Лучшее лето в жизни

– Я не помню, – сказал я.

– Я тоже! – поддакнула Кэми.

– Ну-ну, – сказал Янгон, словно был в курсе хитрости «Кавахара Эйки».

Я понял, что ему очень не хотелось, чтобы Фанг-Кефанг пускался в объяснения еще и по этому поводу.

– Далее, – сказал Фанг, – мы можем предположить, что сами отель и Хансен являются лишь отвлекающими моментами, а все основные действия произойдут далеко от Додекан-сайто. Я вообще склонен полагать, что ход с «Пайтон-де-Люкс» – чистая провокация со стороны одного из джинкочи.

– Чего же хочет этот джинкочи? – спросил я.

Толстяк хмыкнул.

– Чего и все они, – сказал он. – Территорий, ресурсов, расширения, власти, контроля. Всего этого вместе, Тиро. И твоя Эвер Дикки Хансен выступает здесь лишь проводником чужой воли. Скорее всего.

– А ты сам говорил, что она прячется, – осторожно сказала Кэми.

– Я уже переменил свое мнение, – сказал Фанг-Кефанг. – У всех на виду отель выстроить – это все равно, что объявить: «Вот моя прятка!». Так что я сглупил.

– «Пайтон-де-Люкс» точно привлек внимание, – кивнул Янгон. – Вряд ли таким образом «ложатся на дно».

– Но у нее есть турели, – сказал я.

Фанг-Кефанг захохотал. От смеха он даже отклонился на стуле назад, и странные лупоглазые создания из анимаро, красочной бестелесной толпой выстроившиеся за ним, подались в стороны, ожидая его падения. Падение обещало быть эпическим, веса в нашем приятеле было не меньше двадцати двух канов. Секунду стул с побледневшим, взмахнувшим рукой Фангом балансировал на задних ножках, пока Янгон не предотвратил катастрофу, надавив толстяку на колено.

Бум! Стул со стуком вернул себе две недостающие точки опоры.

– О, Янгон, я твой должник, – сказал Фанг-Кефанг, обретая обычный, розовый цвет лица. – Я забыл, что здесь дурацкие стулья.

– Кто-то упал? – вытянул шею из-за стойки Гелан.

– Почти! – крикнул я. – Все обошлось!

– Хвала Аллаху!

– Я склонен полагать, Тиро, – сказал толстяк, несколько мгновений поворочав стул под собой, видимо, с целью придать ему большую устойчивость, – что присутствие Хансен в отеле – некая имитация, как бы декларация намерений…

– Зачем?

– Ну, этого я не знаю. Например, чтобы объявить, что одному джинкочи известно о планах другого джинкочи на Додекан. Еще есть вариант, что твоя Хансен является неким триггером, который должен спровоцировать ответную реакцию. Там все просчитано, шунен. Ты уж извини, – усмехнулся Фанг, – но эти турели, скорее, необходимый атрибут присутствия, чем действенное средство защиты. Продвинутый кирай даже не будет ими заморачиваться. Или вообще перехватит управление. Тогда эти «Бертран-А» просто расстреляют Хансен в ее же номере.

Я нахмурился. Мне не хотелось, чтобы Эвер Дикки расстреляли.

– Может, турели – это предосторожность, – сказал я. – Не от кираев.

– Может быть, – согласился Фанг-Кефанг. – Нет, миссия ее состоит не в том, чтобы прятаться. Никто не прячется напоказ. И она – не девушка, сбежавшая к нам в район из богатой семьи. Скорее всего, это именно что некое послание.

– Кому?

Толстяк всплеснул руками.

– А я знаю? Ты, Тиро, иногда вопросы задаешь, будто я должен быть в курсе всего. А я не в курсе. Возможно, и сама Хансен не в курсе. Может быть, твоя Хансен такой же робот как наш Дзионкай, только в более приятной оболочке.

– Она не робот! – запротестовал я.

– Это не моя версия, – сказал Фанг-Кефанг. – Это Янгона версия. Это он, как ты помнишь, обозвал ее арти-цумой. Если же ты поинтересуешься моим мнением…

– То что? – спросил я.

– То я скажу, что все равно, получается, что Хансен так или иначе завязана на одного из старших джинкочи. Какая она при этом, механическая или живая, не так уж важно. Она исполняет чужую волю.

