Происхождение и сущность зла в свете Космософии. Часть 1. Христианские воззрения

В связи с этими воззрениями в христианском Гностицизме толкуется и понятие . Под ним подразумевается, главным образом, пробуждение тварного существа в , осознание им себя одним из  Плеромы, что одновременно есть осознание им собственной сутьевой . Об этом нам, в частности, сообщает гностический трактат : «И те, которые уподобились Мне, уподобились Моему Слову, ведь они вошли в вечный Свет и духовное товарищество друг с другом в Духе, так как они познали во всём и нераздельно, что ». Это есть освобождение духовной сущности от оков ограниченного и временного тварного бытия и возвращение её в свой источник – надтварной мир Полноты Божественности. Миры, созданные первоархонтом Ялдабаофом, есть темница для душ, странствующих в его творении, и, с точки зрения Гностицизма, побег из этого мрачного бытия – цель и смысл жизни его обитателей. В гностическом тексте (оно же ) мы узнаём о том, что подразумевали гностики под воскресением и чем для них была бренная плоть: воскресения Духе Эонов тождественности Отцу Сущий – Един, и все они – Одно Второе Слово Великого Сифа Слово о Воскресении Послание к Регину 24

«Крепок состав полноты, мало то, что вытекло, – оно стало миром, но всё – оно удержано. Оно не возникло, оно пребывало. Ведь если ты не пребывал в плоти, ты получил плоть, когда пришёл в мир. Почему ты не получишь плоти, когда взойдёшь в вечность? То, что лучше плоти, существует для неё, как причина жизни…

Пусть никто не сомневается в том, каким образом члены явные, умирающие, не спасутся, ибо члены живые, пребывающие в них, они воскреснут…

Но воскресение… это истина установленная, и явление Сущего, и преображение вещей, и перемена в новое, ибо нетленность [нисходит] в тление, и свет нисходит во тьму, поглощая её, и полнота восполняет изъян. Таковы символы и подобия воскресения.

Он – созидающий то, что благо. Так что не думай о части… и ради единства не живи по этой плоти, но избегай разделений и уз. И уже есть у тебя воскресение! Ибо если тот, кто умрёт, знает о себе самом, что он умрёт, даже если он проведёт много лет в этой жизни, он приходит к этому. Почему же ты не видишь (себя) самого воскресшим, и ты приходишь к этому, если у тебя есть воскресение, но ты остаёшься, как будто ты умрёшь, даже (как) тот, (кто) знает, что он умер?…

Надлежит каждому упражняться во многих путях, и эта стихия будет разрушена, чтобы он не заблуждался, но ». принял себя самого вновь таким, каким (был) изначально 25

Итак, как мы видим, точка зрения гностиков на природу зла в общем такова. Зло появилось вследствие ошибки или заблуждения вечного Эона Софии, которая, по неизвестным причинам, непредумышленно пошла против Верховного и Единственного Отца. Зло восходит своими корнями к побочному продукту произвола отдельной божественной сущности, вознамерившейся создать или случайно создавшей что-то не укладывающееся в первоначальный Божественный Замысел. При этом зло зарождается в том существе, которое находится в сфере прямого действия Бога – в области Плеромы. Силами Бога и остальной Плеромы же это зло – не без участия Софии, осознавшей свою вину и решившей искупить содеянное, – должно быть нейтрализовано. Творение несовершенного первого повелителя, демиурга Ялдабаофа, в данном ви́дении выступает как место заключения (тюрьма) для искры Божественного Света, изначально присущей Софии и ставшей основой одухотворения и оживления созданий демиургова творения, после того как первоархонт похитил эту искру. И искра эта, скованная условностями и ограничениями ошибочного творения, должна быть освобождена путём обретения живущими в творении существами истинного Знания (Гнозиса) о своём не скованном ничем божественном происхождении через самопознание. В помощь этому из области Плеромы в направлении творения действуют силы совершенных божественных Эонов под руководством высшего из них – Христа, являющегося Аутогенезом, то есть «Самопорождённым» Сыном Божьим, верховным Началом и истинным Царём всего. Гнозис есть непосредственное осознание-переживание Высшей Истины в Единстве с Отцом, Который во всём, в Котором всё и Который всё. Зло есть существами демиургова творения своей неограниченной божественной природы вследствие оторванности их личностного сознания от Беспредельного и Необъятного Божественного Сознания Отца, вследствие принятия ими условий нечистого творения за норму, то есть вследствие признания ими закономерности состояния собственного рабства перед князем мира сего и его властями. Спасение от зла, таким образом, предполагает: а) избавление от привязанностей к грубому (земному, телесному) и тонкому (душевному, небесному) творению, созданному и управляемому Ялдабаофом; б) познание Высшей Истины, явленной Христом из Плеромы, о настоящей, надтварной, вечной, умиротворённой Божественности; и в) выход из творения и возвращение к своим подлинным духовным истокам в изначальный плеромический мир, преисполненный безграничной духовной свободы и полного единения с Истинным Богом. незнание

