Сага астрофизика Тео
- -
- 100%
- +
– Что ты предлагаешь?
– Защитное поле может быть создано только в областях, максимально освещенных Солнцем.
– То есть на полюсах планеты.
– Да. И в одном единственном месте. На материке!
– Но это же грозит остальным фаетонцам остаться без защиты?
– Поэтому оградить необходимо Шомон! – твердо сказал Тео.
– Тео, мы ждем тебя в Совете. Сделаешь доклад по этому вопросу.
Экран угас. Тео взволнованно стал ходить по лаборатории. На столе под прозрачным колпаком вращался шар. Тео подошел к шару и стал пристально вглядываться в его поверхность, блестевшую под светом фосфоресцирующего воздуха. Казалось, шар застыл на месте, но это не так. Скорость вращения шара была соизмерима с первой космической. Рядом, отсчитывая время, стучал маятник. Его ось двигалась из стороны в сторону. Механизма хода не было. Только две металлические ножки и ось вращения – и больше ничего. Тем не менее, маятник стучал равномерно. Тео осмотрел предметы на столе, затем подошел к полкам, сплошь уставленным приборами. Взял один, похожий внешне на рефлектор прожектора, и принялся копаться в нем, маятник от этого внезапно остановился. Затем замер неподвижно и вдруг загудел в быстром вращении. Тео удовлетворенно крякнул. Снова покопался в рефлекторе и остановил вращение маятника. С прибором в руках он уселся в кресло у журнального столика и долго изучал его. Затем навел рефлектор на себя в область груди, подрегулировал сзади рифленую поверхность и блаженно закрыл глаза. Мешки под глазами стали уменьшаться, сетки морщин у глаз расправились. Лицо приобрело матовый неестественный оттенок и под покровом старческих седин обрело юношеский облик. Тео спал в блаженном сне под воздействием никому не известной энергии. Маятник на столе снова пришел в спокойное колебательное движение… События ближайших дней разворачивались с невероятной быстротой. Решением Совета по проекту Тео были разработаны проектными компьютерами технологии создания приемников солнечной энергии и преобразователей ее в защитное поле. Наведением поля руководил Тео. Он носился в летательном аппарате над долиной Шомон, проверяя электронной пушкой прочность этого своеобразного щита.
Датчики, установленные в долине, кое-где еще улавливали слабое проникновение пучка электронов сквозь защитное поле. И тогда поступала команда на усиление поля. За состоянием поля будет следить компьютерный центр. Шомон в конце концов оказался под плотной энергетической защитой. Лишь один вход оставили ученые, сквозь который можно проникнуть только на летательном аппарате. Операция заняла предельно сжатые сроки. К концу месяца, с момента начала работ, защита была возведена. Стерильное общество удалось создать. Тео простил обидчиков и углубился в изучение открытия, а ученые занялись разработками программ занятости населения. И все, казалось, текло своим чередом, без изменений и стрессов, но бездействие побудило скуку. И тысячи людей, томившихся от безделья, стали придумывать множество развлечений, в число которых входило разнообразие искусств и ремесла давно забытой старины. Новый блеск процветания дал купол-щит, избавивший от болезней. Век жителей Шомона достиг максимально возможных пределов. А Тео, знавший секрет бессмертия, хранил тайну…
Поколения сменяли одно за другим. Умерли уже его бывшие враги, появились новые, а Тео жил. И его долголетие побудило любопытство Совет разобраться в сути бессмертия ученого Тео. Однажды ему предъявили ультиматум: – Я, Инокен, обвиняю тебя, Тео, в сокрытии тайны долголетия. – Выдвинул обвинение старец, такой же, как и Тео, с разницей в возрасте в тысячу лет. Шестеро старцев закивали головами в знак одобрения. Тео покраснел от постыдного обвинения. Посягнувшие на открытие были настойчивы и бескомпромиссны. Это он знал, как никто другой.
– Посему повелеваем заключить тебя в поле презрения. Поле лишит тебя возможности пользоваться открытием, и ты канешь в вечность, как позор нашей цивилизации, вместе со своими премудростями. – Снова ученые закивали головами. Тео не мог удержаться от негодования, и в гениальной голове родилась спасительная идея.
– Хорошо, я открою секрет долголетия. – Голос его прозвучал торжественно в мертвой тишине зала. Он сделал продолжительную паузу. Старцы не выдерживали затянувшемся молчанием, зашуршали в нетерпении одеждами, заерзали в креслах.
