- -
- 100%
- +
Во время сеансов связи они постоянно обсуждали, и в конце концов определились с направлением дальнейшего развития каждого из них: Костуш, продолжит осваивать медицину, а Костя пойдёт в «технари», а в итоге, как они надеялись, оба будут разбираться и в медицине, и в технике.
Было ещё серьёзное требование к Косте – заняться тренировками, заняться развитием своего тела, и тогда, возможно, в сознании Костуша, он не будет ассоциироваться с нелетающей птицей по имени пингвин.
Убедившись в адекватности Кости, бабушка на неделю отправила его в водный поход по реке.
Каждый год на летних каникулах для учеников старших классов школы, директором которой являлась Евгения Петровна, организовывали спуск на байдарках по Оке. Чтобы принять в нём участие, школьники должны были показать хорошие результаты не только по физкультуре, но и по всем остальным дисциплинам.
Пользуясь своим служебным положением, Евгения Петровна одно место зарезервировала за внучком, строго наказав преподавателям физкультуры вплотную присматривать за ним.
Во время похода и сам Костя заметил, как сильно изменился после слияния с дублем: стал более выдержанным, упорным. Видимо, события и приключения, свалившиеся на Костуша, заставили внутренне повзрослеть, сделав более мужественным и более уверенным в себе, а теперь всё это стало вносить изменения и в характер Кости, и влиять на его поступки.
Вернувшись из похода по Оке, Костя сразу, в разговорах с матерью и бабушкой, начал «прощупывать почву» для переезда к бабушке.
Неожиданно получилось всё легко. Год назад у Кости появилась сводная сестра – Ксения. Его матери, в момент рождения девочки, было уже под сорок, а Костиному отчиму – Вячеславу, точно за сорокет.
Ксения являлась классическим «поздним ребёнком», в которой родители «души не чаяли». Удивительным образом она захватила, ладно всё внимание матери, но почти и всю площадь квартиры.
Предложение Кости перебраться жить в Каменку и перевестись в «бабушкину» школу, с радостью было принято, понятно, отчимом, но и мать легко согласилась на его переезд.
Единственно, из-за каких-то бюрократических проволочек, связанных с тем, что по болезни он не закончил учебный год и не сдавал экзамены за восьмой класс, его смогли перевести в Каменскую школу не с первого сентября, а только после первой четверти, а до этого Костя продолжал жить вместе с матерью и учиться в школе города Георгиевска.
Там в Георгиевске, записался в секцию бокса. Он понимал: после переезда к бабушке, ему на занятия боксом придётся добираться в Георгиевск на автобусе, но в Каменске никаких спортивных секций не существовало. В Георгиевске же их было несколько, в том числе по различным видам лёгкой атлетики и борьбы, а в бокс записался по настоянию своего дубля-Костуша.
Остаток лета, Костя провёл, занимаясь развитием гибкости тела, благодаря навыкам самостоятельно снимать боль и лечить микроповреждения в мышцах, он достаточно быстро, уже к началу занятий в школе, мог свободно садиться на шпагат.
Конечно, ему очень хотелось «прыгнуть» в Чехословакию, или в Австралию, но пока ещё небольшой резерв почти обнулялся при перемещении, а затем, целые сутки до наполнения, пришлось бы прятаться в лесу, или где-то ещё. Поэтому, каждый день он начинал с прыжка от дома бабушки к Волшебной поляне и обратно, для «раскачки» резерва и это стало давать свои плоды – объём дара начал расти.
Постепенно осваивал Костя и возможности «видения» организма человека. Всё же некоторые различия между людьми на Земле и жителями планеты Эре существовали, и Косте пришлось штудировать все книги по медицине, которые нашёл у бабушки.
Основными объектами, для тренировок «видения», являлись, конечно, члены его семьи и сосед-Григорич. Именно Григоричу, да ещё бабушке, он поставил самое большое количество диагнозов.
Правда, ничего несовместимого с жизнью у них не обнаружил, но из того, что нашёл, некоторые вылечить просто не мог, а где мог помочь: гастрит, артроз тазобедренных суставов у бабушки, гайморит у Григорича – предлагать свои услуги пока опасался.