В учении Гностицизма о природе зла в целом мы обнаруживаем следующие моменты. 1) Полное неприятие относительного, временного измерения, то есть посюстороннего (земного, материального) и потустороннего (небесного, душевного) миров, ви́дение их демоническим произведением тёмного властелина. Одновременно с этим – признание истинности и правомерности существования исключительно высшей и единственно чистой надтварной сферы Бытия – Плеромы, пребывающей в лучезарной неизменности и вечности, не знающих мрака временности и переменчивости всего тварного. 2) Создание демиургом собственного творения и последующее существование тонких и грубых миров внутри него расценивается как ошибка, возникшая вне Воли Истинного Бога, как нечто, не укладывающееся в Замысел Отца, как что-то, чего Он не желал и, может быть, не мог предвидеть (несмотря на то, что в отдельных текстах мы встречаем оговорки, несколько смягчающие данную точку зрения, ведь всё-таки Совершенство Абсолюта предполагает и всеведение). 3) Путь избавления от зла видится как покидание созданного по заблуждению проявленного демонического творения и слияние с Чистейшим и Наивысшим, Божественно Недвойственным Существованием Плеромы. При этом в гностическом учении стремление к осветлению и преобразованию этого творения под Божественный Замысел, но в конечном итоге предполагается творения при участии просветляющей и возносящей Силы Бога, когда существа творения придут к истинному познанию – Гнозису. Иначе говоря, целесообразности в существовании творения нет вообще; либо, если она и есть, то заключается она только лишь в том, чтобы, оказавшись в творении, раз и навсегда из него вызволиться и его покинуть, посодействовав окончательному и бесповоротному его исчезновению. отсутствует ликвидация

«Человеческая драма, а именно, падение и спасение, есть отражение драмы божественной. Для спасения людей Бог посылает в мир Предвечное Существо, или своего собственного Сына. Это трансцендентное Существо претерпевает все унизительные последствия воплощения, но ему удаётся, до своего окончательного вознесения на небо, открыть нескольким избранным подлинное спасительное знание, гнозис.

Прежде всего, для гностиков истинный Бог – это не бог-творец, то есть Яхве. Творение – дело низших, даже дьявольских сил; и космос есть демонический «сколок, подделка» горнего мира… Сотворение мира не только не является более доказательством божественного всемогущества – оно объясняется простой случайностью, произошедшей в горних сферах, или же последствием изначального нападения тьмы на Свет… Для гностика единственной достойной устремлений целью является освобождение этой божественной частицы и вознесение её в небесные сферы». 26

