Над островом чёрный закат

9

– Можно, господин ректор? – Адам стоял на пороге, не решаясь войти.

Он никогда не бывал в этом кабинете.

– Заходи, Адам, – пригласил ректор. – Садись. Вот сюда, поближе. Я слушаю тебя с превеликим удовольствием. Но сначала отвечай, почему ты до сих пор не выбрал специализацию?

– Никак не решу, чем мне заняться.

– Есть же у тебя какие-то предпочтения.

– Конечно. Проблемы кроветворения. Мне удалось поработать с профессором Антоном…

– Очень интересно. Я не знал, что ты работал с ним. – Ректор заметно подобрался, но тотчас расслабился и продолжал сдержанно: – Впрочем, кто только не брался за эту проблему… Признаюсь, я тоже дерзал… Разумеется, в молодые годы. – Он замолчал, с нескрываемым сожалением рассматривая юного собеседника. – Скажи мне, Адам, только честно, зачем ты связался с Антоном? Лучший ученик общается с известным крамольником. Знаешь, как-то не вяжется… Едва ли тебе известно, что Антон смолоду был одержим страстью к инакомыслию. А эта болезнь, к твоему сведению, заразная. Ты мог ее подхватить… Или уже подхватил?

– Мы с Антоном не вели разговоров, которые можно назвать крамольными, – неуверенно проговорил Адам.

– И вот на тебе пятно, не отмоешься, – продолжал ректор с напором. – Неудивительно, что он так неудачно завершил свою нелепую жизнь. Мне кажется, он забыл, что терпение власти небеспредельно…

– Антон был настоящим ученым, – возразил Адам с той безоглядной запальчивостью, которая до зависти нравилась ректору, но которой он особенно опасался в своих воспитанниках, полагая, что развязный дух крамолы, извечно свойственный молодости, может однажды пасть на его седую голову. – То, что умел Антон, не умеет никто. И едва ли сумеет в обозримом будущем. Он был способен вылечить всех…

– Болтовня! – выкрикнул ректор, теряя самообладание. Хищная физиономия куратора Хрома замаячила перед его мысленным взором. – Не более чем болтовня. Вздор. Не верю…

– А в то, что Антон вылечил Герда, тоже не верите? Уже целую весну Герду не заменяют кровь…

– Единственный удачный опыт не повод бить в колокола, – жестко возразил ректор. – Тебе известно, что Антон никогда не публиковал своих работ? Не исключаю, что ничего достойного внимания у него за душой просто не было. С юных лет этот заблудший человек отличался неблагонадежностью. На каждом шагу дерзко нарушал общепринятые правила…

– Он считал, что наши люди достойны лучшей доли, – сказал Адам, не думая сдаваться. – Надеялся улучшить этот мир… Ему не позволили жить… И вы, господин ректор, не последний из тех, кто жаждал крови несчастного старика…

– Не слишком ли ты много берешь на себя, Адам? – уже кричал ректор.

Его лицо налилось кровью, руки тряслись. Адам никогда не видел его в таком состоянии.

– Ты сам пока что жалкий… проросток. Помнишь, как на практикуме по биологии вы возились с семенами пшеницы? Ты наверняка видел, как жалко выглядит проросток. Осмеливаешься судить о мужах науки? Это надо же… улучшить мир… и уж никак не меньше. Ну да, конечно, взяли и не позволили. Но почему не позволили, кто не позволил? Антон банальный фанатик и провокатор. Да, представь себе, провокатор. Известно, что он коварно подбивал людей на необдуманные поступки и со стороны наблюдал, что из этого выйдет. По его милости многие пострадали, в том числе его друзья. Ты еще очень молод, Адам, и всего не знаешь. Слушай стариков, умудренных жизненным опытом, не прогадаешь. Пока не поздно, научись слышать собственные слова и немедленно умолкай, сообразив, что впадаешь в ересь. И голову не задирай слишком высоко – закружится. Запомни, мы живем в жестком каркасе человеческих связей. Что-то менять опасно. Это же как удалить одну из скреп в сложном сооружении. Стоит утратить ее, и при малейшей перегрузке конструкция рухнет… Не исключено, что тебе же на голову. Ты должен об этом помнить, не маленький мальчик…

Он замолчал – оборвался. Сидел, тяжело дыша приоткрытым ртом.

