Снег и пепел

Глава 1

Человек из пустошей

Всё началось двести лет назад.

Двести лет назад на планете был рай, который сейчас почти невозможно себе представить. Люди почти не испытывали холода, а воздух был чист. Люди строили города, постилающиеся на километры, и возводили здания, возвышающиеся на десятки этажей. Были забыты войны, забыта скука, забыт голод.

Всё изменилось, когда сама планета взбунтовалась, решив уничтожить этот рай. Землетрясения стёрли города, а вулканический пепел отравил воздух, и закрыл поверхность от солнца.

Наступила зима, и всё живое должно было умереть в этом царстве чёрного пепла и белого снега. Однако, как и многие тысячелетия назад – человечество воспротивилось самой природе, направив всё своё могущество на защиту от окружающего ледяного ада.

Города купола – вершина развития инженерии и архитектуры. Громадный генератор обхватывал вулкан, забирая его тепло, и преобразуя его в электричество. Прочный фундамент, уходящий вниз на многие этажи, защищал от любых землетрясений. И наконец купол – спасение от пепла. Под куполом всегда был чистый воздух, идеальная температура, и яркий свет громадных ламп. Эти монструозные сооружения были построены по всему миру и объединены нитями железных дорог. Человечество, гордо встав в полный рост встретило новую угрозу, миллионы людей нашли спасение под защитой куполов…

… А миллиарды были оставлены умирать.

– Чистильщики! Чисти…

Семёну надоело это слушать, он на полсекунды вдавил гашетку, и крупнокалиберный пулемёт послушно выпустил три снаряда, разорвав паразита пополам, и окрасив снег его кровью. Бронетранспортер продолжал продвигаться вглубь снежной пустыни, его гусеницы были специально спроектированы так, чтобы безо всяких проблем двигаться по снегу, эта конфигурация не раз показывала свою эффективность, так и сейчас, машина даже не заметила препятствия на своём пути, и проехала труп даже без тряски.

– Пристрелил-таки его? – донёсся голос из десантного отсека, из-за искажения и шума двигателя нельзя было понять кто конкретно говорил.

– Он сам напросился. На хрен орать, если вокруг всё равно никого?

– Может остановимся? Соберём…

– У нас есть дела поважнее.

– Кстати об этом – мы ведь вроде уже почти приехали?

– У водилы спрашивай, я тут вижу один только снег.

– Понятно. А что с пунктом назначения? Есть какие-нибудь нюансы, о которых нужно знать? – донёсся уже другой голос, более молодой.

– Обычное гнездовье паразитов, ничего особенного. У них и огнестрел то вряд ли будет.

– Будем надеяться, что так.

На этом диалог и закончился, даже несмотря на обыденность подобной вылазки, все всё равно нервничали перед боем. В следующий раз Семён подал голос лишь когда отчётливо увидел вдалеке примитивные палатки.

– Уже подъезжаем, приготовьтесь.

Семён напрягся и прижался глазом к оптике, высматривая потенциальные угрозы. Во "дворе" небольшого поселения бегали дети, охотник возился с тушей оленя, и, что более важно, стояло два дозорных, однако слишком рано было начинать волноваться, ибо увидев их оружие Семён лишь усмехнулся – у одного из них была примитивная, и скорее всего самодельная винтовка, а у второго и вовсе не было огнестрела, лишь топор. Зачистка обещала пройти без происшествий.

– Подъедем поближе, не открывать огонь пока они нас не заметят, – раздался по радио голос командира.

– Вас понял, сэр, – ответил Семён и направил пулемёт на дозорного с винтовкой.

Бронетранспортеры были выкрашены в белый цвет, и отлично смешивались с окружающим ландшафтом, к тому же дозорные не были сильно заинтересованы в выполнении своих обязанностей, поэтому первые признаки беспокойства появились только когда машины подъехали уже слишком близко. Дозорный прервал разговор со своим коллегой, и начал всматриваться вдаль, а Семён в предвскушении ещё сильнее вжался в оптику и ещё лучше прицелился.

