Если это судьба

Сколько бы она ни думала в последнее время о том, что не хочет больше жить, а инстинкт самосохранения сработал прежде, чем она поняла, что происходит. Вскинув руку, Вика намертво вцепилась в нижнюю часть перил. Неведомая сила пыталась протащить ее под ними и сдернуть с причала. Изогнувшись, она второй рукой вцепилась в перила. Тросик как будто ослаб на мгновение, но не успела Вика облегченно вздохнуть, как последовал рывок, еще на четверть сдернувший ее с причала. Теперь Викины ноги были в воде, и чья-то невидимая рука ухватилась за одну из них, продолжая стягивать вниз. Вика цеплялась за перила, помогая себе и плечами, и головой. Однако сползала с причала сантиметр за сантиметром, и руки постепенно разгибались, уступая превосходящей силе. Что делать?! Вика даже представить себе не могла. Кричать бессмысленно, сторож отсюда все равно ее не услышит. Да и хватит ли у нее, хрипящей от напряжения, сил на крик? Что с ней вообще собираются сделать?! Утопить?!

– Вика! – Частый топот ног по бетону раздался одновременно с возгласом. Андрей Смирнов появился так неожиданно и вовремя, что это было похоже на чудо. Впервые за прошедшие годы его появление ее обрадовало. Он подбежал, схватил ее под мышки, рванул на себя. Почти одновременно с этим Вика ощутила, что ее ноги свободны. Смирнов одним рывком выдернул Вику на причал, она упала на колени, пытаясь отдышаться. Потом вспомнила про тросик, все еще обвивающий ее ногу, и дрожащими руками поспешила его размотать.

– Что случилось, Викуль? Ты чего? – присев перед ней, допытывался Смирнов.

– Нога… – заговорить у Вики получилось не сразу. – Кто-то ухватил меня и попытался утащить под воду.

Смирнов размотал без усилий тросик, показал его Вике:

– Скорее всего, кто-то бросил его здесь, а ты просто запуталась в нем и споткнулась, Викуль!

– Я не спотыкалась! – вспыхнула она. – В это время я не шла, а стояла на месте!

– Может, ты задумалась и переступила с ноги на ногу?

– Смирнов, ты что, считаешь меня идиоткой?! Как можно было переступить на месте так, чтобы вылететь с причала и почти упасть в воду? Меня кто-то тащил, понимаешь?!

– Ну хорошо, хорошо, Викуль. – Он примирительно вскинул руки.

Не верит, поняла она. Не верит, потому что сам вытащил этот злополучный трос без малейшего усилия. Тот, кто тянул за него с той стороны, успел отпустить свой конец. А видеть, подбегая, Андрей ничего не мог, потому что Вика и сама ничего не видела. Разве что слышала всплески, да мелькнула перед глазами дельфинья кожа… или фрагмент гидрокостюма, тут же подумалось ей. Конечно! Ведь рука, что тянула ее вниз, явно была человеческой. Что же это получается?! Кто-то специально переоделся, чтобы подкараулить ее здесь? Но влезть в гидрокостюм – дело не одной минуты. А заранее сделать это не могли, потому что она и сама еще утром не знала, что приедет сюда. Или неведомому ныряльщику не важна личность жертвы, и его выбор пал на нее случайно?! Но что же тогда вообще здесь происходит, в этом озере?!

Смирнов тем временем поставил Вику на ноги:

– Пойдем, Викуль! Ты ноги промочила. Скорее в машину, там разуешься.

Она не стала сопротивляться. Конечно, больше всего ее трясло от пережитого страха, но и вода в озере была очень холодной, почти ледяной. А главное, Вике хотелось убраться отсюда как можно быстрее и дальше.

– Ты-то как здесь оказался? – спросила она, пока они со Смирновым добирались до оставленной за шлагбаумом машины.

– Лена мне позвонила. Рассказала, что ты сбежала из дома, бросив свой телефон, и попросила тебя отыскать. Вот я и решил: ты либо на кладбище, либо на станции. Съездил вначале на кладбище, но там тебя уже не застал, остались только твои следы на влажной земле, вот я и рванул сюда. Спросил у сторожа, он сказал, что ты приехала, и разрешил мне пройти.