– С Антоном поступили несправедливо, – продолжал упорствовать Адам. – Он не заслужил такой участи.

– Я вынужден прервать наш разговор, – сухо проговорил ректор. – Будет лучше, если каждый останется при своем. Хотя в соответствии со своим положением я обязан переубедить тебя.

Они молчали. Ректор Игор остывал, продолжая искоса взглядывать на юношу, вольно рассевшегося перед ним. И вдруг он понял, что завидует этому чистому парню, для которого еще нет запретов. Как же трудно будет ему в путаном мире с его бесконечными препятствиями.

– И все-таки, почему ты не говоришь о своих планах? – спросил ректор. – Ты должен сделать усилие и выбрать.

– Я не хочу оставлять технические дисциплины, – проговорил Адам мирно. – Прежде всего, те, что связаны с космосом.

– Понятно, у космической отрасли самый высокий рейтинг. Там никогда не бывает вакансий.

– Наверное.

– Но не для тебя. Стоит тебе захотеть, и ты немедленно получишь достойную должность. Ты окончил университет первым, это серьезное преимущество. Запомни на всякий случай, если возникнут сложности, обращайся прямо ко мне, не стесняйся. Помогу чем смогу.

– Я это знаю. Что касается сложностей, они вряд ли возникнут. Но за заботу спасибо.

– Какой же ты, однако, самоуверенный, – натянуто улыбнулся ректор, – а я и не знал. Теперь вижу, ты действительно вырос. Но ладно, шутки в сторону. Мне кажется, я смогу тебя занять с пользой для дела, пока ты тянешь. Утром поступило интересное предложение. С самого верха. – Он пальцем указал, где находится верх, состроив нарочито серьезное лицо и подмигнув Адаму. – Дело в том, что на Континенте возникли проблемы – год от года снижается численность рабочих плебеев. Это непорядок, особенно теперь, когда близок к завершению долгожданный старт в направлении Терции. Принято решение кого-то из пока еще свободных выпускников послать в командировку на Континент. Цель простая: как следует разобраться в причинах создавшегося положения, а по возвращении доложить руководству о результатах расследования. Меня попросили подобрать кандидата. Ты подходишь по всем статьям. К тому же все, кроме тебя, уже заняты.

– Я согласен, – сказал Адам. – Пошлите меня.

– Ты серьезно?

– Ну да. Мне было бы интересно, ведь я ничего не знаю о плебеях.

– Я сам когда-то начинал с инспекции одного из их поселений, – оживился ректор. – На севере Континента. Ох и досталось же мне тогда. Как ты думаешь, Адам, о чем говорит это совпадение?

– Видимо, о том, что мы с вами одинаково понимаем свой долг. Но у меня другая причина.

– Даже так? – удивился ректор. – Тогда я должен знать, какая именно.

– Давняя история. Оказалось, что в детстве я был обручен с Теей. Я успешно забыл об этом событии, она – нет. Я попытался объяснить, что у меня ни малейшего желания жениться теперь. Да и на ней жениться тоже никакого желания. Я ведь ее совсем не знаю. Она страшно рассердилась. Или мне показалось…

– Вот так дела, – насторожился ректор. Улыбка стерлась с его лица. – А знаешь ли ты, что Тея дочь великого человека, которому совсем не безразлична ее судьба?

– Пока не знаю, но, думаю, скоро мне объяснят. Во всяком случае, так обещала Тея. Если же по глупости или из упрямства я откажусь от женитьбы, моя участь будет печальной – меня сочтут клятвопреступником и велят закрыть за собой дверь. Не знаю точно, что это означает, но, скорее всего, что-то очень неприятное.

– Твое предположение близко к истине, – сдержанно произнес ректор. – Великий Координатор шутить не станет. Этот господин просто не умеет шутить. Хотя утверждает, что обладает чувством юмора, и обижается, когда ему не верят.

– Потому-то я и надумал слинять… на какое-то время. А к моему возвращению Тея успокоится, найдет мне замену.

– Так чем же ты собираешься заниматься? – спросил ректор.