Исключением из вышесказанного в той или иной мере могут являться воззрения, заключённые в тех текстах (или их фрагментах) Гностицизма, авторы которых по роду своего духовного проникновения наиболее плотно приблизились к , или , воззрению на Единую Реальность, включающему в себя Её стороны как составляющие. В частности, безапелляционной оценки деятельности Матери (Софии) и рождённого ею демиурга (Ялдабаофа), создавшего мир, как зла, а также с Ветхим Заветом – в данном случае, одни из показателей интегральной тенденции. Существует, однако, мнение, что такое положение дел свидетельствует об упадке и вырождении христианских гностических учений. Оно вполне справедливо, если говорить о сохранении без принципиальных изменений изначального костяка гностических учений. С интегральной же точки зрения, сей факт указывает скорее на подъём и эволюцию учений Гнозиса, а не наоборот, так как направленность духопознания говорит о  сознания проводников и носителей духовного учения, о появлении у них способности своим духовным взором перспектив Всеобщей Действительности, рассмотрев Её с  сторон, а не только под каким-то одним, нередко однобоким и ограниченным, углом зрения. Не исключено и то, что именно гностическое Христианство являлось , то есть учением Самого Иисуса Христа, а Его ученики или последователи, из-за собственного недопонимания Его интегрального, недвойственного учения, затем сформулировали как раз дуалистический Гнозис. интегральному монистическому все закономерные исчезновение однозначного сближение дуалистических объединяющая расширении охватить больше разных монистическое аутентичным подлинным по себе 27

Определённые шаги на пути к такому интегральному ви́дению можно отметить в концепциях Гностицизма, разрабатывавшихся известными гностиками первых христианских веков, против которых особенно рьяно выступали ранние деятели церкви. Одно из таких воззрений, а именно концепция знаменитого гностика Валентина, вкратце таково:

«Согласно учению Валентина, Отец, абсолютный и трансцендентный первопринцип, невидим и непостижим. Он сочетается со своей супругой, Мыслью, и порождает 15 пар эонов, в целокупности составляющих Плерому. Последний из эонов, София, ослеплённая желанием познать Отца, вызывает кризис, в результате чего рождаются зло и страсти. Изгнанная из Плеромы, София и её уродливые творения порождают низшую мудрость. В горнем мире сотворяется новая пара, Христос и его женская половина, Святой Дух. Наконец, восстановленная в своём изначальном совершенстве, Плерома порождает Спасителя, также названного Иисусом. Нисходя в дольние миры, Спаситель создаёт „невидимую материю“ с гилическими (материальными) элементами, происходящими из низшей мудрости, а из душевных элементов он создаёт демиурга, т.е. бога бытия. Последний не знает о существовании горнего мира и считает себя единственным Богом. Он творит материальный мир и соделывает, одушевляя их своим дыханием, две категории людей, „гилических“ (вещественных) и „психических“ [душевных]. Но духовные элементы, происходящие из высшей Софии, вводят себя в дыхание демиурга без его ведома и порождают род „пневматиков“ [духовных]. Для того, чтобы спасти эти духовные частицы, ставшие пленницами материи, Христос спускается на землю и, не воплощаясь в собственном смысле этого слова, открывает освободительное знание. Так, пробуждённые гнозисом, пневматики, и только они, возносятся к Богу». 28

В данном гностическом воззрении мы видим, с одной стороны, уже понимание того, что всё, в том числе и тварное, космическое бытие, так или иначе создано при участии Истинного и Абсолютного Всевышнего Бога, действующего через Свои возвышенные Силы, а также того, что основа зла – не столько грех какой-то отдельной, сторонней сущности, сколько твоё собственное внутренне незнание, или неведение, относительно изначальной, чистой и совершенной Божественной Природы всего сущего, в том числе и всех существ проявленного творения. С другой стороны, здесь в некоторой степени ещё присутствует противопоставление последнему и, стало быть, наличествует доля двойственности, или дуализма.

Носители монистического валентинианского Гнозиса, судя по всему, были более снисходительны и к ступеням хиликов (плотских) и психиков (душевных), полагая их естественными стадиями духовного роста на пути к ступени пневматиков (духовных), а не сугубо демиургическими и дьявольскими, находящиеся на которых якобы не имеют никакой, даже потенциальной, возможности спасения ни при каких обстоятельствах, как, в противоположность им, считали дуалисты:

