Полет тапка над Зулкибаром

– Я ищу артефакт.

– Какой такой «фак» ты тут ищешь? – я даже растерялась.

– Артефакт! – громко, чуть ли не по слогам, как для умственно отсталой, проговорил блондинчик. – Артефакт – это предмет, с помощью которого следует открыть путь в мой мир.

– А с какого перепугу ты эту штуку в моей квартире ищешь? Нет у меня никаких артефактов и быть не может.

– Терин сказал, что он здесь.

– Какой еще Терин, растудыть его налево?

– Маг Терин, который превратил меня в мышь.

Опять он со мной как с дурочкой разговаривает!

– Ты этот тон брось, – распорядилась я, – и выметайся, давай из моей квартиры, а не то…

– Что? – ехидно спрашивает он. – Баллончиком этим своим меня убьешь?

– Да в гробу я видела баллончики всякие разные! Я тебя и так пришибу, ты, поганка бледная!

Я не на шутку рассердилась. Сидит тут, погань такая, на моем стуле, в мой плед кутается и позволяет себе ехидничать.

– Да я тебя голыми руками, засранца такого!

Блондинчик даже не успел понять, что я всерьез злюсь, как увесистая диванная подушка прилетела ему прямехонько в физиономию. Он, бедняга, чуть со стула не свалился. Отшвырнул подушку подальше, свирепо вытаращился на меня и зашипел:

– Дульсинея, я тебя про…

Чего ему там надо, я слушать не стала, перебила его семиэтажным матом, который утяжелила пепельницей. Принц проявил чудеса ловкости и пепельницу поймал.

– Ай, маладца, – процедила я, – а сделать так чтобы окурки не просыпались, слабо было?

– Дульсинея, в последний раз про…

Ну, вот даже знать не хочу, что он там у меня «про…». В принца прилетела еще одна матершинная очередь и… я, уже не глядя, хватала различные предметы и прицельно обстреливала это иномирское высочество, которое мало того, что сидит на моем стуле, в моем пледе и ехидничает, так я на него еще и кучу времени убила. Когда только успею работу сделать?

– Три часа ночи! – констатировала я печальный факт, и будильник полетел в Вальдора. Потом были какие-то книги, вазочка с давно увядшим букетом, Васькины игрушки и огрызки какие-то, наверняка тоже Васькины. Под занавес я сняла тапок.

– Ну что, давно тапком по морде не получал?

И тапок прилетел высочеству именно туда, куда я и обещала – точняк в его благородную физиономию грязной подошвой. Он замахал руками, брезгливо поморщился и хотел что-то сказать, но я перебила:

– Вали в свой сраный Зулкибар, мышь пыльная!

От второго тапка принц уклонился. Тапок прилетел в стену, и тут такое началось!

Тапок пролетел сквозь стену. То есть не сквозь стену, а в проход, который вдруг в стене образовался. Интересный такой проходик и вовсе не в квартиру соседа Вовки-алкоголика, а непонятно куда. Края прохода мерцали и подрагивали, сам он искрился всеми цветами радуги… В общем, в лучших традициях Голливуда – портал в иной мир в стене моей однокомнатной хрущебы.

– Что за хрень?! – заверещала я.

– Портал! Ты нашла артефакт! – обрадовано заорал Вальдор.

Васька тоже заорал. В его голосе отчетливо слышалось торжество. И с таким вот радостным ором мой домашний питомец сиганул в этот самый портал.

– Василий, стой дурак! – взвизгнула я, бросаясь следом. Даже отпихнула со своего пути Вальдора.

У самого портала на меня озарение нашло, и я остановилась. Что же я делаю-то? Что я, с ума сошла, лезть в эту дыру? Я, конечно, своего кота люблю, но стоит ли…

Я так и не решила, стоит или не стоит, мне помог увесистый пинок под зад, и вот я уже лечу, оглашая окрестности неизвестной местности старым добрым русским матом.

