Цветок из хрусталя
- -
- 100%
- +
– Привет, папа. Я только вернулась с пробежки, а Крис сказал, что ты хочешь меня видеть.
– Да. – Отец рассеянно сунул мобильный телефон в карман пиджака. – Сегодня утром пришел ответ от Старлинга. Если ты еще не забыла, кто это.
– Не забыла. – Вайолет замерла.
Отец побарабанил пальцами по столу.
– Признаться, ответ немного странный. Старлинг согласен сделать для тебя комплект, но выставил одно условие: ты должна приехать к нему, познакомиться с ним и пробыть в его доме одну или две недели, пока он создает украшение.
– Э-э… – Вайолет не знала, как на такое реагировать. – У него же есть моя фотография, разве нет? Ты рассказывал, что высылал ему.
– Да, но он утверждает, что этого мало. – Отец бросил взгляд на часы и поднялся. – К сожалению, я должен ехать, милая. Ты не забыла о сегодняшнем ужине?
Раз в две недели Вайолет с отцом ужинали в одном из самых красивых ресторанов Вашингтона.
– Как же я могу забыть! В семь. – Она улыбнулась.
– В общем, вот тебе информация для размышлений. – Джозеф протянул дочери листок с напечатанным текстом. – Это письмо Старлинга. Думай, что ему ответить.
– А ты бы отпустил меня к нему?
– Понятия не имею, – пожал плечами отец. – Я знаю Старлинга недостаточно хорошо… и, тем не менее, не знаю о нем ничего, что могло бы повредить репутации. Впрочем, это долгий разговор, а я действительно тороплюсь. Обсудим это вечером.
Джозеф Найтингейл поспешно вышел из комнаты.
Вайолет задумчиво посмотрела на листок, однако сразу читать письмо не стала. Следовало привести себя в порядок после пробежки, а уж потом вникать в суть странных требований Рольфа Старлинга.
Устроившись у бассейна, Вайолет, наконец, развернула сложенный вчетверо листок и принялась за чтение.
«Уважаемый мистер Найтингейл!
Признаться, просьба вашей дочери не удивила меня. Насколько я понял из вашего рассказа, молодая дама – большая любительница хорошо сделанных украшений. Учитывая давнее наше с вами знакомство (не столь давнее, как многие другие, но все же весьма продолжительное), я пошел вам навстречу и сделал для Вайолет подарок ко дню рождения. Однако заказное украшение по ее эскизам и описанию – это совершенно другой разговор. Именно поэтому я не ответил на ваше письмо сразу же, так как обдумывал свой ответ. Надеюсь, вы не держите на меня за это обиды.
Видите ли, несколько лет назад я с удовольствием бы взялся за подобный заказ, однако – увы, увы! – обстоятельства нынче другие. Я не нуждаюсь в деньгах, которые вы, без сомнения, готовы заплатить за удовольствие любимой дочери. Я не жажду самоутвердиться на ювелирном поприще: название моей компании давно говорит само за себя. И уж тем более, мне не нужно ничего никому доказывать. Поэтому за подобную работу я берусь в исключительных случаях: когда мне нравится клиент.
Признаюсь, что делать ожерелье для вашей дочери было для меня истинным удовольствием. Даже по фотографиям, которые вы мне прислали, видно, что она добрый и открытый человек. Однако для заказного комплекта из ее воображения этого мало. Мне нужно увидеть и немного узнать клиента, чтобы сделать в точности то, что он желает. Поэтому уже давно я отказываю в подобных просьбах.
И, тем не менее, задача представляется мне достаточно интересной. Без личного присутствия заказчика, который будет потом носить то, что я создам, сделать что-либо невозможно. Поэтому я соглашусь на вашу просьбу, однако при условии: ваша дочь, Вайолет Найтингейл, должна будет приехать в мой дом в Монтане и пробыть там столько, сколько мне потребуется для работы над комплектом. Обычно это занимает от одной до трех недель, в зависимости от сложности задачи и фантастичности воображения клиента.
