Лес. 23:57
- -
- 100%
- +
– Ты мне не груби, девочка. Я и так за бесплатно везу тут тебя, хотя мог бы этого и не делать, – рассерженно сказал он.
Проехав несколько миль, фургончик остановился у большой высотки, неподалеку от центра города. На улице было полно народу. Детишки играли в снегу, искрящемся на солнце, а их родители болтали между собой и снимали всё это веселье на телефоны. Возникало чувство, что их вовсе не пугали недавние катаклизмы и предостережения властей. Народ спокойно шатался по городу, наслаждаясь последним днём уходящего года. Конечно, какой дурак станет сидеть дома в такую погоду?
– Приехали. – сухо произнёс водитель фургончика.
– Спасибо. Вы уж извините, если обидела. Мне было неприятно, что вы так природу не любите, – пристыженно сказала Лили.
– А за что её любить. Только несчастья творит вечно. Наводнения там, ураганы, землетрясение вот сотворила на днях…
– До свидания, – перебила девушка, не намеренная слушать пустую болтовню. Она вышла из машины и зашла в подъезд.
Поднявшись на свой этаж, Лиллиан отворила дверь квартиры. У порога её встречал пушистый серый кот. Он что-то бормотал на своем языке и с жалостливым взглядом смотрел на хозяйку.
– Ну здравствуй, дорогой. Интересно, что же тебя так беспокоит? – сказала она и погладила любимое животное.
Кот пару раз обернулся вокруг её ног, тихо мяукнул и стремительно побежал в спальню. Там он неуклюже попытался запрыгнуть на подоконник, но, предприняв несколько тщетных попыток, остался внизу, по-видимому, ожидая помощи человека.
– Похоже, кому-то пока похудеть. Ну ладно-ладно. Сейчас помогу, – крикнула Лилли из коридора.
Она разулась и хотела было направиться в спальню как вдруг вспомнила про свою необычную находку. Цветок лежал на тумбочке, его лепестки медленно начинали чахнуть, высыхая от слишком сильного тепла. Девушка взяла его обеими руками, аккуратно отнесла на кухню, наполнила вазу ледяной водой и опустила в неё растение. Для лучшей сохранности всю эту композицию Лилли поместила в морозилку. Ведь температура там была лишь немного теплее, чем на улице.
Затем Лиллиан зашла в спальню и помогла бедняге-коту забраться на подоконник. Очутившись в заветном месте, он мурлыкнул в знак благодарности и стал внимательно смотреть в окно. Он недвижно сидел какое-то время и следил за происходящим снаружи, потом резко бросил взгляд на хозяйку, издал жалостливый звук похожий на всхлипывание ребёнка, и снова замер, продолжая вглядываться в картину улицы. Казалось, он пытается о чём-то предупредить, что-то сказать, но только что именно – оставалось загадкой.
За окном царила повседневная суета. Рекламные плакаты мигали разноцветными огнями в витринах магазинов, напоминая всем о приближении Нового Года. Трубы заводов испускали плотный серый дым, который, клубясь, застилал окрестности. На дорогах образовывались пробки, в основном из-за тех растяп, которые не позаботились заранее о подарках своим друзьям и близким, и теперь были вынуждены объехать всю округу, чтобы смести с полок то, что ещё там осталось. Люди слонялись туда-сюда, делая плотно застроенный город похожим на огромный муравейник. Отличало его только одно: у муравьев есть цель, они едины и трудятся на благо своей колонии, а люди только и знают, что метаться из стороны в сторону, прыгать с места на место, не понимая, что их жизни давным-давно замкнулись и лишь немногие остались способны проживать их осмысленно. Жить, учитывая и уважая не только свои интересы, но также и мнение, чувства и поступки других людей.
В итоге, так и не разгадав, что творится в голове у кота, и предоставив его самому себе, Лилли отправилась на кухню немного перекусить. Затем она прибралась в квартире, помыла посуду и поставила стирку, а после села за компьютер, чтобы ещё раз изучить, что пишут в Интернете о недавних событиях.