Сколько летела и орала, не знаю – не запомнила. Я уже почти все нехорошие словечки, какие знала, перебрать успела, когда приземлилась, наконец, приложившись пятой точкой обо что-то мягкое. Это заставило меня замолчать.

И вот, значит, сижу я такая вся в дерьме… то есть в навозе, потому что приземлилась точняк на кучу этого самого дерьма. Мягкая посадка, ничего не скажешь. Ой, так, наверно, сейчас на меня сверху еще и это высочество брякнется. Наверняка ведь за мной сиганул в портал этот. Я поспешно скатилась с кучи, по инерции проскользила вперед, врезалась в кусты, а за кустами дерево и… бум! Здравствуй обморок. Ненадолго.

Очнулась я, провела рукой по шевелюре и очень «обрадовалась».  Колючка, растудыть ее налево! И как я должна ее выковыривать? Еще одна?! Ну, очуметь, до чего приятно лежать в кустах, задрав ноги к небу, и доставать колючки из волос. И все из-за этого блондинчика! Кстати, а сам-то его так называемое высочество где? А собственно, фиг с ним, с высочеством. Где мой кот? Я с трудом приняла более подходящую позу, то есть на четвереньки встала, и постаралась, на всякий случай, не меняя положения тела, проползти сквозь кусты на какое-нибудь открытое пространство. Хорошо, что я на пространство это только нос успела высунуть. Передо мной предстала чудная картина – два каких-то обормота увлеченно пинали моего блондинчика. Впрочем, тот не реагировал. Видать, в обмороке. Какие мужики нынче хлипкие пошли. Чуть что – так сразу в бессознательное состояние. Или невменяемое.

Нет, ну это же мой блондинчик! Вот как вылезу сейчас, как объясню им всем, зачем в хлебе дырочки! А нет. Не вылезу. Что-то не нравятся мне эти ребята. Они зеленые какие-то и, мне показалось, или у одного из них только что с лица что-то отпало, вроде носа? Не показалось. Эээ… Неудачный грим? Или болеют? От каких болезней обычно нос или уши отваливаются? Что-то не хочется мне близко к ним подходить. Эх, прощай, Вальдор, ты был так молод и погиб, как герой, во цвете лет, запинанный у подножия навозной кучи какими-то подозрительными личностями, похожими на героев ужастика про оживших мертвецов. Так, стоп! Вальдор что-то упоминал про то, что маг этот, который чернокнижник, мертвецов оживляет. Вот это вот они и есть? Ой, блин… «Прощай, Вальдор. Жаль, что мы были так недолго знакомы», – подумала я, глядя вслед подозрительной парочке, уволакивающей бесчувственную тушку принца в неведомые дали.

Вальдор

А дома и воздух иной.

Это первая мысль, пришедшая мне в голову. Второй мыслью было то, что я чувствую какой-то дискомфорт во всем теле, и причину его появления не понимаю. Третья же – и не мысль вовсе, а так, некое желание, которое я озвучивать сейчас не хочу. И вот только после этого решаю открыть глаза.

Причина дискомфорта ясна. Ножные и ручные кандалы в комплекте созданы отнюдь не для удобства. Ранее мне их надевать как-то не доводилось. Думаю, к счастью. Да и ночевок на голом холодном полу я тоже что-то за собой не припомню, вот в лесу – да, было. Но так там же земля, травка, еловые ветки, плащ, предусмотрительно подстеленный под спину – мягко.

А вот что я помню очень хорошо, так это каждую черточку физиономии придворного мага. Бывшего придворного мага. Благо, свет факела на стене, позволяет рассматривать лицо моего персонального врага сколько моей душе будет угодно. Ей пока угодно. Все равно больше ничего интересного рядом не наблюдается.

Физиономия же, вся такая серьезно-задумчивая, маячит неподалеку вместе с остальными частями организма волшебника. Тоже пока находящимися в комплекте. К сожалению.

– Вальдор, друг мой, я по тебе практически скучал.

– Не взаимно, – огрызаюсь я, – и для тебя я не Вальдор, а ваше высочество.