Если мы заключим соглашение, я смею вас заверить, что вашей дочери ничего не угрожает в моем доме. Она будет обеспечена всем необходимым и не подвергнется никакой опасности, в том числе, и с моей стороны. Природа здесь красивая, а принимать гостей я умею.
Надеюсь, мое условие не покажется вам и вашей дочери неприличным; могу вас заверить, что это условие творца, желающего выполнить свою работу как можно лучше. Однако не удивлюсь, если это окажется для вас неприемлемым.
Всего хорошего,
Рольф Старлинг».
Вайолет сложила листок и задумчиво уставилась на прозрачную воду в бассейне. Старлинг выражался весьма витиевато – это не стиль делового письма. Вайолет, истинная дочь крупного бизнесмена, знала, как пишутся настоящие деловые письма. Скорее, это похоже на послание аристократа, не хватает конверта, запечатанного сургучом, и подписи с завитушками. Сухой компьютерный шрифт явно не подходил посланию мистера Старлинга.
Кто же он такой? Вернее, каков он?
Вайолет была заинтригована.
Ей еще ни разу не выставлялись условия подобного рода, и ни разу она не оказывалась в ситуации, за которой маячила самая настоящая тайна. Приехать за украшением неизвестно куда, к незнакомому человеку, который создаст ожерелье ее мечты! Вайолет никогда не бывала в Монтане.
Ей нужно было еще немного подумать, прежде чем решиться на этот поступок. От него самую чуточку попахивало безумием. И это Вайолет нравилось.
Вайолет никогда не знала, в какой ресторан в следующий раз пригласит ее отец. Это до последнего момента оставалось сюрпризом. И сейчас она положилась на отцовского водителя Майка, который вез ее в центр города.
Для выхода Вайолет сегодня предпочла розовый костюм с узкой юбкой до колен и приталенным жакетом. На шее – нитка жемчуга. Очень консервативно. Такое у нее нынче было настроение.
Майк остановился на Пенсильвания-авеню.
– Приехали, мисс Найтингейл!
– О! – Вайолет поняла, какой ресторан был выбран, и улыбнулась. Кажется, этот нюанс будет понятен лишь ей и отцу. – Спасибо, Майк!
Водитель распахнул дверцу, Вайолет вышла из машины и направилась к дверям ресторана «Les Halles», специализирующегося на французской кухне и воссоздающего классическую французскую атмосферу.
Джозеф уже ждал Вайолет.
– Ты выбрал это место в память о том вояже в Париж, о котором рассказал мне в день рождения? – спросила она, поцеловав отца в щеку.
– Я так и думал, что тебе понравится. И ответ на твой вопрос – да.
Они сделали заказ и немного поболтали о пустяках. Наконец, отец спросил:
– Так что с этим письмом Старлинга? Ты его прочла?
– О, да. Очень старомодно.
– А мне понравилось.
– Мне тоже понравилось, папа.
– И какое же решение ты приняла?
Вайолет помолчала и пригубила белое вино.
– С одной стороны, это выглядит весьма подозрительно. С другой, вряд ли он маньяк, который заманивает невинных девушек в глушь и там лишает жизни. Его бы давно арестовали!
– Твоя вера в законность основывается на кинофильмах, но ты права – будь Старлинг маньяком, ему недолго бы оставалось действовать. К тому же, бедных клиентов у него нет. Хотя он всегда слыл человеком эксцентричным, однако все это можно оправдать творческой жилкой. Продолжай.
– Я никогда не была в Монтане.
– Значит, ты решила поехать?
– Мне стало интересно. К тому же, вдруг он сможет сделать комплект, который я хочу?
– А что ты хочешь? – полюбопытствовал отец. – Ты ведь так мне и не рассказала.