– Не, Тиро это как раз важно, – с улыбкой сказал Янгон.

Я потряс пальцем.

– Ты…

В волнении я плохо подыскивал слова. Они все разбегались, как пластиковые шестиножки в игре «Кенхам». Сколько не лови, в загончике всегда одна-две, а остальные – за границами экрана.

– Я не в претензии, – сказал Янгон, глядя, как я надуваю щеки. – Мне и «Мохнатки» хватает, Тиро. Она вся твоя.

В моих глазах потемнело.

– Я…

– Прекрати! – Кэми постукала меня кулачком по плечу.

Я шумно выдохнул. Где-то близко была грань. Я – Тиро Макемаси, мои друзья – Кэми, Янгон, Фанг-Кефанг, я живу на Додекан-сайто. Так? Надо успокоиться, надо успокоиться.

– Простите, – сказал я, пряча руки под стол и сжимая пальцы.

– Именно поэтому мы тебя и подначиваем, – сказал Фанг-Кефанг. – Учись контролировать себя, Тиро.

– Она живая, – сказал я.

– Дальше.

– Она не прячется и вовсе не арти-цума.

– О! – придвинулся Янгон. – Ты что-то знаешь! Она сказала тебе в спальне?

Я кивнул.

– Что? Что сказала? – округлил глаза Фанг.

– Она хочет, чтобы мы провели ее по Додекан-сайто, – сказал я. – Завтра.

Бум! Толстяк грохнул о стол ладонью.

– Ну вот! Все сходится! – воскликнул он, распугивая анимаро. – У нее точно есть миссия, связанная с нашим районом! Не просто так строят «Пайтоны»! Наверняка она нанята одним из строительных джинкочи.

– Так мы тебе с Тиро об этом битый час говорим! – сказал Янгон.

– Ты про искусственную жену битый час говоришь! – огрызнулся Фанг-Кефанг. – У тебя, на самом деле, большие комплексы с этим делом, бура.

– Завянь, – скрестил руки и принял независимый вид Янгон.

– Первым сказал Тиро, – подала голос Кэми.

– Конечно! – кивнул Фанг-Кефанг. – Чего бы не сказать, если знаешь! Меня бы в спальню пригласили, и я бы сказал!

Иногда толстяк невыносим. Ему всех хочется задеть, у всех вызвать реакцию, он становится колким и язвительным, припоминая даже давние обиды. Я вдруг подумал, что таким образом он стремится перенести внимание со своих собственных ошибок на чужие. Замылить какую-нибудь свою глупость. Фангу не хочется, чтобы о нем думали, как о тупице. Нет, он далеко не туп, и даже с Сютуном, когда тот начинает рассуждать за сетевое и мем-программирование, Фанг, единственный из нас, может достойно продержаться в теме хотя бы полчаса. Кэми вот сразу засыпает. А мне хватает десяти минут, чтобы почувствовать, насколько я дефектный, потому что из пяти слов слышу лишь одно знакомое.

Поэтому никто из нас не думает, что Фанг-Кефанг туп, даже наоборот, но Фанг-Кефанг все равно изводит себя (и нас), когда находится повод так посчитать.

Он понял, что его первоначальная версия о том, что Эвер Дикки Хансен, будучи в бегах, решила спрятаться в свежеотстроенном для этого отеле, никуда не годится, и тут же усиленно принялся ее уничтожать. Сколько раз он уже повторил, что отель и Эвер Дикки – некие вторичные фигуры, и гораздо важнее сконцентрироваться на том, что стоит за ними, а не на них самих? Наверное, раза три уже.

И еще повторит. Лишь бы мы больше не вспоминали об ином. И моим словам о возможности послужить Эвер Дикки экскурсоводами по Додекан Фанг так обрадовался именно потому, что они уводили в сторону от опасной для него темы.

Когда я все это понял, моя злость на толстяка (и на Янгона, чего уж) совсем улеглась. Такое со мной бывает. Едва я нахожу скрытую, движущую причину какого-либо направленного на меня воздействия, я успокаиваюсь. Как мне кажется, все дело здесь в том, что в чужих словах и поступках я начинаю замечать ущербность тех, кто их произносит или совершает. Тогда я говорю себе: не ты один неполноценный, Тиро. Не ты один. Это мирит, знаете, со всем миром. Ох, ладно.

