Выбирая жизнь. Исцеляющие истории о реальных людях.

В ТЕМНОТЕ

Я делаю, что захочу!

Ведь в темноте меня не видят,

а значит, и никто другой

меня не тронет, не обидит…

Как-то я была на тренинге, который проходил в абсолютной темноте, хоть глаз выколи. Ничего подобного раньше с собой не проделывала! С самого начала все казалось странным, необычным и, честно говоря, бессмысленным. В фойе – ни кофе, ни печенюшек, к которым мы так привыкли на подобных мероприятиях. Не было и тренеров, которые представили бы участников друг другу и рассказали о программе. Не успела даже участников сосчитать и разглядеть. В общем, сразу в темноту…

С тренерами мы познакомились уже по голосу. Так же и с другими участниками. Войдя в темноту, каждый получил в руки овощ или фрукт. Понятно, подумала я, значит, будем готовить. Народ вел себя по-разному. Одни смеялись, другие в густоте темноты чувствовали себя, словно в футляре, ощущая страх и невесомость.

На какой-то момент мне тоже показалось, что я теряю равновесие, голова закружилась, и на миг я почувствовала приближение паники. В этот момент некто дотронулся до меня: «Мне страшно, дискомфортно, я хочу света…» – раздался ее голос. Ледяные руки новой знакомой крепко сжали мою ладонь.

– Ты расслабься, говори со мной, руки-то холодные, давай сделаем растирание! – весело предложила я.

– Давай… – голос звучал тихо и неуверенно. Я принялась растирать руки новой знакомой, расспрашивая ее, как она попала на этот тренинг, что знает об этом и что у нее в руке.

– У меня яблоко, а у тебя что? – спросила она.

– То ли лайм, то ли лимон, не пойму…

Мы слышали, как наполняется зал. Казалось, все очень близко, при этом голоса звучали несколько отдаленно, словно теряясь в темноте.

В этот момент очень близко раздалось: «Я – Павел, ваш тренер. Задание – найти участников с тем же предметом, что и у вас, и объединиться». На какой-то момент воцарилась полная тишина, после чего все стали кричать: «Картошка, кто картошка?», «А где морковки?», «Яблоки, яблоки, где вы?!»

Я так же громко и протяжно крикнула: «Лааааааймыыыыыы!» Худенькие ручки с тонкими и длинными пальцами вцепились в мою руку: «Я тут! Я лайм, я лайм! Ты тоже? Я с тобой!» – радостно щебетал звонкий голосок, как у птички. Держась за руки, мы двинулись вперед в поиске «сородичей». К нам присоединились молодой человек и девушка, и уже вчетвером мы продолжили поиски оставшихся. Тренер снова дал команду – найти свой стол, за которым мы будем работать. Мы выстроились паровозиком. Я шла

впереди, разгребая темноту руками.

Незаметно к нам примкнули последних три лайма. С одной стороны, крепко держась за мои джинсы, чирикала «птичка», с другой – звучал более спокойный, взрослый голос. Мы снова двинулись на поиски. Темное пространство казалось бесконечным, мы ходили в одну сторону, затем возвращались, натыкаясь на стол то «морковок», то «яблок». И вдруг кто-то в темноте спокойным и твердым голосом сказал: «Добро пожаловать на стол „лаймов“, мы ваши тренеры, Мария и Наталья…» Не помню, когда я в последний раз испытывала такую радость. Мы наконец немного отцепились друг от друга и встали вокруг стола, который служил опорой в невесомости темноты. Девочки рядом, «голос постарше» и «птичка» время от времени брали меня за руки и просто прикасались, словно невольно, то ли проверяли мое наличие, то ли ощущали таким образом безопасность. Я чувствовала, как начинают болеть глаза, которые пытались разглядеть саму темноту. Казалось, они полны песка, ничего не видно. Я сказала об этом тренерам.

– Расслабься, не пытайся всматриваться в темноту, пусть глаза отдохнут, – мягко успокоила Мария.

– Легко сказать, но они не слушаются, они просто смотрят! Я расслаблена, мне хорошо и комфортно, но они словно сами по себе…

Я пыталась закрыть глаза, на какое-то время это помогало, но как только я открывала, напряжение снова нарастало. Наталья объявила группе первое задание. Нас посвящали в помощников повара. Мы получили кучу «униформы» и, вытаскивая наугад колпаки и фартуки, одевались и помогали найти недостающие детали остальным. Мы радовались, как дети, завязывали вместе ленты фартука, поправляли колпаки, постоянно находясь в близком контакте, и совершенно не задумывались о личном пространстве, субординации и о том, кто есть кто. В темноте все это неважно, не имеет никакого смысла. Только голос, интонация, прикосновение.