– Это трудно объяснить, папа. Проще нарисовать. Хотя даже рисунок не поможет, к тому же, рисую я плохо, а объяснять кому-то, как это должно выглядеть… – Вайолет махнула рукой. – Здесь нужно вдохновение мастера, который увидит внутренним взором этот комплект и сделает его лучше, чем я мечтаю!
– Какая ты загадочная, Вайолет!
– В женщине должна быть загадка! Ты ведь сам мне об этом говорил. Мона Лиза, помнишь?..
– Итак, ты едешь. – Джозеф улыбнулся. – Мне отправить с тобой Кевина или Стюарта?
Так звали телохранителей отца.
– Нет, папа. Думаю, в этом не будет необходимости. Вряд ли мистер Старлинг нападет на меня сразу же. В случае чего, я буду громко кричать и сопротивляться!
– Тогда я напишу ему завтра. Сказать, чтобы кто-то из его служащих тебя встретил?
– Нет, лучше я возьму в аренду машину.
ГЛАВА 4
В «штате сокровищ», как, бывало, называли Монтану, Вайолет пока не довелось побывать. Просто не находилось дел в этом уголке страны. Вайолет привыкла к шуму большого города, и, хотя они с отцом жили в громадном доме за пределами Вашингтона, все равно считала себя городской девочкой. Она часто ездила по магазинам, ходила в кино и театры вместе с друзьями. А сейчас ей предстояло окунуться в новый, незнакомый мир. Да еще и отправиться практически в первое самостоятельное путешествие. Она, конечно, уже летала в другие страны одна, только вот жила в отелях и словно бы находилась под присмотром. Обычно с Вайолет отправлялся кто-то из подруг… Здесь же она за все отвечает сама, как взрослая. Ну, она теперь и есть взрослая.
Старлинг ответил на послание Джозефа Найтингейла достаточно быстро. Он выказал радость оттого, что его гостьей станет столь очаровательная молодая женщина, предложил встретить ее, но Вайолет отказалась. Как бы ей ни хотелось познакомиться поскорее с загадочным ювелиром, она предпочитала ни от кого не зависеть и доехать до его поместья на арендованной машине. Старлинг прислал подробную карту, как добраться до места.
Итак, через неделю, захватив с собой большой чемодан, набитый вещами, Вайолет попрощалась с отцом и вылетела в Монтану.
Лето только начиналось и обещало быть полным приключений.
Самолет приземлился в городе Хелена – столице штата Монтана – около полудня по местному времени. Вайолет быстро отыскала стойку компании – прокатчика машин, забрала ключи от забронированной отцовским помощником «Ауди А3» и спустилась на парковку, где черная элегантная машина встретила ее, задорно подмигнув фарами.
Вайолет любила водить. И сейчас, старательно соблюдая ограничение скорости там, где это требовалось, она вела машину и не забывала оглядываться по сторонам.
Конечно, можно было бы прилететь не в Хелену, а, к примеру, в аэропорт Сидли Лейк, расположенный непосредственно у границы национального парка Флэтед, куда и направлялась Вайолет, – однако она хотела немного посмотреть на штат. Когда еще выдастся возможность тут оказаться и никуда не торопиться?
Из Хелены Вайолет повернула на запад, на Эллистон, и, оказавшись на магистрали, сразу поняла, отчего любители природных красот так часто упоминают Монтану в своих нежных воспоминаниях. Горы виднелись повсюду – впереди, по бокам, маячили в зеркале заднего вида. Поросшие лесом, иногда – со снежными вершинами, пронзительно-четкие в прозрачном воздухе, горы потрясали воображение. Отъехав от города на некоторое расстояние, Вайолет остановила машину и вышла подышать воздухом.
Было довольно жарко, однако дул плотный ровный ветер, и потому жара не давила. Вайолет всей грудью вдохнула пахнущий травами воздух. Как же здесь хорошо и красиво! Она была права, согласившись на экстравагантное предложение мистера Старлинга и отправившись на каникулы сюда. Настроение зашкаливало за отметку «отличное». Вайолет снова села за руль.
