Скорый поезд «Новосибирск – Адлер» (две книги в одной)
- -
- 100%
- +
И всё же тотальная усталость моего организма, дала о себе знать. Постепенно я начал погружаться в тягучее состояние полудрёма. Тут-то и долетело до моих ушей едва различимое поскрипывание. Дабы определиться с источником столь странного звука, я открыл глаза и повертел по сторонам головой. Как будто бы скрипела входная дверь нашего сарая. При этом я точно помнил, как данные двери наглухо и плотно запирались наружными засовами. Не было у них ни люфта, ни какой-либо иной слабины. В общем, двери были сделаны на совесть, потому и чисто физически они не могли поскрипывать. Вовсе не понимая в чём дело, я встал на ноги и поспешил к выходу.
Каково же было моё удивление, когда приблизившись и едва толкнув ворота, изготовленные из нетесаной древесины, я с лёгкостью отворил одну из створок. Она оказалась совершенно незапертой. То ли каннибалы, воодушевлённые признанием Генки подзабыли поставить ворота на засов, то ли её отворила некая потусторонняя сила. Так это было или иначе, мне в ту минуту было вовсе без разницы. Крадучись я вышел в «тамбур» к следующей двери, отделявшей меня от желанной свободы.
Вы не поверите! Но и вторые ворота оказались совершенно незапертыми.
Осторожно выглянув наружу, я окинул двор хутора своим пристальным взглядом. Всё здесь было тихо и спокойно. Луна на чёрном небосклоне, множество звёзд и ни одной живой души. Окна в доме людоедов были сейчас темны. Очевидно, и там все давно спали.
Я уж был готов броситься в сарай, дабы обрадовать остальных пленников столь неожиданным известием. Да вовремя спохватился.
«В первую очередь, мне необходимо найти какое-то колюще-режущее приспособление, дабы освободиться самому и освободить остальных пленников от этих грёбаных верёвок!.. Ведь ещё неизвестно, как могут повести себя узники сарая, спросонья узнавшие о том, что путь для побега у них свободен!.. Ни дай-то Бог, ринутся они сдуру во двор!.. Поднимут шум!.. Тут-то нас всех и прихлопнут!
Кому-то из каннибалов может запросто приспичить выйти во двор. Увидит он меня или кого-то из моих собратьев по несчастью!.. Ему хватит и одной единственной приоткрытой двери сарая!.. Короче, пиши: пропало!
Нет. Уж лучше мне найти то, чем можно перерезать путы на наших запястьях. Затем вернусь в сарай, прикрою за собой дверь, разбужу либо Катю, либо Василия!.. Пожалуй, только им двоим мне и можно нынче довериться!..»
– Парень, ты далеко собрался? – я вдруг услышал за своей спиной чей-то голос. Причём, данный вопрос был адресован именно мне.
Похолодев всем телом, я замер на месте. После чего, едва нашёл в себе силы медленно обернуться на тот голос и не поверил своим глазам.
Это был Валера. Тот самый майор, с которым мы бежали с проклятущего хутора десять лет назад. Он стоял позади меня, живой и невредимый. За годы прошедшие с той самой поры, когда я видел его в последний раз, отставной майор практически не изменился. Он был, как и прежде, поджар и подтянут.
– Да, я это!.. Верёвки хотел перерезать!.. – опешив, мне пришлось буркнуть что-то невпопад.
Точнее, ответил-то я правильно; сказал то, о чём собственно и думал. Однако хотелось мне вовсе не отвечать, а спрашивать. Куда, к примеру, Валера запропастился на целых десять лет? Почему он так и не явился на оговорённое нами место встречи?
– А зачем тебе что-то резать?.. – в свою очередь усмехнулся бывший десантник. – …По-моему, твои руки и без того свободны!
В немом удивлении, я машинально глянул на свои ладони. Они оказались вовсе не за спиной, а прямо перед моими глазами. Более того, я мог их запросто поднять, опустить, отвести в сторону.
– Значит, нужно поскорее отсюда бежать!.. – спохватился я. – …Открыть ворота, разбудить пленников!..
– Не спеши!.. – остановил меня Валера. – …На этом хуторе для вас более нет никакой опасности. Пойдём-ка со мной, я кое-что тебе покажу!
Махнув рукой (дескать, следуй за мной), Валерий прямиком направился к дому людоедов. Как и десять лет назад, я послушно отправился вслед за ним.
Ещё в коридоре он включил свет и, пропуская меня вперёд, пояснил.