«Хотя контраст между пневматическим евангелием Павла и психической проповедью Петра остаётся фундаментальной предпосылкой их богословия, валентиниане, несомненно, признают на основании [стиха Послания Павла к Галатам] 2:8, что Один вдохновляет оба вида проповеди. Как представляется, некоторые из них ожидали, что и психики в конце концов достигнут совершенного гнозиса и познают истинного Отца. Среди общины психиков те, кто понял, что Павел получил более высокий гнозис, чем их собственный, подали ему „десницу общения“, очевидно обозначая его особую ответственность перед „теми, кто справа“, пневматиками „язычниками“, как сами они приняли на себя ответственность проповедовать „тем, кто слева“, „обрезанным“ психикам (2:9). Они только напомнили Павлу, что он должен „помнить нищих“, то есть, очевидно, о психиках среди его слушателей; поэтому, говорит Феодот, он с готовностью проповедовал „двумя различными способами“, одним для пневматиков, а другим для психиков». 29

Есть также основания полагать, что небезызвестный религиозный деятель Маркион, автор «Антитез», наделавших в своё время в христианских кругах много шумихи из-за противопоставления в них изначального и наивысшего Бога, которому, по его мнению, учили Христос и Павел, второстепенному богу, описанному в Ветхом Завете, коему поклонялись остальные апостолы, не понявшие Христа, обыкновенно не относимый учёными кругами к гностикам (что, с нашей точки зрения, несправедливо), также был интегрально ориентированным мыслителем или, по крайней мере, имел склонность к подобному, а не закоренелым дуалистом. Намёки на это мы находим, в частности, между строк в огульных «свидетельствах» раннехристианских церковных «ересиологов», где они упоминают, что творца мира Маркион считал лишь производным и несовершенным в сравнении с Изначальным и Запредельным Богом, а не однозначным демоническим злом. более или менее 30

К числу же монистически, интегрально ориентированных гностических текстов относится, например, (оно же ). В данном трактате представлено по преимуществу духовное мировоззрение, которому свойственно различных граней Реальностей в единую, универсальную, непротиворечивую, всепринимающую мудрую картину мира, стремящуюся отобразить Полноту Божественной Истины, а не только отдельные Её стороны. Так, в данном писании мы читаем о характере сотворения: собственно объединяющее всевключение всю Послание Евгноста Евгност Блаженный

«Так совершились эоны и небеса и тверди славы Бессмертного Человека и Софии, Его супруги, место, (получившее образ) всех эонов и их миров, и возникших после них, чтобы были созданы по образам места того их подобия в небесах бездны и их мирах. И всё естество из Бессмертного, от Нерождённого до возникновения бездны, в свете светящем без тени и в радости несказанной, и в ликовании неизречённом, и они веселятся, пребывая в славе неизменной и покое неизмеримом, том, о котором не могут рассказать, ни понять его, все эоны, возникшие (после), и их силы». 31

Не менее интегральный взгляд на Действительность, в том числе и на природу зла, представлен в уже упоминавшемся гностическом Евангелии Истины, которое написано в недвойственном, единоцелостном духе, коему присуще ви́дение всего пребывающим в Отце, пронизанным и наполняемым Отцом, неотъемлемым от Отца и в Отца включаемым:

«Таков образ имеющих свыше, от Величия неизмеримого, ожидающих Одного единственного и совершенного, Того, Кто для них. И они не нисходят в ад, и нет там ни ревности, ни воздыхания, ни смерти нет среди них, но они покоятся в покоящемся, не трудясь, и они не вращаются вокруг Истины, но они сами – Истина. И . И они услышат о своём корне, они будут заниматься тем, в чём он найдёт свой корень, и он не потерпит убытка своей душе. Таково место блаженных, таково их место». пребывает в них Отец, и они в Отце, совершенные, нераздельные в истинном благе, не лишая никого ни в чём, но давая покой, освежая духом 32

С позиции Евангелия Истины, зло есть, прежде всего, , того, что в действительности есть . Именно здесь предстаёт как препятствие, закрывающее непробуждённым в Истине существам осознание всеобщего, универсального Единства, тотальной Самотождественности Отцу, ибо кроме Него ничего иного просто не существует. Мир, творение, проявленное бытие в таком случае предстаёт не как что-то по-настоящему существующее, а как продукт, как следствиеДействительности, в котором наличествует отделённость одного от другого, а не абсолютное и самотождественное Единство. Устранение зла, с данной точки зрения, таким образом, возможно в результате обретения подлинного о Боге, чистого , который есть незапятнанное осознание-переживание истинности лишь Божественной , того, что реально лишь Чистое и Незамутнённое Божественное Существование, а чего-либо иного просто нет. В результате этого и созданный мир, как продукт иллюзии неведения, для прозревшего в Истине также исчезает: незнание Бога всё Сам Абсолют неведение заблуждения нечистого ви́дения Знания Гнозиса Неделимости