– Так что, – спросил я, – мы покажем Эвер Дикки район?

– Я – за! – поднял руку Фанг-Кефанг.

– А склады у Кушигай? – спросил Янгон.

– Формально они не наши, – быстро сказал толстяк.

– Часть складов – на нашей стороне, – возразил Янгон. – Любой сити-маппер покажет тебе границы. А там – ол-гурэнтай.

– Мы можем быть честными, – сказал я. – Возможно, Эвер Дикки найдет с ними общий язык. Или сама откажется от посещения складов.

– Эх, если бы у меня были две автоматических турели! – мечтательно завел глаза к низкому потолку Янгон. – Представьте – две турели. И никаких ол-гурэнтай.

– И здоровый робо-таки муниципальной полиции, – добавил Фанг.

– Ну, это же потом! – сказал Янгон. – Я бы и сам сдался.

Я привстал.

– Господин Гелан!

На мой крик араб всплыл смуглым лицом поверх стойки.

– Да, Тиро-ага!

– Можете минут на пять дать нам в пользование проектор?

– Это денег стоит.

– Сколько?

Гелан задумался на долю секунды.

– Ай, Тиро-ага, нисколько! – с улыбкой махнул рукой он. – Что клиенту в радость, то и нам в радость! Но только пять минут!

– Спасибо, господин Гелан.

Я получил пароль на аплинк. Кэми принялась складывать подносы друг на друга. Фанг-Кефанг собрал бокалы и трубочки.

– Хочешь разработать маршрут? – придвинулся Янгон.

Я кивнул.

Проектор с тихим жужжанием проехал по направляющим под потолком и завис над нашим столиком. Включилась подсветка, передо мной проросли клавиши виртуальной деки. Через внутренний процессор, через прошитую во мне арти-сеть проектор не работал, потому что, видимо, тоже, как и сердце господина Гелана, был куплен только после того, как безнадежно устарел и подешевел.

Я набрал: «Додекан-сайто, карта». Проектор помигал и принялся выращивать виртуальные здания, медленно застраивая ими столешницу. Он делал это, периодически замирая на одно, на два мгновения, словно ему не хватало мощности. Токоран-рю. Фукомо-рю. Басубан-рю. Улицы тянулись сквозь Додекан узкими желтыми лентами. Жилые комплексы обрамляли их, множа этажи. Овалы прогулочных площадок и сервисные зоны слабо голубели там, где план района позволял свободное от застройки пространство.

Границы Додекан обозначались красными барьерчиками с указаниями соседствующих районов. Кушигай. Кайрю. Где-то на другом конце, еще невидимый, должен был находиться выход в Натоми.

– Какой он медленный, – сказала Кэми, положив подбородок на кулачки.

– Ты ему не мешай, – сказал я, отодвигая ее, потому что часть зданий Кэми накрыла своей головой.

– О, Тойдеканн пошел, – заметил Янгон.

Свалка прорастала огромным серым куском с его стороны. Проектор воссоздавал ее еще медленнее, чем дома, но, надо признать, воссоздавал кропотливо. Наверху Башни Огитори даже можно было разглядеть наш наблюдательный пункт, прикрытый маскировочной тканью. Правда, я все же засомневался, что свалка отображается онлайн. Ни утилизаторов, ни Дзионкая, ни иной роботехники проектор не показывал. Значит, как минимум, не отслеживал текущие изменения.

Отель, впрочем, в его базе уже был. С дорожкой, пальмами, башенками, балкончиками и стеклянной террасой. Имелся даже план расположения номеров. Я почему-то подумал, что, если загляну на пятый этаж в сорок шестой номер, то, возможно, увижу Эвер Дикки Хансен, как она ходит или лежит. Глупая идея. Но секунд пять мне ужас как хотелось укрупнить изображение «Пайтон-де-Люкс».

– Друзья! Пять минут! – крикнул от стойки Гелан.

– Ваш проектор нам только-только район построил! – крикнул в ответ Фанг-Кефанг. – Мы ничего не успели еще!

– Это хороший проектор!

– Медленный, – сказала Кэми.

Араб покачал головой.

– Ладно. Еще пять минут. От сердца отрываю.

– Спасибо, господин Гелан! – крикнул я.

– Я еще лимонада закажу, – поднялся Янгон.

