Шальное золото сибирского прииска

– Читай дальше!.. – не обращая внимания на гнев Марченко, Серёга обернулся к Владимиру. – …Чего он там ещё пишет?

– Слушайте. Проблема в том, что подавляющее большинство людей не сопротивляются попыткам навязать им чужое мнение… – продолжил Панов. – …Напротив, они счастливо и охотно плывут по течению и даже просят судьбу, чтобы возник кто-то, кто даст им новую реальность; скажет, как им думать, как жить и как понимать этот мир. А человек, который начинает сильно задумываться о том, как устроен мир, сразу же становится несчастным. Зачастую, чтобы быть счастливым, надо стараться поменьше думать и что-то замечать…

– Вот ведь, сука!.. – Марченко вскочил с кровати и принялся мерить шагами комнату. – …Он что ж, пидор, ещё и считает себя несчастным?.. Мне б его бабки, связи и положение в обществе!..

– Видел я тех несчастных!.. – Сергей отчасти поддержал промывщика. – …Несколько раз мне доводилось бывать на их «несчастных корпоративах», премьерах фильмов и прочих презентациях!.. Там, скажу я вам, столы просто ломились от заморских, дорогущих блюд, элитные вина текли рекой!..

– Ребята, слушайте дальше. Корреспондент спрашивает у Эдуарда Бордовского… – Владимир вновь уткнулся в газету. – …Дескать, не кажется ли ему, что наше общество стало более инфантильным? На что, режиссёр отвечает. Думаю, да. Это связано с желанием людей жить комфортно, закрывшись в свою скорлупку. Человек действительно счастлив в этой своей скорлупке, однако данное счастье может в любой момент рухнуть. Кроме того, иногда такое счастье может граничить с обычным идиотизмом!..

– Ну, и тварь!.. – Марченко был вне себя. – …Выходит, все мы идиоты!.. Один Эдичка несчастный умник!..

– Корреспондент задаёт ему очередной вопрос… – поймав необходимую волну, Панов продолжил. – …Вам не кажется, что и культура «приложила руку» к тому, что люди становятся инфантильными? Бордовский отвечает. Нет. Каждый имеет свой выбор: какое кино ему смотреть, какие книжки читать, на каких сайтах в интернете сидеть. Поэтому, когда мне говорят, что данный фильм портит людей – я этому не верю. Точно так же, как я не верю в то, что фильм может кого-то приподнять, или открыть дверь в новую жизнь. Есть просто общечеловеческое желание меньше напрягаться. Ведь то, какую книжку читать – это так же, принятие определённого решения. Человек сам решает, почитать ему Марселя Пруста или «Трёх поросят». Если он хочет читать «Трёх поросят» до самой старости, он и проживёт свою примитивную жизнь примерно в том же поросячьем самом ключе!..

– Всё. С меня хватит!.. – взревел Пётр. Он накинул на себя бушлат. – …Не могу более слушать этого урода!

Когда Пётр покинул тёплый домик, Сергей обернулся к Владимиру.

– Похоже, сильно зацепила Петруху твоя статейка!

– По большому счёту, именно этого, я и добивался! – ответил Панов.

– В смысле: «добивался»? – Кулешов так и не нашёл смысла в ответе механика.

– Две противоборствующие стороны конфликта, может запросто помирить один, общий для них обоих враг!.. – усмехнулся Владимир. – …Вот я вам его, в лице Эдика, и подбросил. Согласись, с тем, что и ты, и Пётр несколько отвлеклись от былой склоки, одновременно переключившись на обсуждение неоднозначного интервью режиссёра.

– Красавчик!.. – похвалил механика Серёга. – …Я бы не сообразил. В принципе, с самого первого дня, я подметил, что ты вовсе не глупый мужик. Помниться, я как-то об этом тебе уже говорил…

Марченко с Кулешовым более не ссорились. Однако и не болтали меж собой, как прежде. Всё больше молчали. Общение происходило исключительно через Владимира. Довольно-таки долго они воротили друг от друга свои недовольные лица. Лишь ближе к обеду Пётр с Сергеем начали перекидываться некоторыми дежурными фразами. Ну, а после ужина уже вовсю разговорились, как будто бы, недавней ссоры и вовсе не было. При этом механик, ставший невольным свидетелем той самой склоки, прекрасно понимал, что конфликт между мужчинами вовсе не исчерпан. Каждый из них попросту не умели отступать, идти на некий компромисс. Тот конфликт лишь слегка затих; спрятался от посторонних глаз; ушёл до поры до времени куда-то внутрь. При этом достаточно будет небольшой искры, чтобы былая вражда разгорелся с новой силой.