Когда часы пробили четыре, девушка закончила читать, встала из-за стола и вышла из комнаты. Она неспешно подошла к холодильнику и достала из морозилки снежный цветок. Он выглядел, казалось, лучше прежнего. Лепестки распрямились и окрепли. Краски стали более глубокими, а стебелёк плотным и упругим. Взяв его с собой, Лилли надела пальто и вышла на улицу. Лирой уже ждал её там. Они поздоровались и отправились на прогулку в центральный парк.
Парки были большой редкостью в городах. Конечно, кое-где на планете остались леса, джунгли, степи, пустыни, – там, куда не добралась ещё всеразрушающая рука прогресса. Но в больших городах и даже в пригородах природа давно была загублена. Парки, скверы, деревья, когда-то посаженные вдоль улиц, – всё вырубалось. Людей становилось больше, население росло и потребность в новых жилых кварталах, высотных домах и широких дорогах чувствовалась всё острее. Об экологии уже мало кто заботился, да и ту львиную долю заботы, что осталась, переложили на плечи учёных. Мол, зря что ли они учились всю жизнь науке, так пусть теперь работают на благо общества. Пусть делают мир безопасным, думают, как прокормить миллиарды человек и отсрочить неизбежный конец света.
Жителям округа Риверденс в этом плане невероятно повезло: поблизости находился сразу и огромный лес, и центральный городской парк, в котором в тот день, последний день уходящего года, гуляли Лирой и Лиллиан. Они ходили среди заснеженных фонарей, скамеек и голых деревьев. Была чудесная погода: на небе ни облачка, мороз и безветренная тишь. Так они долго бродили по аллеям, болтая обо всём подряд, пока с приближением вечера на улице не похолодало и разговор плавно не перенёсся в тёплое кафе. Лирой сам не верил своему счастью. Не верил, что он вот так просто может сидеть где-нибудь с девушкой, в которую давно влюблён, непринужденно общаться и пить ирландский кофе. Он смотрел на неё, ловил каждое слово, одновременно пытаясь собраться с мыслями, чтобы отвечать, не выдавая своего секрета. В какой-то момент Лилли подняла тему недавнего катаклизма, затем опустила руку в сумочку и достала оттуда аккуратно сложенный бумажный пакет, в котором находился необыкновенно прекрасный серебристо-синеватый цветок в маленькой тонкой вазочке с наполовину растаявшей водой.
– Вот, как думаешь, это нормально, что они ни с того ни с сего появились в наших краях? – спросила она.
Лирой достал ледяное растение из пакета, держась только за вазу и стараясь не дотрагиваться рукой до самого цветка, чтобы не уничтожить его своим теплом, внимательно осмотрел его с разных сторон и сказал:
– Не знаю, честно говоря. В ходе эволюции случаются странные вещи. Я не специалист. Согласен, выглядит странно, но не нам судить.
– Так почему именно сейчас и именно здесь? Мне кажется, это связано с той тряской, которую все мы пережили вчера, – она вытащила из сумочки фотографии и протянула их собеседнику. – Вот, взгляни! На всех снимках места происшествия так или иначе фигурируют они!
– Может, ты и права. Может, правда, это всё как-то связано, – подтверждал Лирой. Его не очень-то заботило, откровенно говоря, происходящее в мире. Весь его мир сейчас был здесь, сидел напротив и даже не подозревал об этом.
– А я о чём? Грядёт что-то плохое. Помнишь, перед первым толчком я говорила, что Тлен себя вёл как-то странно? Так вот, это опять повторяется. Сегодня с полудня он ходит по дому и постоянно оглядывается по сторонам, ни присел ни разу! И места себе найти не может. Только собирается плюхнуться подремать, как тут же вскакивает и бежит ко мне как ошпаренный. Крутится вокруг ног и мяукает.
– Да, в прошлый раз предчувствие тебя не обмануло. Так если всё настолько серьёзно, может нужно предупредить кого-то?