Наконец паразит всё понял, и потянулся к оружию, а пулемётчик улыбнулся и вдавил гашетку…

Весёлая детская игра прервалась моментально. Раздался оглушительный грохот, и одного из солдат разорвало на куски, разбросав его останки по всему двору. Охотник потянулся за луком, но его смела очередь из другой машины. Люди начали разбегаться, но далеко убежать не могли. Некоторые успевали добежать до противоположного конца лагеря лишь для того, чтобы убедиться, что люди из куполов наступают со всех сторон. Оставшимся в живых оставалось лишь прятаться по палаткам и землянкам, и надеяться, что чистильщики обойдут их стороной.

Одним из таких был Дима – маленький мальчик прижимался к своей дрожащей от страха матери, в то время как отец заряжал обрез винтовки. Крики и выстрелы снаружи маленькой землянки раздавались всё громче и ближе, и три почти беззащитных человека с каждой секундой нервничали всё сильнее.

Вдруг в проёме показался силуэт человека в тяжёлом бронекостюме, отец нажал на спусковой крючок, прогремел выстрел и силуэт пропал, а снаружи послышались крики.

– Л-я-я-ять!

– Миха трёхсотый! Броник вроде не пробит.

– Гранату этим тараканам!

Пока отец возился с винтовкой, пытаясь загнать самодельный патрон в ржавый механизм, в землянку влетел маленький и с виду неопасный предмет, но лица обоих взрослых исказились гримасой ужаса, мать прижала Диму к себе, надеясь закрыть его от смертоносного снаряда. Ничего не понимающий ребёнок попытался обнять её свободной рукой, и в этот момент прогремел взрыв.

– А-а-а! Сука! – закричал Дмитрий и схватился за механическую руку, вдруг разразившуюся фантомной болью.

– Прости, похоже я слегка ошибся с калибровкой. – Начал оправдываться Валерий. Он был старый человеком, волосы которого уже давно поседели, лицо покрылось морщинами, а голос охрип от болезни лёгких. Его лучшие года уже давно прошли, и потратил он их на воспитание Дмитрия и его брата, а также на совершенствование своих знаний о ремонте и создании механизмов. Валерий был человеком, которого однорукий искренне уважал.

– Да нет, ничего страшного, – успокоил старики Дмитрий.

Юноша посмотрел на кусок металлолома, заменяющий ему нормальную руку, нейронная связь была примитивнейшей, часто слетала, и постоянно била культю электричеством. Механизм был не лучше, мизинец, безымянный и средний пальцы были объединены в единый блок, и двигать ими отдельно было невозможно, указательный постоянно заедал, а большой был сильно ограничен в движении. И как вишенка на торте – механизм работал на сжатом воздухе, баллоны постоянно забивались пеплом, пропускали воздух, и банально лопались при сильной накачке. Дмитрий от всей души ненавидел этот металлолом, и с грустью вспоминал свой старый протез, найденный братом в развалинах, и прослуживший однорукому всего пару лет. Тем не менее он был благодарен Валерию, старик хотя бы попытался сделать из остатков нормального протеза что-то рабочее, и получившийся металлолом всё равно был лучше полного отсутствия руки.

– С калибровкой вроде всё, попробуй подвигать пальцами.

Блок и большой палец работали нормально, а вот указательный, как всегда, заедал.

– Чёрт, подожди секунду.

Валерий с трудом встал и пошёл в другой конец палатки, к ящику с инструментами, однако на полпути он остановился, и, сгорбившись в три погибели, закашлялся так, будто был готов выплюнуть свои лёгкие. Увидев, как изо рта старика вырывается кровь, вперемешку со слюной и вулканическим пеплом, Дмитрий встал с лежанки и, инстинктивно поправив самодельный респиратор, кинулся помогать технику.

– Ты в порядке?

– Да, да, всё хорошо мальчик мой, я… – старика прервал очередной приступ кашля, по одному только звуку было понятно, что всё ни черта не хорошо, а от вида страданий Валерия, у однорукого кровь стыла в жилах.

Дмитрий отвёл своего отчима к лежанке, ему только и оставалось, что смотреть на корчащегося в муках старика и нервно поправлять респиратор. От пепла не было ни лекарства, ни спасения, множество людей умирали от холода, голода и пуль чистильщиков, но пепел – он был настоящим палачом. Дмитрий читал в древних книгах о том, что когда-то люди жили почти вдвое дольше чем сейчас, и похожие слухи он слышал про людей под куполами, но здесь, посреди ледяных пустынь сорокалетний считался долгожителем, а люди, дожившие до пятидесяти, считались стариками. Именно поэтому Дмитрий носил респиратор, остальные воспринимали пепел как должное, но он не собирался умирать так, не имея возможности даже сделать вдох, и захлёбываясь собственной кровью.