Бабушка ещё не совсем отошла от его временного помешательства, поэтому рассказ об открывшихся способностях целителя, могли воспринять неправильно, посчитав за рецидив, и на лечение, на принудительное, отправить самого целителя.
Костуш также предложил затаиться на некоторое время – дать всем успокоится, и в срочном порядке освоить быструю остановку кровотечения от пореза, с последующим опять же быстрым заживлением ранки. Демонстрация таких способностей убедит любого, а у Кости с заживлением обстоит не очень хорошо – недостаточно быстро. Но и тренироваться надо с осторожностью: а то если «застукают», когда ножом полосует себе руки – «дурка» обеспечена.
Глава 2.
Получив в Новогоднюю ночь от волшебной поляны ошеломительные по перспективам подарки: возможность перемещаться между мирами и связываться со своим дублем на Земле, Костуш решил сразу испытать новые способности и отправиться в путешествие.
Надолго покидать планету Эре он пока не собирался, а только хотел посетить хотя бы ещё один мир, узнать что-то интересное, может быть, найти новое место для жизни. Вдруг существует идеальный мир?
Зимние каникулы в княжестве Либоргском длятся больше десяти дней, и Костуш занялся подготовкой к путешествию, надеясь произвести разведку другого мира, при этом успеть вернуться к началу занятий.
Запланировал сначала прыжок на планету с недостаточно продвинутой технологией, где его способности управлять даром дают, как он считал, наибольшие преимущества.
Посещая Волшебные поляны, он вызвал изображения планет с их описанием и долго изучал.
Выбрал под номером звучащим примерно как: ЮСК275478, и по параметрам развития общества и по другим квалификациям близкая к планете Эре. Сама же Эре, проходила под похожим номером: ЮСК375422.
С планетой определился, но прыгнуть туда почему-то не решался: на Костуша иногда накатывала пришедшая, как ему казалось, откуда-то извне, рассудочность.
Он считал, что это, возможно, одна из особенностей дара Древоходца – некая видовая мудрость, возникающая в ответственные моменты. Сильная тревога, появлялась, стоило ему подумать о путешествии в другой мир, и Костуш воспринял это как сигнал от подсознания Древоходца.
Он пытался разобраться, чем вызвано его беспокойство, и ответ пришёл во сне: после слияния сознаний в Новогоднюю ночь, сам Костуш очнулся на той точке волшебной поляны, где обязан находиться Древоходц, чтобы совершить перемещение, там же, в этой точке, они появляются и после прыжка.
Это место Древоходцы ощущают интуитивно, – оно обычно находится на расстоянии в пять-шесть метров от главного дерева.
До слияния, Костуш стоял, обхватив дерево, а когда очнулся утром, оказался лежащим именно в этом месте. Подобное произошло с ним ещё в детстве, после попадания молнии – тогда Волшебная поляна убрала все полученные повреждения.
В Новогоднюю ночь случилось нечто похожее: мозг Костуша, после слияния с земным Костей, оказался перегружён информацией, и поляна помогла привести мысли в порядок.
Но не так уж много получил Костуш новых впечатлений, в отличие от земного дубля, а вот тому пришлось гораздо тяжелее: на него свалился просто огромный объём знаний, а Волшебная поляна находилась далеко и помочь не могла. У Костуша появилась абсолютная уверенность: мозг дубля не выдержал, и сейчас земной Костя стоит на грани полного сумасшествия.
Ни о каких путешествиях не могло уже идти и речи: если он погибнет на другой планете, то с сумасшедшим дублем возродиться не сможет.
Во время зимних каникул, он постоянно пробовал связаться с Костей – ничего не получалось.
Несколько раз прыгал на поляну Гуса Одноглазого, где предпринимал попытку переместиться на Землю, и каждый раз получал уведомление, – запрос невыполним по причине присутствия там дубля.
И всё же однажды попытка связаться с Костей увенчалась успехом, – он смог пробиться к затуманенное сознанию дубля. Это случилось, когда Костю перевезли из больницы в дом бабушки, тогда-то Костуш и смог дотянуться до сознания дубля, и в полной мере оценил, какой хаос и сумбур творится в голове у Кости.