– Не знаю. Мне кажется, те кто должен знать, и так всё знают. Только людям отчего-то не говорят. Но я уверена: скоро будет землетрясение. Не знаю, насколько сильное, но знаю, что оно случится…
За окном было уже совсем темно, когда Лилли и Лирой закончили свои разговоры и решили поехать по домам, чтобы как следует выспаться перед праздником. Они ушли, а снежный цветок в тонкой стеклянной вазе остался стоять на столике. Лирой проводил Лилли до самого подъезда, она поцеловала его в щеку на прощание и сказала:
– Спасибо за прогулку. И за кофе. Увидимся завтра вечером.
– До встречи, – ответил Лирой и пошёл домой, размышляя о том, почему он никак не может набраться смелости, чтобы признаться, наконец, этой необыкновенной девушке в своих чувствах.
Поднявшись на свой этаж, Лилли уже из коридора услышала хриплое мяуканье. Кот, видимо, орал так сильно, надрывно и долго, что практически сорвал голос. «Бедные соседи», – промелькнуло в голове девушки. Она отворила дверь и взяла испуганное животное на руки. Кот весь тряся, ластился к хозяйке, но всё равно продолжал мяукать.
– Да что с тобой такое? Ты никогда так не вёл себя. Ну, что ты? Всё ведь хорошо, я дома, здесь, с тобой, – успокаивала хозяйка, нежно почёсывая за ушком серый комочек шерсти.
Она закрыла дверь, аккуратно разделась, при этом не выпуская кота из рук, и прошла на кухню. Еда в миске была не тронута. Это очень странно, так как Тлен был тот ещё любитель покушать. Наверное, его что-то сильно напугало. Только вот что именно?
Свернувшись в клубок на руках у хозяйки, кот всё никак не прекращал трястись. Его морда выражала испуг даже в малейших деталях. И не такой испуг, как при виде собаки, например. Когда у кошек шерсть встаёт дыбом, и они начинают шипеть и царапаться. Этот страх был по-настоящему ужасным. Инстинктивное, звериное чутье подсказывало городскому, обожаемому и откормленному котяре, что грядёт нечто такое, чего никогда не бывало с ним. Что его спокойная размеренная жизнь, полная снов, уютных местечек, удовольствий и лакомств, вот-вот оборвётся. Он никогда раньше не испытывал подобного, но от инстинкта никуда не денешься. И сколько ты не одомашнивай животное, звериное в нём рано или поздно всплывёт. Лиллиан замечала это. Она и сама чувствовала, что вокруг что-то происходит. И недавние землетрясения – только подтверждают это. Она беспокоилась за кота, ей было жаль его. В итоге, поразмыслив хорошенько, девушка решила, что для создания иллюзии безопасности для питомца, подойдет небольшое изменение места его обитания, а именно, комнаты. Углы и стены – вот что заставляет нас чувствовать себя в безопасности. Это психологический трюк, который одинаково работает и с человеком, и со всеми остальными живыми существами на планете. Почему мыши ютятся в пространстве между стен? Почему страусы прячут голову в песок? Почему собаки спят в конуре, а кошки так любят коробки? Ответ один – стены. Они дарят чувство сохранности и внутреннего уюта. И чем больше стен и углов, чем ближе они расположены друг к другу, тем в большей безопасности мы себя чувствуем.
Немного осмотрев комнату, Лилли положила кота на кресло и передвинула большой, кованый стол чёрного цвета, который до этого стоял почти в самом центре гостиной, в угол, ближе к окну. Затем она накинула на него тёмную скатерть и поставила вниз плюшевый домик Тлена. Заметив произошедшие изменения, кот немедленно ринулся под стол и забился в тёплый мягкий уголок.
– Слава Богу, хоть успокоился, – тихо пробормотала Лиллиан, прислушавшись и убедившись, что мяуканья прекратились.