– Ну, говори! – повелительным тоном оказал Инокен.
– Хорошо. Мы, дети Шомона, можем жить вечно за счет генераторов энергии жизни.
– Ты создал их?! – спросил Инокен.
– Их создала жизнь.
– Ты издеваешься над нами? – вновь повелительный голос Инокена напомнил Тео о приговоре, и он поспешил ответить.
– Ничуть. Я хочу сказать, что мною создан приемник энергии жизни. Все вновь притихли, внимательно слушая ученого.
– Мы можем ощутить его действия?
– И не только ощутить, но и продлить свою жизнь.
– Ха! – не выдержал один из старцев, громко выкрикнул, – Мой дед Толмач был бы до сих пор жив. А ты, Тео, не дал ему такой возможности?!
– Это не совсем так. – Спокойным голосом возразил Тео.
– То есть как это? – взрыв негодования вновь захлестнул зал.
– Успокойтесь, коллеги! – иронически начал Тео, – Я еще не закончил говорить, – в наступившей тишине голос Тео звучал, как приговор. – Эта энергия поступает от людей-генераторов, которые в это время впадают в спячку, спят, одним словом.
– Где эти люди? – вел допрос Инокен.
– Они обитают на материках Фаетона. Поле необходимо подключить к их энергии, и наш город Шомон станет невидимым.
– Почему?
– Потому, что качественная энергия «генератора» будет охранять Шомон от людей.
– Это противоречит законам свободы и обращает людей в рабов. – Крикнул внук Толмача.
Его никто не поддержал. Старцы сосредоточенно стали думать. Вновь тишина воцарилась в зале. Тео поставил их в тупик. Первым, наконец, подал голос внук Толмача.
– Тео, объясни, вреден ли отбор энергии для «генератора»?
– Если ты хочешь, чтобы тебя питали, позаботься о его здоровье. – Ответил Тео.
Уклончивый ответ не дал удовлетворения, и теперь задал вопрос Инокен.
– Ты не сказал конкретно, вреден ли отбор энергии?!
– Ну, если я скажу, что нет, вы же меня ставите в рамки недоверия?
– Мы верим тебе, потому, что ты знаешь, что ожидает обманщика.
Инокен намекнул на кару забвением, когда преступника не замечали, и он превращался в тень для самого себя.
– Ну, а если они будут существовать сами по себе, без поля защиты?
– Тогда борьба за жизнь, за существование сделает их совершенными, и энергия жизни будет особенно качественной.
– Значит, ты все это время пользовался людьми-источниками энергии? – говорил Инокен.
– Я предлагаю ощутить действие этой энергии на каждом из вас.
В зале воцарилась тягостная тишина. Первый снова подал голос Инокен.
– Нет, мы не пойдем на этот варварский шаг.
Старцы переглядывались. Чувствовалось, что каждому хочется вкусить запретный плод. Первым вновь подал голос внук Толмача.
– Инокен сказал свое мнение, это не значит, что так думают остальные.
Тео вздохнул с облегчением, зерно, брошенное в почву, дало свои ростки, и у него появились сторонники. Инокен пристально взглянул на внука Толмача.
– Трефил, ты хочешь испытать варварской пищи?
Трефил выпрямился, гордо поднял голову и заявил. – Я и мои коллеги, думаю, поддержат меня. Если речь идет о продлении жизни, так пусть будет так. Разве общество потеряет, если ученые умы обретут возможность жить вечно?
– Что ты говоришь? Опомнись, Трефил! – возглас Инокена прозвучал поздно. Еще два старца поднялись вслед за ним. Тео одержал победу. После Совета все четверо во главе с Тео вышли на ступеньки форума. Легкий ветерок щекотал ноздри, прятался в волосах бороды. Тео и его единомышленники пребывали в восторженно-приподнятом настроении.
– Я приглашаю вас всех! – говорил им Тео. – Я покажу вам источники энергии, и вы убедитесь, что этот отбор абсолютно безвреден для людей-генераторов.
Воображение рисовало радужные картины перспективы возвращения в молодость и скорейшего ощущения давно забытых эмоций юности. Трефил был самым молодым среди троих старцев. И самым осторожным. Он первым высказал свои опасения.
– Мне кажется, что Инокен будет препятствовать нам.
– Нет, этого ему сделать не удасца. – Спокойным голосом возразил Тео и озадаченно взглянул на Трефила, добавив к сказанному, – Вы поймете это позже. А пока в путь, друзья.