– Логично, – кивнула Вика. Но Лена-то хороша! Как будто больше не к кому было обратиться! И что за дела у нее могут быть со Смирновым за ее-то спиной?! Ох, и получит у нее тетушка! После того как сама выдаст свою порцию Вике…

Смирнов тем временем отметился у сторожа, довел ее до машины, и, усадив на переднее сиденье, принялся разувать, потому что у самой Вики руки были как деревянные. Еще и ладони оказались ободраны. То ли поранила, когда упала на причал, то ли когда цеплялась, пытаясь удержаться на нем. Теперь они пульсировали и саднили так, что боль отдавалась в распухших запястьях. И нога… Одну Смирнов разул без проблем, закатав брючину, чтобы мокрая ткань не касалась ее ноги. А когда взялся за вторую, Вика болезненно охнула.

– Ты чего, Викуля? – Уже осторожнее он все-таки снял с нее туфлю, носок. И присвистнул: – Ничего себе!

– Теперь-то ты мне веришь? – Вика тоже увидела свою ногу. Точнее, широкий багровый рубец в том месте, где ее обвивал тросик.

– Теперь да. – Смирнов внимательно осмотрел Викину лодыжку. – Споткнуться так ты не могла ни при каких обстоятельствах. Но что же это получается? Кто это мог быть?

– Ты меня спрашиваешь? Еще минуту назад ты вообще мне верить отказывался.

– Не отказывался, Викуль. Просто допускал, что тебе могло почудиться. Ведь эта трагедия повлияла на тебя очень сильно.

– Ты еще мою контузию вспомни. – Вика выдернула у него ногу и села как положено, закрыв за собой дверцу у него перед носом. Тепло от автомобильной печи приятно обтекало обе ноги. Правда, для правой это удовольствие оказалось еще и болезненным.

– Зря ты так, Викуль. – Смирнов проскользнул в свою дверцу на водительское сиденье, но браться за руль не спешил, повернувшись к Вике. – Я не считаю, что с тобой что-то не в порядке. Но в этом месте, да еще в наступающих сумерках… Однако теперь я вижу, что ошибался и ты не преувеличивала! Знаешь, посиди-ка здесь минуточку, а я сбегаю к причалу и прихвачу тот трос с собой. Надо было его сразу забрать.

– Нет!!! – Одна мысль о том, чтобы снова остаться одной в этом зловещем месте, заставила Вику вцепиться в Андрея обеими руками. – Не уходи! Плевать на трос, пусть его полиция ищет, если он все еще там! Поехали отсюда!

Оценив Викино состояние, Смирнов даже не попытался возражать, сразу развернул машину в сторону города. Однако мысль о случившемся не давала ему покоя, и он спросил:

– Ну, ты разглядела, заметила хоть что-нибудь?

– Человек был в гидрокостюме. Это все, что я успела заметить, когда он вынырнул, чтобы меня ухватить. – При этом воспоминании нервная дрожь пробежала по ее телу. – И подбирался ко мне, и уходил потом он под водой. Ты и сам ведь его не видел.

– Я на тебя смотрел. Даже не сразу понял, что происходит. Подумал было, что ты решила… искупаться.

– Ты хотел сказать «утопиться», – поправила Вика. – Называй вещи своими именами.

– Ну, пусть так.

– Глупо. Из всех смертей я бы в последнюю очередь выбрала именно эту. Если ты не в курсе, то я слишком хорошо плаваю, Смирнов.

– Вот и чудесно, – кивнул он, озадаченно глядя на обгоняющую их машину.

Вику ее появление тоже немало удивило. Откуда она могла тут взяться? На лодочной станции ее не было. Разве что это рыбаки, которые разводили костер? Почти стемнело, так что им самое время сейчас возвращаться домой, если они не собирались ночевать на озере.

Машина между тем вырвалась вперед и начала притормаживать, принуждая к тому же и Смирнова.

– Что это они?! – встревожилась Вика.

– Ты пристегнуться не забыла? – спросил он вместо ответа.

– Забыла. – Вика завозилась с ремнем безопасности. Он что, думает, это могут быть гаишники? Но какого черта им караулить на этой глухой дороге?

Смирнов между тем, как от него и требовали, остановился, но не стал выходить, а замер, выжидая. Вика еще раз посмотрела на замершую метрах в десяти перед ними машину. Не похожа она на служебную! Никаких маячков, опознавательных знаков! Темная иномарка с тонированными стеклами, забрызганная грязью почти по самую крышу.

– Смирнов, поехали отсюда! – попросила Вика. Может, это и в самом деле рыбаки, захотевшие у них что-то спросить, но ей стало не по себе.

