной тот самый Всеволод, и, кажется, в подчинении у мужчины была целая машина мордоворотов. Это несколько напрягало меня. Ведь не такая я и известная личность, чтобы вот так активно меня охранять.
Мысленно сделала пометку на будущее, переговорить с папой, а если придется, и с самим Молотовым, чтобы ослабили контроль. Или же действительно придется сбежать в какое-нибудь заграничное государство и устроить продолжительный отпуск.
В половине восьмого раздался дверной звонок.
Я замерла, нанося помаду на губы, решив дополнить недостающие штрихи своему образу.
Мелькнула шальная мысль, что за дверью может оказаться Молотов. Но нет, эту идею я тут же отмела.
Что ему делать здесь? Он ведь сейчас должен находиться в ресторане. Скоро начнут съезжаться его высокопоставленные гости. Усмехнувшись, вспомнила пресловутые фото Сэма, найденные мною в сети. Среди лиц, которые я узнала на снимках, фигурировало много весьма известных персон, начиная от политиков, заканчивая бизнесменами и банкирами.
В дверь вновь позвонили. Пришлось открывать.
– Папа забыл ключ от твоей квартиры, Тина! – вместо приветствия произнесла мама, тут же входя в мою квартиру. – Он остался внизу, болтает там с твоей охраной. Кстати, Всеволод очень милый молодой человек.
– Ма! Этот твой «милый человек», кажется, может голыми руками задушить человека! – съехидничала я, но, признаться, была очень и очень рада видеть маму. Более того, знать, что на приеме у Молотова родители будут рядом со мной.
– Могу, если нужно, – раздался невозмутимый голос Всеволода, который горой неожиданно вырос за спиной мамы.
– Напомните мне, Всеволод, не переходит вам дорогу! – фыркнула я.
Всеволод пропустил мое замечание мимо ушей, перешагнул порог и прикрыл входную дверь за собой. В руках мужчины я увидела небольшой кейс с цепочкой, прикрепленной к запястью.
– Самуил Георгиевич велел передать, – прокомментировал Всеволод свои действия.
Ловко справившись с замком, охранник повернул открытый кейс ко мне. Под крышкой находился небольшой футляр. Я не двигалась, гипнотизируя взглядом украшение.
– Вау! – восхитилась мама и уже протянула руку, чтобы коснуться украшения.
Но я опередила маму. Резко захлопнула футляр. А в груди поднималось негодование.
Он что, решил, что может меня купить вот этими побрякушками?!
– Отлично подойдет к вашему платью, Тина Никоновна! – осторожно заметил Всеволод.
А я сжала зубы, чтобы не наговорить лишнего. Ведь не виноват Всеволод, что его шеф – заносчивый идиот.
– Лучше уберите это от меня, Всеволод, – процедила я сквозь зубы, – Иначе я за себя не ручаюсь!
– Тинка, ну красивое же колье! – возмутилась мама.
– Вот и надень сама! – сорвалась я на маму, а потом, понимая, что мама не виновата ни в чем, тут же полезла обниматься. – Прости, мам! Я не то хотела сказать.
– Угу, – усмехнулась мама, но обняла меня в ответ.
– Лучше надеть колье, Тина Никоновна, – осторожно посоветовал Всеволод.
– Передайте своему руководству, что я не его ш…! – процедила я, глядя на охранника снизу вверх.
– Тина! – вмешалась мама, не позволив закончить фразу.
– Так и передать? – уточнил Всеволод и закрыл кейс на замок.
– А хотя, нет, я и сама справлюсь! – усмехнулась я, мысленно перечисляя все лестные эпитеты, которыми хотела бы наградить Молотова. – Пойдем, мама! Надеюсь, высший свет любит скандалы!
– Тина, держи себя в руках! – предупредила мама, но я видела, как в ее глазах загорелись озорные огоньки.
– Постараюсь, мам! – честно пообещала я и вышла вслед за охранником из своей квартиры.
В фойе на первом этаже нас уже ждал папа в сопровождении охраны. Он о чем-то беседовал с парнями – подчиненными Всеволода.
Я, бросив короткое «Привет, пап!», протопала мимо, вышла на улицу и уселась в машину, пассажирскую дверцу которой уже придерживал для меня Всеволод.