– Я тебя поздравляю, – мурлычет Терин, улыбаясь, – ты снова смахиваешь на человека.

– О тебе я не могу такое сказать, чародей.

– Ты так предсказуем, Вальдор. С тобой даже неинтересно разговаривать.

Маг встает с кресла, на котором он до того восседал, совершенно не смущаясь от того, что это скорее ему положено сидеть в цепях на грязном полу, а мне в кресле, а лучше в кровати. И выпить чего-нибудь, кстати, тоже не мешало бы.

Встает и начинает прогуливаться взад и вперед, продолжая при этом разглагольствовать.

– Тебя ведь не было пять месяцев. Пять месяцев! За это время я даже подзабыл как-то, что хотел с тобою сделать по возвращении. Ты ведь, Вальдор, испортил каждую минуту моего существования здесь, ты загубил мне карьеру придворного волшебника и лишил меня шансов попасть в члены Совета чародеев. Благодаря тебе, Вальдор, я испытал самое большое унижение в своей жизни. А сейчас не знаю даже, что я хочу.

– Да? – удивляюсь я, ерзая и пытаясь устроиться на полу немного удобнее. –  Странно. Я вот точно представляю себе очередность действий по отношению к тебе. Будь я свободен, конечно.

Маг оживляется.

– Не поделишься?

– Конечно! Сначала я бы тебя избил. Собственноручно.

– Банально.

Терин даже морщится, будто я оскорбил его художественный вкус.

– Возможно, – соглашаюсь я, – но потом я отдал бы тебя лучшему палачу королевства – Вадику. Недельки на две. Порой заходил бы посмотреть, что интересненького творится. А вот после этого, не сразу, конечно, а, дав тебе возможность немного восстановить силы, я бы устроил образцово-показательную казнь. Скорее всего, четвертование или что-нибудь в этом роде. И чтобы убивали тебя медленно-медленно. И чтобы кричал ты при этом громко-громко.

Представляю себе эту картину, и на душе теплеет.

– Неплохо, – соглашается волшебник, – мне нравится. Так мы с тобой и поступим.

– Ничего не забыл?

– А ты что-то новенькое придумал?

– А с каких это пор именно ты определяешь мою судьбу? То, что король неизвестно за какие заслуги решил тебя выпустить из башни, а меня зачем-то поместить сюда, еще не значит, что ты вправе строить в отношении меня какие-то планы. Помечтать-то ты, конечно, можешь, но и то…

– Ты, Вальдор, – холодно улыбаясь, произносит маг, – удивительно ненаблюдателен. Вот это милое колечко у меня на пальце тебе ничего не напоминает?

Откуда у этой безродной дворняги символ королевской власти?!

– Вижу – вспомнил, – констатирует волшебник. – Я теперь здесь правлю. Я же, все-таки, некромант. Мне войско собрать – не проблематично. Папенька твой успел сбежать, что удивительно. Ну, да и я могу ошибиться. Однако его исчезновение особой роли не играет.

– Но он же лишил тебя силы! – рычу я, дергаясь в цепях.

– Да, лишил. На две минуты. Между словами «лишаю тебя силы» и «выпороть бывшего придворного мага» примерно столько времени и прошло. Действительно, очень неприятные ощущения. Но твоему отцу стоило подумать о том, что, объявляя о моем снятии с должности, он разорвал контракт, и, соответственно, я перестал ему подчиняться. Все, его приказ утратил силу, и я вновь получил доступ к магии.

– Но почему…

– Почему я позволил себя избить? Честно?

Терин замирает, будто решает – быть со мной откровенным, или нет. Скорее всего, просто паузу держит. Актеришка.

– Я был настолько потрясен своими действиями и реакцией твоего отца, что плохо соображал в тот момент. Мне казалось, что король, зная о том, что именно ты меня спровоцировал, не может так со мной поступить. А он смог. Ну, а потом я понял, что будет лучше, если все останутся в неведении относительно моих способностей. Вот и все. Хотя зачем я тебе все это объясняю?

– Наверное, хочешь похвастать тем, какой ты умный и предусмотрительный, – предполагаю я.