Костуш сформировал мысленный посыл для Кости, с требованием, или, точнее, с приказом, срочно совершить перемещение в точку, находящуюся где-то в Европе. Раз за разом делал попытки передать посыл, и в конце концов это удалось, – Костя подчинился внушению и дальше всё прошло успешно. Ко времени, когда Костя наконец-то пришёл в норму, Новогодние каникулы в княжестве Либоргском давно закончились, и Костуш закрутился в своей карусели: учёба в школе и в училище, перемещения с больными детишками, подработка в зубном кабинете мастера Бурша. Надежды и мечты о путешествиях по другим мирам пришлось отложить до летних каникул.
Несмотря на всю свою загруженность, Костуш нашёл себе ещё заботу: приобрёл и теперь обустраивал часть дома, недалеко от госпиталя.
Его соавтор по созданию здешней версии книги о Маугли – писатель Волит, раньше снимал небольшую часть дома на Парусной улице. В другой же, большей половине постройки, жил владелец дома с женой. Это были достаточно пожилые люди, и незадолго до Нового года жена владельца дома скончалась. На похороны приехал их сын и предложил отцу переехать к нему в какой-то город в империи, а дом срочно продать.
Цену обозначили не очень высокую и Волит загорелся желанием выкупить. Хотя за написанную вместе с Костушем книгу, он получил достаточно хорошее вознаграждение, денег на выкуп всего дома у Волита не хватало. Правда, была ещё надежда на гонорары за дополнительные тиражи: издатель заявлял, что дескать заказов на книгу много, но с покупкой надо было спешить.
Тогда он и обратился к Костушу с предложением выкупить дом на двоих: большая часть строения будет принадлежать Волиту, а меньшая, которую раньше снимал сам – станет собственностью Костуша.
Не сказать, чтобы идея Волита особо заинтересовала, но всё же Костуш, вместе со своим опекуном – мастером Яричем, нашли время осмотреть и оценить дом.
Мастер Ярич, поначалу также весьма скептически отреагировавший на предложение Волита, после осмотра дома неожиданно для Костуша заявил, – надо покупать.
Мотивировал низкой ценой, состоянием строения, расположением: посередине между школой мэтра Гарвила и госпиталем, где Костушу придётся работать, и, самое главное, – близостью колонки с водой, стоящей буквально в двадцати метрах. Самому мастеру Яричу, чтобы набрать воды, надо было от своего жилища идти достаточно далеко.
Костуш знал, – многие ученики школы мэтра Гарвила, после получения статуса целителя, арендуют комнаты в городе, где и ночуют. Пусть до получения звания целителя ему оставалось минимум ещё полгода, но с подачи мастера Ярича он согласился на покупку и, таким образом, стал обладателем примерно трети каменного дома в городе Либорге.
Калитка в заборе была общая, но вход с торца был отдельный. Жилище начиналось с небольшой прихожей, а дальше две комнаты и кухонька с печкой, на которой можно было приготовить еду, или же в холодное время прогреть комнаты.
Во дворе, под навесом стояла также летняя печь, ещё имелся сарайчик с подвалом, а за домом раскинули свои ветви несколько фруктовых деревьев, на вид очень старых. Часть же забора и оба крыльца были увиты виноградной лозой.
Дом продали вместе с мебелью, и Волит потребовал отдать ему кушетку и кресло, которые стояли в его бывших комнатах – якобы к ним привык, и они способствуют творческому вдохновению, взамен же предложил огромную кровать от старых хозяев и два стула.
Раньше Волит всегда утверждал, что для вдохновения ему в первую очередь требуется вино, но вдохновения художника вещь капризная и кушетку с креслом ему вернули.
Предложенные взамен стулья Костуш взял, но спать на кровати, в которой кто-то недавно умер, не захотел – пустил на дрова.
Полностью внести свою долю за доставшуюся ему часть дома, Волит сразу не смог – оказывается у него и на это денег не хватало, и Костушу пришлось ему одалживать под обещание вернуть с отчислений за книгу о Маугли.
Мастер Ярич к обещаниям Волита вернуть деньги, отнёсся с большим недоверие, и потребовал: все вместе сходили в контору издателя господина Касиля, где и подписать соглашение, по которому часть гонорара Волита будет сразу перечисляться Костушу, до полного погашения долга.