Все удобно разместились в аппарате Тео. Под ними поплыли пейзажи равнин и возделанных полей, поселки и города. Люди прочно обосновались там на плодородных землях под надежным покровом купола защиты, и в их планы вряд ли входили резкие перемены будущности.
– Вот видите, по улицам города ходят великолепные ″генераторы″. Но сам по себе человек – это капля в море. Он создает энергию, как пчела, собирая по крупицам. С той лишь разницей, что пчелиный мед качают один раз, а ″мед″ энергии человека отбирается всегда.
– Объясните, каким образом?! – вмешался Трефил.
– Она концентрируется вокруг своего собственного полюса и соединяется с энергией планеты. Этот полюс легко обнаружить по притяжению. Сила тяжести в месте концентрации энергии всегда больше.
– Так причем здесь люди? – не сдавался Трефил.
– Притом, что их деятельность нарушает равновесие биосферы и возбуждается энергия неуравновешенной системы, которую я научился улавливать и отправлять Союзу Планет.
– Кажется, все ясно! – кинул реплику молчаливый старец.
– Ну так вот, настроившись на какого-нибудь «генератор», я получаю не только его энергию, но и мысли. И когда он спит, заставляю его мозг работать на меня, получая от него все.
– Что-то очень сложно.
– Прервемся, друзья, я покажу вам это подробно. – Остановил рассказ Тео.
Аппарат причалил к скале, и все вышли на обширную площадку. Здесь дул порывистый ветер. Было холодно. Гости поспешили укрыться в уют лаборатории. Тео был счастлив, шагая следом. Ему удалось отвлечь Совет от истинного открытия, которое принадлежит
ему и только ему, а все, что он выдает за открытие, это лишь жалкая частичка и не стоит ему ничего. Гости расположились в удобных креслах и приготовились к сеансу внушения. Но Тео не спешил. В помещение вошел с подносом робот-лакей. Перед каждым появилась чашечка горячего кофе. Гости, настроившиеся на все необычное, недоверчиво покосились на парившийся напиток.
– Не бойтесь, это еще не энергия.
Двое принялись за кофе, а Тео стал возиться с аппаратурой, настраивая приемник на восприятие тока энергии.
– Коллеги, прошу внимания! – голос Тео звучал, как колокол. Ученые застучали чашечками о блюдца. Допили, пора пришла сеанса.
– Сядьте поудобнее, начнем сеанс.
Старцы, кряхтя, втиснулись в спинки кресел, напряглись в ожидании чего-то наподобие бормашины в кабинете стоматолога. Но сверлящей боли не было, была лишь нега, беспредельная всепоглощающая нега и чистота мышления. С такой легкостью никто не
помнил себя с рождения. Ощущения тела нет, есть только легкость и вибрация.
– О-о-о!!! Это чудесно. – Не выдержал Трефил. И, к своему удивлению, обнаружил, что может общаться, и нет ухода куда-то в транс. Тео постепенно стал снимать ток энергии, и тела вновь обрели бремя силы тяжести и ощущения себя.
– Это прекрасно. – Сказал молчаливый старец. Ему вторили остальные.
– Нет, скрывать от общества твое открытие – это преступление! – Сказал третий.