– Когда-то, когда еще был жив Антон, мне больше всего хотелось заняться проблемой кроветворения. Под его руководством я хорошо освоил технологию экспериментов и готов продвигаться дальше. Но, когда с Антоном расправились, продолжать исследования не имело смысла. К тому же, как утверждал Антон, эту проблему ни за что не позволят довести до результата.

– Ты, вижу, никак не успокоишься, продолжаешь преувеличивать значение профессора Антона. Придется кое-что объяснить тебе. Это касается его открытий, призванных осчастливить человечество, с ними нет никакой ясности. Я повторяю, Антон не публиковал своих работ в течение последних тридцати или сорока весен. Никому не известно, что он там насочинял. Повзрослеешь, наберешься опыта, поймешь, что я был прав. Еще раз прошу, оставим этот разговор. Антона больше нет, как нет и проблем, связанных с ним.

– Придется оставить, – неохотно согласился Адам.

– Вот и хорошо, – сказал ректор помолчав. – Я помогу тебе. Хотя все еще не понимаю смысла твоего поступка. Координатор доберется до тебя всюду. Этого человека не удастся умиротворить, уж если он что-то забрал в голову… Разумнее договориться с Теей. Кстати, я принял ее в ректорат на время моего отпуска. Нужно же кому-то быть на связи, отвечать на обращения… Завтра она выходит на службу. Может быть, мне поговорить с ней? Разумеется, если ты предоставишь соответствующие полномочия… Я бы рискнул. Она девушка смышленая.

– Нет, не стоит. С Теей я сам разберусь.

– Тогда отправляйся на Континент. Документы готовы, остается внести твое имя и код. В нашем банке получишь расходную карту. Я распоряжусь. Вот тебе программа инспекции. – Ректор протянул Адаму чип для коммуникатора. – Там же мои координаты на непредвиденный случай. Связывайся, не стесняйся. И помни, с плебеями нужно быть начеку… они непростые ребята. Среди них встречаются потрясающие экземпляры. Иногда мне кажется, что строгая изоляция этого контингента недальновидна. Плебеи нам еще понадобятся хотя бы потому, что у них здоровая кровь. Но уже в недалеком будущем они могут стать проблемой – их слишком много, они хорошо размножаются… Хотя… это слишком сложная тема, Адам. Уверен, не нашего ума… Ступай, и пусть тебе сопутствует удача.

«До чего же хорош парень, – с завистью думал ректор, выпроводив Адама. – Странно, но он напоминает меня самого в этом же кабинете почти шестьдесят весен тому назад. Отличие состоит лишь в том, что я был тогда совершенно свободен и, главное, не был ни с кем обручен».

«Теперь нужно связаться с Хромом, – продолжал он думать, – этой обязанности не минуешь – договор есть договор. Поведать куратору в самых общих словах о дурных веяниях в среде выпускников. Разумеется, не называя имен. Имена Хром вычислит сам, когда придет нужда. У этого прохиндея свои методы и свои расторопные люди. Мне не следует вмешиваться… Мое дело – сторона. Однако порядок есть порядок, и спорить с этим не стоит, как не стоит поощрять юношей в их безрассудствах».

10

– Господин Клупп, – торжественно возгласил робот из охраны дворца Владетеля и легонько подтолкнул Клуппа в спину.

В кабинете Координатора, куда Клупп вошел, кроме кресла хозяина и письменного стола перед ним, был единственный стул для посетителя, стоящий у стены.

Клупп направился к столу и, только подойдя ближе, обнаружил хозяина кабинета, притаившегося за монитором.

– Приветствую вас, господин Координатор.

В ответ последовала отмашка бледной расслабленной кистью руки и – молчание. Клупп сделал вывод: ему предложили садиться. Он уселся на стул и принялся ждать. Время шло. Наконец, выдержав паузу, Координатор поднял лицо. Блеклые, утонувшие в воспаленных веках глаза вельможи, перед которым трепетали смертные, уставились на Клуппа, бесцеремонно рассматривая его. Клуппу сделалось не по себе под тяжелым сверлящим взглядом вельможи, в котором присутствовала бесконечная усталость и, как следствие, полное безразличие ко всему на свете. С их недавней мимолетной встречи господин заметно сдал – потускнел, осунулся.