– Поедем, Викуль, обязательно, – кивнул Смирнов, не сводя глаз с машины.

Какое-то время она просто стояла, но когда в ней поняли, что они не собираются проявлять инициативу, водительская дверца открылась.

– Держись, Викуль, – спокойно, как-то обыденно сказал ей Смирнов, выжимая газ. Их машина рванулась вперед, быстро набирая скорость. Вика даже испугаться не успела, а собравшийся выходить водитель иномарки преследователей едва успел вдернуть обратно в салон ногу и руку, когда Смирнов на полном ходу врезался в распахнутую дверцу, смял ее, буквально вывернув наизнанку и, не притормаживая, понесся дальше.

– Андрей, ты сумасшедший! – воскликнула Вика, начиная приходить в себя. – А если это и в самом деле были рыбаки?!

– Я извинюсь, – пообещал он, все так же нажимая на газ и внимательно следя за дорогой. Света фар позади не было видно, и это позволяло надеяться на то, что их не преследуют. Если вообще собирались это делать… Теперь, когда иномарка осталась позади, Вика испытывала уже не страх, а раскаяние.

– Можно же было как-нибудь аккуратнее, – пролепетала она.

– Викуль, у меня тоже как минимум фара разбита, так что не они одни в убытке. Но я придерживаюсь железного правила: никогда не вступать в контакт, если тебе его откровенно навязывают, да на пустынной дороге, да еще из машины с заляпанными номерами.

– Но она вся была в грязи, так что номера не могли остаться чистыми.

– Вот завтра и узнаем, на чьей стороне правда. Мои-то номера они могли разглядеть. Если обратятся с жалобой, значит, я был не прав. Ну, а если не обратятся, значит, не зря мы с тобой это родео устроили.

Вика не нашла, что ему ответить. События сегодняшнего дня не укладывались у нее в голове. Водолазы… что им делать в озере? И не они ли потом преследовали их на таинственной машине? Ответов на эти вопросы у Вики не было. Одно она знала наверняка: что завтра с утра пойдет к следователю и все ему расскажет… Ну, почти все. Про смирновскую выходку на дороге она промолчит, пусть пострадавшие сами с ним разбираются. Или, если он хочет, пусть расскажет следователю сам.

– Ну, вот мы и приехали, Викуль, – прервал ее мысли Смирнов, останавливаясь возле подъезда. – Я провожу тебя до дверей.

– Андрей… – Вика посмотрела на него. Надо было сказать ему спасибо, ведь сегодня, как ни крути, а он ее спас. Но благодарить того, кто повинен в маминой смерти, у Вики язык не поворачивался. Положение спасла Лена, вылетевшая из подъезда. Оправдываться перед ней не пришлось, она с плачем кинулась к Вике, потом принялась благодарить Смирнова за них обеих, даже не подозревая, чем именно они ему обязаны. Он проводил их обеих до квартиры, но заходить не стал. Кивнул от порога:

– Пока, Лен. Звони, если что. А остальное Вика сама тебе расскажет.

Рассказать пришлось. Сидя на диване, закутавшись в плед, с бокалом сваренного Леной глинтвейна. Теперь, в тепле и тишине квартиры, эта история казалась Вике нереальным, дурным сном. И только пульсирующая болью нога да саднящие ладони подтверждали, что все это ей не почудилось.

– В общем, если бы не Смирнов, – вздохнула Вика, – то мне бы здесь не сидеть. Не хотелось быть ему ничем обязанной, и вот…

– А вот нечего было болтаться где попало! – все-таки напала на нее Лена. – Чего ради тебя из дому понесло?! Ты даже не представляешь, что я пережила за эти часы!

– Прости, Лен. Но ты тоже хороша! Нашла к кому обратиться.

– А что, были варианты? Я из дома уйти не могла, осталась тебя караулить, потому что ты здесь могла объявиться. А из всех наших знакомых безотказно сорваться, бросив все дела, и пуститься на твои поиски мог только Андрей.

– И как ты связаться-то с ним умудрилась? – ворчливо спросила Вика. – Что, и до этого вы общались за моей спиной?

– Общались. Пока ты была в больнице, он попросил у меня номер телефона. Звонил мне узнать, как ты. И что бы ты сейчас ни думала, я не считаю, что с моей стороны это было преступлением. Как не жалею и о том, что обратилась к нему! Я ведь тебе на причале помочь вряд ли смогла бы, мое появление этого водолаза точно бы не отпугнуло. И с той машиной, я считаю, Андрей действовал именно так, как надо.