Она присела на краешек кровати и стала смотреть в окно. На улице было темно и людно. Свет фонарей и окон соседних домов не позволял городу заснуть. Весь остаток дня Лилли провела вот так, глядя на этот мир и размышляя о смысле всего того, что происходит вокруг. Она думала о тщетности бытия, о том, как одно незначительное происшествие неизбежно тянет за собой другое. О том, как люди и события влияют друг на друга. О знаках, которые даёт нам судьба и о том, почему одни замечают эти знаки, а другие – нет. Эти мыли летали в её голове, переплетаясь, сливаясь друг с другом и разделяясь вновь. Так продолжалось много раз, снова и снова, долго и непостижимо медленно пока, наконец, все они плавно не превратились в сон.
Утро настало резко и бодро, задав настроение всему предстоящему дню. Мирно спавшую на неразобранной кровати Лиллиан разбудил неряшливый кот резким прыжком на спину. От такого события, девушка сразу проснулась и, причитая, словно старушка от резкой боли в пояснице, встала с постели. Она умылась, позавтракала и прожила этот день как-то. В сущности, я понятия не имею, что делала Лилиан. Меня же там не было. Мне остается только догадываться о её мыслях, душевных скитаниях и поступках. В общем, скажем так: день прошёл быстро и незаметно.
Когда на улице стемнело, девушка стала готовиться к предстоящему празднику. Она помыла голову, высушила её и сделала укладку: немного вьющиеся волосы спадали чуть ниже плеч. Затем накрасила глаза и надела платье. Для этого случая Лилли выбрала длинное красное платье в пол, обтягивающее её фигуру, с огромным вырезом сбоку и открытой спиной. Накрасив губы коричневатой помадой, в тон к волосам, она вызвала такси на ближайшее время. Перед уходом, заботливая хозяйка поставила две миски, с едой и водой, в уголок своему коту. Затем взяла чёрную сумочку-клатч из искусственного меха – надела пальто и вышла из квартиры, заперев дверь на ключ.
5. Начало
Часов после шести вечера маленький бар на окраине города постепенно стал оживать. Первым приехал Лирой. Открыл своим ключом дверь, спрятал подготовленные подарки в углу за стойкой и включил электричество, чтобы разноцветные огоньки гирлянд стали, наконец, выполнять своё предназначение – создавать атмосферу праздника и веселья. Потом он направился в кухню дабы порыться в холодильнике и на полках в поисках каких-нибудь закусок. В запасах старины Хэтчета ещё оставались свежие овощи, пара кусочков сыра, палка копчёной колбасы и пожизненный запас солёных орешков и вяленой рыбы. Всё это Лирой нарезал и разложил по тарелкам. Есть всё-таки и плюсы в суровых зимних морозах: продукты долго остаются свежими, даже в обесточенной кухне. Поставив угощение на стол и немного прибравшись, Лирой присел у окна, чтобы, пока собираются гости, немного полистать ленту новостей на своём планшете.
Ребята стали подтягиваться уже после договоренного времени. Сначала пришли Майки и Бобби. Когда явился я, эти двое и всеми любимый наивный романтик Лорри сидели за столом и во всю рубились в покер. Я налил себе выпить и сел рядом, чтобы последить за игрой.
На часах было около девяти, когда дверь открылась, и в заведение вошла Лиллиан, слишком прекрасная и сияющая для этого убогого места. Она выглядела сногсшибательно в своём платье. Такой вид идеально подошёл бы для выхода на красную ковровую дорожку: утончённо, изысканно и в то же время элегантно, без лишнего пафоса. Как жаль, что эту прекрасную, невероятно привлекательную девушку не видит высший свет, что за ней не носятся толпы папарацци и поклонников в надежде поймать хотя бы один её взгляд, улыбку, жест. Они многое упускают. А Лили… Ну что взять с Лили, с её странными друзьями, сумасбродным характером и тягой к приключениям. Купила один раз в жизни по-настоящему шикарное платье и вынуждена надеть его только для того, чтобы встретить Новый Год в компании четырёх старых друзей… Наверное, самых счастливых четырёх парней на свете. Но, чёрт возьми, как она была прекрасна!
– Всем привет! С наступающим! – сорвалось с её губ.
– Привет, красавица. Выглядишь шикарно, – ответил я.