Тео ликовал, опыт удался, теперь он будет диктовать свои требования, которые пригодятся для продолжения исследований. Старцы ушли в крайнем возбуждении. А наступивший день принес статьи в газетах с призывами организовать потребление жизненной энергии на планете. Люди-генераторы нужны для питания особо избранных, ученых Шомона и какого-то мифического Союза Планет. Города планеты взбунтовались. Начались забастовки. Но найти Шомон не удавалось никому. Мудрецы огородились куполом защитного поля, подключив его к энергии, выделяемой землянами. На месте Шомона обитатели материка нашли нагромождение камней скальных пород и горы вокруг. Мало-помалу жизнь вернулась в свою колею, и планета зажила обычной жизнью. Причина, побудившая волнения, оказалась пустой выдумкой газетчиков. Но тем не менее нашлось немало сторонников гипотез о существовании страны жрецов. Многие из числа энтузиастов достигали места расположения мифического города и возвращались ни с чем. Так реальность превратилась в миф. А Шомон жил своей жизнью, питаясь от безграничного источника жизненной энергии изолированно от всего Мира, погрязшего в войнах, эпидемиях и болезнях. Шомон процветал, но не учел одного;
безграничный источник оказался под угрозой исчезновения. Это проявилось в ожесточившейся борьбе за власть и как следствие рождение нового оружия. Квази кварковая бомба вела человечество к неминуемой гибели, Шомон лихорадочно искал выход в созидании нового источника энергии. Таковым должна была стать энергия неуравновешенных систем звезд …
Глава 12
Давно уже умер Трефил, ушли из жизни и старцы, вкушавшие некогда первыми энергию, рожденную человеком. А Тео был все такой же, как и прежде. Новый Совет ученых Шомона, в состав которого теперь входило новое поколение, побаивались Тео, который занял почетное место председателя, а его правой рукой стал верховный жрец Ки. Этот старец отвечал за безопасность Шомона строго следил за тем, чтобы существование города было в тайне от остальных жителей планеты. Вторым членом Совета был главный зоолог Лион, это был образованный человек. Он владел глубокими знаниями в области зоологии, и на него возлагалась ответственность за работы по созданию среды обитания на Земле и поиска возможных планет, пригодных для жизни. Еще в состав Совета входили четверо так называемых внештатных членов. Состав их постоянно менялся, и это давало возможность гибко осуществлять давление на неугодных Тео, одновременно быть в курсе всех дел ученого Мира. Очередное заседание Тео открыл словами: – Положение, коллеги, серьезное. Шомон не сможет существовать без потребления энергии неуравновешенной системы, к сожалению, все заболели ее наркотическим действием, и отказ приведет к гибели. Кто хочет высказаться?
Руку поднял Ки.
– Тебе слово, верховный жрец.
– Мне стало известно, что квази-кварковая бомба уничтожит все живое на Фаетоне, это приведет к освобождению колоссальной энергии неуравновешенной системы и к взрыву. Планета разлетится на мелкие осколки.
– Предотвратить это в наших силах? – спросил Лион.
– Не надо было потреблять энергию людей-генераторов. – Отрезал жрец. Тео закивал в знак согласия. Ки продолжал, – Это породило раздражительность, неудовлетворенность человека. Благодаря потребителям, то есть нам. Человека стали преследовать неудачи, ибо удачи – это издержки энергии. «Закон подлости», как в шутку называют это явление люди, явился причиной озлобления. Людям кажется, что причиной неудач являются их же соплеменники или чужие. И появились войны. Нам необходимо учесть ошибку потребления и избежать ее в будущем, иначе погибнет Человечество, а с ним и мы, потребители его энергии.
– Нет! – хлопнув ладонью по столу, вскочил Тео. – Мы создадим Землю. И заселим ее людьми…
– Чтобы вновь прийти к исходному? – Перебил его жрец. Начались ожесточенные споры. Тео поддержало большинство. Жрец остался один. Лион воздержался от споров. Тео торжествовал. Он создаст новый источник неиссякаемой энергии и будет питать
им Союз Планет и Шомон. Но, самое главное, что ему вновь удалось скрыть секрет своего долголетия и теперь уже надолго. Соглашение, не смотря на споры, было достигнуто. Совет уполномочил каждого конкретным заданием, и члены Совета приступили к его выполнению. Снова, как и тысячу лет назад, Тео спустился по лестнице форума, изрядно испещренной трещинами седой старины. За ним вышли остальные, они продолжали спор. Головы почтенных старцев тонули в пространстве, уносимые ветром. Тео их уже не слушал, это было уже неважно. Главное, что теперь все будут заняты общим делом и разногласия утихнут на время, а там, как знать, что будет потом. Жрец Ки может стать его врагом номер один? Вряд ли. Ведь он тоже по уши влез в потребление и живет только за счет этого. Шомон уже давно не употребляет