Через несколько минут кашель всё же отпустил старика, и он сразу же попытался встать. Попытка ожидаемо оказалась провальной.

– Дима, помоги мне, надо закончить… – старик вновь прервался, пытаясь восстановить дыхание.

– Не стоит, я сам со всем разберусь. Инструменты тут есть, а ты меня всему научил.

– Уверен? – усталым голосом спросил Валерий.

– Уверен.

– Хорошо, – дал добро старик после небольшой паузы, обычно он был куда более упрям, но сейчас у него уже не было сил хоть над чем-то работать.

Дмитрий отступил от старика и осмотрел большую палатку, Валерий был верным и ценным членом сопротивления, и, что куда важнее – у него были редкие и ценные навыки, поэтому ему выделили по-настоящему много места. В левом углу, рядом с лежанкой, стояла печка, старику удалось убедить остальных, что это необходимая вещь для любого техника, и только Дмитрий понимал, что Валерий просто не хотел каждый раз ходить погреться к общему костру. Рядом хаотично валялись несколько ящиком металлолома и немного личных вещей, это зрелище сильно контрастировало с правой частью палатки, где все детали, инструменты и книги были аккуратно разложены. Первым делом Дмитрий пошёл именно к стопкам отсыревших, повреждённых и потрёпанных, но тем не менее невероятно ценных книг, но Валерий быстро охладил его любопытство.

– Прости, ничего нового нет.

Дмитрий был одним из немногих, кто умел, и тем более любил читать, но вот раздобыть книги было невероятно. Отсутствие новинок в скромной библиотеке старика не удивила Дмитрия, всё-таки двести лет прошло с тех пор, как их перестали печатать, по крайней мере за пределами куполов.

Перед тем как пойки к ящику с инструментами, Дмитрий взглянул в небольшое треснувшее зеркало, лежащее среди книг. В отражении он увидел молодого, худощавого парня с редкой щетиной и длинными волосами, которые он тот состригал только потому, что в теории они могли хоть как-нибудь защитить голову от холода. Ростом и телосложением однорукий не вышел, сказалось то, что ему всегда давали меньше еды чем остальным, по вполне понятным причинам.

Дмитрий всё же добрался до инструментов, и спустя двадцать минут, с помощью отвёртки, гаечного ключа и такой-то матери, всё же заставил указательный палец относительно нормально работать.

Ещё раз проверив как себя чувствует старик, и попрощавшись с ним, однорукий наконец вышел в лагерь.

Улица сразу встретила Дмитрия ледяным ветром и холодом, шуба из волчьей шкуры, конечно, хорошо защищала от агрессивной среды, но однорукий всё равно поспешил к главному костру, попутно осматривая палатки.

Повсюду был виден один символ – примитивно вышитое, или выкрашенное горящее пламя. Это был лагерь "Сопротивления", сборища разрозненных племён и лагерей, связанных лишь харизмой отдельных личностей, что осмелились бросить вызов могуществу куполов. Те самые отдельные личности, которые гордо именовались “Офицерами Сопротивления”, задавались простым вопросом – почему люди куполов живут счастливо, не зная ни голода, ни холода, ни пепла, в то время как остальные вынуждены выживать? Сопротивление считало такой расклад несправедливым, и многие присоединялись к ним, и причины на то у каждого были свои – желание отомстить чистильщикам, идеология, благодарность за спасённую жизнь, кто-то просто хотел жить столь же припеваючи, как сейчас живут "купола", а кто-то просто вырос среди сопротивления, и просто не имел иного выбора. В Дмитрии понемногу смешались все эти причины. Сопротивление уже превратилось в настоящую силу, с которой приходилось считаться, и с каждым днём к нему присоединялось всё больше людей, и, что куда важнее – куда лучше становилось её организация.