Ребята тоже поздоровались, но было заметно, как они пытаются не акцентировать внимания на внешности девушки. Она будто околдовала всех, ввела в заблуждение, в ступор. И чтобы разрядить обстановку, минуту спустя, я решил поинтересоваться как там дела у Бобби с его вновь обретённым отцом.
– Кстати, Боб, – начал я. – Как там твои семейные дела? Удалось перенести встречу?
– Да, второго числа увидимся, – нерешительно пробормотал он. – Вроде всё нормально. Вчера по телефону это обсудили.
– Ну вот и славно! – воскликнула Лили. – А теперь, может кто-нибудь всё же согреет даму бокалом игристого?
– Отличная идея! – поддержал Майки.
– Да, что ж это я… Совсем забыл. Сейчас. – С этими словами Лирой отложил карты на стол, отошёл за барную стойку, немного покопошился там и вернулся, держа в руках бутылку шампанского и стопку каких-то картин (так, по крайней мере, показалось на первый взгляд).
– Открывай и наливай пока, – скомандовал он, сунув бутылку под нос обескураженному и немного потерянному Майку, удивлённо уставившемуся на загадочные рамки.
Однако, тайна этих предметов была недолгой. Лирой развернул их и продемонстрировал каждому из нас. Это был удивительно трогательный момент. Оказалось, что в рамках находились вовсе не картины, а газеты. Старенькие газеты с непонятными статьями, рекламами, заголовками, касающимися событий прошлого. Сперва мы даже не поняли, что они значат и зачем Лорри вообще их сюда притащил. Но увидев растерянность в наших глазах, он указал на даты. Необыкновенное чувство захлестнуло всех. Невероятное. Никто не ожидал такого подарка и даже не мог подумать, что это будет настолько приятно. Что человек может быть настолько близким другом, чтобы придумать такое. Позже Лирой рассказал нам, как ему в голову пришла эта замечательная и поведал историю о том, каких трудов ему стоила её реализация. Приукрашая и утрируя в свойственной ему манере, конечно. Мы были тронуты. Разумеется, больше никто из нас не позаботился о подарках. Нам казалось, что встреча второй половины века вместе уже многого стоит, поэтому никто не обижался. Даже Лирой. Ему было важно именно подарить что-то, чтобы оставить о себе нестираемый след в нашей памяти, а не для того, чтобы получить какую-нибудь безделушку в ответ.
Близилась полночь. Мы сидели, выпивали, ели предложенные закуски и общались, провожая старый год. В ту минуту мы даже не предполагали, что всё вдруг может рухнуть. Так было чудесно. Так безоблачно и спокойно. Невероятная гармония родственных душ пяти лучших друзей в эту по-настоящему волшебную ночь. Я сидел и думал о том, как всё-таки хорошо, что мы вместе. Но не только эта мысль занимала мою беспокойную голову, было там и что-то сумбурное, но философское и немного меланхоличное, навеянное атмосферой того дня и недавними событиями. Ведь это правда: мы не замечаем, как меняется мир вокруг нас. Понимание этого ускользает. Уследить сложно, невозможно даже, можно сказать. Для этого нужно не проживать жизнь, а как бы смотреть со стороны на неё так, если бы это был всего лишь фильм. А мы живём. Думаем, мечтаем, действуем как-то. Пусть так. Не важно. Не столь важно, по крайней мере. Проблема в том, что мы перестаём замечать, как меняемся сами. Наши взгляды, мысли, слова… От чего это происходит? Почему так? Всё исчезает, меркнет, стираются контуры и краска. И вот уже дотянуться до неба нельзя. Его будто не стало. Неужели стоит похоронить мечты, некогда казавшиеся такими осуществимыми!? Мы теряемся в бесконечности фонарей и электрических проводов, забывая, кто мы друг для друга и для самих себя. Разучиться говорить просто. Просто – потерять навык. Просто – сжать душу в кулак, стиснуть до размеров крошечного бриллианта, протянуть кому-то и отдать. Нет, подарить… навсегда. Сложности начинаются после. Хорошие они или нет, не нам судить. И расплачиваться за последствия придётся каждому по-своему. Так есть. Но не каждый в состоянии уловить это. Мои слова могут показаться несвязными. Напрасно. Ведь нет на свете ничего сложнее простоты.