– Я обещал пригласить вас, – заговорил Координатор монотонным скрипучим голосом, – да все как-то не получалось. Было не выбрать паузу, достаточно протяженную для спокойного обсуждения наших проблем. Однако жизнь подпирает, как ни уворачивайся, потому я счел недопустимым откладывать далее нашу встречу. Итак, чтобы сэкономить время, сформулирую основные вопросы к вам. Первое. Меня интересуют параметры Системы, существующей сегодня. Второе. Нуждается ли Система в модернизации. Если нуждается, то каков объем работ и сроки исполнения. Третье. Удовлетворяют ли вас возможности вживленных чипов, и если нет, не следует ли немедленно разработать и запустить в производство новые образцы. Как видите, я краток, прошу столь же кратко ответить на поставленные вопросы. Повторяю: времени много нет.

– Приступая к разработке Системы, – заговорил Клупп, – Харт поставил перед коллективом ограниченную задачу: сначала дистанционно в ручном, а в перспективе в автоматическом режиме определялся критерий работоспособности человека. Для родившегося ребенка или глубокого старика этот критерий называют также критерием жизни. В дальнейшем для решения задачи в полном объеме была сформирована последовательность операций в виде цепочки элементарных действий. Руководить процессом должен был человек-оператор, сопряженный с устройством управления. На первом этапе оператор вводит конкретный код подлинности, который инициирует излучение зондирующего сигнала, воспринимаемого единственным чипом с тем же кодом. Чип оживает, приняв сигнал, и в ответ на раздражение генерирует сигнал обратной связи, содержащий информацию о жизненно важных системах человека. Информация подвергается автоматическому анализу, в результате которого вырабатывается интегральное решение, содержащее как рекомендации по лечению субъекта, если таковое признается целесообразным, так и понуждение к самоликвидации.

– Это все? – перебил Координатор.

– Нет. Еще кое-что есть. На следующем этапе разработки должно быть предусмотрено непрерывное автоматическое сканирование всего населения Острова по всем кодам подлинности. Эти исследования проводились в соответствии с параграфами 16, 17 и 26 Закона. Оставалось добавить технически несложную функцию – процедуру утилизации отбракованных субъектов. Причем для осуществления этой функции предлагалось приспособить самих субъектов. И эту задачу удалось решить. К счастью, вживленные чипы исходно содержали избыточный функциональный запас, и этот последний шаг выполнялся без каких-либо доработок. В результате Система достигла совершенства и, как мы говорим, замкнулась по всему функциональному многообразию. Таково ее нынешнее состояние. Смею утверждать, что Система не нуждается в модернизации, напротив, ее возможности далеко не исчерпаны. В подтверждение нашего успеха и в память об учителе Харте я принял решение публично продемонстрировать еще один, последний, на этот раз портативный, вариант устройства управления, который по его предложению назвали аннигилятором. Харту успели доложить об успешном завершении всей разработки. Он ознакомился с результатами испытаний и долго не мог поверить, что такое возможно на самом деле, хотя использованный эффект был им самим теоретически предсказан в давней работе. Он даже подозревал подтасовку фактов… Правда, позже он признался, что просто пошутил. Что касается причины гибели учителя, мой вывод состоит в следующем: во время аудиенции Харт наотрез отказался говорить об аннигиляторе как о завершенном изделии, а его собеседник горячо настаивал на своем праве получить заказанный им прибор в собственность. Не исключаю, что кто-то заранее донес ему о полном успехе испытаний. Я точно не знаю, почему учитель не захотел, чтобы аннигилятор попал в руки нашего господина, этот вопрос вне моей компетенции, но с полной уверенностью заявляю: Харт поплатился жизнью именно по этой причине.

– Неужели все настолько серьезно? – спросил Координатор.

– Конечно, – сказал Клупп. – Вы должны знать, что человек, владеющий аннигилятором, приобретает возможность нападать избирательно и очень результативно. Причем подвергшийся нападению никогда не узнает, кто на него покусился, разумеется, если выживет.

– Об этом позже, – остановил собеседника Координатор, и впервые Клупп различил на лице вельможи тень довольной улыбки. – Как же мне повезло, что я догадался обратиться к вам. Я давно подозревал, а теперь уверен, что только вы сможете исчерпывающе ответить на мои вопросы. Хотя сначала собирался выслушать другого специалиста, скажем, Морта. Кстати, я не предупредил вас: все, о чем мы говорим и будем говорить, является государственной тайной и не должно выйти за пределы моего кабинета. Исправляю это упущение теперь. Надеюсь, господин Клупп, вы понимаете, какая ответственность ложится на вас, если произойдет утечка – случайная или преднамеренная. Не буду скрывать также, что у меня нет желания расширять круг людей, знающих о моем внимании к Системе.