«Забвение заблуждения не было явлено, оно не […] от Отца. Забвение не произошло от Отца, хотя оно и произошло о Нём. Возникшее в Нём – это знание, которое явилось, чтобы забвение исчезло и Отца узнали. Поскольку забвение возникло потому, что Отца не знали, тогда, когда Отца узнают, его уже не будет, забвения…

Поскольку изъян возник потому, что Отца не знали, тогда, когда Отца узнают, его уже не будет, изъяна. Как с незнанием некоего – тогда, когда он узнаёт, оно исчезает само собой, незнание его. Как тьма исчезает, когда появляется свет, так и изъян исчезает в полноте…

Когда свет освещает страх, в который он впал, он понимает, что это ничто.

Итак, они были не знающими об Отце, и Он Тот, Кого они не видели. Поскольку был страх и возмущение, и непостоянство, и двоедушие, и разделение, было много суетности, действовавшей в <них>, и пустых безумств, как будто они погружаются в сон и находят себя в тревожных снах, или (в) месте, в которое они убегают, или, бессильные, они идут, преследуя других, или они в нанесении ударов, или они сами получают удары, или они упали из высоких мест, или они поднимаются по воздуху, не имея крыльев. Иногда ещё, если некие убивают их, нет даже преследующего их, или они умерщвляют своих ближних, ибо они осквернены их кровью. (Но) тогда, когда они просыпаются, те, кто проходит через всё это, они не видят ничего, те, кто был во всех этих тревогах, ибо это было ничто.

Итак, это образ отбросивших от себя неведение, как сон, не считая, что это нечто, и не считая его дела делами постоянными, но оставляя их, как сон в ночи, знание Отца – его они считают светом. Таково то, что каждый делал во сне, когда был незнающим, и таково то, что он узнает, как будто очнувшись. Хорошо человеку, который возвратится и пробудится, и блажен открывший глаза слепым». 33

В отдельных местах подобных гностических текстов, правда, ещё присутствует сноска на вещество, или материю, как на что-то нечистое и злое само по себе, возникшее вне Замысла Всевышнего Бога, хотя в целом в данных трактатах акцент уже смещён больше в сторону восприятия проявленной мировой действительности. В частности, в Евангелии Истины мы читаем: призрачности

«Изъян вещества не возник из бесконечности Отца, приходящего дать время изъяну, хотя никто не смог сказать, что Он придёт так, Нетленный. Но она умножилась, глубина Отца, и она не была с Ним, мысль заблуждения, дело слабости, которое легко исправить обретением пришедшего к Тому, Кто возвратит его, ибо возвращение называют покаянием». 34

О том же говорит и  (или так называемый ), впрочем, уточняя, что вещество иллюзорно, несуществующе: Книга Величия Отца «Неозаглавленный трактат из кодекса Брюса»

«И тогда сущее отделилось от несуществующего, и несуществующее – это зло, явившееся в веществе. И сила одеяния отделила сущих от несуществующих. И она назвала сущих – вечными, и она назвала несуществующих веществом». 35