Позже вся совокупность мыслей и ощущений внутри меня, пройдя пару метаморфоз, превратилась в тост, и мне захотелось его озвучить. Подняв бокал, я произнес:
– Давайте выпьем за то, чтобы всё плохое, что было с нами, осталось в уходящем году, а в будущий перешли только наши самые светлые мысли, мечты и чувства. Чтобы мы не забывали мечтать!
– Отличный тост! Чин-чин! – сказал Лирой.
– Чин-чин! – поддержали остальные, звонко стукнув бокалами над столом.
Первая бутылка шампанского быстро закончилась, и Лирой пошёл в подвал, чтобы принести ещё. До наступления Нового Года оставалось всего три минуты, и ему было нужно поторопиться, чтобы наполнить бокалы до того, как часы пробьют двенадцать. Мы же оставались ждать наверху.
Вдруг раздался грохот. Сперва показалось, будто наш рассеянный друг нечаянно что-то разбил, но шум исходил не из подвала. Звуки слышались на улице, где-то вдали, затем стали приближаться. Через минуту земля содрогнулась. Задрожал столик, за которым мы сидели, и остальные столики тоже. Потом вибрация усилилась. С полок стала падать и биться посуда. Окна начинали трескаться, с потолка посыпалась штукатурка, стала падать мебель, картины со стен. Упала и разбилась в дребезги огромная старинная ваза, стоявшая в углу. Было видно, как за окном земля разламывается пополам, поглощая окрестные сооружения. Потом вырубилось электричество. Начался хаос и нас охватила тихая паника от непонимания происходящего. Лилли вскрикнула, испугавшись резкой темноты, но быстро замолчала.
Когда толчки прекратились, наступила тишина. Но не полная тишина, как бывает иногда в лесу, когда идёшь в поход отдохнуть от суеты и городского шума. И не умиротворяющая тишина побережий в штиль. О нет, это был самый ужасающий вид тишины, предвещающий что-то очень плохого. Зловещая тишина. Мы тоже молчали.
Снизу доносились шорохи, шаги и бормотание Лироя. «Отлично, значит, он жив» – подумал я. Вскоре из-под двери, ведущей в подвал, забрезжил свет фонаря, а вслед за ним показался и сам Лирой. Он открыл дверь и, пытаясь изо всех сил скрыть собственный страх, дрожащим голосом сказал:
– Не кисло нас тряхануло.
– Лорри! Ты в порядке? – крикнула Лиллиан, вскочила с места и бросилась к нему.
– Рады, что ты цел. Что это было? – спросил я.
Лирой обнял Лили, осветил нас фонарем и продолжил:
– Не знаю. Снова землетрясение. Меня чуть не придавило одной из полок в подвале! Кстати, вот. Шампанское я успел найти.
Он поставил на стол бутылку и сел рядом. Лили, не разрывая объятий, небрежно плюхнулась к нему на колени. В тусклом свете фонаря был заметен невероятный испуг в её глазах. Даже скорее паника от непонимания и отчаянного неверия в происходящее. Я взглянул на остальных. Бобби вжимался в угол, где сидел, трясущимися руками перебирая покерные карты. Видимо, эти манипуляции как-то успокаивали его. А Майки растеряно смотрел в окно, пытаясь разглядеть хоть что-нибудь в темноте. Зрелище было настолько неординарное, что я сам растерялся. Мне даже показалось, что Лилли не просто испугалась за жизнь друга. Здесь было что-то другое. Возможно, её сердце тоже неровно стучит по отношению к Лирою. Может быть, эта на вид самоуверенная и независимая девушка тоже страдает от неразделённой любви?
– Что делать-то будем? – вдруг прошептал Майк.