Деваться Волиту было некуда, и он согласился.
В конторе издательства они встретили и самого господина Касиля, проявившего неподдельную радость от встречи с Костушем.
Господин Касиль настоятельно просил Костуша, вместе с мастером Яричем, зайти в кабинет на чашку чая, при этом Волита, он как бы и не замечал, а тот, в свою очередь, стоял очень смущённый, опустив глаза.
Чашка чая, действительно оказалась одной чашкой, но только для Костуша – ему надо было ещё идти в госпиталь, а мастер Ярич с господином Касилем налили себе вина.
– Господин Касиль, чего Волит-то натворил? – сразу задал вопрос Костуш, вспомнив, как господин Касиль проигнорировал писателя.
– Наше местное дарование, в обход меня, решило заключить договор с другим издателем на написание продолжения книги о Маугли и даже, кажется, получил аванс. Он насчёт продолжения тебе не намекал?
– Нет, ничего такого.
– Значит решил «катануть» и тебя и меня, – сделал заключение господин Касиль. – Но только не учёл, что у тебя с ним договор о соавторстве не только на отдельную книгу, а и на саму идею. Он, без твоего согласия, не может использовать ни одного персонажа. Так что, если попробует тебя обойти, найми адвоката и тот его разденет до исподнего.
– И тогда дом целиком станет твоим, – внёс замечание мастер Ярич.
– Какой дом? – заинтересовался господин Касиль.
Когда ему обрисовали ситуацию с домом, Касиль пожал плечами и, отставив в сторону бокал с вином, сказал:
– Не самое лучшее время покупать дома в Либорге. Помнишь, Костуш, нашу первую беседу, когда ты спас дочку барона Вейского?
– Как же это забудешь!? Вы же тогда говорили, что года через два будет война, и против нас вместе выступят республиканцы и степняки.
– Да, именно так я и сказал. А сейчас ещё и уверен, что одновременно с республиканцами, на западные рубежи империи нападут островитяне со своими приспешниками.
Республиканцы сейчас снюхались с островитянами и это обязательно выльется в войну.
Быстрее всего, островитяне устроят отвлекающую войнушку с империей.
Республиканцы умеют хорошо всё просчитывать: империя скованная войнушкой не сможет направить на помощь княжествам достаточно войск, а против степняков с республиканцами нам не выстоять. Я убеждён: в результате Либорг будет захвачен.
Некоторое время Ярич с Костушем молчали, обдумывая слова господина Касиля.
Первым высказался мастер Ярич:
– Степнякам Либорг не нужен: пограбят и уйдут, как это уже было. А если здесь надолго осядут республиканцы, – нам-то с Костушем чего бояться? Мы с ним не благородные: усадеб с крепостными нет, простой народ не угнетали и домишко этот никто у Костуша не отберёт.
– Так-то оно так, но только смута и разорение, надолго, задержатся в Либорге. Имперцы с потерей не смирятся, – войска пришлют, только боюсь, народ княжеств встанет на сторону республиканцев: слишком наши благородные зарвались – простых и за людей не считают, а это значит война с имперцами будет кровавой, затяжной и с неизвестным результатом, – высказался свои предположения господин Касиль.
– Это правда! Чуть что – всё полыхнёт! – согласился мастер Ярич. – В империи хотя бы суды защищают простого человека, а здесь любая благородная мразь может безнаказанно выпороть, а то и убить.
– Вот и я к тому, – продолжил господин Касиль. – На смутные времена лучше деньги при себе держать. Конечно, не бог весть какие на дом ты и истратил, но всё же… Понимаю, в золоте тебе хранить нельзя – при переходах у Древоходца золото может пропасть. В ассигнациях тоже не стоит: с началом войны, убеждён, имперские банкноты сильно обесценятся, так что остаются тебе только камешки, – вот с ними и упрыгаешь без потерь. Только покупать надо заранее, потому как любому дураку ясно, если военные действия приблизятся, – добыча камней и у нас, и в княжестве Верхнерульском остановиться, а посему, стоит только намёку появиться на заварушку, камешки в полтора, а то и в два раза поднимутся.
– А сами как? – поинтересовался Костуш. – Типографию будете продавать?