– Сам посмотри, и лично убедись в том, что все ваши страхи уже позади!..
Предельно осторожно и постоянно оглядываясь на майора, я медленно продвигался вглубь дома. С каждым новым шагом, передо мной открывалась всё более и более жуткая картина. Дом, в буквальном смысле был залит кровью и усыпан трупами людоедов. Мёртвые нелюди валялись здесь повсюду, причём, в самых неестественных позах. Все они, как мне тогда показалось, были умерщвлены каким-то немыслимым и кошмарным способом. Их не расстреливали, не резали и не били. Казалось, каннибалов с неистовой и нечеловеческой силой рвали на куски.
– Кто это их так? – в ужасе я вновь обернулся к следовавшему за мной Валерию.
– Мои новые друзья!.. – как бы, между прочим, ответил бывший майор. При этом он был явно доволен собой и тем зверством, которое здесь свершилось. – …Мы вернулись, чтобы им отомстить!.. Отомстить за то!..
И тут я открыл глаза. Разбудил меня чей-то храп, доносившийся из глубины темного сарая. Попробовал пошевелить руками. Нет, я был по-прежнему связан. Мой недавний выход из сарая, как и мои свободные от верёвок ладони – всё это оказалось, лишь приятным сновидением. Осознав иллюзорность недавних событий, я едва не взвыл от отчаяния. Ведь мой сон выглядел настолько реалистичным, что я отказывался поверить в его неправдоподобную природу. Более того, сейчас я был готов прибить того храпуна, который посмел вывести меня из столь сладостной эйфории.
Через какое-то время, я всё же сумел успокоить свои разыгравшиеся эмоции и отчасти смириться с окружавшей меня неизбежностью. При этом, в очередной раз, прикрывая глаза и пытаясь вновь уснуть, всеми своими силами я жаждал вновь вернуться туда, откуда меня пятью минутами ранее, так варварски вырвали. Туда, где открыт сарай, где руки мои свободны, где мертвы наши недруги и где рядом со мной надёжное плечо бывшего майора.
Уж и не знаю, услышал ли кто на небесах мои мольбы или произошли дальнейшие события помимо их воли, однако моё желание вернуться в прежний сон, как будто бы начало сбываться… Нет-нет, на сей раз мне приснился не открытый сарай и не куча трупов в доме злыдней. И, тем не менее, мои новые сновидения были примерно в том же самом ключе, что и предыдущие. По крайней мере, выглядело это именно так.
Я будто бы проснулся от того, что кто-то усиленно тряс меня за плечи: дескать, просыпайтесь-просыпайтесь. Я открыл глаза и в приглушённом свете едва забрезжившего рассвета, вдруг увидел сидевшую прямо передо мной одну из пленниц, Татьяну.
Почему я сразу сообразил, что это вовсе не реальность, а моё очередное видение? Да потому, что руки у той девушки были свободны от всяких пут. Именно этими самыми руками, она и трясла меня ныне за плечи. Тут и козе было понятно: в реальной жизни подобное полностью исключалось. Возможно поэтому, я и не был удивлён столь невероятными обстоятельствами.
– Чего тебе? – почти равнодушно поинтересовался я у Татьяны. После чего вновь прикрыл глаза.
– Понимаете?.. – скоренько зашептало видение. – …С самого раннего детства я занималась гимнастикой, участвовала во многих соревнованиях, брала медали. А в последнее время я фанатично увлеклась йогой. Пожалуй, все, вышеозначенные навыки и помогли мне справиться с узлами верёвки!
– Ну, и что дальше? – так и не открыв глаз, поинтересовался я, исключительно ради приличия. Какой был смысл попусту болтать во сне.
– Как это: «что дальше»?.. – изумилась собеседница. – …Я разобралась в секретах узлов и могу освободить руки каждого из вас!.. А уж потом, сами думайте, что нам делать дальше!
– Слушай, подруга!.. Иди-ка ты, куда подальше!.. – пробубнил я, вновь отдаляясь от неё, и всё глубже погружаясь в небытие своих более глубоких сновидений.
– Да, проснись же ты, в конце-то концов!.. – возмутилась Татьяна. При этом она ещё и влепила мне увесистую пощёчину. – …Ты что? Совсем не врубаешься? Ещё немного и наступит рассвет, мы вновь станем, видимы для видеокамер. Чтобы сбежать отсюда, необходимо действовать немедленно, сию же минуту!..