План, присланный Старлингом, рекомендовал повернуть направо у Эйвона и следовать по шоссе 141; Вайолет так и поступила. Ей нравилось путешествовать. Она включила радио, по салону поплыл блюз. Красота вокруг, приятная музыка, быстрая машина – что еще нужно?
Подпевая радио, Вайолет доехала до поворота на шоссе 200 и остановилась пообедать на середине пути по нему, в городке Овандо. Она не была поклонницей исключительно дорогих ресторанов и любила простую еду и фастфуд, хотя он и считался чрезвычайно вредным. В особняке Найтингейлов готовили два отличных повара, поэтому не приходилось часто посещать рестораны быстрого питания. Однако иногда Вайолет забегала туда с одноклассниками после уроков. И маленький ресторанчик у дороги понравился ей.
Она съела стейк, картошку фри и салат, расплатилась и поехала дальше. Следовало добраться до поместья Старлинга к вечеру.
Однако Вайолет совсем позабыла о том, что торопится, когда въехала в национальный заповедник Лоло. Такой красоты она не видела давным-давно! Девушка не увлекалась лыжным спортом, предпочитая плавание, а потому редко бывала в горах. Однажды она летала с отцом отдохнуть в маленький швейцарский городок в Альпах и запомнила с тех пор острые морозные пики, сверкавшие на солнце, будто драгоценности принцесс.
Но Скалистые горы оказались совершенно другими!
Они были покрыты лесами, а в глубине парка прятались синие озера. Вайолет проехала по берегу озера Сидли, и от открывшейся красоты захватило дух. А потом были леса, кружащиеся в медленном хороводе, и прекрасные озера Инес и Альва, и снова лес, лес, лес… и горы.
Через некоторое время Вайолет въехала в национальный заповедник Флэтед и подумала, что цель уже близка. Как оказалось, не очень. Дарил Солтесс Мемориал Хайуэй продолжалась и продолжалась, изредка закладывая плавные виражи, пока не вывела Вайолет на берег озера Суон. Водная гладь, подсвеченная лучами солнца, уже плавно опускавшегося к горизонту, казалась не синей, а золотистой. Тени от легких облаков скользили по ней, словно корабли.
Вайолет прибавила скорость и по Суон Хайуэй выехала к развилке, где свернула на Бигфорк. Еще некоторое время – и перед нею открылась прекрасная панорама озера Флэтед.
Озеро потрясало. Высившиеся вокруг него горы придавали ему величественный вид, и Вайолет с трудом заставила себя двигаться дальше, а не затормозить, выбежать из машины и смотреть на эту красоту час или два. Все это можно будет проделать позже, благо она проведет в окружении здешних красот несколько дней.
За Бигфорком она стала смотреть на указатели внимательнее. Восток Шор Рут вела мимо залива Вудс, и, проехав его, Вайолет замедлила скорость. К счастью, она была внимательна и не пропустила тот поворот, о котором говорилось в письме Старлинга. Все как он описал: группа елей, рядом с которыми – три громадных валуна, напоминающих человеческие головы. И узкая дорога, уводившая в непроглядный еловый лес. Никаких указателей не было. Вайолет свернула.
Однополосное шоссе вело вверх, на гору, «Ауди» отлично справлялась с подъемом. Солнечные пятна лежали на шоссе, словно отметины на шкуре леопарда. Вайолет открыла окно, чтобы в машину шел свежий лесной воздух. Она вдыхала запах хвои, и от этого чуть-чуть кружилась голова.
Наконец, дорога уперлась в здоровенные железные ворота. Рядом маячил видеофон. Вайолет надавила на кнопку, ожидая закономерного вопроса «кто здесь», однако ворота просто бесшумно начали открываться. Пожав плечами, Вайолет надавила на газ.