пищи. Горожане живут за счет энергии людей. Атрофирован пищеварительный тракт, способный лишь принять в слабых количествах влагу. Но тело еще питается кислородной смесью, замешанной на выделениях растительности в атмосферу. Еще не достигнуто бессмертие. Жизнь исчисляется в пять сотен лет. Жизнь же людей-генераторов едва достигает семидесяти-семидесяти пяти лет. И абсурдно звучит заявление жреца отказаться от потребления. Шомон не готов к этому. Вот если… Тео испугался этой мысли. Он упрятал ее в потайные уголки памяти и постарался забыть об открытии. Он один будет владеть им и пользоваться века… Со ступенек форума открывался очаровательный вид на окрестности. Внизу в голубой дымке терялись рощи платанов. Дальше, в долине, бежал горный ручей. Там, в его прозрачных водах, плескались дети. Островерхие кипарисы подымались из густой растительности заросших склонов. За ручьем сверкал в лучах утренней зари белокаменный город. Над высотными строениями сновали летательные аппараты. Одни осуществляли перевозки сотрудников в городок ученых, другие летали и возвращались с разведки Земли. Перемещение в пространстве и во времени практически были мгновенны за пределами сферы защиты, внутри же разрешалось летать с ограниченной скоростью. Жрец еще стоял. Он был один на площадке форума. Все коллеги разлетелись уже. Тягостные мысли камнем наваливались на него, лишая покоя. Зла он не хотел, он хотел лишь предложить путь избавления от отбора энергии у людей. О, как бы далеко шагнул человек. Как бы широко открылись глаза на Мир, многогранный и удивительный Мир. Нет, надо что- то предпринимать. И вдруг он ловит себя на мысли, что его стали преследовать неудачи. Он щелкнул приемником энергии. На экране, закрепленном на браслете левой руки, возник ″генератор″. Зрелый энергичный гвардеец личной охраны Президента Совета Перемирия, Азон. Нет, с ним все в порядке. Неужели Тео ворует у них у всех жизненную энергию? Жрец сник. Выключил экран. Углубился в размышления. Ветер в это время доносил запахи распускавшихся утром цветов. Шевелил седые пряди, ниспадающие на широкий лоб. В конце концов, он должен твердо поговорить с Тео и выяснить до конца, с кем Совет имеет дело, с самоубийцей или трезво мыслящим ученым. Ученым, способным дать Шомону и всему человечеству блага, а не превращать людей в рабов, питающих бездельников. Жрец направился к своему аппарату и вскоре его машина растворилась в синей дымке над скалами, укрытыми белыми шапками снегов. В колонах форума шумел ветер, обдувая ровную площадку перед портиком, внутри которого только что заседал Совет. Машина бесшумно опустилась на скалу перед жилищем-лабораторией Тео. Когда жрец вышел из аппарата, над широкими створками прозрачных дверей истерически, разрывая тишину, зазвенел звонок тревоги. Разноцветные блики над входом волнами пробегали слева направо, предупреждая гостя о том, что хозяина нет дома. Жрец остановился в нерешительности. Этикет поведения предписывал немедленно улетать, но жрец знал, что хозяин дома. С минуту поколебавшись, он все же двинулся к прозрачной створке дверей, которая тут же отошла в сторону, впуская гостя внутрь. Сразу же за порогом жрец обнаружил оранжерею диковинных растений и влажный тепличный воздух, насыщенный ароматами цветов, что приятными запахами одарило ноздри. От щекотавшего пряностями запаха слегка кружилась голова. Жрец вздохнул полной грудью и по шлифованным плоским камням прошел оранжереей в жилую половину лаборатории. Дверь, отделанная драгоценной породой дерева, оказалась незапертой. Внутри комнаты царил голубоватый свет. Жрец с удивлением смотрел во все глаза на приятное взгляду свечение и насыщался. Грудь его распирало от избытка питательных веществ, а атмосфере, казалось, сделай он еще вдох, и лопнет, как мыльный пузырь. Жрец спохватился и перестал дышать. Да этого и не требовалось, так как жизненно необходимый ток проникал сквозь тело, насыщая питательными веществами клетки. Не сразу жрец увидел слева кресло с Тео. Он подошел к нему. Тео лежал, чуть облокотившись на подлокотник правой рукой. Казалось, он спал. Но бледно – восковой оттенок на лице поражал неподвижностью, Жрец испуганно осмотрел тело. Да, так и есть. Жрец попятился к выходу и вышел в оранжерею. Он еще не успел повернуться спиной к двери, как натолкнулся на что-то мягкое. За спиной стоял человек. Жрец резко повернулся. Перед ним оказался Тео, живой и невредимый. Жрец разинул рот, от страха он лишь хватал воздух, пытаясь что-то сказать, но не мог.
– Тайное не может быть тайным, если оно становится достоянием постороннего.
– Ты-ы, жив?! – обливаясь градом холодного пота, выдавил из себя жрец.
– Не только жив, но и пытаюсь доказать тебе это.
– А кто же там?! – трясущимися пальцами правой руки жрец указал на дверь.