Помимо большого жилища Валерия в лагере было на что ещё посмотреть. Большинству людей приходилось ютиться вшестером в маленьких палатках из шкур, костей и палок, а свои пожитки жителям приходилось выкладывать снаружи, или в относительно сухие ямы, закрытые от снега навесами, так как внутри просто не хватало места. Палатки давали довольно сомнительную защиту от холода, но за неимением лучшего и это было неплохо. Среди всего этого выделялось всего несколько временных сооружений. Первое – склад, на котором хранилось всё “общее” имущество – от одежды и саней, до оружия, в том числе и огнестрельного. Второе – палатка охотников, и по совместительству кухня. От мыслей о еде у Дмитрия заурчало в животе, и он решил заглянуть внутрь, но там его ждало разочарование – внутри был только один дохлый волк, пара зайцев и немного кореньев, для такого большого лагеря – сущие крохи, конечно охотники скоро должны были вернуться с очередной вылазки, но Дмитрий сильно сомневался, что они принесут достаточно, и уж тем более сомневался, что сможет сегодня нормально поесть. Весь лагерь был поставлен так, что его за один день можно было сложить в сани и потащить в другое место. Кочевать приходилось регулярно – чем дольше ты торчишь на одном месте, тем меньше еды добываешь, и тем больше внимания привлекаешь.

Следующим важным местом был костёр, с целью экономии топлива их было всего несколько штук на весь лагерь, и этот был самым большим. Костёр был огоньком света в этом мире вечного полумрака и пепельных облаков, как часто любили говорить поэты, непонятно как пережившие двести лет враждебных для их профессии условий, ну а если отбросить красивые фразы – огонь действительно давал необходимый свет для различной работы, например шитья, но что куда важнее – он позволял банально не замёрзнуть насмерть. Именно вокруг костров как правило скапливались люди, они общались, работали, согревались, сейчас туда направлялся и Дмитрий.

– О! Надо же! Уважаемая леди почтила нас своим присутствием! Иными словами – ты опять опоздал Димон, – недовольным тоном воскликнул Михаил – ветеран ополчения, которому было уже больше тридцати, характер у него был… Тот ещё, но только идиот мог бы заявить, что Миха плохой солдат, и что его самомнение незаслуженно. Этот человек был столь опытен и ценен, что удостоился права использовать трофейное оружие чистильщика. Автомат, собранный под одним из куполов – оружие невероятно мощное и надёжное, мечта любого бойца.

Помимо него в небольшом отряде были Даня и Никита – два закадычных друга, из особенностей этой парочки – полное отсутствие таковых, несмотря на весёлый характер, эти двое были образцовыми солдатами, которые всегда выполняли приказы, и не задавали лишних вопросов. Также была Таня – девушка с ветром в голове, первоклассными навыками охоты и поразительным умением ориентироваться в ледяной пустыне без каких-либо видимых ориентиров. Ну и наконец Алексей – его также воспитывал Валерий, и они с Дмитрием были почти ровесниками, поэтому он вполне мог называть его братом. Прославился Алексей своими навыками снайпера, вспыльчивым характером, и огромной верностью идеалам сопротивления, порой из-за этого с ним было трудно договориться, но любой, кто близко с ним общался, прекрасно понимал, что этот человек всегда поймёт и придёт на помощь в трудной ситуации.

Задача отряда была проста – установить контакт с местным мелким оседлым племенем, предложить сотрудничество в случае тёплого приёма, или показать зубы в случае проявления агрессии, Дмитрий в этой миссии исполнял роль дипломата. Он не мог похвастаться физической силой, ему всегда давали меньше еды чем остальным, справедливо полагая, что однорукому ни к чему крепкие мышцы, он не мог похвастаться мастерством – трудно было развивать боевые навыки, когда твоя ведущая рука это семь килограммов металлолома, но была одна вещь, в которой Дмитрию не было равных – он умел убеждать людей. Помимо врождённого умения красиво говорить у него было ещё несколько козырей в рукаве. Респиратор не только защищал от пепла, но и закрывал лицо, маскируя реальные эмоции. Суровый командирский голос позволял хоть как-то скомпенсировать низкий рост и худощавую фигуру. Начитанность помогала находить темы для разговора, и позволяла делиться полезной информацией, благодаря чему любой становился сговорчивее. Даже такая "мелочь" как механическая рука могла отвлечь и смутить собеседника, из-за чего тот становился более внушаемым.