Дорога попетляла еще немного, но было видно, что вокруг уже не совсем дикий лес, а, скорее, ухоженный парк. Иногда виднелись куда-то уводившие дорожки, меж стволами мелькали ажурные беседки… Поместье Рольфа Старлинга оказалось немаленьким. Возможно, даже больше особняка Найтингейлов и прилегавшей к нему территории.
Дорога вывела Вайолет к потрясающему дому. Трехэтажный, сложенный из белого камня, он смотрелся жемчужиной в хвойных ладонях леса. Дорога поворачивала за дом, поэтому фасад Вайолет не очень хорошо разглядела. Здесь уже начиналось царство клумб и был разбит настоящий парк. Обогнув громадную клумбу, на которой весело что-то желтело, Вайолет припарковалась прямо перед роскошным крыльцом, к которому вели мраморные ступени.
Она заглушила мотор, вышла из машины, и сразу же навалилась тишина, продолжавшаяся, впрочем, недолго. Дверь дома распахнулась, и на пороге возник высокий импозантный человек с орлиным носом и седыми висками. А еще у него были яркие голубые глаза – приблизительно такого оттенка, как озеро Флэтед.
– Добро пожаловать, мисс Найтингейл! – человек подошел к Вайолет, взял ее руку и старомодно поцеловал. – Вы добрались без проблем?
– Конечно.
– Я Джеймс Палмер, управляющий мистера Старлинга. Прошу вас следовать за мной. Я покажу вам вашу комнату. Мистер Старлинг встретится с вами за ужином.
Вайолет мимолетно пожалела, что этот человек не оказался самим Старлингом. Он ей понравился. Пожалуй, он бы понял, что именно Вайолет хочет. Во всяком случае, он вызывал доверие.
Откуда-то возник еще один молчаливый мужчина, которого Палмер представил как Бена, и забрал из багажника «Ауди» чемодан Вайолет. Потом вся компания двинулась в дом.
Внутри было очень тихо, спокойно и красиво. Вайолет решила, что как следует осмотрится позже, пока же лишь отметила, что весь дом, похоже, отделан в светлых тонах, придающих обстановке утонченность и легкость. Сейчас Вайолет в сопровождении мужчин поднялась на второй этаж, и Палмер распахнул одну из дверей в длинном коридоре.
– Прошу, мисс Найтингейл. Это ваши апартаменты.
Вайолет вошла и улыбнулась. Управляющий вошел следом и принялся объяснять:
– Здесь гостиная, здесь спальня, гардеробная и ванная вот здесь. Все ли вас устраивает?
– Все прекрасно, спасибо, мистер Палмер.
– Вы можете звать меня Джеймс, – улыбнулся синеглазый управляющий. – Мы живем в глуши, и у нас тут все просто.
– Тогда зовите меня Вайолет.
– Я буду звать вас мисс Вайолет, ведь субординацию нужно соблюдать. Как вам такой компромисс?
– Вполне устраивает!
– Тогда располагайтесь, мисс Вайолет, сейчас придет горничная и распакует ваши вещи.
– Я вполне справлюсь сама, для начала! – Ей хотелось остаться одной и привести себя в порядок. – Пусть заглянет попозже, пока я буду ужинать с мистером Старлингом.
– Как пожелаете. Ужин в восемь, Бен зайдет за вами и проводит. А завтра я покажу вам дом. Отдыхайте. Если что-то понадобится, жмите вот на эту кнопку, – Палмер указал на большую красную кнопку на стене гостиной, – и тотчас придет ваша горничная. Ее зовут Роза. Надеюсь, она вам понравится.
После очередного обмена любезностями мистер Палмер откланялся, и Вайолет закрыла дверь за ним и Беном. Затем повернулась, разглядывая комнату, где предстоит провести две или три недели.