Я подумала: почему мне так легко и хорошо? Обычно вначале на незнакомых тренингах присутствуют волнение, тревожность. Почти всегда включается внутренний контролер, который хочет знать, что и зачем. Почему сейчас все иначе? Для чего мы хотим все знать? Чтобы в нужный момент правильно среагировать, не «потерять лицо»? Возможно, только теперь это неважно, лица все равно никто не видит. И поэтому все по максимуму открыты, естественны, а восприятие тех, кто рядом, совершенно иное.

Мы не видели, кто как выглядит, худой или толстый, низкий или высокий, молодой или старый, красивый или так себе, и т. д. и т. п. Все были равны, одинаковы и очень близки друг другу. Я прислушивалась к ноткам в голосе, интонации; конечно, в голове возникали картинки тех, чей голос, энергетика запомнились, произвели впечатление.

– Молодцы! Все справились, оделись верно и вовремя уложились! – торжественно объявила Наталья, на ощупь проверяя завязанные фартуки и надетые колпаки. – Теперь нужно разделиться на две команды, выбрать главного в каждой и приступить к следующему заданию.

Наша команда определилась сразу: те, кто рядом со мной, плюс один из мужчин. Всего у нас было двое мужчин, и мы их по-честному поделили! В итоге они и возглавили наши девичьи команды. Со вторым и с третьим заданием тоже справились быстро и слаженно. Мы стояли плотным рядом вокруг нашего небольшого стола, но, несмотря на близость, я обратила внимание, что не все голоса мне слышны, не всех я «вижу». Голос нашего капитана звучал довольно энергично, весело и приятно. Хотя не могу сказать, что по-лидерски, по-командирски, по-капитански.

Но голос другого капитана я не слышала вообще. Когда он замолкал, трудно было представить, вспомнить его. Голос девушки из второй команды я не «услышала» совсем.

«Птичка» чирикала, не прекращая, а «голос постарше» либо молчал, либо уточнял у меня то, что не расслышал. Отчетливее всех звучали голоса тренеров: спокойные, уверенные, я бы даже сказала, смелые, с такой чистой интонацией. Полные любви и уважения, принятия, тепла, они звучали приятно, убеждая в надежности и безопасности. Казалось, у них есть очки, которые позволяют все и всех видеть. И именно поэтому они так четко ориентируются в этой мгле, выполняя свою работу и помогая нам.

В следующем задании один доброволец от каждой подгруппы должен был пойти к «оракулу» за секретным рецептом. Направились я и еще одна девочка, назовем ее Ира. Нам предстояло узнать рецепт итальянской пасты и понять, как работает машинка для ее изготовления. На ощупь мы разбирались в этом, казалось, сложнейшем устройстве, чтобы четко освоить инструкцию и передать информацию своей группе. Мы с Ирой совершенно по-разному воспринимали и усваивали наставления. Мне важно было внимательно слушать, вникать, одновременно двигаясь пальцами по машинке, изучая все, о чем говорит тренер. Ира же все время задавала уточняющие вопросы, все в тему, ничего лишнего. Ее голос укреплялся, становился громче и увереннее. Она снова и снова проговаривала ответы на свои вопросы, я двигалась вслед за ее словами по машинке, и таким образом «неизвестный объект» был успешно освоен! Мы двинулись в обратный путь.

На столах уже лежали тесто, доски, мука и все необходимое. Группа собралась вокруг, и я приступила к объяснению предстоящей работы. По порядку, шаг за шагом, озвучивала инструкции, ребята по очереди проходились пальцами по машинке, чтобы понять, о чем я говорю. Группа Иры так же прекрасно прошла инструктаж. Ребята подготовили заготовки из теста, но наша машинка оказалась неисправной.