– Ну да, Смирнову виднее, – усмехнулась Вика. – Ему же не привыкать общаться с бандитами.

– Если ты намекаешь на род его занятий, то должна тебя разочаровать: у него несколько магазинов и сервисный центр. Все легально. Ну да, начиналось-то у него наверняка не все гладко, и сомнительные знакомые есть до сих пор. Но у кого их нет?

– Если ты имеешь в виду меня и Клима… – Тут же подобралась Вика.

– Господи, да никого я не имею в виду! Хотя, если хочешь, да! Смирнов был повинен в том, что в нетрезвом виде пошел на поводу у разгулявшихся друзей, один из которых действительно недавно вернулся с зоны. А твой Клим… да он был мозговым центром преступной группировки!

– Лена!!!

– Ладно, молчу! Но и ты прекращай смотреть на меня своим инквизиторским взглядом! Я не предавала Ксюшеньку, и ее память мне так же дорога, как и тебе. Однако, если человек искренне раскаивается в своем преступлении и если хотел бы, да уже не может ничего изменить, я не стану держать на него зла. Никто из них не думал, что так все закончится, и если ты помнишь, то на суде они все раскаивались. Даже тот, с зоны…

– Лен… А ты не думаешь о том, что они собирались с нами сделать? И сделали бы, если бы не мама?

– Викуль… сложно теперь говорить о том, что могло бы быть, но чего так и не случилось.

– Мне не сложно. Я до сих пор помню весь тот ужас и их гадкие руки. Если бы не мама… Да для меня это стало бы хуже смерти!

– Викуля, девочка моя, пойми, я их не оправдываю. Но что касается Смирнова, то, видя такое искреннее раскаяние…

– Ладно, Лен, давай больше не будем об этом, – отступила Вика. – Общайся, с кем хочешь, я тебе не указчик. И не хочу с тобой ссориться.

– Так ведь и я не хочу, Викуль, – вздохнула Лена, обнимая ее.

К следователю они пошли вместе. Вика все подробно рассказала ему, включая эпизод про машину, – оказывается, Смирнов перед уходом, словно прочитав Викины мысли, успел сказать Лене, чтобы они ничего не скрывали. Следователь выслушал Вику очень внимательно, осмотрел и ногу, и руки. Потом покачал головой:

– Ваше предположение, что это могли быть какие-то маньяки, я отметаю сразу. Ни один человек, даже самый безумный, не стал бы погружаться в озеро, чтобы сидеть в ледяной воде и ждать: а не появится ли в будний день на пустынном причале подходящая жертва? Нет, Виктория Александровна, я почти уверен, что этот тип нацелился именно на вас. Вы же сами слышали всплески, когда он вас заметил и несколько раз выглядывал из воды, чтобы убедиться, что не ошибается. Интерес к вам подтверждается и тем, что вас потом попытались перехватить на дороге. Скорее всего, в машине сидели те же самые люди, и было их не меньше двух человек, потому что они рассчитывали справиться с вашим спутником, в то время как на озере с его появлением расклад сил оказался в вашу пользу, у вас на пирсе была более выигрышная позиция.

– Но… зачем? Кому я могла потребоваться? Если бы начали с меня, желая отомстить Климу, это было бы понятно. Но теперь, после его гибели…

– О причинах такого интереса к вам мы можем лишь строить догадки. Но, как мне кажется, вряд ли целью этих людей являлось ваше убийство, оно бы им действительно ничего не дало. Скорее всего, вас хотели о чем-то расспросить. Да и человек в озере вряд ли занимался подводной охотой, вода еще настолько холодная, что надо быть очень большим энтузиастом этого занятия. Нет, я скорее допускаю, что в озере он что-то искал. То, что не смог отыскать ранее в вашей взломанной квартире, – я почти уверен, что оба этих дела свяжутся в одно. Нечто настолько важное, что нельзя было отложить поиски на более теплое время года. И, как мне кажется, он посчитал, что вы ему в этом как-то могли бы помочь. В связи с этим, Виктория Александровна, я еще раз хочу спросить: вам действительно ничего не известно о нелегальной деятельности вашего мужа? Может, он все-таки что-то доверил вам? Что-то такое, чему вы сами не придали никакого значения?