В этом смысле в христианском Гнозисе можно выделить два течения, имеющих, как ни странно, существенное (хотя и не стопроцентное) сходство с индийскими учениями Адвайта-Веданты и Ануттара-Тантры. Исходя из этого выстраивается и отношение этих двух гностических потоков к вопросу происхождения и сущности зла. В одном течении признаётся только Высшая, Невыразимая и Вечная сторона Единой Действительности – Сам Отец и всегда пребывающая вместе с Ним Плерома, образуемая совокупностью нетленных Эонов; а в другом – на фоне этой Первой ещё и низшая, проявленная и изменчивая сторона, то есть миробытие или творение, рождённое Мудростью Бога. Различия между данными парами учений – между первым и вторым потоками Гностицизма и Адвайта-Ведантой и Ануттара-Тантрой соответственно – тем не менее также имеются и заключаются они в следующем. В мирозвоззрении течения гностического Христианства, отрицающего правомерность существования сотворённого Мироздания, причиной зла определяется преимущественно некое ,в данном случае – лжетворец Ялдабаоф, возникший из-за ошибки падшей Софии. Борьба со злом в таком варианте превращается в неприкрытое противостояние нечистому миру и его злому правителю, в стремление, путём обретения правильного Знания об Истине, их превзойти и от них отречься как от однозначной скверны. И в этом плане данное течение, хоть и несёт в себе черты Недвойственности, всё же впадает в некоторый дуализм. В же течении гностического Христианства, признающем правомерность сотворённого Мироздания, его неотъемлемость от Самого Отца и Его совершенной, вневременной Мудрости, причина зла есть , неспособность или нежелание чисто видеть Бытие как Единого и Единственного Абсолютного Бога, одной стороной Своей скрывающегося в Запредельной, Невыразимой и Неименуемой Сущности, а другой стороной – раскрывающегося в конечном, проявленном, тварном Мироздании. И борьба со злом, как с чем-то внешним, в таком варианте исчезает, но вся работа стремящегося к пробуждению в Истине существа переключается на свой внутренний план, на преодоление исключительно своего неведения, своих старых ложных привычек мыслить и оценивать всё разграниченно и разделённо, постепенно переходя к всеохватывающему ви́дению, к чистому осознанию и переживанию всего сущего как Одного-без-второго: 36 37 38 радикального внешнее по отношению к тебе существо интегральном   твоё собственное внутреннее невежество

«Это [Бог истинный] и Отец [всего, Дух незримый], Кто надо [всем, Кто] в нерушимости, Кто [в свете чистом], – Тот, Кого [никакой свет глаза не может] узреть. Он [Дух незримый]. Не подобает [думать] о Нём как о богах или о чём-то [подобном]. Ибо Он больше бога, [ведь нет никого] выше Него, нет никого, кто был бы господином над Ним. Он ни в каком бы то ни было подчинении, ибо [всё существует] в Нём одном. Он… полностью совершенен. У Него нет [в чём бы то ни было недостатка], (нет того), чем бы Он мог быть наполнен. [Но] всё [время] Он полностью совершенен [в свете. Он безграничен], ибо нет никого [перед Ним], чтобы ограничить Его. Он непостижим, ибо нет никого перед Ним, кто [постиг бы Его. Он неизмерим], ибо не было [никого перед Ним, чтобы измерить] Его. Он [невидим, ибо никто] не видит Его. [Он вечен, Он существует] вечно. Он [невыразим, ибо] никто не может [охватить Его, чтобы выразить] Его. Он неназываем, ибо нет никого перед Ним, чтобы назвать [Его]…» 39 40

«Сущий – это неизречённый. Начала не познали Его, ни власти, ни подчинения, никакое естество от создания мира, кроме Него Самого. Ведь Он – бессмертный, вечный, не имеющий рождения, ибо всякий, имеющий рождение, погибнет; нерождённый, не имеющий начала, ибо всякий, имеющий начало, имеет конец. Никто не начальствует над Ним. Нет имени у Него, ибо имеющий имя – творение иного. Неименуемый это. Нет у Него подобия (человеческого), ибо имеющий подобие (человеческое) – творение иного. Есть у Него вид Его собственный, не как вид, который мы получили или видели, но вид чуждый, намного превосходящий все вещи, лучший всего, смотрящий во все стороны, созерцающий Себя Самого Собой Самим. Бесконечный это, непостижимый, пребывающий нетленным, не имеющий Своего образа, благой неизменно, безупречный, (вечный), блаженный, непонятный, понимающий Себя Самого, неизмеримый, неисследимый, совершенный, не имеющий изъяна, блаженный нетленно. Говорят о Нём – Отец всего». 41