– Да кому я здесь её продам! Может что вывести успею. Вот, надеюсь, на книжке твоей подзаработаю, да и в столицу империи подамся, в великий Аввакор!
– Прямо-таки в Аввакор, – с улыбкой переспросил Ярич.
Господин Касиль тоже улыбнулся:
– А чего мелочиться? Знаешь сколько из империи заказов получил на Маугли? Вот Костуш мне ещё одну сказочку расскажет – хватит и на Аввакор.
У тебя же есть интересные сказки в запасе? – при этих словах господин Касиль кинул острый, заинтересованный взгляд на Костуша.
Тот хотел было что-то ответить, но мастер Ярич предупреждающе сжал ему локоть, после чего Костуш запнувшись пробормотал, дескать, пороется в памяти, может и найдёт что-то подходящее.
Жест Ярича не остался незамеченным для господина Касиля, но заострять на этом сейчас внимание не стал, а перевёл разговор на другую тему:
– Моей доченьке скоро опять нужно обращаться к Древоходцу, – начал он, – Бубка боится, требует только Костуша, а мэтр Гарвил за тебя уже берёт на три золотых больше, чем за Бубка.
Костуш уже перемещался с дочерью господина Касиля: у неё имелись нарушения в работе лёгких и бронхов генетического характера. Имелся вполне реальный шанс победить болезнь, если с раннего детства, два раза в год девочку перемещать с Древоходцем, тогда, возможно, она может прожить нормальную по качеству и по срокам жизнь.
В школе мэтра Гарвила, где обучался Костуш, имелось четыре Древоходца, но только Костуш и ещё один, по имени Бубок, могли перемещаться с дочкой господина Касиля, остальным двоим прыжки с детьми такого веса были недоступны.
Но Бубок имел настолько дебильную рожу, что его боялись не только дети, но и взрослые, отсюда и цена на услуги Костуша, была выше, чем на Бубка.
На слова господина Касиля, о необходимости в скором времени прыгнуть с его дочерью, Костуш ответил:
– Я, господин Касиль, ничего не решаю.
– Ты, да, а вот мастер Ярич? Он же имеет право тебя задействовать?
Костуш с Яричем переглянулись. Между директором школы мэтром Гарвилом и мастером Яричем, действительно существовала договорённость, по которой, не чаще раза в два месяца, Ярич мог использовать способности Костуша.
– Откуда вы-то об этом знаете? – выразил удивление мастер Ярич.
– О! Я много чего знаю, а ещё больше замечаю и делаю правильные выводы.
Господин Касиль отставил бокал вина в сторону, откинувшись на спинку кресла продолжил:
– Я вот только что заметил, как вы, уважаемый мастер Ярич, на мой вопрос: «Не знает ли Костуш ещё другие сказки подобные Маугли?», – призвали его молчать. Боитесь внимания Ордена Смотрящих?
Мастер Ярич и Костуш в очередной раз переглянулись, только теперь на их лицах читалось не только изумление, но и настороженность.
– Ладно, ладно, это не мои измышления: не столь я проницательный, чтобы углядеть в Костуше иномирца, – подняв вверх в успокаивающем жете руки, с лёгкой улыбкой произнёс господин Касиль.
– А кто же такой излишне проницательный? – поинтересовался мастер Ярич.
– Наверное тот, кому и положено быть и подозрительным, и проницательным, а именно – служба безопасности княжества Либоргского, – эти слова господин Касиль произнёс уже без улыбки и дальше пояснил:
– Я получил указание, доставить его светлости князю Либоргскому десять книг с первого тиража Маугли. Понятно, взял с запасом, больше десяти, и поехал во дворец.
Когда доложился, абсолютно неожиданно меня захотел видеть сам князь и вот, почти без задержки, меня провели прямо в покои. Имел разговор с их сиятельством и услышал намёк… Нет, не намёк неправильно: почти впрямую князь сказал, что Костуш явно не наш, но сказочки у него хорошие и надо бы вытянуть из него историй побольше, только чтобы без республиканского яда.