– Будет интересно, – разобрала я приглушенный голос Всеволода.
Охранник переговаривался со своими людьми. Но я умудрилась разобрать его слова прежде, чем дверца автомобиля захлопнулась с тихим щелчком.
– Будет, – коварно усмехнулась я, чувствуя, что во мне нет и капли страха перед Молотовым, а вот негодования – целый вагон и маленькая тележка.
Рука на миг коснулась неброского украшения на моей шее. Да, это не те изумруды, что передал Сэм. Но и не обычная бижутерия, а весьма дорогой подарок родителей на мое совершеннолетие. К тому же камни отлично подходили к моему наряду. В этом сомнений не было.
Я была уверена, что с тем колье я смотрелась бы вычурно, и каждый гость на приеме понял бы, что роль новой любовницы Молотова досталась мне. А так – я была лишь одной из приглашенных.
И здесь противный внутренний голос язвительно прошептал:
«Угу, Тина, сама в это веришь? Молотов сказал: будешь хозяйкой банкета».
Быть хозяйкой на приеме – это означало, что нужно торчать все время рядом с Молотовым. Западня какая-то!
Захотелось плюнуть на все и вернуться домой. Ведь не нужна мне вся эта шумиха и лишнее внимание.
Или нужна?
Черт! Как же меня бесит Молотов! Невероятно просто!
Но поскольку я была с детства не приучена отступать и держать слово, то. разумеется, никуда я не вернулась, а с гордо поднятой головой вышла из машины.
Молотов уже ждал перед входом в ресторан. Судя по недовольным и хмурым физиономиям охраны, наплевав на все рекомендации и настойчивые советы скрыться в здании.
Но это ведь Сэм. Он, судя по усмешке, не привык следовать чьим-то просьбам.
Я перехватила взгляд Молотова. Карие глаза замерли на моей шее, скользнули по декольте, а потом вернулись к лицу.
Разумеется, мужчине уже доложили о том, что я – непослушная и неблагодарная – отказалась от такого шикарного подарка.
– Не понравился «Каприз Императрицы»? – вместо приветствия поинтересовался Молотов, шагнув ближе и отсекая своей фигурой всех охранников.
Парни послушно выстроились полукругом, создавая непреодолимую стену между улицей и нами.
Кто-то из людей Сэма маячил за его спиной. И я поняла, что мы оказались отрезаны от всех зрителей, да и от всего мира.
– Знаете, Сэм Георгиевич, это слишком, даже для вас! – процедила я, намереваясь высказать все, что думаю об этом заносчивом засранце.
Молотов молча шагнул еще ближе, нависая надо мной гранитной стеной. Я задержала дыхание. С этого человека станется, возьмет и поцелует меня на глазах у моих родителей и своей охраны.
Но Молотов мгновенно взял свой гнев под контроль. Протянул руку, перехватил мою ладонь и устроил ее на своем локте.
– После поговорим, – пробормотал он, помогая мне войти в ресторан, откуда уже доносилась приятная музыка.
Нет, и все же зря я согласилась. Нужно было послать Молотова еще утром, а в идеале – в первую встречу.
Сэм будто прочел мои мысли. Кривая усмешка появилась на его губах, а рука собственническим жестом легла на мою спину.
Мое платье было вполне скромным, по меркам современной моды. Неглубокое декольте, закрытые плечи, никаких разрезов до бедра, а наоборот ткань скрывала мои ноги до самых щиколоток. Но вот спина…. Она была полностью открыта. И гад Молотов этим пользовался.
Казалось, будто мужская левая рука прилипла к моей коже. И даже когда появились мои родители в холле одними из первых приглашенных гостей, Молотов не сдвинул свою ладонь.
А я мысленно порадовалась тому, что на моих щеках не видно румянца смущения из-за макияжа.
***
Глава 12
Вечер оказался не так уж и плох, каким я его рисовала в своем воображении.
По крайней мере на меня если и смотрели как на диковинную игрушку Молотова, то помалкивали. Разумеется, среди гостей были и те личности, в глазах которых сквозила зависть или презрение. И, что меня совершенно не удивило, упомянутыми «личностями» были женщины. Но я, натянув на лицо максимально равнодушную улыбку, всем своим видом показывала, что плевать я хотела на мнение чужих для меня людей.