На первый взгляд, все это походило на богатый гостиничный номер. Все те же пастельные тона, в которых утопал весь дом. Мягкие диваны, картины на стенах – то ли прекрасные копии, то ли подлинники импрессионистов, свежие цветы в вазах. В спальне стояла широкая кровать с резной деревянной спинкой, на которой переплетались причудливые цветочные узоры. Ванная была образцом вкуса… Кто бы ни отделывал этот дом, дизайнер явно не стремился сделать все вычурно, так, чтобы потом страшно прикоснуться, и можно лишь в восхищении внимать, а рассчитывал, что здесь станут жить люди. И Вайолет очень понравилось тут.
За полупрозрачной занавеской в гостиной она увидела дверь и открыла ее. Это оказался выход на балкон, тянувшийся вдоль всего фасада здания. Вайолет вышла на него и ахнула.
Под нею простирался громадный простор: леса, озеро Флэтед, встающие вокруг горные пики. Красота была неописуемая. Вайолет вцепилась в перила и зажмурилась от счастья, но тут же открыла глаза. Солнце стояло уже низко (был седьмой час) и грело меньше. Здесь, на высоте, царила приятная прохлада.
Неожиданно Вайолет почувствовала, что за ней наблюдают. Ощущение было очень странным, так что она даже не сразу распознала, в чем дело. Как будто чей-то взгляд буравит спину… Вайолет огляделась, но никого не увидела, занавески в окнах дома оставались неподвижными. И все-таки стоять на балконе расхотелось, к тому же, надо подготовиться к ужину с мистером Старлингом. Поежившись, Вайолет зашла в комнату и закрыла за собой дверь.
ГЛАВА 5
Без пяти восемь в дверь постучали.
– Входите, Бен! – разрешила Вайолет.
Слуга вошел. Он переоделся: теперь на нем красовался белый пиджак, похожий на капитанский китель, и отглаженные черные брюки.
– Я сейчас. – Вайолет в последний раз взглянула на свое отражение в зеркале и осталась очень довольна. Для ужина с мистером Старлингом она выбрала темно-голубое платье с открытыми плечами, на бретельках. Из украшений – только то самое ожерелье, что отец подарил Вайолет на день рождения. Она надеялась, что ювелир оценит этот жест.
Бен пошел чуть впереди, указывая дорогу. Они спустились по той же самой лестнице, по которой поднимались на второй этаж пару часов назад, свернули направо, и Бен открыл высокие двустворчатые двери. Вайолет вошла следом за слугой и едва сдержала возглас восхищения.
Она немало видела богатых домов, и, в принципе, ее трудно было чем-то удивить. Но это помещение покоряло сразу же – своей легкостью, красотой и воздушностью. Никакой лепнины, никакой позолоты или – того хуже – колонн в псевдогреческом стиле. Невесомые арки с резьбой, напоминающей арабскую вязь; цветочный узор на стенах; громадные стрельчатые окна, за которыми уже сгущались сумерки; и стол длиною не меньше десятка футов, сервированный странновато – один прибор на одном конце, второй – на другом. Как же можно общаться, сидя так? Вот это Вайолет озадачило.
Она бывала в домах, где стояли такие столы, однако там гости собирались ближе к одному из концов, чтобы иметь возможность вести беседу.
Бен выразительно отодвинул стул, и Вайолет села на свое место. Слуга зажег свечу в высоком подсвечнике, стоявшем рядом с ее тарелкой. Затем Бен сделал нечто совсем уж странное: подошел к окну и начал закрывать тяжелые шторы. В большой комнате стало заметно темнее, а Бен перешел к следующему окну. Так тут все во мраке утонет!
– Бен, что вы делаете? – спросила Вайолет.
– Прошу прощения, мисс, это приказ хозяина, – ответил слуга, не прерывая своего занятия. Еще одно окно – вид на чудесный вечерний сад – было закрыто.
– Но почему? Ведь теперь здесь темно.
– Хозяин все сам объяснит, мисс.