После слов господина Касиля, в кабинете на некоторое время установилось молчание, которое прервал мастер Ярич:
– Князь знает, служба безопасности знает – это всё ничего, это не так страшно, – съязвил Ярич. – А я-то уж было подумал, что глашатай на городской площади объявил, – Костуш иномирец. – Теперь уже я полностью уверен, – если вторая сказка появится под его именем, то и до глашатая на площади недолго.
– Кто знает? Возможно большая известность послужит охранной грамотой, – заметил господин Касиль.
– Мне не нужна известность, – встрял Костуш.
– Можем легко прикрыть твоё участие, а все лавры и популярность достанутся этому оболтусу – Волиту, если, конечно, он поумнеет и приползёт ко мне на коленях просить прощения.
Костуш, я с тобой абсолютно честен, – продолжил господин Касиль, – насчёт твоего иномирства сказал не с целью шантажа, а только показать, что знаю, что уверен: у тебя в голове много подобных сказок. А шантаж… Какой шантаж, если князь в курсе, при этом, не знаю почему, только вот старый тигр – людоед почему-то к тебе хорошо относится.
– Тигр- людоед – это вы о князе? – уточнил Костуш.
– По крайней мере, его сиятельство именно таким тигром-людоедом раньше и был, это теперь, под старость, помягче стал. Господин Касиль сделав глоток вина продолжил: – Ты ему чем-то понравился, или как-то заинтересовал. Только должен предупредить: на его расположение особо надеяться не стоит, – князь стар и болен, а ещё на подходе война.
Кстати, касаемо надвигающейся войны, – переключился на другую тему господин Касиль, – понимаю, на кусок хлебы ты себе всегда заработаешь, только в смутные времена, всегда лучше иметь запас средств, размещённых в разных местах, и поэтому предлагаю: приносишь мне несколько черновиков с сюжетами. За те, что выберу – сразу двести золотых, двести за каждый, а ещё отчисления с продаж, правда, отчисления только потом, как обустроюсь в Аввакоре.
– Будете заключать письменный договор? – поинтересовался мастер Ярич.
– Если хотите – пожалуйста, – ответил господин Касиль, – только вот договор, – лишний след, к Костушу. Попытаться же его обмануть…? Вы, мастер Ярич, кому-нибудь из близки разрешили бы обманывать человека, способного легко пробить гвардейский амулет?
– И это вам известно! – изобразил удивление Ярич, при этом про себя подумал: «Хотя бы, не знает, что Костуш может и княжеский пробить».
Мастер Ярич с Костушем поднялись, чтобы попрощаться, но хозяин их остановил:
– Куда, куда вы собрались? Мы ещё не договорились с мастером Яричем насчёт моей дочке, по перемещения её Костушем.
Гости опять сели и здесь начался ожесточённый торг. Костуш сидел молча, поворачивая голову то на одного, то на другого. Вмешался только один раз, с обидой заявив, что его цена уже опустилась ниже цены за дебила-Бубка, чем сразу воспользовался мастер Ярич.
В конце – концов Костушу всё это надоело и сказав, что подождёт мастера Ярича на улице, попрощавшись вышел.
Ярич появился не сразу, всё ещё разгорячённый спором.
– Представляешь, – продолжил мастер, – осушили две бутылки Оранжевого вина по три серебряка за штуку, а в конце уже торговались, кто в день переноса заплатит извозчику довести тебя до школы.
– Да я бы и сам оплатил – меньше серебрушки извозчик-то, – удивился Костуш.
– Ты ничего не понимаешь! Вино ещё в бутылке оставалось! – пояснил Ярич.
– Досуха торговался? Тогда понятно.
Они пошли в сторону старого дворца, где располагался госпиталь и училище целителей.
По дороге Костуш спросил у мастера Ярича, как тот считает: «Война будет?».
– Если господин Касиль сказал – будет, значит война будет, – ответил Ярич, – Человек он умный и знающий, только вот с камнями присоветовал неверно. Тебе не в камушки надо деньги вкладывать, а в хорошие амулеты-накопители: ты Древоходец. А его разговоры, что, если припечёт, ты в любой момент можешь «упрыгать» с камешками – глупость. Я-то воевал, я знаю: все ближайшие к боевым действиям места силы становятся стратегическим объектом, и никто тебя без особого разрешения к ним не подпустит.