Ближе к вечеру погода несколько успокоилась и на дворе чуть потеплело. Потому и предложил Марченко спуститься к реке, посидеть на берегу и немного порыбачить. Против данного мероприятия никто не думал возражать. Как не крути, а рыбалка требовала определённой тишины, да, и течение реки, само по себе, в любом случае, успокаивало.

На складе у коменданта прииска Пётр нашёл несколько добротных «закидушек». Вышли на берег, прихватив с собой спиртное и организовав небольшой столик. Развели костёр. В общем, пойманную рыбу решили готовить тут же.

– Не перестаю радоваться здешней природе!.. – после первой «рюмки» спирта, Кулешов сладко потянулся. – …Ничуть не жалею, что судьба забросила меня в эту даль. А ведь мог всю жизнь, так ни разу и не увидеть этого берега, не почувствовать запаха хвойных дров.

– Серж, ты знаешь, чем именно я занимаюсь на прииске?.. – Марченко вдруг дёрнул Кулешова за рукав. – …Какая у меня работа? Имею в виду профессию промывальщика. Знаешь, что это?

– В самых общих чертах, – неопределённо пожал плечами собеседник.

– Давай-ка, я попробую научить тебя мыть золото! Познакомлю с самыми азами данного ремесла.

– Попробуй! – согласился Кулешов.

Пётр сбегал в вагончик и вернулся на берег уже с небольшим лотком и стареньким скребком.

– Пойдём вон на ту песчаную отмель!.. – Марченко указал на небольшой «полуостров» возле торчащей из берега скальной породы, расположенный в каких-то пятидесяти метрах от их костра.

– Я с вами! – за Серёгой увязался Владимир.

– Быть может, тебе приходилось слышать пословицу: золото мыть – голодным быть?.. – пока мужчины двигались к той самой песчаной отмели, Пётр попытался дать кое-какой предварительный комментарий. – …Пословица эта пришла к нам из прошлого. Намыть золото в реке, всегда было делом нелёгким. Главное, научиться отличать золото от медного колчедана, а также овладеть искусством работы с промывочным лотком. В старательских артелях есть промывальщики, что называется: от Бога. И таких единицы.

– Надо полагать, именно к таким промывальщикам «от Бога» ты непременно причисляешь и себя? – с улыбкой подметил Сергей.

Как не странно, но Марченко вовсе не обиделся и не психанул. Данный вопрос его лишь подзадорил. Очевидно, сказался ранее выпитый алкоголь, который уже вовсю блуждал по организму Петра.

– Чтобы стать промывальщиком от Бога, этим делом необходимо заниматься едва ли, не с самого детства, либо иметь врождённый талант. Ни того, ни другого я не имею. Потому и компенсируется этот недостаток своим упорством и своим же трудолюбием!.. – вооружившись скребком, Марченко присел на корточки. – …Смотри! Соединение верхних слоёв почвы называется спаем. Можешь считать его самым золотоносным местом. Необходимо долбить спай скребком между песками и скалой. После чего нагребаем породу в лоток, черпаем в лоток воду и немного покачиваем этот самый лоток из стороны в сторону, перемешивая содержимое по кругу, одновременно выбрасывая из лотка камни и грязь. Делать всё это необходимо очень бережно, высматривая в образовавшейся мути крохотные блестящие крупинки!..

Описав процесс золотодобычи, Пётр продемонстрировал теорию на практике, после чего передал лоток Кулешову.

– Как долго мне предстоит взбалтывать эту жижу? – спустя четверть часа поинтересовался начинающий золотодобытчик.

– Что, руки с непривычки устали? – вопросом на вопрос ответил Марченко.

– Есть немного… – смущаясь, кивнул головой Сергей.

– Давай сюда. Посмотрим, чего ты тут намыл!.. – приняв лоток, Пётр пристально вгляделся в его содержимое. – …Между прочим, профессиональный золотодобытчик промывает за день от трёх десятков до сотни лотков, по десять килограмм породы в каждом. При этом в его распоряжении остаётся лишь несколько граммов драгоценного металла. Отсюда и пословица, которую я ранее озвучил.

– Пожалуй, я с тобой соглашусь!.. – тяжело вздохнул Серёга. – …Уж лучше найти клад.

– Вот и я о том же!.. – согласился Марченко. Выловив что-то из мути лотка, он протянул Кулешову едва заметную блестящую песчинку. – …Держи. Твоё первое золото!..