Та звонкая пощёчина, собственно, и вывела меня из состояния полудрёма. Я окончательно проснулся, открыл глаза и наконец-то сообразил, что всё происходящее вокруг меня самая настоящая реальность, что у нас вновь появился шанс, а прямо передо мной сидит тот самый «ключик» от заветной дверцы, под названием «спасение».
Подумать только: дважды заблудиться в своём восприятии мира, два раза к ряду спутать реальное с иллюзорным – подобного со мной ещё никогда не случалось.
– Так, подруга!.. Если ты, действительно вовсе не плод моего ночного бреда, быстренько развяжи мне руки!.. – шепнул я Татьяне, при этом развернулся так, чтобы прикрыть её своим телом от возможного видео наблюдения.
Чуть повозившись с узлами, уже через пару минут она тихо произнесла: всё.
Руки мои затекли и стали бесчувственными до такой степени, что я так и не понял, когда они оказались свободными. Я лишь услышал звук упавшей на землю верёвки.
А после началось мучительное возвращение моих верхних конечностей к жизни. В начале, неприятные мурашки пробежали по моим плечам, потом защипало где-то в области предплечий, и наконец-то я ощутил неприятную и ноющую боль уже ближе к своим ладоням. Как некий монстр из фильма ужасов, выбирающийся из своего фантастического кокона, какими-то рывками и судорожными потугами, я принялся пробовать свои суставы на подвижность. Через боль, через терпение, через жуткую ломоту и короткие передышки, мне всё же удалось заставить свои руки быть вновь подконтрольными моему разуму.
– Спасибо тебе!.. – разминая пальцы, я не упустил случая поблагодарить свою спасительницу. – …А теперь, мы потихоньку начнём будить всех остальных!.. Так же скрытно и незаметно ты будешь развязывать на их запястьях узлы!
По сути, мы получили помощь оттуда, откуда её вовсе не ждали. А если разобраться, то все возможные ресурсы для получения этой самой помощи, мы и вовсе давно исчерпали. Нам оставалось, разве что верить в некое призрачное чудо. Собственно именно оно, это самое чудо, и произошло. Потому и дорожить подобным, исключительнейшим шансом мы должны были с предельной осторожностью и максимальной бдительностью.
Схема последующего освобождения от верёвочных узлов была совсем несложной. Я медленно переползал от одного пленника к другому, осторожно будил, втолковывал ему краткие правила обязательной конспирации, после чего за дело принималась уже Татьяна.
Первой от верёвок была освобождена Катя… Нет, вовсе не потому, что на данной очерёдности настоял именно я (а впрочем, и это обстоятельство отчасти сыграло свою роль), просто она оказалась ближе всех. Затем очередь дошла до Марины. Следующим был Василий…
Пока Татьяна возилась с узлами прапорщика, я успел передвинуться ближе к Генке.
– Парень, ты как себя чувствуешь? – я легонько тряхнул его за плечо.
– Хреново я себя чувствую!.. – даже не вздрогнув и не обернувшись в мою сторону (как это было с остальными разбуженными пленниками), тихо ответил мне Геннадий. – …Я вовсе не спал!.. Всю ночь просидел с закрытыми глазами. Потому и слышал, как вы о чём-то шептались. Сразу сообразил, что вам удалось что-то придумать. Понимал я и то, что с недавних пор вы будете меня сторониться. Из-за вчерашнего нелепого случая не рискнёте доверить мне своей тайны. Потому и посчитал необязательным, привлекать к своей персоне ваше внимание.
– Генка, ведь ты нормальный мужик!.. Подумаешь, немного струхнул! С кем не бывает?.. Считай, что сама судьба дарит тебе шанс для твоей полной реабилитации. Воспользуйся им на все сто процентов!..
Втолковывая менеджеру из Новосибирска самые прописные истины, я старался приободрить парня; давал ему понять, что мы по-прежнему одна единая команда, что доверяем ему, как и прежде. Более того, мы рассчитываем на него, как на мужика, способного свернуть горы.
Однако всё вышеперечисленное, похоже, было излишним. Потому как Генка, и без какой-либо «подкачки», успел для себя всё решить. По его твёрдым ответам и трезвым суждениям, можно было легко понять, что прошедшая ночь не прошла для него даром.
Прежний, несколько чудаковатый офисный недотёпа, вдруг переродился в серьёзного мужика, способного отдавать отчёт своим словам и поступкам.