Взяв наши подносы, он ушел к стойке. Там зажурчал голос повеселевшего Гелана. Из ниши выкатил робоуборщик и, потрескивая, принялся натирать полы. Анимаро в виде драконов прыгали по стенам и изрыгали огонь.

Проектор звякнул. Додекан-сайто был построен.

Я поставил палец у нашего дома, отмечая начальную точку маршрута.

– Не-не-не, – запротестовал Фанг-Кефанг, – от отеля веди. Мы же не от дома пойдем. И вернуться должны к отелю.

Я сдвинул палец.

– Тогда, так.

Стараясь не задевать здания, я повел светящуюся линию от Мори-рю к Токоран, перескочил на Кокото…

– Давай все же от складов и Кушигай подальше, – сказал Фанг-Кефанг.

– Поддерживаю, – сказал вставший у стола Янгон.

Он шумно всосал лимонад через трубочку. Микропластик с его торчащих в стороны волос посыпался на виртуальный Додекан.

– Почему? – спросил я, сдув желтую крошку.

– Ей наверняка не понравится, – сказал толстяк.

– А еще, повторяю, там ол-гурэнтай, – добавил Янгон. – Думаешь, если они налетят, мы отобьемся? Мне что-то в это не верится.

Я посопел.

– Она подумает, что мы утаиваем от нее важную информацию.

– Да! – сказала Кэми. – Она же не глупая. У нее тоже есть карта района.

– Черт! – воскликнул Фанг, с силой потерев свой стриженный череп. – Точно! Это меня Янгон сбил. Тогда веди ее к складам, Тиро. Да, это правильно. Мы же не знаем, какие у нее задачи. Может, как раз проблемные места ее и интересуют. Если уж превращать Додекан в Отуро…

– Тут может быть другое, – произнес Янгон таким зловещим голосом, что я остановил палец на пересечении Кокото и Басубан.

– Что?

– Не знаю.

– А зачем пугаешь? – привстала Кэми.

Янгон протянул ей бокал с лимонадом.

– Я подумал, – сказал он, глядя то на меня, то на Фанг-Кефанга, – что Хансен действительно могли послать как триггер, как катализатор дальнейших событий. А после – все.

Толстяк нахмурился.

– Что – все?

– Ну, война среди джинкочи, – произнес Янгон. – Наш район как раз…

– Ага-ага, – сказал Фанг, – могущественные джинкочи «Кавахара», «Циндао Айс», «Мицуи», «Гелиотекки», «Нобуно»…

– «Йокики»! – выкрикнула Кэми.

– «Йокики» уже давно поглощена «Стабаро», – сказал Фанг-Кефанг. – Так вот, мы должны думать, что все эти джинкочи вдруг решили: не замутить ли нам войну в Додекан? С чего? Мы же не на золоте сидим.

Я провел палец через узкую парковую зону до границы с Кайрю и вернулся на Мори-рю, вычертив длинную линию по краю свалки. Тойдеканн был, так сказать, финальным аккордом, основной достопримечательностью. Только я не знал, произведет ли он впечатление на Эвер Дикки. Вся прогулка пешком должна была занять около двух часов времени.

– Сейчас золото не в цене, – сказал я. – Вот если бы мы сидели на трансурановых или хотя бы на литии…

– Может и сидим, – сказал Янгон.

Фанг-Кефанг поднялся, оценивая проложенный мной маршрут.

– Ну, кажется, неплохо, – сказал он.

Виртуальный район потрескивал и мерцал.

– А «Сабах» в середине – это с намеком? – спросил Янгон.

Я кивнул.

– Мне нравится! – заявила Кэми.

– Может быть…

Фанг-Кефанг протянул руку, чтобы нарисовать альтернативу, но проектор выключился, и Додекан на столе пропал.

– Все, дорогие мои! – крикнул Гелан от стойки.

Казалось, даже анимаро, столпившиеся вокруг нас, разочарованно выдохнули.

– А еще? – спросила Кэми, вытягивая шею.

– Увы, Кэми-ханум. Электричество дорого.

– Ладно. Спасибо, Гелан.

Я присел, давая Кэми заползти мне на спину. Выходя, мы помахали арабу, который несколько раз с улыбкой поклонился.

– Я надеюсь, – сказал Фанг-Кефанг уже снаружи, – что за экскурсию по Додекан Хансен нам тоже заплатит.