– Наверное, – грустно соглашается Терин, глядит на меня с укором, а затем вдруг добавляет: – Я, пожалуй, пойду. А ты отдыхай. Ни в чем себе не отказывай. Скоро тебе ужин принесут. Ты что предпочитаешь – воду с хлебом или хлеб с водой? Можешь не отвечать, я сам выберу. И начинай пока морально готовиться. Что у нас там по плану? Встреча с палачом? Кстати о встречах.

Уже подошедший к двери маг замирает.

– А женщина где, за которой я тебя посылал?

– В … – угрюмо рифмую я, вспоминая Дульсинею и ее очаровательную манеру выражаться.

Волшебник секунд двадцать пристально меня разглядывает, после чего резюмирует:

– Значит, познакомились. Забыл тебя обрадовать. Искать именно ее не было необходимости. Тебя мог чмокнуть кто угодно, даже я, и ты тут же превратился бы обратно в человека. Сам бы подумал, я бросал заклятие в состоянии аффекта. Когда бы я успел сплести такую сложную привязку к определенному субъекту, да еще и в ином мире?

В общем, полюбовался он еще немного моей отвисшей челюстью и удалился вместе с креслом.

Я же сижу в состоянии транса, пытаюсь мыслить, но со скрипом. Проведению анализа мешает эмоциональная нестабильность. Короче, плохо мне.

Ну, надо же, какой идиот! Это я о себе. Забыть о времени на привязку, нарисовать чернокнижнику план мероприятий для моего уничтожения! Хотя, почему идиот? Можно подумать, у него самого фантазии не хватило бы. Я, Вальдор, в темнице. На полу. Кстати, холодно, не отморозить бы себе чего. Впрочем, какая разница? Ну, отморожу. В свете грядущих событий мое здоровье не имеет значения. Хотя отец ведь на свободе. Ну и что, что на свободе? Он ведь не знает, что я больше не мышь! А вот Дульсинея знает. Знать-то она знает. Но, учитывая наши с ней отношения, она скорее во время моей казни будет в первых рядах от счастья подпрыгивать, сопровождая действия палача ехидными комментариями, чем попытается мне помочь. Она нужна Терину. Интересно, для чего? Лучше бы он ее не нашел. Или нашел? Это ж не женщина, а… слов не хватает. Но ведь и Терин – не слаб. Терин – умница, терпеливый, не то, что я. А чего это ради я ему комплименты отвешиваю? Хорошо, что мысленно. Холодно, все-таки. И ребра болят. С чего бы это? Ага, и что бы им не болеть, синим таким? Кто меня так? Даже любопытно.

Дульсинея

Я даже не успела как следует загрустить или испугаться – колючки из волос вытаскивала, а они у меня густые и длинные, ниже колен. Я их дома в косу заплела (перед кем там выпендриваться-то?), да вот только пока я через портал летела, коса расплелась, а взятие на таран колючих кустов добавило моей прическе «неотразимости».

Повоевав немножко с колючками, я решила внимательнее изучить открывающийся передо мной вид. Строения какие-то, хозяйственные в основном, и все это на фоне красивого белого дома. Ну, то есть дворца. Я насчитала пять этажей. Но, учитывая, что там еще всякие башенки, то может быть в некоторых частях и по шесть-семь этажей имеется. Нехилое жилище у принца моего недобитого. И красивое. Ну, про башенки я уже сказала, еще горгульи на крышах, некоторые страшные, некоторые симпатичные такие, на купидончиков похожие. Вокруг окон лепнина с позолотой. В общем, просто картинка – белый с золотом дворец. Прямо-таки жилище для прекрасной принцессы, то есть, в нашем случае принца, далеко не прекрасного.

Интересно, как этот прелестный домик выглядит спереди? В том, что приземлились мы на заднем дворе, у меня сомнений не возникло. Это другой мир, но вряд ли здесь имеется традиция у парадного входа наваливать кучу навоза и всякие хозяйственные постройки располагать. А вот то, что при дворце вообще такая ферма имеется, это скорее всего иномирская традиция или просто папа у Вальдора хозяйственный.