Беседуя с Генкой, я видел как Марина с Катей, успевшие освободиться от верёвок, незаметно разминали свои руки. От моего взгляда не ускользнула их мимика, переполненная страданиями от последующей невыносимой боли в мышцах и суставах. Ведь я и сам пережил подобные чувства получасом ранее. Следует отдать должное дамам, они справились: не заскулили, не расплакались, не вытянули свои руки на всеобщее обозрение. В общем, мои «уроки» на тему: как вести себя после – уже начали приносить свои положительные плоды. Ко всему прочему, Марина, отвлекая на себя внимание видеокамер, встала на ноги и вышла на самый центр сарая. Как и вчера вечером, дама подняла голову вверх, после чего поклонилась до самой земли. При этом Марина ни разу не убрала своих рук из-за спины. Дескать, она по-прежнему связана и всё у нас в сарае без изменений. Ну, а сейчас она просто взывает Всевышнего к нашему спасению.
Вот уже и Василий принялся корчить едва заметные гримасы, превозмогая свою «ломку». Татьяна переместилась к Генке. Да и мне, уж пора было отправляться к следующему, всё ещё спящему пленнику…
– Ребята, атас!.. – вдруг тихо выкрикнула Катя. Она успела переместиться к стене сарая, выходящей во двор хутора. Очевидно заметив снаружи нечто подозрительное, Катерина и поспешила оповестить остальных пленников о возможной опасности.
– Чего узрела? – обратился я к девушке.
– Кажется, к нам вновь могут пожаловать гости!.. – не отрывая своего взгляда от «смотрового отверстия», Катя принялась давать происходящим во дворе событиям свой комментарий. – …Двое с автоматами стоят на крыльце! Куда-то собрались!.. По-видимому, ещё кого-то поджидают!..
– Мамочка! Что же нам теперь делать? – не на шутку заволновалась Татьяна.
– Главное, не паниковать!.. – ответил ей, уже успевший совладать со своими «ломками» прапорщик. – …Ведите себя так, будто бы ничего не случилось!
– Может, нам вновь завязать на руках верёвки? – в отчаянии предложила наша спасительница.
– А ты успеешь? – усмехнулся я, вовсе не рассчитывая на положительный ответ.
– Постараюсь!.. – вполне уверенно кивнула головой Татьяна. – …Мои узлы окажутся не такими тугими!.. Однако будут они, практически идентичны прежним!.. – и едва ли не обречённо, она вдруг добавила. – …При этом лишь я одна, так и останусь не связанной!
Пока я взвешивал все «за» и «против», просчитывал какие-то варианты, взять на себя ответственность за принятие (считай ключевого) решения вдруг решился Василий.
– Ничего страшного! Уж как-нибудь, мы тебя прикроем!.. Давай-ка по-быстрому возвращай наши «кандалы» на старое место!
– Ребята, поторопитесь! Этих уродов на крыльце, уже четверо!.. – пока Татьяна в спешке затягивала на наших руках прежние узлы, Катя продолжала сообщать о последних «хуторских новостях». – …Всё! Они идут! Прямиком в нашу сторону!..
Татьяна успела.
Когда лязгнул дверной засов, она в аккурат закончила с последним узлом. На всякий случай, дама хаотично намотала верёвку и на свои запястья. Просто так, без каких либо узлов. Авось, проскочит…
Глава 16
– Всем встать! – как и в свой прошлый визит, не успев войти, поспешил рявкнуть один из бандитов.
Мы и без того были ныне на ногах. Потому и прокатились по нашим рядам лёгкие смешки, после того нелепого приказа.
– Как я посмотрю, нам сегодня чересчур весело!.. – в злобной ухмылке оскалился Владимир, вошедший в сарай последним. – …Интересно, с чего это вдруг?
– Так ведь солнышко светит! И мы, как будто бы, всё ещё живы!.. – ответил ему Василий. – …У нас нынче, каждый новый день, как праздник! А впрочем, тебе нас не понять. Потому как не приходилось тебе бывать в нашей шкуре!..
Быть может, мне это лишь показалось, однако я отметил для себя тот немаловажный факт, что на этот раз каннибалы были более осторожны. Не так смело, они вошли нынче в наш сарай. При этом предпочли сгрудиться у входных дверей, держа своё оружие на изготовке. Чем была вызвана их предельная бдительность, я в ту минуту ещё не догадывался.
– Действительно, Вася!.. В вашей шкуре я не бывал!.. – усмехнувшись, отрицательно покачал головой «нефтяник». – …И надеюсь, что побывать в ней, мне никогда не придётся. Потому как, на протяжении десятка тысяч километров, мы единственные, кто остался от древнейшего чувашского племени воинов-людоедов. Лишь мы одни продолжаем тот род и чтим вековые традиции предков. Некому посадить меня в сарай, как и некому, приготовить из моего ливера копчёный окорочок или сочный шашлык!