Насчёт цели задания было мало что известно, охотники случайно наткнулись на людей племени, и сумели договориться о том, что скоро к ним придут люди сопротивления. Ничего про численность или культуру племени не было известно, поэтому оставалось лишь надеяться, что в этот раз обойдётся без стрельбы.

– Итак все в сборе, проверяйте оружие и пошли, а то я уже заколебался тут сидеть, – привычным для себя нагловатым тоном проворчал Михаил.

Первой, достав свой арбалет, пошла Таня, именно она знала дорогу до племени, правда знание это оканчивалось устным рассказом одного из охотников, который и сам этого племени в глаза не видел, но Дмитрий был знаком со способностями девушки, и понимал, что даже столь отрывистой информации для неё было достаточно. Следом шёл Алексей, периодически осматривающий окрестности через прицел своей винтовки. Винтовка была древней, изготовленной ещё до зимы и пепла, патроны к ней были редкостью, но они не оставляли бронежилетам чистильщиков никаких шансов. Далее шагал Миха, гордо выставив напоказ свой автомат. Следом плёлся Дмитрий, на ходу проверяя свой самодельный дробовик. Двухстволка стреляла самодельными патронами и имела крайне короткие стволы, но плюсы явно перевешивали минусы. Обрез можно было легко спрятать в одежде, патроны к нему были всегда, при стрельбе в упор этот малыш не оставлял врагу никаких шансов, и главное – даже с одной рукой этим оружием было легко орудовать и перезаряжать. Замыкали строй Даня и Никита с луком и самопалом на дымном порохе.

Путь до племени был неблизким, снегоступы постоянно норовили соскользнуть с ноги, порывы ветра пробирали холодом до костей и сбивали с ног, а ладонь уже окончательно окоченела, и стала по отзывчивости не лучше, чем механическая. Дмитрий уже начал думать, что Таня спутала направление, и сейчас ведёт всю группу лишь глубже в снежные пустоши, причём судя по недовольным лицам, других бойцов отряда посещали похожие мысли, и только сама девушка сохраняла оптимизм и продолжала вести всех и дальше. Наконец-то вдалеке показался свет костра, и подойдя ближе отряд увидел колья, на которые были насажены черепа волков и оленей. За этими украшениями были охотники с примитивными копьями и луками, и множество землянок и палаток, утеплённых с помощью шкур. В древних книгах, любимых Дмитрием, так обычно выглядели племена первобытных дикарей, но в нынешнее время это выглядело вполне цивилизованно, по крайней мере нигде не было видно человеческих останков, или разбросанных кишок, уже неплохо.

– Стоять! Кто идёт? – спросил один из членов племени, выставив вперёд копьё с простым каменным наконечником.

– Мы из сопротивления. – ответил Дмитрий.

– Точно? Докажите! – нервным и агрессивным тоном воскликнул парнишка и крепче взялся за своё копьё.

– Доказательства тебе нужны!? – провочал Миха, выставив вперёд свой автомат. – Я эту малышку лично вырывал из окоченевших пальцев дохлого чистильщика, это оружие способно порвать человека пополам одной очередью, и если ты нас не пропустишь, то я тебе это продемонстрирую!

– Л-ладно можете пройти, – речь ополченца явно произвела впечатление на охотника, Дмитрий не был уверен, был ли знаком парнишка с огнестрелом в принципе, и с автоматом, в частности, как минимум потому, что те, кто видел чистильщика за работой редко после этого оставались в живых, но вот упоминание мёртвых жителей куполов, и то, каким тоном это было сказано, явно удивило жителя племени.

Дмитрий медленно и осторожно, чтобы не провоцировать напряжённого парнишку, подошёл к нему и попытался успокоить.

– Прости за дерзость моего спутника, мы здесь не для кровопролития, мы действительно из сопротивления, и прибыли для того, чтобы встретиться с вашим лидером. Ты можешь отвести нас к нему?

– Да, конечно, следуйте за мной.

Охотник повёл отряд вглубь лагеря, жители племени со страхом, удивлением, а местами и радостью смотрели на гостей, на всякий случай Дмитрий спрятал свою железную руку в карман, ему сейчас не нужны были лишние расспросы. Довольно быстро они дошли до костра и большой, богато украшенной палатки, к которой их и повёл охотник.