Я уже почти уговорила себя вылезти из кустов и попробовать во дворец проникнуть. Ну, а что остается делать бедной девушке одной в незнакомом мире? Только пойти и спросить у короля, с какого перепугу он всяких зеленых на родного сына натравливает? Почему мне в тот момент не пришло в голову, что, например, Вальдор и не принц вовсе, а по полной программе обманул меня, я не знаю. То ли мозги мне от удара по дереву перетряхнуло не в том направлении, то ли я по жизни такая вот наивная финская девочка.

Вот, значит, высунулась я из кустов, вижу, мужики идут. На этот раз нестрашные. Похожие на героев не ужастика, а скорее какого-нибудь исторического фильма, потому что обряжены в сверкающие на солнце кольчуги и шлемы, вооружены копьями. Стража, наверно? И тут меня осенило, что, может быть, те жуткие покойнички к королю никакого отношения не имеют и похитили принца в неизвестном направлении, а эти вот солдатики пришли его спасать. Правда, что-то не слишком торопились. Но в любом случае, следует им помочь – указать, в каком направлении блондина уволокли. Придя к такому логичному умозаключению, я собралась вылезть из своего укрытия и рассказать, что случилось с высочеством ихним.

Тут-то меня сзади и схватили, и рот ладошкой закрыли. Хотела я нахалу локтем под ребра врезать, чтобы жизнь медом не казалась, но тут спиной ощутила, что вовсе и не нахал меня схватил, а нахалка! Да, такое богатство даже с перепугу и даже спиной ощущается. Не чета моему собственному вооружению… но это не повод рот мне затыкать! Я возмущенно замычала.

– Тихо, дева, – прошипели мне на ухо. – Послушай лучше, что стража говорит.

В общем-то, почему бы и нет? Я и послушала.

– Не ошибся король наш новый, на какое место указал, там и нашли Вальдора мертвяки.

– Да, король-маг это… ну это круто!

– Круто-то, оно круто, да вот насчет девы не угадал, не было ее с ним.

– Сомневаешься в могуществе нашего нового короля, да?

– А ты пойди, доложи об этом, я тебе так в торец вдарю, маму родную забудешь!

– Да я что? Я ничего. Пошутил я.

– То-то же.

– Мужики, хватит ругаться. Нас деву искать послали, а не лясы точить. Король Терин точно сказал, что она с ним прибыла. Не могла иномирка далеко сбежать.

– Далеко-то не сбежала, но вряд ли на месте осталась. Наверняка, как зомби увидела, так и задала стрекоча.

Вот оно как получается. Новый король-маг. То есть, пока принц мышью по углам ныкался, этот некромант (как там его? Терин?) власть захватил, а теперь вот меня хотят к нему уволочь, так же, как и принца, который теперь вовсе не принц. Сматываться отсюда надо. И как можно быстрее!

– Обещай, что кричать не будешь, и я тебя отпущу, – прошептали мне, когда разговор стражников затих вдали.

Я закивала. А чего мне кричать то? Чтобы стражники прибежали? Вот еще!

Отпустили меня, и я быстренько развернулась посмотреть, кто это тут меня хватал самым наглым образом.

Девушка. Ну, девушка как девушка, вооруженная, одежда на ней такая… одним словом, мало одежды. Тоже мне, Зена – королева воинов!

– Ты кто?

– Я Брианна, друг королевской семьи. Я видела, как вы появились. Ты та самая дева, которая его спасла?

– Ну да, спасла на свою голову, – сварливо подтвердила я. – И теперь мне надо назад, в мой мир вернуться. Ты знаешь как?

– Нет, я не волшебница. А ты разве Вальдора освободить не хочешь?

– А я тут при чем? Ты друг семьи, вот ты и освобождай, а мне до него дела нет. Засранец он, Вальдор этот твой. Пинка вот мне дал. Или думаешь, я по доброй воле в ваш мир сломя голову бросилась? Мне, между прочим, и в моем неплохо жилось.