– Ну, и как она на вкус? Имею в виду человечину!.. – Василий был нынче разговорчив, он всё продолжал и продолжал подначивать бурильщика. Возможно, именно таким незамысловатым образом он и пытался отвлечь нелюдей, от каких-либо проверок. –…Поперёк горла не встаёт?
– Нет! Представь себе, не встаёт!.. Тогда как вкус у человеческого мяса просто изумительный! Разок попробуешь, и навсегда забудешь о всякой там свинине или говядине… Это всё одно, что сравнивать добротное шампанское с самопальной брагой. И, между прочим, понапрасну вы бульончиком нашим брезгуете. Ну, ничего-ничего!.. Голод не тётка. Ещё чуть-чуть и будете вы хавать абсолютно всё, что мы вам предложим, без какого-либо разбора. Уж это я вам гарантирую! И не таких как вы, нам приходилось ломать.
– Вовка, хорош попусту трепаться! Мы, вроде как, на охоту собрались!.. – поторопил бурильщика кто-то из каннибалов.
Новость о предстоящей охоте меня весьма порадовала. Точнее, не сама охота, а известие об отъезде большей части людоедов с хутора. В ещё большей степени меня приободрила связанная с той самой охотой их нынешняя спешка. Это означало лишь одно: тщательного обыска или какой-либо иной усиленной проверки нам наверняка удастся избежать.
– Всё-всё! Уже заканчиваю!.. – встрепенувшись, бурильщик сменил тон своей речи. Обращаясь к пленникам, он уже не ухмылялся. Нефтяник смотрел на нас лютым волком. –…А ну, твари!.. Живо показали мне свои руки!
Никто из нас не подумал пошевелиться, и уж тем более развернуться к бандиту спиной.
– Кто это у нас такой смелый?.. – Владимир вновь упёрся стволом своего автомата в грудь Генки. Очевидно, он решил пойти по уже проторенной ранее дорожке. Посчитал, что если сломался мужик однажды, сломает он его и повторно. – …Я чё-то не понял!.. Ты где это за ночь храбрости успел набраться?
– Отвали! – с явным пренебрежением ответил ему Геннадий.
Вот теперь моё сердце окончательно успокоилось. И вовсе не потому, что Генка был нынче предельно дерзок по отношению к бандиту. В нём чувствовался определённый внутренний стержень, который уже не согнуть, не переломить.
– Ах ты, паскуда!.. – взревел Владимир. Со всего размаха он вдруг саданул своим ботинком, промеж ног абсолютно беззащитному Генке. – …Я научу тебя, тварюга, любить хозяина!..
Взвыв и сжавшись от боли в три погибели, Геннадий повалился на землю. В ту минуту, я был благодарен Татьяне за то, что она вновь связала нам руки. Ведь в противном случае, Генка наверняка (пусть и на уровне каких-то природных инстинктов или чисто машинально), но схватился бы за своё причинное место.
Бурильщик наклонился к несчастному и слегка подёргал узлы на его запястьях. После чего обратился к следующему пленнику, то есть ко мне.
– Ну? Ты так же, будешь корчить из себя смельчака? Или предпочтёшь отделаться малой кровью?
– Пожалуй, я предпочту «малую кровь»! – ответил я вполне искренне.
– Разумное решение!.. – оскалился бурильщик. – …Я, кстати, отлично помню твой удар десятилетней давности! Когда ты, едва не лишил меня мужского достоинства. И если бы не предстоящая охота, уж будь уверен, я бы не поленился уже сегодня, превратить твои гениталии в «яичницу с колбасой»!.. Впрочем, ты шибко не обольщайся. Через пару дней я обязательно с тобой это проделаю. Имею в виду, после нашего возвращения.
Опасаясь Генкиной участи, я повернулся к бандиту в пол-оборота, как бы прикрывая свой пах от возможного удара.
– Да и тут, вроде как, всё в порядке!.. – подтягивая свободные концы верёвки, в некоторой задумчивости пробубнил нефтяник. – …Разве что узлы несколько ослабли. Кто их вчера вязал? – нефтяник обернулся к своим собратьям.
– Ну, мы!.. С Витькой!.. – отозвался один из людоедов. – …Как будто, было туго!