Вновь вернулись к костру. Выпили за найденный миниатюрный окатыш драгоценного металла. После чего, мужчины принялись вспоминать смешные истории из своей жизни, связанные с рыбалкой и охотой.

– Я, честно сказать, вовсе не фанат рыбалки!.. – дошла очередь до Панова. – …Если и выезжаю с друзьями, то чисто за компанию, дабы отдохнуть, искупаться, подышать свежим воздухом, пока товарищи возятся со своими спиннингами, удилами, наживками. Мне это вовсе не интересно. Правда, однажды… Было это в начале марта. На службе ко мне подошли двое коллег: Виктор и Сергей, с предложением поехать с ними на зимнюю рыбалку. Дескать, тесть Сергея увезёт нас за город, на одно из замёрзших озёр, а вечером, на обратном пути, он заберёт нас в город. Я попытался возразить, мол, никогда не принимал участия в зимних рыбалках. Холодно, да и что я там буду делать? Нет у меня ни удочек, не иных рыболовных принадлежностей. Мне отвечают: дескать, кроме водки, брать ничего не нужно. Ну, и потеплее одеться. Мол, Виктор узнал об одном вовсе не сложном способе зимней рыбалки. Заключался он в следующем. На расстоянии пары метров в ледяном покрытии бурятся две лунки. Испытывая кислородное голодание, рыба устремляется к тем самым лункам. Потому достаточно лишь черпать воду из одной лунки в другую, чтобы рыба сама выскакивала на лёд. Серёга с Витькой будут работать лопатами, перегоняя воду из лунки в лунку, ну, а я должен успевать хватать рыбу и складывать её в сетку…

– Слышал я о таком способе!.. – поддержал механика Пётр. – …Мужики даже загоняют на лёд машину, ставят её на подпорки, так чтобы одно из ведущих колёс оказалось чуть погружённым в лунку. Заводят двигатель, колесо маслает воду, а из-под него только и делает, что вылетает разномастная рыба!

– Ну, это опытные мужики!.. – почесал затылок Панов. – …А нам в то время, было лет по двадцать. И поехали мы на зимнюю рыбалку впервые, без какого-либо опыта.

В общем, вывез нас Серёгин тесть за город. Пока добирались до замёрзшего озера, на обочине дороги видели множество торговцев свежей, только-только выловленной рыбой. Это вселяло определённый оптимизм. Прибыли на место, там никого, ни единого рыбака. И это обстоятельство нас, так же, безусловно, порадовало. Нет конкурентов, значит, вся рыба будет нашей. Выгрузив вещи, тесть уехал по своим делам.

Недолго думая, мы принялись бурить лунки. Бурим, бурим, бурим… Бур уж ушёл в лёд по самую рукоятку, то есть погрузился на целый метр под лёд, а воды всё не видно. Приладили к буру какой-то самопальный удлинитель. Продолжили бурение, и вновь бур погрузился в лёд по самую рукоятку.

«Вот-вот должна появиться вода» – уверенно заявил Серёга.

Дабы убедиться в правоте товарища, принялись бить по дну воронки ломом. Били по очереди, и именно мне посчастливилось пробить последнюю ледяную преграду. При этом лом, не имея под собой какого-либо сопротивления, устремился вниз, выскользнув из моих рук. Короче, металлический стержень ушёл на дно. Меня тотчас же обвинили в рукожопстве. Благо, в запасе у нас имелся ещё один ломик, который мне более не доверили. С горем пополам соорудили вполне симпатичную лунку. Без каких-либо перекуров приступили к изготовлению второй луни. По заверениям Виктора, её можно было сделать не такой широкой, как первую, что значительной степени упрощало нам работу.

Вновь бур погрузился в лёд до самой рукоятки, потом удлинитель. В завершении вновь пришлось работать ломиком. Продолбить остаток льда, на сей раз взялся Виктор. Лом был упущен уже им.

«Я и сам не понял, как он выскочил» – оправдывался Витька.

Таким образом, нас, рукожопов, стало двое.

Третьего лома у нас с собой не было. Дабы закончить с лункой, пришлось отправиться в деревню, стоявшую на берегу озера. Местный дедок вошёл в наше положение и одолжил нам свой лом. При этом он напутствовал нас добрым советом: дескать, лучше б вы его привязали к верёвке. Если и упустите, то останется, хоть какая-то возможность вытянуть его на поверхность. Однако нам было вовсе не до этих заморочек. Мы спешили. Стрелки часов показывали уже полдень, а мы всё ещё и не приступили к вылову рыбы.