Ответа не последовало. Действительно, никто из нас не имел ни малейшего представления о том, что обычно делают люди, попав в подобную ситуацию. В нашем тихом городке никогда ничего не случалось. Учений не проводилось, а обязательный школьный курс по оказанию первой помощи и поведению в чрезвычайной ситуации большинство детей либо прогуливали, либо пропускали мимо ушей, будучи уверенными, что их это не коснётся. Поэтому мы молча сидели, с опаской оглядываясь по сторонам. На полу валялась разбитая посуда, штукатурка, какие-то доски и прочая мелочь. Бред. Мы не понимали, просто не осознавали, что произошло.
Мы были растеряны, напуганы и сбиты с толку. Всё вокруг происходило будто не с нами. Так всегда думаешь. Когда в новостях передают, что разбился самолёт, или где-то случилось наводнение, или сильный ураган унес сотни жизней, думаешь: «Со мной такого не случится. Не может просто!» Но судьба – злющая стерва. Ей плевать на тебя и на все твои мысли. Что она задумала – сбудется. И не важно, веришь ты в это или нет, хочешь или не хочешь. И на этот раз ей видно вздумалось нечто очень серьёзное.
Когда прошло несколько минут, и мы начали понемногу приходить в себя, случился новый толчок. Ещё сильнее прежнего. Казалось, что здание вот-вот рухнет. Потом из-под земли стало что-то вырываться. Куски почвы, доски, камни и мусор, валявшийся на полу, разлетались в разные стороны. Из трещин в паркете показались ростки, которые с молниеносной скоростью увеличивались до размеров огромных массивных стволов, какие бывают у старых деревьев в самой чаще. Мы вскочили из-за стола, схватив то, что подвернулось под руку, и выбежали на улицу. Добраться до двери оказалось не самой простой задачей. Комната на глазах превращалась в какой-то лес. Мы пробирались сквозь ветки и высокую траву, наши ноги утопали во мху и грязи. Как обычный захудалый бар мог в мир стать похожим на заросшее болото? То, что происходило тогда, невозможно описать. Где-то вдалеке слышался вой. Собаки, наверное. Волков в этих местах не видели уже много лет. Выбравшись наружу, мы отбежали немного в сторону и замерли в ожидании. Странно, но бар не был разрушен. Его старые стены будто подпирали стволы деревьев. Потолок и крыша тоже выглядели весьма неплохо. Хуже было то, что мы увидели потом. Электростанция, находившаяся неподалёку, была полностью уничтожена. Столбы линий электропередачи валялись на снегу, разорванные в клочья. То место, которое некогда обеспечивало электричеством всю округу, теперь превратилось в груду камней и металла посреди лесной чащи. Такое зрелище, как показывают в программах про затерянные миры и вымершие цивилизации: город, поглощенный природой. С момента начала катастрофы прошло не более часа, Новый Год только что наступил, а выглядело всё вокруг так, будто пролетело несколько сотен лет. Хорошо, что станция давно переведена на автоматическое обеспечение. Люди там не работают, значит, никто не пострадал. И на том спасибо. Хоть какая-то польза от прогресса и замены человеческой силы на компьютеры и роботов. Всё делают они. Да, конечно, сокращается количество рабочих мест, ведь за сотней роботов вполне в состоянии проследить и один человек, прямо из дома. Проконтролировать данные, так сказать. Растёт безработица, но кого это волнует? Многие надеются на то, что работать когда-нибудь вообще не придется. Всё будет происходить как-то само. И все блага будут производить роботы. И бедноты не будет. И начнётся рай на земле. Этими утопическими прогнозами правительство начало промывать мозги простым обывателям ещё в начале 2030-х. Но тот золотой век, который так сладко нам обещали, всё никак не наступал. Человечество не научилось ещё пользоваться всеми благами цивилизации. Наверное, слишком быстро оно развивается. Или ещё по какой-то причине. Не знаю. Но факт остается фактом. Безработные сидят дома и живут на копеечное пособие, зато на разрушенных заводах, станциях и фабриках никто не пострадал. Там попросту никого не было. Вот так…