– Да, где ж туго?.. Вон, вовсю болтаются!.. – ответил Владимир, успевший переключиться на Катины запястья. – …Просто удивляюсь, как они ещё не успели самостоятельно развязаться!..
Краем глаза я заметил, как Татьяна потихоньку переместилась в самый конец нашего строя. Перед ней стояли Марина и Василий.
Необходимо было что-то предпринять, дабы обезопасить нашу единственную спасительницу. Внимательно наблюдая за бурильщиком, тщательнейшим образом проверявшего наши путы, я перебирал в своей голове различные варианты своих дальнейших действий. Однако кроме как засадить нефтянику увесистого пенделя в тот самый момент, когда тот приблизиться к Татьяне, ничего более действенного я так и не придумал.
«Ну, и что ему будет с того пинка? Ну, отвлечётся он на минутку, чтоб отмандохать меня до полусмерти со своими подельниками. А после, один хрен, он вернётся к завершению начатого. Необходимо нечто иное. Думай, голова!.. Думай!.. От этого и будет зависеть твоё спасение, твоя дальнейшая судьба!..»
Меж тем Владимир, проверив узлы Марины и солдатика Славы, успел переключиться на Василия. Времени для размышлений практически не оставалось. Необходимо было действовать. И я уж, как будто бы сделал первый шаг в сторону долбаного бурильщика.
«Эх!.. Была, ни была!.. Пендель, так пендель!.. По крайней мере, совесть моя будет чиста и позже, мне не придётся корить себя за упущенные возможности в последние секунды своей жизни!.. В тот удар мне необходимо вложить все свои силы!..»
Однако в своём устремлении и своей же твёрдой решимости, я был вынужден чуть притормозить. Дело в том, что закончив с Василием, нефтяник не перешёл к последней пленнице, то есть к Татьяне. Сразу после прапорщика, он вдруг резко обернулся к нашему строю в некоторой растерянности.
– Как не странно, но и у этого с узлами всё в порядке!.. Я чё-то не врубаюсь!.. По какому, собственно говоря: поводу, был этот внезапный шухер?
При этом мне показалось несколько странным то обстоятельство, что удивление бурильщика были адресованы именно узникам проклятого сарая. На мой взгляд, более логичным было задать данный вопрос кому-то из собратьев Владимира.
Впрочем, в ту минуту я не придал данному, малозначительному факту особого значения. Ведь самым важным на тот момент было то, что Владимир отвлёкся, так и не проверив узлы Татьяны, которых (если вы помните) на её запястьях вовсе не было. Потому и мне не стоило сейчас спешить со своим ударом. Тем не менее, я продолжал пристально наблюдать за действиями вожака людоедов, готовый в любую секунду осуществить ранее задуманное. Тогда как остальные пленники, как провинившиеся школьники, потупив свои взгляды, хором уставились в пол.
Возможно, именно поэтому лишь мне одному и удалось заметить едва уловимое движение подбородка бурильщика в сторону Марины. При этом та, к которой он как бы молча обратился, чуть повела своим подбородком, кивнув на Татьяну.
Данная мимика была столь стремительна и практически незаметна, что поначалу я даже посчитал все вышеизложенные манипуляции лишь плодом своего воображения.
Владимир резко развернулся в сторону Татьяны…
–А давайте-ка мы посмотрим, что с узлами у нашей притаившейся мышки!
Когда ж он решительно направился именно к бывшей гимнастке, меня будто осенило.
Я вдруг припомнил часовое отсутствие Марины, когда мы только-только прибыли на хутор. Причём, отсутствовала дама наедине с Владимиром. На память так же пришли и её странные поклоны. Кстати, если сопоставить кое-какие факты, то Марина «взывала к небесам», в аккурат накануне каждого из визитов людоедов в наш сарай. Мне, как будто бы всё стало ясно и понятно.
– Так это ты, сука, нас всех «спалила»? – задал я прямой вопрос. Благо стояла Марина вовсе недалеко от меня, на расстоянии вытянутой руки.
– С чего это ты взял? – так же прямо и без каких-либо уточнений ответила барышня.
Она, будто бы ожидала подобного вопроса. Хотя, опираясь на ту же самую логику, ей впору было ответить мне несколько иначе. Допустим, она вполне могла уточнить: к ней ли я обращаюсь? Или, к примеру, впасть в некое замешательство от столь серьёзного обвинения, предъявленного в её адрес. Тем не менее, в её ответе присутствовала совершенно иная реакция, которая и подтолкнула меня к конкретному выводу о том, что «рыльце» у дамы, определённо в «пушку».