– Старейшина. К нам прибыли люди из сопротивления, – сказал парнишка, слегка заглядывая в палатку.

– Ты уверен, что это они?

– Один из них сказал, что сразил демона, и смог забрать себе его оружие. Это оружие при нём, так что я не думаю, что он лжёт.

После этого из палатки поспешно вышли двое мужчин, первому было на первый взгляд чуть меньше тридцати, и в глаза сразу бросалась его медвежья шуба, капюшон которой украшала собственно морда этого медведя. Второму было около сорока, и он держал в руках посох из погнутой арматуры, украшенный черепом оленя.

– Приветствую вас, гости из иного племени, – подал первым голос человек в медвежьей шубе, – я Евгений, старейшина этой общины. Это Дементий, наш жрец.

Мужчина с посохом выступил вперёд и слегка поклонился.

– Мы рады встретить вас, и хотим узнать – действительно ли вы осмелились бросить вызов демонам?

– Да, чистильщики наши враги, – ответил Дмитрий, специально не упоминая остальных жителей куполов, для начала нужно было узнать их отношение к ним, а уже потом выкладывать все карты на стол.

– Скажите, есть ли среди вас те, кто лично сражались с демонами?

Дмитрий уже хотел сказать про Миху, как тот сам влез в разговор.

– Это был я, и никакие это не демоны, там под шлемами обычные люди, – Дмитрию оставалось лишь тихо проскрипеть зубами, он знал, что некоторые племена успевали деградировать настолько, что подобные слова вызывали у них агрессию и желание покарать богохульников.

– Надо же, я рад встретиться с великим воином, подобным вам, давайте пройдём к костру… – в этот раз пронесло.

Вождь полностью переключил своё внимание на Михаила, пытаться переманить внимание на себя было бы как минимум невежливо, поэтому Дмитрию только и оставалось, что вполуха слушать их разговор и быть готовым вмешаться в случае, если Миха начнёт говорить то, чего говорить не стоит. Вместо этого Дмитрий обратился к Дементию, как минимум потому, что у шаманов в подобных племенах часто было не меньше власти, чем у вождей, а как максимум потому, что из сумки Дементия выглядывала книга.

– Рад познакомиться с вами Дементий. Я Дмитрий, переговорщик этой группы, – вряд ли шаман знал значение слова "переговорщик", но даже если так, то он не подал виду, молча кивнул и протянул Дмитрию руку.

Это было плохо, однорукий на секунду замешкался, но всё же достал свою механическую конечность, шаман явно удивился, но они всё же обменялись рукопожатиями, и никакой негативной реакции не последовало.

– Наше племя долго было одиноко, мы рады встретить других людей среди этого снежного ада. Мы надеемся, что сможем во многом друг другу помочь, и объединиться против демонов.

– Мы тоже, мы рады любому, кто готов присоединиться к нам в нашей миссии. Однако, позвольте мне задать вам несколько вопросов, если вы не против, конечно же.

– Я с удовольствием поделюсь с вами любыми знаниями, коими владею, – заверил его шаман. К этому времени все уже расположились вокруг костра, Миха и вождь продолжали свою беседу, к счастью, ополченец больше рассказывал про военную мощь сопротивления и свои личные подвиги, не особо углубляясь в вопросы идеологии, которые могли бы создать проблем.

– Я заметил у вас книгу, скажите, вы умеете читать? – спросил Дмитрий, конечно, стоило начать с более важных вопросов, но всё же любопытство взяло верх.

– О, к сожалению, нет, это забытое знание для нашего племени. Неужели вы сохранили его?

– Да, я и многие другие люди в лагере обучены грамоте.

– Скажите… Вы можете обучить нас этому? – с надеждой в голосе спросил шаман.

– Я вполне мог бы, конечно, нам удаться наладить сотрудничество, – под респиратором Дмитрий слегка ухмыльнулся, его любопытство оказалось вознаграждено.

– Прошу, позвольте и мне задать вопрос, – попросил шаман.

– Конечно.

– Один из вас упомянул, что забрал оружие у демона, но что на счёт остальных? – Дмитрий глянул на своих спутников, вокруг которых столпились жители племени, и тут он понял, что до сих пор не видел у аборигенов ничего серьёзнее лука и стрел.