– Не понимаю, ты же его спасла! По правилам, вы должны были бы полюбить друг друга и все такое, – на личике «королевы воинов» такое удивление отразилось, что я аж чуть не сдохла от умиления.

– Брианночка! – проникновенно проворковала я. – Ты с ума, что ли сошла? С какого перепугу я бы полюбила этого заморыша белобрысого?

– Обычно так всегда и бывает, – немного смущенно ответила Брианна, – если ты его поцелуем расколдовала, значит, ваши судьбы связаны и любовь между вами.

– Хрена с два! Он совсем не похож на брюнета моей мечты. И спасать я его не нанималась. Мне домой надо.

Брианна на пару секунд призадумалась и предложила:

– Пойдем со мной. Король Деларон во время переворота скрыться успел, мы сопротивление организовали, у нас и маг имеется. Он тебе поможет. Пойдешь?

И эта дурочка еще спрашивает. Конечно, пойду. Еще как пойду!

Вальдор

Сижу. Скучаю, можно сказать. Придумываю планы своего освобождения. В последнем я уже задействовал дракона и бригаду гномов.  Нет, лучше двух драконов, чтобы они вместе осуществляли отвлекающие маневры, пока гномы будут рыть подкоп. А что? Хоть какое-то развлечение. Слышу шаги. Ближе, ближе. О, ко мне гости. Наверное, ужин пришел. Хлеб с водой или вода с хлебом.

Дверь открывается, и на пороге, с факелом в руках… А факел-то ему зачем? Ожившему-то мертвецу? Наверное, чтобы я мог все подробности рассмотреть. Ну, мне не страшно. Только противно, потому что гадость эта ходячая все еще в процессе разложения. Аромат гниения и экскрементов – та еще приправа к хлебу.

Монстр кладет на пол какой-то сверток и приближается ко мне. Мне, вроде как, и не страшно, но вжаться в стену отчего-то хочется. Чудище, не обращая внимания на мои терзания, отмыкает кандалы ключом. Я почти свободен! Вот я вам всем устрою! Ничего я не устрою, я и встать-то могу только опираясь о стену и зубами при этом стараясь скрипеть не очень громко. Как все затекло!

– Хозяин велел, – хрипит мертвец. – Одежда. Пища.

Одежда – это хорошо. Пледик клетчатый все еще со мной, как ни странно, но хотелось бы иметь что-то посущественней. Так, медленно поднимаемся. Очень медленно. Встаем. Что там у нас? Тьфу, одежда простолюдина. Мог бы передать что-нибудь из моего гардероба. Но это же Терин, где ему до такого додуматься! Холщовые штаны, длинная белая рубаха и все. Блеск, принц Вальдор, одетый, как крестьянин. Маскарад.

– Ешь! – каркает мертвец.

Я в затруднении. Распространяемые моим собеседником миазмы как-то не располагают к наслаждению пищей. Хотя… Что тут у нас? О, мясо. Надеюсь, не от кого-то из собратьев этого чудика отрезанное. Муррр, мясо. Хлеб. Сыр! Вино! Что это с чернокнижником? Видно, и в самом деле он по мне соскучился. А не так уж сильно этот зомби и воняет.

Так, я подкрепился, я одет, руки-ноги функционируют, и здесь всего один оживший мертвец, вооруженный факелом. Терин, ты все-таки меня недооцениваешь!

Хватаю кандалы и швыряю их в тюремщика. И попадаю! Успеваю увидеть, как железо врезается в то, что раньше было лицом, хотя и подгнившим, как взрывается и растекается глаз. Но я уже у двери, еще секунда…

И тут в мою грудь врезается молот. Судя по ощущениям, поскольку не молот это вовсе, а всего лишь рука. Резвые у чернокнижника зомби получились. Нет, не зомби. Это кто-то другой меня нокаутировал. Хвостатый и клыкастый, которого я мельком только успел заметить. Наверное, нечисть какая-то. От удара отлетаю к стене и… И все.