– Там нет никого.
– Я только что оттуда, там твой двойник.
– Нет, это ты видел изображение, внушаемое тебе мною.
Жрец недоумевал.
– Может, ты сделал так, чтобы я прибыл к тебе?
– Возможно. Не забывай, у нас ведь разница в возрасте около двух тысяч лет.
Жрец униженно захлопал глазами. Ему стало стыдно за себя. Злость на этого человека, гнев, на не человека, захлестнула сознание. Он опустил голову.
– Идем, Ки. Я покажу тебе; как это все делается. Обучи этому охрану и всех желающих в Шомоне. Им должно понадобиться в будущем.
Тео провел жреца в командную комнату, где за пультом сидел еще один двойник, оказавшийся настоящим Тео. Обучение навыкам телесной защиты оказалось не сложным. Премудрость заключалась лишь в усилителе биотоков мозга и их генерации на объект опасности. Этим объектом опасности могло быть животное, человек или запрограммированная машина. Тео вновь ликовал. Открытие долголетия осталось в неприкосновенности. Его спасла лишь система защиты, которую он изобрел и хотел уже сделать достоянием гласности, но дебаты в Совете Ученых отложили на время задуманное. Теперь жрец сделает это. Ки так увлекся, что забыл, зачем явился к Тео, а тот внушил ему забвение и дружбу. И они расстались почти друзьями. Только в летательном аппарате, сплошь заваленном оборудованием индивидуальной защиты, Ки вспомнил, что хотел от Тео. Ему стало немного не по себе, как ловко его провел Тео… Перед жрецом в его служебной комнате, обставленной пультами с разноцветной гаммой мигающих лампочек, перед столом из мозаики клавиатуры стоял босоногий старец в длинной белой рубашке до пят, залатанной в нескольких местах.
– Мне поручено! – начал первый Ки, – Следить за тобой, жрец.
– Не называй меня так! – трескучим голосом остановил его старец, – Зови меня Отшельник. С тех пор, как я узнал, за чей счет мы живем, я Отшельник и живу на нейтральной территории…
– Хорошо, хорошо. Но мне поручено Отшельник, следить за тобой.
– Это бесчеловечно. – Возразил жрец-Отшельник. – И, если бы не стремление моего ученика к вам, я не позволил бы унижать себя слежкой.
– Ха-ха-ха! Интересно, как бы ты сделал себя невидимым для Тео?
– Тео пользуется дарами Космической Мудрости, но он еще не Властелин.
– Что ты плетешь, старец?
– Пришла моя очередь смеяться, но я не хочу ссор. Я буду молчать.
– А я буду говорить. Так вот, слушай первый вопрос. Удалось ли тебе то, ради чего ты уже пятьдесят лет околачиваешься в пещере?
– Этого не дано знать никому.
– Мы не собираемся тебя принуждать. У нас ведь договор, не так ли?
Отшельник недовольно покосился на Верховного жреца, переступая с ноги на ногу. На полированной поверхности пола остались грязные следы босых ног. Он вспомнил унизительную сцену его изгнания из Шомона под клятвенное обещание хранить тайну жизненной энергии. Он пошел тогда на этот шаг ради своей цели. Между тем, Ки продолжал: – Не хочешь, Отшельник, не говори. Но, питаясь за счет других, мы узнали кое-что интересное и для тебя.
Отшельник сосредоточенно уставился на жреца из-под насупленных лохматых бровей. Ки, не глядя на него, продолжил: – Мы узнали, что тебе удалось найти источник Космической Мудрости и питаться от него.
Отшельник отступил назад. Его старческие глаза засверкали, как у тигра, готового к роковому прыжку.
– Лион питается от «генератора» по имени Орт. Орт установил в твоей обители подслушивающее устройство и регулярно получает информацию о твоих беседах с Космической Мудростью. Будь доволен, с твоей помощью им удалось раздобыть технологию изготовлении квази-кваркового оружия.
– Ты ошибся? Скажи, что ты ошибся? – старик упал на колени, протягивая скрюченные пальцы трясущихся рук вперед и умоляюще смотрел на Ки.
– Нет! – как приговор, звучал ответ. В дополнение к сказанному Ки щелкнул тумблером, и комната наполнилась разглагольствованиями Отшельника о поступившей информации о том, что комета Галла скоро войдет в зону Солнечной Системы. И о многом другом, что может она принести при детальном изучении ее, как источника информации.