Пока мы разбирались с неполадками, вторая группа начала «производство». Привести в «чувство» машинку не удалось, и мы примкнули к остальным. Голос Иры звучал четко и громко. Она уверенно раздавала команды и подгоняла особо медлительных. По яркому звучанию ее голоса я невольно представила ее образ. Казалось, она довольно высокая, крепко сложенная, со строго зачесанными волосами, собранными в задорный хвостик! Недавно ее совсем не было слышно, теперь же она раскрылась, зазвучала, словно настал ее звездный час. «Молодец, Иришка! Все говорит четко и ясно, ни одного лишнего слова, на- стоящий лидер!» – на мой взгляд, в ней ярко проявился капитан, взявший на себя ответственность вытянуть всю команду малыми ресурсами. В первый раз за вечер мне пришла мысль, что я хочу увидеть, как выглядит этот участник. Так незаметно пролетело почти четыре часа. Было нелегко… Постепенно начали включаться лампы… Глаза уже привыкли к темноте, но, несмотря на это,

вновь увидеть свет было очень приятно и волнительно. Мы сели за стол и начали заново знакомиться. Первое, что бросилось в глаза, – при свете все изменилось! Близость и открытость вдруг сменились неловкостью и отчуждением. Хвататься за руки уже не хотелось, только держать дистанцию и личное пространство.

А наши замечательные тренеры оказались слепыми! Еще минуту назад они были самыми сильными, помогающими, мы же были маленькими и слабыми. Без них не получалось сделать и шагу. Мы были на их «темной территории»… Теперь же, как только зажегся свет, они превратились в слепых котят, в «людей с инвалидностью».

Почему так? В чем причина? Ведь для них темнота не закончилась! Но она закончилась для нас, и они знают об этом, и мы знаем. Мы видим, они нет. Все вдруг стали предлагать тренерам поднести стакан воды, принести стул. Но всего минуту назад они это делали для нас и лучше нас. Почему же все решили, что они вдруг разучились быть сильными?!

Я посмотрела на Иришку. Невысокая, худенькая, очень обычная, я бы даже сказала, несимпатичная. Мы вновь познакомились, сказали друг другу, какие мы молодцы. Поблагодарили за помощь и отличную командную работу. Слушая ее при свете, я заметила, как изменился ее голос. Он стал тихим и совсем не таким уверенным, как был еще пять минут назад.

Что с ней? Что случилось? Как будто она старается теперь соответствовать своему привычному образу. Какому? Вопросы сыпались один за другим, но не находили ответа. Тренинг закончился позже, чем планировалось, часы показывали почти полночь, и участники стали разбегаться сразу после фото на память. В воздухе висело странное напряжение. Я не могла понять почему, мне хотелось обменяться телефонами, созваниваться и дружить. Но чем дольше горел свет, тем быстрее все вставало на привычные места…

«Птичка» – молодая и красивая – улыбнулась, прощебетала что-то на прощанье и упорхнула. «Голос постарше» сказала, как приятно и замечательно все прошло, и откланялась. Ира тоже незаметно удалилась. Постепенно все разошлись. Я и двое ребят из соседних групп остались сидеть с нашими замечательными тренерами. Мне было интересно все! Они рассказывали о своих ощущениях от каждого из нас. Зал был почти пуст, я испытывала не объяснимую грусть. Вдруг кто-то окликнул меня по имени. Я повернулась и увидела перед собой симпатичное лицо девушки с большими красивыми глазами.

– Это я… – прозвучал знакомый голос. – Я не была уверена, что узнаю тебя, и хотела оставить эту записку, чтобы ты могла меня найти.

Она протянула мне обрывок бумаги с номером телефона и текстом: «Таня с холодными руками, которая боится темноты».

РАЗГОВОР С БОЛЬЮ

Я жизнь свою перепишу,

Я изменю одно лишь слово.

Боль, для меня ты – просто ноль…

И пусть пока мне это ново.

Моя книга «100 дней между жизнью и смертью» вышла в начале 2017 года. Эта история зародилась более пятнадцати лет назад в личном дневнике. Книга – не история болезни, а, скорее, история возвращения к себе и обретения себя в тот непростой период. После выхода книги ко мне стали обращаться люди. Многие задают вопросы: «Как победить рак? Как поддержать больных близких? Как отпустить болезнь? Как остаться жить?» Порой люди пишут просто так, чтобы пообщаться, получить поддержку, услышать одну из моих позитивных, исцеляющих историй. Не так давно я получила письмо от знакомой, прочитавшей мою книгу: «Моя подруга больна, у нее рак тяжелой стадии, метастазы, ей очень плохо, врачи отказываются лечить. У нее жуткие боли, и, возможно, ей остался всего лишь год, а ведь она совсем молодая! Ирине 27 лет, муж давно оставил ее с детками, теперь она мама-одиночка с двумя маленькими дочерьми. Если бы ты знала, как она боится умереть, но больше всего она страшится оставить своих девочек. Ей очень нужна твоя помощь…»

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

1

Авторское шутливое определение

2

https://www.phoenixgame.co/ru/about/