Ваойлет сдалась. Возможно, Старлинг хочет поразить ее каким-то световым шоу? Тогда затемнение, словно во время войны, вполне объяснимо. Вайолет ведь уже выяснила для себя, что Рольф Старлинг – очень странный человек! Изъясняется в письменной форме витиевато, живет непонятно где отшельником… Какие еще сюрпризы ей уготованы?
Бен закончил задергивать шторы и вышел, и Вайолет осталась одна. Она чувствовала себя немного жутко: теперь только свеча на столе перед ней освещала кусочек стола, все остальное разглядеть было затруднительно. Какая таинственность!
Однако Вайолет недолго пребывала в одиночестве. Послышался хлопок двери, причем не в той стороне, откуда она пришла. Раздались медленные тяжелые шаги. Сразу вспомнились пугающие мысли о маньяках… Недоумение Вайолет еще усилилось, когда прозвучал голос:
– Добрый вечер, мисс Найтингейл.
Голос был глубокий и красивый, с тем бархатным оттенком, который присущ голосам мужчин, умеющих петь баритоном. Тем не менее, кроме тембра и интонаций, ее ничем не угостили. Как Вайолет ни вглядывалась, рассмотреть пришедшего она не могла.
– Мистер Старлинг? – спросила она несколько неуверенно.
– Да, я Рольф Старлинг. – Послышался скрип стула, человек сел на другом конце стола. Как Вайолет ни напрягала зрение, она не могла рассмотреть даже его силуэт. – Прошу извинить меня за столь странный прием. Вы наверняка недоумеваете, почему наш ужин должен проходить в такой необычной обстановке.
– Недоумеваю, мистер Старлинг. Хотя это очень интересно. На такие ужины меня еще не приглашали!
Послышался приглушенный смешок.
– Я рад, что сумел вас удивить. Все объясняется достаточно просто: у меня тяжелая стадия фотофобии, и я плохо переношу яркий свет. Однако было бы жестоко заставлять вас есть в полной темноте. Хотя сам я привык и могу обходиться вовсе без света, вы все же моя гостья.
Вот и объяснение! Вайолет мысленно пожалела бедного мистера Старлинга, страдающего светобоязнью, только у нее тут же возник новый вопрос.
– Простите, что интересуюсь, но… А как же вы работаете? Ведь для ювелира важно видеть мельчайшие детали…
– Вы правы. Но за долгие годы практики я научился чувствовать изделие кончиками пальцев. Конечно, я смотрю на него под ярким светом, однако не дольше, чем необходимо. И предупреждая ваш вопрос – я не вампир, – добавил он, и Вайолет уловила в его голосе оттенок юмора. – Можете не запасаться чесноком и осиновым колом.
Она улыбнулась.
– Мне немного непривычно ужинать с мужчиной и не видеть его…
– К сожалению, в мире не все происходит так, как нам хочется, мисс Найтингейл. Временами это можно исправить, но я останусь на безопасном расстоянии от вас.
– Мне очень жаль, что ваши глаза так плохо себя чувствуют, – сказала Вайолет. – Мне бы хотелось на вас посмотреть. Не сомневаюсь, что вы хороший человек.
– Почему вы так решили? – в голосе Старлинга слышалось сдержанное удивление.
– Я верю в хорошее, – обтекаемо ответила Вайолет. – И доверяю людям.
Не говорить же ему, что у нее музыкальный слух, и она привыкла чувствовать фальшь в голосе! За долгие годы общения с родственниками – этой восхитительной стаей рыб-прилипал – Вайолет выучилась многому. Она от природы была доверчивым человеком, однако отец научил ее прислушиваться к интонациям и словам. В бизнесе очень важно, сумеешь ли ты раскусить партнера, и в обычной жизни тоже. Чего хочет мистер Старлинг, Вайолет пока не понимала, однако чувствовала, что он не желает ей зла. Это можно было назвать как и практикой, так и женской интуицией.