– Понимаю, господин Координатор, – сказал Клупп. – Я готов отвечать, но… не я один знаю о том, что вы пригласили меня на беседу.

– Разумно. Только никто не знает, о чем конкретно мы говорим. Не так ли?

– Наверное.

– Хорошо. Подведем предварительный итог. Новейшее устройство управления, которое вы называете аннигилятором, изготовлено и испытано. Так?

– Да. Этот экземпляр сейчас в моей лаборатории. Я назначил день публичной демонстрации для специалистов. Кстати, то же устройство, прототип в усеченном виде, было изготовлено и передано…

– Не нужно произносить имени… – предостерег Координатор. – Мне оно известно. Хотелось бы знать, что означает в усеченном виде?

– Была оставлена единственная функция – после введения кода подлинности немедленно начинает действовать безусловный приказ спуститься вниз и закрыть за собой дверь.

– Значит, – перебил Координатор, – именно это устройство было… использовано недавно?

– Дважды. Первым был учитель Харт, придумавший функцию подавления, но так до конца и не поверивший в возможность ее реализации.

– И напрасно, – произнес Координатор. – Впрочем, поделом Харту, не следовало быть таким вызывающе умным – это подозрительно. А второй?

– Смотритель лесов.

– Этот заслужил. А вот Харта мне искренне жаль. Он один работал… остальные делали вид.

– Не хочется думать, что отличная работа может быть поводом для наказания.

– И не думайте. Отличная работа не всегда поощряется, но наказывать… Впрочем, оставим вопросы служебной этики специалистам и продолжим. Вы упомянули о публичной демонстрации ваших достижений.

– Устройство, о котором мы говорим, существенно отличается от прототипа. Демонстрироваться будет совершенно другой принцип сбора и обработки информации. И другой способ управления объектом.

– Вот здесь, пожалуйста, поподробнее.

– Сначала о некоторых недостатках существующей Системы. Первое. До сих пор не удавалось четко оговорить критерий минимальной трудоспособности. Мы сформулировали и поставили перед институтом здоровья определенную задачу. Надеюсь, они справятся… рано или поздно. Второе. Предложенная самоликвидация затруднительна или невозможна, так как двери, следовать к которым предлагается назначенным клиентам, не настолько широко распространены, как хотелось бы. Придется расширить сеть приема, но тогда весьма сложные и дорогие установки большую часть времени будут простаивать вхолостую, потребляя энергию, так как принципиально должны быть готовы осуществить процесс ликвидации немедленно. С экономической точки зрения это нецелесообразно.

– Разумно, – сказал Координатор. Было видно, что он теряет терпение. – Однако вернемся к новинке.

– По техническому заданию предлагалось разработать такой способ управления, который позволил бы сначала связаться с чипом выбранного человека по коду подлинности, а затем подать команду на подавление подвижности.

– И в результате?.. – не выдержал Координатор.

– Паралич. На некоторое время. В зависимости от уровня воздействия и физического состояния объекта. При максимальном уровне – паралич навсегда, что означает смерть.

– Чем же ваше новое устройство принципиально отличается от существующего? Ведь команда на самоликвидацию в прототипе уже присутствует.

– Это так. Но как добиться результата воздействия, если речь идет, например, о поле боя? Человек, получив команду, начинает лихорадочно искать дверь? Хлопотно, не правда ли?

– Убедительно. – Координатор замолчал, задумался. Но встрепенулся, поднял лицо, уставился на Клуппа. – Господин Клупп, вы сказали, что вариант, о котором говорите теперь, реализован. Я вас верно понял?

– Да, это так. Он не только реализован, но и испытан в лаборатории и даже в полевых условиях.

– А это что значит?

– Власти Континента поставили нам группу преступников, которым отказано в помиловании. Бедолаг разрешили использовать… в качестве расходного материала. Половина этой группы была истрачена во время государственных испытаний. Остальных сохранили для демонстрации.