Между виной и любовью

–Так, ну пока постойте, подождите, мы все зафиксируем. Это ваша машина?

–Да.

–Хорошо. Документы пожалуйста. Есть свидетели аварии?

–Вот эта девушка. – ответил молодой человек и посмотрел на Александру.

–Да, я была здесь. – ответила она. -Пострадавшая – моя подруга, мы вместе шли.

–Расскажите что вы видели.

И Александра рассказала. Что особо ничего не видела, так как шла немного впереди, а оглянувшись на шум увидела свою подругу лежащей на земле.

–Виновник аварии не пытался сбежать? – чуть тише спросил милиционер.

–Нет, он сразу остановился и оказал первую помощь.

–Понятно. Тогда подождите немного, пока мы составим протокол, чтобы его подписать и будете свободны.

Второй милиционер подошел к разговаривающему с Сашей вместе с документами юноши. “Так, Максим Юрьевич, 25 лет, ранее в ДТП не участвовал”, – как будто для себя проговаривал служитель порядка.

–Так, Иван, запиши показания девушки. – сказал он своему коллеге и отошел к машине.

Александра еще раз рассказала все под запись и подписала протокол. Её мысли уже помчались к тому, как она сейчас поедет в больницу и вообще, что делать дальше.

–Знаете ли вы ближайших родственников потерпевшей? – спросил Иван.

–Точно, надо же сказать ее маме! – спохватилась Саша.

Она была знакома со всеми родственниками Лены. Не даром они ходили на семейные праздники друг друга. Где-то с 9го класса Саша была на днях рождениях не только подруги, но и ее мамы и брата. Новый год девушки встречали попеременно то в одной, то в другой семье. А иногда успевали и на два дома сразу. Также подруги часто бывали друг у друга в гостях, а так как обе жили с родителями, то их тоже видели часто.

-Из ближайших родственников у нее мама и брат. А также бабушка и дедушка, но они живут в деревне. Сейчас дам номер ее мамы.

Продиктовав номер Саша озадачилась, не позвонить ли самой. Ведь пока милиция здесь все оформит и сообщит, может пройти много времени. Однако девушке стало страшно. Так трудно сообщать людям плохие новости. Обычно все стараются подавать их с “приправой” из хороших. Ведь не даром часто используют прием “У меня две новости: хорошая и плохая. С какой начать?” Подумав, девушка решила, что пока у нее нет хорошей новости – она не будет звонить. Лучше узнает что и как в больнице и уже с более подробной информацией свяжется с мамой Лены.

Подходя к милиционерам, чтобы спросить может ли она ехать, Александра услышала часть их разговора: “Чтож, Максим Юрьевич, сейчас мы сфотографируем место аварии и можете ехать. Ждите повестку в суд.”

“Может ехать? А разве его не арестуют? Она же может просто уехать…” – мысли Саши клубком начали катиться в негативные мысли. Она уже хотела возмутиться и требовать ареста, но столкнулась глазами с Максимом.

Его взгляд передавал обеспокоенность и решительность сразу. Карие глаза юноши как будто выражали все его переживания и принципы. И у Саши возникло странное чувство защищенности. И хотя она не успела проанализировать этот момент, девушка решила довериться виновнику аварии и полагаться на его совесть.

Уже сидя в автобусе, который должен был привезти Александру в больницу номер 3, девушка поменяла мнение на счет звонка матери Лены. Она подумала, что в схожей ситуации хотела бы знать сразу, что случилось с ее дочерью. Хотя о детях Саша еще не задумывалась. Наоборот, у нее было убеждение, что сначала нужно построить свою жизнь, “встать на ноги”, чтобы потом дать детям все лучшее. В этом для нее примером была не собственная мать, а мама Лены. Она была художницей, но не той, которая грезит о собственных выставках и продаже картин магнатом, а той, которая рисует иллюстрации и преподает в художественной школе. Отец Лены был программистом, только вот ушел от них, когда девочке было 5. Старший брат Лены – сводный, от другого ухажера ее матери. Но несмотря на неизбирательность в мужчинах – Наталья была отчасти прагматичным человеком и рожала детей, когда была уверена в том, что сможет их вырастить и без помощи отцов.

Поняв, что мысли опять увели ее в сторону, Саша собралась с духом и позвонила маме Лены.

–Да, Сашенька, как у вас дела? – позитивным голосом спросила Наталья. – Уже ушли с выставки?

–Да, уже давно, – начала отвечать девушка, – но тут такое дело…

Сам разговор в памяти у Александры отпечатался плохо. Она сильно волновалась, потом пыталась аккуратно рассказать подробности Наталье, которая явно была в шоке, и перестала адекватно воспринимать информацию. Саша по нескольку раз пыталась объяснить, что произошло, но поняв, что мама Лены сейчас все равно не придет в себя, сделала акцент на том, что Наталье нужно приехать в третью больницу и там уже будет все понятно.

Добравшись до места назначения Саша побежала в регистратуру.

–Елена Осипенко, привезли с места аварии, где она?

–Девушка, тише! – осадила ее женщина на стойке. – Это же больница!

“Ну конечно больница. Куда еще привозят после аварии? Что за тупость, затыкать человека, который волнуется за близких?” – пронеслось в голове у Александры, но она сдержалась и спокойным тоном спросила:

–Скажите пожалуйста что с Леной Осипенко. Ее недавно привезли после наезда машины.

–Вы родственница? – казалось что женщина была лишена человеческих переживаний.

–Нет, лучшая подруга.

–Мы не имеем права раскрывать подробности пациентов посторонним лицам.